Статья 3.4.4. Восток и Запад: феномен Шамбалы. (ч.2).

продолжение

«В XIX в. англичане, захватившие Индию, проявили интерес к Тибету, таинственной стране к северу от их индийских владений, которая управлялась буддийскими священнослужителями, ламами, и была отрезана от внешнего мира. Теософы, члены оккультного движения, которое в конце XIX в. стало популярным в Англии и Америке, распространяли своё убеждение, что где-то за Гималаями живут сверхлюди, обладающие силами и знаниями, намного превышающими известные науке. Оттуда они тайно руководят судьбами мира. Это, а также рассказы исследователей, которых ламы старались не подпускать близко к своим тайнам, создали образ Тибета как предельного мистического святилища, защищённого высочайшими горами на Земле.
Всё это, вероятно, вдохновило Джеймса Хилтона написать «Потерянный горизонт», роман о Шангри-ла, тибетском монастыре, скрытом за снежными вершинами в идиллической долине, где люди не старея живут тысячи лет. Только заблудившиеся могут найти путь в это святилище, скрытое не в Гималаях, как можно было полагать, а на Куньлуне, на северной окраине Тибета. Они мирно живут, посвящая свою жизнь искусству, литературе, музыке и наукам, собранным со всего мира.
Как объясняет герою романа высокий лама, целью Шангри-ла является сохранение лучших достижений западной и восточной культуры в то время, когда люди, упиваясь техникой уничтожения, войдут в такой раж, что в опасности окажется всё прекрасное, любая книга или картина, любая гармония, всякое сокровище, собранное за прошедшие тысячелетия. И когда войны наконец закончатся и сильные пожрут друг друга, тогда сокровища, сохранённые а тайном святилище Шангри-ла, позволят человечеству восстать из руин прошлого и построить новый и лучший мир.
Что-то в этом романе так сильно отозвалось в умах столь многих людей, что «Шангри-ла» стало общим названием для обозначения некоего скрытого святилища или земного рая. Сегодня, более чем через сорок лет после того, как Хилтон написал свою книгу, мы всё ещё находим по всему миру тысячи Шангри-ла — так называют бесчисленные рестораны, отели и санатории. Это долговременное впечатление от романа «Потерянный горизонт» поднимает интересный вопрос — был ли он просто романтической фантазией, или он основывается на чём-то более глубоком, о чём сам Хилтон мог и не догадываться? <…>.
Самые ранние упоминания Шамбалы встречаются в священных книгах тибетского Буддизма Канджуре и Танджуре, которые насчитывают более трёхсот томов. Эти труды, известные как тибетский канон, для тибетцев являются тем, чем для многих западных людей является Библия. Они включают в себя высказывания Будды и комментарии к ним позднейших святых и учёных. Сами по себе эти книги состоят из длинных и узких страниц из толстой бумаги (многие из которых украшены золотыми и серебряными буквами), которые обёрнуты в шёлк и переплетены между двумя деревянным дощечками. Старейшие тома, касающиеся Шамбалы, были написаны на тибетском около XI в. как переводы трудов на санскрите, священном языке Индии. Полагают, что оригиналы этих книг хранились в Шамбале за тысячу лет до того, как появились в Индии в X в.
С тех пор множество поэтов, йогов и учёных Тибета и Монголии составили дополнительные труды об этом скрытом царстве, многие из которых теперь утеряны или забыты. Но самые тайные аспекты Шамбалы никогда не доверяли бумаге — их передавали от учителя к посвящённому ученику только устно. Ламы говорят, что без этих устных учений многие тексты, которые написаны туманным символическим языком, не могут быть поняты правильно. В дополнение к этому, миряне передали множество народных историй о Шамбале — некоторые из них о грядущих войне и золотом веке, а другие — об отправившихся туда мистиках и сокровищах, с которыми они возвращались. Немногочисленные художники также создали редкие картины, изображающие Владык и их мистическое царство, окружённое снежными горами. <…>.
Внутри кольца заснеженных гор, вокруг центра царства, проходит ещё одно кольцо ещё более высоких гор. Реки и меньшие горные цепи разделяют область между двумя кольцами на восемь районов, расположенным подобно лепесткам вокруг центра цветка. Фактически, тексты обычно описывают Шамбалу как восьмилепестковый лотос, окружённый ожерельем снежных гор. Как мы увидим в одной из последующих глав, этот образ имеет символическое значение, имеющее отношение к более глубокому смыслу мифа. Каждая из этих восьми областей в свою очередь содержит по двенадцать княжеств, таким образом, получается 96 князей или меньших царей, верных Владыке Шамбалы. Эти малые царства изобилуют городами с покрытыми золотом пагодами, расположенными среди садов, где множество богатых полян и цветущих деревьев всех видов.
Снежные горы, окружающие центральную часть лотоса, превращены в лёд и сияют кристальным светом. Внутри этого внутреннего кольца вершин лежит Калапа — столица Шамбалы. К востоку и западу от города находятся два красивых озера в виде полумесяца и ущербной луны, наполненных драгоценными камнями. Над ароматными цветами, плавающими в их водах, скользят водоплавающие птицы. К югу от Калапы находится прекрасный парк сандаловых деревьев, называемый Малайа (прохладная роща). Здесь первый Владыка Шамбалы построил огромную мандалу, мистический круг, воплощающий суть тайных учений, хранящихся в этом царстве, и символизирующий трансцендентальное единство разума и вселенной. К северу возвышаются десять каменных гор с святилищами и образами важных святых и божеств. <…>.
Фактически тибетцы заимствовали санскритское слово «Шамбала» для передачи понятия «источник счастья». Ламы добавляют, что Шамбала — единственная из чистых земель, которая существует на земле. Когда я небрежно заметил Далай-ламе, что должно быть, это просто нематериальный или воображаемый рай для ума, он сразу же ответил: «Определённо нет — Шамбала обладает материальным существованием в этом мире».
В силу своей сосредоточенности на достижении просветления, обитатели Шамбалы посвящают большую часть своего времени изучению и практике высшей мудрости, известной тибетскому Буддизму — калачакры, или «Колеса Времени». Это самое сложное и тайное из тибетских учений; ламы открывают его внутреннюю суть только посвящённым в него и добавляют, что даже среди посвящённых вне Шамбалы очень немногие могут понять глубокий символизм его текстов и медитаций. Далай-лама, передающий множество посвящений, считает калачакру одним из самых действенных и быстрых методов достижения просветления — конечно, если её практикуют правильно и с должной мотивацией. (См. об этом Ю.Н.Рерих. «К изучению Калачакры». Там же приводятся и сведения о Шамбале. Здесь и далее калачакра с маленькой буквы означает учение, а Калачакра с заглавной — главное божество калачакры. Прим. пер.).
Калачакра более, чем любая иная форма тибетского мистицизма, связана с нахождением вечности в проходящем моменте, и нерушимого посреди разрушения. Вследствие этого, практикующие калачакру ищут совершенного состояния нирваны прямо здесь, среди несовершенств мира. Вместо того, чтобы отрекаться от мирской деятельности ради монашеского или отшельнического аскетизма, люди Шамбалы скорее воспользуются всем, даже развлечениями и роскошью семейной жизни, в качестве средства достижения просветления. Они стараются освободиться от иллюзии через те самые вещи, которые привязывают к ней других.
Считается, что благодаря своему позитивному отношению к материальному миру жители Шамбалы развили передовую науку и технологию, которую они ставят на службу духовным целям. Происхождение тибетских медицинских трактатов, описывающих анатомию и психологию человека, утончённые теории, методы диагностики и способы лечения и профилактики таких серьёзных болезней как оспа, приписывают этому царству. Другие тексты калачакры из Шамбалы дали тибетцам их систему астрономии и астрологии, а также один из календарей, которым они пользуются и сейчас. Согласно описаниям царского дворца в Калапе, особые окна в крыше являются объективами мощных телескопов, позволяющих открывать жизнь на других планетах и даже в других солнечных системах. У царя есть также стеклянное зеркало, в котором он может видеть всё, что угодно на расстоянии многих миль. Ламы, знакомые с современной техникой, описывают его как нечто вроде телеэкрана, позволяющего наблюдать события во внешнем мире. Описания «каменных лошадей с силой ветра» наводят на мысль о технологии изготовления летательных аппаратов из металла. Другие тексты описывают технику трансмутации одних химических веществ в другие и способы использования природных энергий, таких как энергия ветра. Считается, что каждая область царства специализируется на какой-либо области знаний, как например, психология или философия. Изучение этих наук помогает обитателям Шамбалы овладеть высшей наукой из всех — наукой ума или медитации, которая находится в сердце Калачакры. <…>.
Тексты калачакры дают нам подробную, но иногда мифическую историю Владык Шамбалы, которая по мнению некоторых западных учёных может основываться на реальных фактах. Поскольку тому, что произошло до прихода Буддизма в Тибет около 500г., в этих текстах уделено мало внимания, они почти ничего не говорят нам о происхождении Шамбалы. Немногие ламы, говорившие об этом, сказали, что Шамбала существовала с самого начала мира, но о её ранней истории известно очень мало. Они полагали, что у неё были владыки и религия, которые сделали её лучшим местом, чем какое-либо иное, но добавляли, что эта религия не была Буддизмом.
Последователи Бон, древней добуддийской религии Тибета, заявляют, что в действительности Шамбала — это Олмолунгринг, источник их учения, невидимое, окружённое снежными горами царство к северо-западу от Тибета. Их тексты прослеживают линию преемственности учителей и учеников почти на восемнадцать тысяч лет, до их первого великого учителя Шенраба, который, как считается, родился царём Олмолунгринга в 16017г. до н.э. Согласно этим текстам, он вышел из своего царства, чтобы пересечь горящую пустыню и принести религию Бон в Тибет. После того, как в течение недолгого времени он учил в районе горы Кайлас, он вернулся в Олмолунгринг, и за ним последовала династия царей, которые оставались в своём тайном святилище, храня суть учений Бон. <…>.
В конце Средневековья из Европы отправилось множество католических миссионеров, чтобы обратить китайцев и тибетцев. Два из них, Жуан Кабраль и Эстебан Каселла, искали путь из Индии через Тибет в «Катай», т.е. Китай, и услышали о Шамбале, которую они называли «Xembala». В 1627г., думая, что это просто другое название Китая, они отправились в Тибет в поисках пути в Шамбалу. Достигнув Ташилунпо, резиденции панчен-лам и главного монастыря лам, интересующихся мистическом царством, они поняли свою ошибку и вернулись в Индию. Их письма примечательны тем, что являются первым упоминанием Шамбалы на Западе.
Первым из западных учёных, написавших о Шамбале, был венгерский исследователь Чома де Кёрёши. В 1819г. он отправился из Венгрии с рюкзаком за плечами искать родину предков своего народа, считая, что она должна быть где-то в Центральной Азии. После долгого пешего путешествия через Ближний Восток в Индию он достиг Тибета и провёл остаток жизни, изучая тибетский язык и литературу. Хотя он так и не нашёл прародину венгров, он нашёл тексты о Калачакре и Шамбале и пришёл к заключению, что это знаменитое царство находится к северу от Сырдарьи, протекающей в Средней Азии. Почти через столетие двое других учёных, Бертольд Лауфер и Альберт Грюнведель, опубликовали переводы на немецкий двух тибетских путеводителей в Шамбалу. Они и работы Чомы де Кёрёши пробудили на западе некоторый интерес к этому царству, главным образом, в узком кругу востоковедов.
Внимание широкой аудитории Шамбала привлекла благодаря верованиям теософов. Во второй половине XIX в. русская женщина Е.П.Блаватская основала Теософическое Общество, всемирное мистическое движение, которое впервые широко познакомило Запад с восточными религиями, особенно с Буддизмом. Она заявляла, что получает телепатические и письменные послания от духовных учителей, живущих где-то за Гималаями. Многие из её последователей верили, что высший из этих учителей, «Господь Мира», находится в Шамбале, невидимом оазисе в пустыне Гоби. Согласно их взглядам, Шамбала является духовным центром мира и первоначальным источником тайных доктрин теософии.
Среди множества важных фигур, испытавших влияние теософии, был русский эмигрант Николай Рерих, художник и философ. Исследуя тибетскую мифологию, Рерих проявил большой интерес к Шамбале и возглавил научную экспедицию через Центральную Азию, чтобы искать следы скрытого царства. Шамбала стала для него предельным символом, соединявшим пророчества и цели поиска всех религиозных традиций. Многие из его поэтических статей по этому предмету, включая книгу «Шамбала», также могли дать Хилтону его идею о Шангри-ла.
Поскольку, по всей видимости, вся поверхность земного шара исследована и картографирована современной наукой, естественно, возникает вопрос: как может существовать такое место как Шамбала? Как царство, где полно рек, гор, храмов и городов, может оставаться скрытым от обнаружения со спутников и самолётов? Это вопрос, который сегодня беспокоит многих тибетцев, и который склонил некоторых к тому, чтобы отбросить Шамбалу как суеверную выдумку прежних, более простых времён. И всё же многие верят в её существование, и их доводы достойны рассмотрения — они говорят нам многое о природе самого мифа и предлагают способы, какими это царство может действительно существовать — даже с современной точки зрения.
Основу для тибетского верования в существование Шамбалы дают тексты и учения калачакры. Как указал Далай-лама, «если столь многие тексты калачакры считаются происходящими из Шамбалы, как эта страна может быть просто фантазией?». Он и другие ламы находят немыслимым, чтобы источником учения, которое дало множество письменных трудов и оказало самое глубокое влияние на культуру и религию Тибета, могло стать воображаемое место. На протяжении более девятисот лет тибетцы изучали Калачакру, практиковали её медитацию и применяли её астрологическую систему для определения хода своих жизней. В 1976г. восемнадцать тысяч тибетцев, многие из которых были мирянами, не прошедшими специальной религиозной подготовки, пришли в Ладакх (область в Гималаях выше Кашмира), чтобы получить от самого Далай-ламы посвящение в это тайное учение.
Тексты калачакры содержат проповеди Будды, в которых он описывает Шамбалу и её будущую роль в истории. Поскольку считается, что он знает всё, поскольку достиг высшего просветления, это само по себе даёт тибетцам достаточное основание верить в существование этого царства. Хотя мы можем считать такой довод недостаточным и ненадёжным, большинство наших знаний о мире происходит из подобного же по природе источника, основываясь на заявлениях уважаемых нами авторитетов, которым мы доверяем. Например, свою веру в атомы мы основываем на теориях и наблюдениях учёных, которые, как считается, знают, о чём говорят, но очень немногие из нас действительно делали эксперименты и выводы из них, необходимые, чтобы показать, что эти частицы существуют.
Письменная история Шамбалы, имеющаяся в тибетских текстах, даёт тибетцам дополнительные основания верить в её существование. Они сообщают сведения, которые выглядят подобно историческим фактам — такие как имена царей и записи того, что случалось во времена их правления во внешнем мире. Например, эти тексты указывают, какой царь правил, когда Мухаммед захватил Мекку в 630г., и сколько лет на троне находится нынешний правитель Шамбалы. Всё это связывает это царство с действительными событиями и даёт ощущение реальности и исторической связности, доходящей до современности и ведущей в будущее.
Наконец, мы приходим к возможности, лежащей в пределах научной концептуализации, и в то же время близкой мистическому взгляду тибетцев на реальность. Шамбала может быть скрыта в четвёртом измерении, столь же реальном и конкретном, как те три измерения, которые мы обычно видим. Современная физика открыла, что пространство содержит странные искривления и складки, которые не вписываются в наше обычное представление о реальности; возможно, когда-нибудь физики откроют существование других измерений, лежащих вне диапазона обычного восприятия. Теория относительности также говорит и о четвёртом измерении времени. Почему бы не быть и четвёртому измерению пространства? Во всяком случае, для математиков и других учёных вполне обычно использование многомерных пространств в качестве инструмента анализа исследуемых явлений.
Составить концепцию о четвёртом измерении сравнительно легко, но представить его трудно. Наша обычная эвклидова модель пространства содержит три измерения, перпендикулярных друг другу. Мы можем представить их тремя прямыми, проходящими через одну точку — одна с востока на запад, другая с севера на юг, и третья — сверху вниз. Если мы прибавим четвёртую линию — назовём её «отсюда и туда» — которая проходит под прямым углом к каждой из остальных, она протянется в четвёртое измерение. Хотя мы не можем представить это визуально, мы уж точно можем сделать это математически. (Некоторые авторы утверждают, что умение представить четырёхмерную геометрию есть первый шаг к развитию ясновидения и выход за пределы физического мозга, поскольку четыре измерения пространства свойственны астральному плану. Прим. пер.).
Если мы сделаем шаг в четвёртое измерение, то можем оказаться в другом мире, у которого будут три измерения, как и у нашего. Точно так же как, много двумерных плоскостей могут располагаться параллельно друг другу в трёхмерном пространстве, так в четырёхмерном мире могут параллельно располагаться трёхмерные пространства. Их можно сравнить со стопкой картин — когда мы видим ту, что сверху, мы не можем видеть тех, что под ней, или даже подозревать об их существовании. Так что можно предположить, что Шамбала вполне может скрываться прямо здесь, в дюйме от нас, в другом мире, которого мы не воспринимаем, так как фокусируем всё своё внимание на знакомом мире, который мы знаем.
Психологические эксперименты показали, что мы бессознательно фильтруем свои восприятия и располагаем их согласно смысловым шаблонам. Если бы мы этого не делали, восприятия бы захлестнули нас, и мы были бы дезориентированы их хаотическим калейдоскопом. По мере того, как мы растём, наша культура, с помощью своего взгляда на мир, помогает нам осмыслить то, что мы видим – например, распознавать самолёт как машину, а не как птицу или бога. В процессе этого мы также приучаемся игнорировать то, что культура считает маловажным или нереальным, и вследствие этого мы вынуждены подавлять любые восприятия другого измерения, которые когда-либо могли получить. Мир фантазий ребёнка может включать в себя вещи, принадлежащие к реальному миру четвёртого измерения, который он постепенно теряет из виду, по мере того как взрослые убеждают его, что это существует лишь в его воображении.
Иногда, в моменты мистического опыта, некоторые люди сознают скрытую, почти сияющую глубину в самых обычных предметах, таких как цветы или камни. К ним приходит свежее чувство чудесного, напоминающее о детстве, и они ощущают то, что может быть более глубокой реальностью, пронизывающей окружающий мир. Некоторые получают видения мест, похожих на те, что описаны в путеводителях в Шамбалу — таинственные пейзажи, мерцающие драгоценными камнями, бесконечные пустыни под странными небесами, и внушающие благоговение горы, парящие над облаками света. Эти люди могли не галлюцинировать, а скорее, сбросить умственную обусловленность, которая обычно ограничивает их взгляд, и в какой-то вневременной момент взглянуть в четвёртое измерение.
Если это так, то это поможет объяснить, почему тибетцы настаивают на необходимости очищения ума для путешествия в Шамбалу. Большинство типов медитации, используемых для этой цели, помогают отсечь или успокоить обыденные мысли и предвзятые концепции, блокирующие тот вид мистического видения, который позволяет проникнуть в другие миры, столь же осязаемые и конкретные, как и наш. Очищая свой ум и избавляясь от умственной обусловленности, ограничивающей осознание, путешественник в Шамбалу может приобрести способность видеть в четвёртом измерении и совершить действительное путешествие по необычному, но реальному ландшафту из фантастических пустынь и гор, существующих параллельно тем, что мы находим на картах Центральной Азии.
Миф, наиболее тесно связанный с Шамбалой, однако, происходит не из Тибета, а из Индии. Он предсказывает пришествие Калки, избавителя мира. Согласно индусским представлениям, мир проходит через повторяющиеся циклы упадка добродетели: каждый цикл начинается с золотого века совершенства и кончается тёмным веком разлада — таким, в каком мы живём сейчас. Время от времени, когда становится совсем плохо, Вишну, высший бог в Индуизме, принимает божественные воплощения, в которых он борется с растущими силами зла и на время приостанавливает упадок нравственности и религии. В общем индусы верят, что в цикле должно быть десять таких воплощений, включая Раму и Кришну, божественных героев двух великих эпосов Индии, Рамаяны и Махабхараты. Девять уже исполнили свою миссию на земле, и только один ещё должен прийти — Калки аватара. В отличие от своих предшественников, он положит конец этому циклу и начнёт золотой век следующего. Пураны, древние источники индийской мифологии, описывают в словах, звучащих почти современно, упадок, в каком будет находиться мир перед его приходом: «Благосостояние и благочестие будут изо дня в день снижаться, пока мир не разложится совсем. Тогда лишь собственность будет давать общественный статус, богатство станет единственным предметом поклонения, страсть будет единственными узами, скрепляющими союз между полами, ложь станет единственным способом добиться успеха в суде, а женщины станут лишь предметом чувственного удовлетворения. Каждый будет почитаться лишь за его материальные сокровища…».
Когда положение станет уже нестерпимым, Вишну, наконец, ответит на мольбы богов и примет рождение как Калки в селении, именуемом Шамбала. Решив положить конец веку разлада, он соберёт великую армию и на огромном коне с мечом, сияющим в руке, отправится уничтожить тех же варваров, которые тиранят мир и в тибетском пророчестве. После победы над силами зла «Он восстановит на Земле праведность; и умы живущих в конце эпохи борьбы пробудятся и станут прозрачны, как хрусталь. Люди, изменившиеся таким образом благодаря этой особой эпохе, станут семенами человеческих существ, и дадут рождение расе, которая будет следовать законам золотого века чистоты. Сказано, что золотой век вернётся, когда Солнце, Луна, Юпитер и лунный астеризм Тишья будут в одном доме».
Легенда о Шамбале принадлежит к мистической традиции, которая имеет дело с определенным видом внутреннего освобождения. Цель учений калачакры, хранящихся в скрытом царстве, и тибетского Буддизма в целом — показать людям, как освободить свой ум от невежества и иллюзий, являющихся причиной их страданий. На вершине тибетского Буддизма мы и находим учения Калачакра-Тантры. (Есть и другое деление на три типа, а именно на Сутру, Тантру и Дзогчен. Первое — это путь отречения, самый долгий, но самый безопасный, о нём говорится то же, что ниже сказано о хинаяне; второе — упомянутый тут путь использования и преображения страстей; третье — путь осознания, свободный от усилий по изменению своего состояния. Высшие пути, предполагающие быстрое освобождение, годятся лишь для людей с высокими способностями, то есть в прошлых жизнях уже прошедших предварительные стадии, причём не обязательно в буддийских школах. Прим. пер.).
Тибетцы считают Ваджраяну прямым путём к просветлению, и, сравнивая его с другими видами Буддизма, приводят разные аналогии. Например, Хинаяну сравнивают с путём, ведущим к подножию горы, на которую предстоит подняться. Махаяна ведёт на гору долгой, но пологой и ровной дорогой, спиралью поднимающейся вокруг горы; достижение вершины может занять много жизней. Ваджраяна ведёт прямо по скалам, выбирая кратчайший, но самый опасный путь к вершине. Один неверный шаг, и можно упасть прямо в ад, где положение будет ещё хуже, чем в отправной точке. Чтобы идти этим путём, нужны совершенная координация способностей и проводник, который знает путь. Тот же, кто следует путём Махаяны, напротив, может позволить себе делать ошибки, и его путь окажется менее трудным и более безопасным. По этой причине лишь немногие действительно пытаются следовать пути Ваджраяны, и ещё меньшему количеству людей удаётся пройти его до конца.
Ваджраяна отражает ту тантрическую идею, что тому, кто срезает путь к просветлению, нужно использовать все средства, имеющиеся в распоряжении. Чем отбрасывать связывающие его страсти и иллюзии, он скорее должен воспользоваться их энергией, чтобы не только избавиться от их хватки, но и преодолеть препятствия на пути к нирване. Чем более сильную страсть или иллюзию он использует, тем больший она содержит потенциал как средство освобождения — или как источник привязанности. Поскольку секс, в частности, имеет такую власть над умом, мы видим статуи и изображения бодхисаттв в сексуальном соитии с женскими божествами, которые символизируют высшие истины и блаженство, происходящее от их осознания. Хотя ламы и медитируют на подобных символах, вряд ли кто-либо из них использует секс в своих мистических практиках. Тантрическое использование сексуальных образов представляет то отношение, при котором на пути к просветлению используются все стороны человеческой природы — как мирские, так и духовные. Согласно тибетскому Буддизму, если мы сможем переориентировать свой взгляд и видеть вещи такими, каковы они есть на самом деле, то мы увидим, что мир иллюзии и рабства — в действительности нирвана, царство реальности и свободы.
Ваджраяна, и Калачакра в частности, утверждают, что энергия протекает через наши тела в разных формах, причём некоторые из них тоньше и глубже других. Форма, которую нам легче всего наблюдать, это наше дыхание. Из воздуха, которым мы дышим, мы получаем энергию, необходимую, чтобы думать и чувствовать. В то же время природа нашего дыхания соответствует природе наших мыслей и эмоций. Когда мы злимся, наше дыхание становится тяжёлым и грубым; когда мы спокойны, оно становится лёгким и ровным. При глубоком сосредоточении мысли дыхание почти исчезает. Согласно тибетскому буддизму, наше дыхание отражает тонкие потоки энергии, неразделимо связанные с глубинными уровнями нашего ума. И хотя мы не можем показать их кому-то другому или измерить с помощью научных инструментов, мы можем пережить эту энергию в медитации. Сделав это, мы обнаружим, что грубое или нечистое её течение поддерживает страсти и иллюзии, которые скрывают самый внутренний ум.
Согласно Ваджраяне, если мы очищаем свою осознанность, мы автоматически очищаем и свою энергию, а если очищаем энергию, то очищаем и осознанность. Осознанность можно очищать символами, которые дают нам прозрения в природу реальности и иллюзий, скрывающих её от нас. В то же время они имеют силу пробуждать и сосредотачивать не только сильные чувства, но и более глубокую энергию ума. Хотя некоторое использование символов имеет место и на пути лишённости форм, особо важную роль они играют на пути формы. Они обеспечивают средства, которыми йог тантрического пути ставит под контроль неустойчивый поток своей энергии, выравнивает его и перенаправляет его так, чтобы смыть иллюзии, затемняющие осознанность более глубоких уровней ума.
К такому использованию символов можно подойти через эффекты звука. Пушечный выстрел или взрыв петарды резко поднимают нашу осознанность, тогда как мягкая мелодия, напротив, ослабляет напряжение и располагает ко сну. Эти и другие эффекты тибетский Буддизм применяет в практике мантры (пения священных формул), где звук используется как символ. У некоторых из них, как например у популярной мантры «Ом мани падме хум» (Ом, драгоценность в лотосе, хум) есть явный смысл, тогда как другие на первый взгляд кажутся набором несвязанных слогов. Среди последних и основная мантра калачакры — «Ом ха сваха кша малава ра ям». Но повторение даже бессмысленных с виду мантр может сделать дыхание ровным и успокоить ум, а выполняемое с внимательностью также может отвести наше внимание от отвлекающих мыслей и помочь развить способность сосредоточения. Всё это, очевидно, внесёт свой вклад в ясность и сконцентрирует наш ум, что и составляет одну из основных целей медитации.
Путь формы начинается с этих эффектов и продолжает использование мантр в качестве инструментов овладения энергией. Когда мы говорим или поём, мы модулируем своё дыхание. Согласно Ваджраяне, если йог распевает мантру правильно, он может контролировать своё дыхание и поток энергии, связанной с ним. Тогда, тонким использованием звука, он может высвободить внутренние силы ума и направить их к пробуждению более глубоких уровней осознанности. Нечто подобное происходит, когда мы слышим или поём вдохновляющее музыкальное произведение, переживаем подъём и чувствуем, как уносимся прочь. Музыка мантры тоже поднимает йога вверх, но вместо того, чтобы потом ронять его на исходный уровень, она несёт его дальше, к просветлению. В отличие от песни или симфонии, она позволяет целенаправленное использование энергии пробуждаемых ею эмоций. Даже смысл мантры действует так — скорее своими поэтическими и реминисцентными качествами, нежели интеллектуальным содержанием. Содержание тоже передаёт прозрения, но в первую очередь глубинным уровням ума, как только мантра пробудила их. Без большей осознанности глубинных уровней ума мы не можем по настоящему понять смысла мантры.
Мантры не дают внешних магических сил, хотя так и может казаться. Вместо этого они вызывают силы изнутри поющего человека, фокусируя их. Даже сам звук мантры может резонировать с глубокими уровнями ума и пробудить их. Но чтобы это произошло, мантру нужно петь верно, а этому нужно научиться у опытного учителя. Написанная мантра подобна нотам, по которым нужно научиться играть, иначе она останется мёртвыми значками на бумаге, абракадаброй. Учитель не только показывает ученику, какую интонацию и какие чувства надо вкладывать в слоги, но также посвящает его в опыт энергии и осознанности, которые они должны пробуждать. Таким образом, мантра становится связана с ними, и ученик уже может вновь вызывать их по своей воле, углублять своё переживание их и управлять им. Это в некотором роде подобно мелодии, пробуждающей в памяти воспоминание прекрасного вечера, когда она была впервые услышана.
Повторение мантр проводится вместе с визуализацией божеств и других символов. Например, «Ом мани падме хум» — мантра Авалокитешвары, бодхисаттвы сострадания, а «Ом ха сва ха кша ма ла ва ра ям» воплощает силу главного божества Калачакры. Йог учится представлять этих божеств в своём уме столь живо, как будто он видит их нарисованными на картинке, а фактически — ещё живее. Мы переживаем нечто подобное, когда образы являются нам в снах. Практикующий Ваджраяну развивает способность «сновидеть» или визуализировать символы в бодрствующем состоянии. У этой странной практики несколько необычных следствий. Заставляя его держать свое внимание исключительно на одном образе, который он пытается представить, она очищает его ум от отвлекающих мыслей и делает более острым фокус его сосредоточения. Но что важнее, визуализация символа придаёт ему непосредственность и силу, которой он иначе не мог бы иметь: йог начинает ощущать его живой частью себя.
Цель практики калачакры — достижение и высвобождение самого внутреннего ума, запертого в сердечном центре. Здесь йог может оставить практику визуализации и войти в состояние блаженной пустотности, чтобы восстать оттуда пробуждённым и очистившимся от иллюзий.
Вне зависимости от того, имеет ли эти система психической энергии какое-либо физиологическое существование, она соответствует некоторым субъективным переживаниям тела. Мы склонны ощущать абстрактное мышление у себя в голове, сексуальные желания возле половых органов, а любовь и горе — в своём сердце — как раз там, где должны находиться центры, ответственные за то или иное. Визуализируя эти центры, йог фокусирует своё внимание на различных чувствительных частях тела и особенно сильно стимулирует мысли и эмоции, которые переживаются в них. Затем, с помощью одухотворяющих эффектов божеств и других символов он может очистить энергию этих мыслей и эмоций, сделав более ясным своё сознание реальности. Хотя это может подтолкнуть к физиологической интерпретации центров, Ваджраяна, похоже, подразумевает, что в действительности они принадлежат к тонкому телу, которое проникает физическое и открывается только в медитации или мистическом опыте. В любом случае, йог создаёт столь сильный мысленный образ этого тела, что для него оно ощущается таким же реальным, как и любое тело из плоти и крови.
Тантры, или учения, где применяются эти практики, в общем делятся на четыре класса, каждый из который представляет более продвинутый этап, чем предыдущий. Они начинают с предварительного очищения ума и тела, а затем переходят к развитию и совершенствованию осознания пустотности, которое ведёт к конечному освобождению. «Калачакра-Тантра» принадлежит к высшему классу, известному как Ануттара-Йога, и вероятно является самым сложным из тантрических учений. В дополнение к этому тексты калачакры, подобно и другим текстам высших Тантр, написаны на тайном «сумеречном языке», что делает их понимание непосвящёнными чрезвычайно трудным, если не невозможным. Западные учёные склонны считать калачакру самой сложной из всех тибетских систем, пределом ритуализации и запутанного символизма. В результате она, пожалуй, остаётся наименее известным и самым далёким из всех тантрических учений.
Главная причина сложности калачакры в том, что она старается охватить все явления — от работы ума до устройства вселенной — в одной всевключающей системе знания и практики. Делает она это тремя частями, именуемыми «внешней», «внутренней» и «иной» калачакрой. Первая занимается внешним миром, начиная с происхождения вселенной и включая астрономию и географию. Описание Шамбалы, её истории и связанного с ней пророчества принадлежат к этой части калачакры. Она также включает то, что мы бы назвали физическими и инженерными науками — например, она описывает, как построить катапульты и иные виды оружия, которые будут использоваться в последний битве против сил зла. Но главный упор тем делается на время и астрологию, а также на математику, необходимую для расчётов. В движении звёзд и планет практикующий внешнюю калачакру стремится найти циклические образцы сил, регулирующих наше существование. Он пытается прочесть их, подобно тому, как учёный по давлению и образованию облаков пытается предсказать погоду. Тибетские календарь и система астрологии в значительной мере происходят от этого раздела калачакры.
В отличие от внутренней калачакры, которую тибетские учителя будут обсуждать открыто, две другие части обычно держат в тайне и открывают только посвящённым — ламы считают, что там есть идеи и практики, которые могли бы повредить тем, кто попытался бы баловаться с ними без необходимой основы и подготовки. Первый из этих двух путей, внутренняя калачакра, работает с телом и умом и учит, как использовать их в медитации. Она углубляется в их внутреннее строение, но с мистическим уклоном. Внутренняя калачакра также объясняет действие системы психических каналов в целом и как она соотносится с функционированием разных чувств и видов сознания. Согласно её объяснению, неправильное течение энергии через тело ведёт к нарушениям равновесия, которые производят физические болезни и умственные расстройства, такие как галлюцинации. В той части, которая пересекается с областями исследований западной медицины и психологии, внутренняя калачакра предписывает способы предотвращения и лечения различных болезней, начиная от оспы и кончая шизофренией.
Последняя из трёх частей калачакры, «иная», направляет внимание на духовное царство, описывая божеств и мандалы учения, а также их применение в практике визуализации. Йог знакомится с сотнями этих божеств и развивает интуитивное понимание того, что они символизируют. В некоторых тантрических учениях гора Кайлас, например, символизирует позвоночник или центральный психический канал тела, также как и место пребывания божества-покровителя Чакрасамвары. Калачакра развивает эту систему соответствий в самой полной мере, и даже включает в неё время, делая божеств и внутренние процессы отражением внешних событий, таких как рост и убывание луны.
Тут и приобретает важность символизм Шамбалы. Царство расположено в мистической географии мира, которая естественно подходит к системе мистических соответствий. Тексты внешней калачакры дают положение Шамбалы в соотношении с Бодхгаей, местом просветления Будды, и горой Меру, центром вселенной. Оба этих места имеют очевидное внутреннее и духовное значение. В дополнение к тому, они описывают Шамбалу как священное место паломничества, где учение калачакры существует в самой чистой форме и где его легче всего практиковать. Следовательно, мы можем ожидать, что во внутренней и иной частях калачакры это царство соответствует чему-то особо важному. Учитывая это, мы перейдём к выяснению того, что же может символизировать Шамбала в мирах психического и духовного опыта.
Такой могущественный символ, как Шамбала, способен на нечто большее, чем просто обозначение какой-то скрытой истины или аспекта реальности — он может также действовать как окно, через которое открывается вид на то, что за ним. Если правильно к нему подойти, можно посмотреть прямо сквозь него и уловить проблеск того, что он символизирует. В такой момент, когда символ даёт внезапное озарение или вспышку интуиции, он в самом деле кажется прозрачным, как оконное стекло и открывает доселе скрытый вид, полный неожиданных глубины и смысла. Внезапно мы видим, как перед нами, как бы вдалеке, простирается содержание того, что он выражает. Символ даёт нам ощущение раскрытой обширной панорамы, простирающейся за пределы ограниченного горизонта того, что нам известно. В этой панораме можно найти и решение мирской проблемы, и мистическое переживание вселенной. Мы можем получить внезапное понимание того, как работает автомобиль, или, подобно английскому поэту Уильяму Блэйку, «увидеть мир в песчинке и небеса в цветке».
Символы действуют так, устанавливая мысленные образы, которые пробуждают и направляют внимание более глубоких уровней ума. Используя в качестве путеводителя описание или представление символа, интеллект обостряется и, так сказать, ориентирует раму своего ментального окна, в то время как эмоции застекляют его стеклом верной прозрачности и правильного оттенка. Если физическое окно выходит в нужную сторону и достаточно чисто, оно может открыть тот вид, на который было рассчитано. Подобно этому, если интеллект и эмоции направлены на образ с должной ориентацией и ясностью, он может пробудить уровень осознанности, который смотрит сквозь этот символ на то, что он символизирует.
В своей интерпретации мы должны также избежать ловушки представления о том, что мы можем дать истинное объяснение того, что означает символ вроде Шамбалы. Его настоящее значение — в опыте прямого прозрения, который за пределами описания, а потому и за пределами возможности объяснения, которое неизбежно должно состоять из слов или других описательных знаков. Наша интерпретация, однако, может использовать объяснения, чтобы соотнести некий тёмный символ с другими, которые мы находим более прозрачными. Тогда с помощью того, что они открывают, мы можем посмотреть через него на то, что за ним скрывалось. Но если мы примем другие символы, к которым нас отсылает объяснение, за истинный смысл первого символа, то мы просто подменим один символ комбинацией других, ошибочно принятых нами за опыт действительного озарения. Так можно свести окно с видом к картинке, в которой нет ни глубины, ни сущности.
Что же в действительности открывает символ, в конечном счёте, зависит не от интерпретации, а от уровня нашей осознанности. Как бы основательно мы ни интерпретировали символы, наше обычное поверхностное сознание будет всегда воспринимать их как простые знаки или картинки. Лишь более глубокие уровни ума смогут воспользоваться ими как окнами, дающими прямые прозрения в то, что они символизируют. Чем более глубокий уровень ума мы пробудили, тем больше мы в действительности увидим. Поскольку наша осознанность меняется с каждым моментом, в зависимости от того, как мы бдим, смысл символа в нашем уме тоже будет меняться: иногда он будет казаться не более чем бессмысленным узором, а временами — откровением глубокой истины. С хорошей интерпретацией более вероятно (но не обязательно), что мощный символ на миг пробудит более глубокий уровень ума, позволяющий бросить взгляд в глубины того, что он символизирует. Момент такой прозрачности оставит нам воспоминание ясного прозрения, которое будет постепенно подрывать наши ошибочные верования о природе реальности. Со временем множество таких озарений может пробить постоянные окна в стенах иллюзии, которые окружают нас и не дают нам увидеть вещи такими, каковы они есть на самом деле.
В некотором смысле мы живём, окружённые стенами символов, которые мы неверно интерпретировали и приняли за что-то другое. Многие из них происходят от настоящих озарений, испытанных нами когда-то, но с тех пор замороженных в картинки или предвзятые концепции, которые теперь диктуют нам, как переживать и воспринимать мир. В результате, где бы мы ни увидели что-то новое, сразу же выскакивает заранее подготовленный образ того, как это должно выглядеть, оттесняя это и занимая в уме его место. Вместо прямого восприятия вещи такой, как она есть, мы видим выцветшую картинку, которой к тому же присущи черты подобных вещей, которые мы видели когда-то давно. Этот процесс происходит автоматически и так быстро, что мы его даже не сознаём; мы замечаем лишь, что наше восприятие уже не столь живо, как было раньше. Принимая картинки за действительное восприятие вещей, мы создаём стены, отрезающие нас от переживания реальности. Но многие из этих картин однажды были символами, давшими нам прозрение в то, что они символизировали; и они могут сделать это опять. Мы должны снова превратить их в окна, которые могут дать нам свежее видение мира и себя самих.
То, что мы увидим через символ, подобный Шамбале, мы не сможем изложить на бумаге; здесь требуется акт видения, опыт, который каждый должен пережить сам. Когда мы говорим, что Шамбала, подобно скрытым долинам, символизирует более глубокие уровни ума, в действительности мы имеем в виду, что она символизирует не их, а ту реальность, символами которой они в свою очередь являются. Ведь глубинные уровни ума сами существуют лишь как символы опыта, который за пределами концептуализации. Видеть их через символизм Шамбалы на самом деле значит переживать энергию и осознанность, которую они символизируют — пробуждать эту энергию и эту осознанность в себе.
Согласно Кхемпо Норьянгу, мы можем говорить о трёх Шамбалах, соответствующих трём подразделениям учений калачакры. Внешняя Шамбала существует как царство во внешнем мире, внутренняя скрывается в теле и уме, а иная — это мандала калачакры со всеми её божествами. Иными словами, есть три версии для рассмотрения — физическая, ментальная (или психическая) и духовная. Чтобы открыть скрытый смысл Шамбалы, нам нужно увидеть, как физическая версия, описанная в текстах, отражает природу двух других. Внутреннее царство считается самым важным из трёх — если йог сможет путём практики калачакры найти его, то он будет обладать осознанностью, необходимой, чтобы увидеть физическое и духовное царства. По этой причине наша интерпретация будет сосредоточена на внутренней версии Шамбалы.
Как мы заметили в первой главе, тибетцы часто описывают Шамбалу как единственную чистую землю, существующую на Земле. Но некоторые ламы, такие как Сакья Тризин, говорят, что по этой причине её обитатели не обладают такой чистотой ума, как живущие в других чистых землях, лежащих вне скверн этого мира. Это наводит на мысль, что внутренняя Шамбала включает более глубокие уровни ума, которые чисты, но не вполне. Более того, из этого следует, что мы можем найти эту версию царства прямо в теле, скрытую страстями и иллюзиями поверхностного сознания. На духовном уровне описание Шамбалы как чистой земли, существующей в этом мире, намекает, что иное царство, священное владение божества калачакры, скрыто в профаническом мире повседневной жизни — если бы мы могли увидеть вещи такими, как они есть на самом деле, мы нашли бы божественность во всём.
Всё это станет более очевидным, когда мы рассмотрим символизм самой поразительной черты Шамбалы — её лотосообразной формы. В Буддизме лотос имеет особое значение как символ чистоты и просветления, пребывающих даже среди иллюзии и невежества. Например, в тибетском искусстве мы обычно встречаем будд и бодхисаттв, изображённых стоящими или сидящими на цветке лотоса. Это показывает, что они достигли чистого и просветлённого состояния, которое не может быть осквернено окружающим их миром. Если взглянуть на то, как растут эти цветы, станет ясно, откуда происходит такой символизм. Начав в темноте семенами, скрытыми на дне реки или пруда, они посылают ростки через грязь и мутные воды, чтобы образовать цветы, открытые к солнечному свету. Хотя цветы покоятся на поверхности воды и получают питание из грязи, находящейся внизу, они остаются чистыми и сухими, неиспорченными своим окружением. Также и бодхисаттва преодолевает тьму невежества и выходит на свет мудрости, и хотя он продолжает жить в миру, он остаётся нетронут его заблуждениями.
Потому образ Шамбалы намекает на то, что внутреннее царство схоронено подобно семени лотоса в глубинах нашего ума, скрытое под грязью и мутными водами наших страстей и иллюзий. Однако добывая энергию из этих самых страстей, оно может начать рост и наконец выйти из темноты бессознательного, чтобы раскрыться подобно цветку и открыть просветлённую осознанность глубинных уровней ума. Образы самой популярной тибетской мантры, «Ом мани падме хум» (Ом, драгоценность в лотосе, хум), в дополнение к этому наводят на мысль, что лотос внутренней Шамбалы скрывает в своём центре драгоценность самого внутреннего ума, сияющую с алмазной ясностью глубочайшей осознанности всего — осознанности абсолютной природы самой реальности. Только после того, как вышли на поверхность глубинные уровни ума, раскрыв лепестки вокруг неё, она пробудится, чтобы рассеять последнюю из наших иллюзий.
Лотосная форма Шамбалы — царство в виде восьмилепесткового цветка лотоса, также показывает нам, где в своём теле йог ожидает найти и пережить внутреннее царство. Как мы увидели в первой главе, реки и горы делят внешнее царство на восемь областей, окружающих центральную область, что и придаёт стране форму восьмилепесткового лотоса. Большинство тибетских Тантр, и в частности, «Калачакра-Тантра», используют лотос с таким количеством лепестков как символ самого важного центра в системе психических каналов — сердечного центра, называемого дхармачакрой или колесом истины. (Однако, в индийской Тантре эти цифры другие, и в частности, сердечный центр (Анахата-Чакра) имеет двенадцать лепестков. Прим. пер.). Некоторые ламы, такие как Самдонг Ринпоче и Чопгье Тричен Ринпоче, поэтому отождествляют внутреннюю Шамбалу с этим центром и указывают, что там вероятно скрыт и высший, или самый внутренний ум, — единственный, который может познать истинную природу реальности.
Согласно Кхемпо Норьянгу, восемь лепесткообразных областей Шамбалы обозначают восемь психических каналов, исходящих из сердечного центра, подобно спицам колеса. Затем эти каналы подразделяются на тысячи тончайших ответвлений, которые развёртываются в разные органы чувств и умственные способности тела. Каждый из восьми главных каналов служит одному из восьми видов сознания, через которые мы ощущаем себя и мир. В них входят сознания каждого из пяти чувств, сознание мыслей, сознание «я», и сознание-хранилище для прошлых впечатлений. Из этого мы можем заключить, что восемь областей Шамбалы символизируют эти восемь видов сознания и их отношение к самому внутреннему уму, пребывающему в центре сердца. (Восемь видов сознания (санскр. виджняна) — сознание зрения, слуха, запаха, вкуса, осязания, мыслей, «я», и прошлых впечатлений. Прим. пер.).
Иными словами, в каждом из видов сознания мы можем различить разные уровни проявления внутреннего ума. В зависимости от того, насколько удалены эти уровни от своего источника, они дают более или менее иллюзорное видение реальности. Если мы возьмём наименее подверженные заблуждению слои и распространим их по всем восьми видам сознания, то получим более глубокие уровни ума с их более чистым и точным сознанием вещей, каковы они есть. Мы можем символически представить их концентрическими кругами, охватывающими восемь лепестковых областей Шамбалы. Чем ближе круг к центральной области, тем более глубокий уровень ума он представляет. Это приводит к мысли, что на более глубоких уровнях восемь видов сознания ближе друг к другу и более сосредоточены, чем на внешних, более поверхностных уровнях; потому они действуют с большей координацией и точностью — например, наше внутреннее самосознание менее склонно вступать в столкновение с внешним восприятием окружающего мира. Согласно этой схеме, на глубочайшем уровне из всех, в самом внутреннем уме, восемь видов сознания сливаются в одну осознанность, которая переживает истинную природу реальности без всяких различий мысли или восприятия.
Иными словами, проживая жизнь как путешествие, мы можем добиться того, чтобы она состоялась, и наполнить её смыслом. Придавая повседневным событиям символическое измерение, мы делаем их в некотором смысле прозрачными, превращая в окна, открывающие нам свежие виды на себя самих и мир вокруг нас. В результате наша жизнь станет богаче и глубже, наполняясь растущим осознанием реальности. Таким образом, вместо того, чтобы стимулировать эскапистские фантазии ума, символизм путешествия в Шамбалу скорее помогает нам жить более полно прямо здесь, в этом мире повседневной жизни.
Живя жизнь, как путешествие, мы можем рассматривать её и как сбывающееся пророчество — пророчество о конечном освобождении от плена наших иллюзий. Когда мы рассматриваем свою жизнь так, становится легче пережить те процессы пробуждения, которые символизируют история Шамбалы и пророчество о ней».

(Эдвин Бернбаум. Путь в Шамбалу (В поисках Шамбалы).
/ Пер. К.А.Зайцева. 2005г. Сайт hpb.narod.ru.)

* * *

Подведем итог. Обратим внимание на некоторые важные моменты в представленной выше информации.

«Вероятно, самая большая тайна в мире — это тайна человеческого духа. Где лежит исток гармонии человеческой мудрости, кто открывает внутри нас какие-то удивительные врата, из которых выходит Человек — Великий Мудрец, кто наделяет нас Знанием, которое невозможно выразить словами? Эти вопросы вечны и неотъемлемы от человечества, как неотъемлемы от него философия и религия. В культуру какого бы народа мы ни заглянули, везде сталкиваемся с загадками человеческой мудрости — мудрости неизреченной, тайной, покрытой густым флером легенд и мифов… <…>. Запад всегда «грешил» восточной экзотикой и мистикой. Но, к сожалению, это ни на шаг не приближает нас к истинным тайнам Шамбалы. А они действительно существуют. <…>. Если присмотреться повнимательнее, загадка Шамбалы далеко выходит за рамки простого обнаружения ее в какой-то точке земного шара. Шамбала не проблема географии, но загадка мистической культуры Востока»

(А.Маслов. Страна мудрецов. Журнал «Знак вопроса» №1;2 1993г. М. Изд-во «Знание».)

В первую очередь обратим внимание на следующее утверждение: «Шамбала — это место связи, соединения физического и духовного миров».
Во-вторых, следует обратить внимание на «символическое» изображение Шамбалы: «на картинах она [Шамбала] изображается в виде восьмилепесткового лотоса, т.е. круга, разделенного на восемь частей снежными хребтами. Так языком символов передается, что в этой стране Учение достигло сознания каждого, что вся страна следует Восьмеричному Пути» (см. Баркова А.Л. Буддийская живопись в собрании МЦР. Театральная библиотека. Сайт lib.vkarp.com.).
«Шамбала сформирована в виде гигантского Лотоса с восемью лепестками. Внешний периметр целого Лотоса сформирован кругом великих снежных гор, так же как периметр перикарпия (внутреннего круга), который образует центральную треть всей страны. Границы-зазоры лотосовых лепестков сформированы реками и снежными горами, а вся земля покрыта прекрасными озерами, прудами, лугами, лесами и рощами. Центральная сердцевина (перикарпий) Шамбалы несколько приподнята над окружающими лотосовыми лепестками, и на ней стоит столица Шамбалы – Калапа, ее дворцы сделаны из золота, серебра, бирюзы, кораллов, жемчугов, изумрудов, лунного хрусталя и других драгоценных камней. Калапа сверкает таким блеском, что диск полной луны над ней — просто бледное пятно» (см. Описание Шамбалы. Сайт kalachakra.ru.).
«Легенда о Шамбале принадлежит к Мистической Традиции, которая имеет дело с определенным видом внутреннего освобождения. <…>. Лотосная форма Шамбалы — царство в виде восьмилепесткового цветка лотоса, также показывает нам, где в своём теле йог ожидает найти и пережить внутреннее царство. <…>. Согласно Кхемпо Норьянгу, восемь лепесткообразных областей Шамбалы обозначают восемь психических каналов, исходящих из сердечного центра, подобно спицам колеса. Затем эти каналы подразделяются на тысячи тончайших ответвлений, которые развёртываются в разные органы чувств и умственные способности тела. Каждый из восьми главных каналов служит одному из восьми видов сознания, через которые мы ощущаем себя и мир» (см. Эдвин Бернбаум. Путь в Шамбалу (В поисках Шамбалы). / Пер. К.А.Зайцева. 2005г. Сайт hpb.narod.ru.).
Как известно, символом Тантры является розовый восьмилепестковый лотос (см. статью 1.2. «Эмблема Российской Тантрологии»), символом Байндава-Чакры, 8-й основной чакры в теле человека, является розовый восьмилепестковый лотос (см. статью 1.6. «Нужна ли нам Российская Тантрология» (ч.1), п.5. Тайна восьмых врат и точки перехода; п.6. Тайна восьмого лотоса). Обратим внимание на определенное сходство между изображением Шамбалы, символом Тантры и изображением Байндава-Чакры.

3.4.4 мандала Шамбалы      3.4.4 Символ Тантры      3.4.4 Байндава Чакра

«3. Чему учили в Шамбале? <…>. Тело — это не просто телесно-человеческое, но и божественно-духовное начало, скрытое внутри тебя. «Я» — тоже далеко не тот обыденный человек, которого мы видим в зеркале, и даже не его мысли и чувства. «Я» — это то, что стоит за всем этим, что лежит в основе вообще всякого существования, это — самобожественность. Когда последователь постепенно осознает все эти концептуальные тонкости, ему уже не сложно понять, что все видимое и даже ощущаемое — священно, божественно, не отлично от самого Божества. Это и называется «постоянно пребывающая мандала».
Итак, мы подошли к ключевому понятию всего шамбалистского учения — мандале. Что же такое мандала? Мы привыкли понимать мандалу как картинку, буддийский знак, состоящий обычно из сложных концентрических кругов и вписанных в них квадратов, обычно ориентированный по сторонам света. Действительно, мандала — это изображение. Но само по себе это изображение лишь выражение некой внутренней картинки в нас, таинственной космогонической схемы божества. Термин «мандала» имеет множество значений, которые зависят, прежде всего, от контекста, в котором встречается это слово. «Мандала» может означать «круг», или «место священного рождения», или «члены человеческого тела». Даже капля воды с благовониями, используемая в буддийских ритуалах, может называться мандалой. Но для последователей Калачакры мандала — не изображение, не простой круг, это место священного пребывания божеств. Таким образом, мандала — это огромное сооружение, наподобие лабиринта, построенное в соответствии со строгими правилами обычно в виде концентрирующихся кругов и квадратов, по спирали сходящихся к середине. Само божество тоже может называться «мандалой», и таким образом место его пребывания и оно само объединяются под единым названием. Сегодня сооружения мандалы можно встретить в китайском Тибете, и считается, что они в точности имитируют мандалу Шамбалы. <…>.
Саму сущность [Тантры] Калачакры можно постичь, лишь войдя внутрь мандалы и тем самым поняв ее смысл изнутри. Это самое сложное путешествие, которое предпринимает посвящаемый в своей жизни, хотя ему и не приходится преодолевать на своем пути ни гор, ни безводных пустынь. Путешествие в лабиринт-мандалу — это, прежде всего, путешествие внутрь самого божества Калачакры.
4. Войти в Мандалу. Итак, войдем вместе с посвященными внутрь «тела» мандалы, где обитает божественность и где получают посвящение в высочайшую мудрость мира. <…>.
Итак, сделаем предположение иного рода — Шамбала не страна, не местность, не место поселения мудрецов, но специфический тип внутреннего переживания, особого рода акт мистического откровения. <…>.
Так мы проделали почти в точности тот путь, по которому двигались посвященные Шамбалы. Наше путешествие внутрь «тела мандалы» хотя и было чрезвычайно коротким, но, тем не менее, кое-что из того, что мы видели здесь, сослужит хорошую службу при разгадке тайны Шамбалы. Благодаря такой сложной инициации и откровениям, приходящим в моменты медитации, последователь Калачакры, где бы он ни был, в Китае, Монголии, Тибете, Бирме, так или иначе вступает в Шамбалу, духовно приобщается к ее Учению. И нет никакой необходимости совершать долгое путешествие, преодолевая неимоверные препятствия на своем пути, так как духовный смысл Шамбалы уже живет в просветленном сознании человека»

(А.Маслов. Страна мудрецов. Журнал «Знак вопроса» №1;2 1993г. М. Изд-во «Знание».)

Обратим внимание на то, что «именно на лотосе восседал Будда Гаутама, именно нежный и чистый цветок лотоса он передал своему последователю Манчжушри, уходя в нирвану, как символ передачи сокровенного Учения. При этом он не сказал ни слова, ибо истинное Знание передается вне слов» (см. А.Маслов. Страна мудрецов. Журнал «Знак вопроса» №1;2 1993г. М. Изд-во «Знание».).
А теперь обратим внимание на легенду о чудесном камне Чинтамани («Великом Сокровище», или «Сокровище Мира»), который хранится в особой башне в Шамбале и предназначен для духовной помощи человечеству. Согласно Википедии, «Чинта?мани — в индуистской и буддийской мифологиях камень (кристалл), принадлежащий Авалокитешваре и исполняющий желания. Одна из форм проявления Авалокитешвары — Чинтамани-Чакра».
Согласно легендам, именно гигантская фигура Авалокитешвары венчает самую высокую точку Шамбалы. А как известно, именно Авалокитешвара (или Проявленный Ишвара) является олицетворением мудрости и милосердия и способствует обретению высшего духовного состояния. Согласно легендам, будучи эманацией своего духовного отца, дхьяни-будды Амитабхи, бодхисаттва Авалокитешвара появился на земле из цветка лотоса ради освобождения человечества. А как известно, лотос являлся символом семейства Падма, к которому принадлежал Авалокитешвара.

«На иконах и фресках Авалокитешвара изображается в трех основных видах. Как человеческий Бодхисаттва с одним телом, двумя руками и головой, стоящий и держащий в одной руке лотос, а другая в жесте щедрого даяния. Как человеческий Будда сидящий на цветке Лотоса и плоском диске Луны. У него одно тело, одно лицо и четыре руки. Он сидит в одеждах и украшениях Тела Вселенского Блаженства Энергий на лотосовом троне в совершенной алмазной позе лотоса. В центральных двух руках он держит «сокровище мира» — камень Чинтамани. Этот камень символизирует сердечную силу души каждого существа. Сила души исполняет любые благие желания и начинания. Правая рука его держит алмазные четки, символ бесконечности времени и неизбежности Просветления. Левая рука Авалокитешвары держит цветок белого Лотоса, что символизирует нераздельность сансары и нирваны, единство методов совершенствования в сансаре, выводящие к Просветлению нирваны. Третья форма одиннадцатиголовая, тысячерукая и тысячеглазая. Она показывает бесчисленные возможности Авалокитешвары, что он использует для блага существ».

(Будда Авалокитешвара. Сайт energiya-sveta.ru.)

«Переводом древнейшей санскритской формы «Авалокитешвара» является «Внимающий Звукам Мира», тогда как позднейшее «Авалокитешвара» означает «Господь, Внимающий Миру»

(Бодхисаттва Авалокитешвара. Сайт abhidharma.ru.)

«Значение и происхождение имени «Авалокитешвара» не вполне ясны. Сложное слово «avalokita-isvara» переводят по-разному: «Бог, который смотрит вниз»; «Господь, который увидит»; «Господь, которого увидели»; «Бог взгляда» и т.п. Тибетский перевод имени Авалокитешвара — spyan-ras-gzigs («зрящий глаз»), монгольский — nid?-ber ??e-g?i («взирающий очами»). Вполне возможно, что первоначальной формой имени Авалокитешвара было «avalokitasvara» («наблюдающий за звуками»), именно такая форма встречается в найденных в Центральной Азии древних рукописях. Это предположение подтверждают и ранние китайские переводы буддийских сутр, где Авалокитешвара имеет название Гуань-инь («наблюдающий за звуками») или Гуань-ши-инь («наблюдающий за звуками мира»), которое сохранилось несмотря на предпринимавшиеся с начала VI в. попытки заменить его на Гуань-цзы-цзай («наблюдающий суверен»), что можно считать прямым переводом санскритского Авалокитешвара. К китайскому имени Гуань-ши-инь восходит другое монгольское название Хоншим (Хонгшим, Хомшим) бодхисатва, употребимое наряду с правильной санскритской формой и её монголизированными вариантами: Арья-Боло, Арья-Була и пр. (преимущественно в народной мифологии: шаманских гимнах, преданиях и др.). Образ Авалокитешвары возник в последних веках до н.э. (Л.Э.Мялль)».

(Мифы народов мира. Сайт slovarionline.ru.)

«Авалокитешвара (санскр.) — «Наблюдающий Владыка». В экзотерической интерпретации он — Падмапани (носитель лотоса и лотосом рожденный) Тибета, первый божественный прародитель тибетцев, полная инкарнация или Аватар Авалокитешвары; но в эзотерической философии — Авалоки, «наблюдающий», есть Высшее Я, в то время как Падмапани — Высшее Эго, или Манас. Мистическая формула «Ом Мани Падме Хум» употребляется специально для вызывания их объединенной помощи. Тогда как народная фантазия заявляет о многих инкарнациях Авалокитешвары на земле и видит в нем — не так уж неправильно — духовного вождя каждого верующего, — эзотерическая интерпретация усматривает в нем Логос — как небесный, так и человеческий. Потому, если Школа Йогачарья провозгласила Авалокитешвару как Падмапани, «Дхиани Бодхисаттвой Амитабха Будды», то это верно, так как первый является духовным отражением второго в мире форм, оба будучи едины — один на небесах, другой на земле».

(Теософский словарь Е.П.Блаватской. Сайт ru.teopedia.org.)

«Падмапани [«Носитель Лотоса»] или Авалокитешвара по санскритски есть Ченрези по тибетски. Авалокитешвара есть великий Логос в своем высшем аспекте и в божественных Сферах. Но на проявленном плане он, подобно Дакше, есть Прародитель (в духовном смысле) людей. Падмапани-Авалокитешвара эзотерически именуется Бодхисаттва (или Дхиан-Коган) Ченрези Ванчуг «мощный и всевидящий». В настоящее время он почитается как величайший Покровитель Азии вообще и Тибета в частности. Для того, чтобы направить тибетцев и лам на путь святости и сохранить в мире Архатов, это Небесное Существо, проявляется от века до века в человеческой форме. Народная легенда гласит, что, когда вера начинает вымирать в мире, Падмапани Ченрези, «Носитель Лотоса», излучает яркий луч света и затем воплощается сам в одном из двух великих лам — Далай-Ламе или Таши-Ламе; наконец, существует поверие, что он воплотится, как «самый совершенный Будда» в Тибете вместо Индии, где его предшественники великие Риши и Ману появились при начале нашей Расы, но теперь более не появляются. Даже экзотерический аспект Дхиани Ченрези указывает на Эзотерическое Учение. Очевидно, подобно Дакше, он является синтезом всех предыдущих Рас и прародителем всех человеческих Рас после Третьей — первой завершенной — и, таким образом, он представлен, как кульминация всех четырех Первоначальных Рас в своей одиннадцати-ликой форме. <…>. Имя его «Покровитель» (Тибета), «Спаситель Человечества». На других изображениях, где он имеет лишь две руки, он есть Ченрези, Дхиани и Бодхисаттва, Чаг-на-Пэма-Кар-по, «Держатель белого лотоса». Другое его имя Чантонг, «Тысячеокий», когда он наделен тысячью рук, причем на каждой ладони изображен глаз Мудрости, эти руки излучаются из его тела, подобно лесу лучей. Еще одно из его имен, на санскритском языке, Локапати или Локанатха, «Владыка Мира» и по-тибетски «Джигтен-Гонпо», Покровитель Мира от всякого зла.
Падмапани, однако, символически есть «Носитель Лотоса» лишь для непосвященных; эзотерически это означает — держатель Кальп, последняя из которых именуется Падма и представляет одну половину жизни Брамы. Хотя, в действительности, она есть меньшая Кальпа, но называется Маха, «великая», потому что она включает век, в который Брама вышел из Лотоса. Теоретически Кальпы бесконечны, но практически они разделены и подразделены в Пространстве и Времени, причем каждое разделение — до самого малого — имеет своего собственного Дхиани, как Покровителя или Правителя. (Блаватская Е.П. Тайная Доктрина. Т.2, с.7 шл.27)».

(Авалокитешвара. Сайт ru.teopedia.org.)

«Один из главнейших атрибутов Авалокитешвары — шестисложная мантра «Ом Мани Падме Хум», из-за которой бодхисаттву иногда называют Шадакшари («Хранитель Шести Слогов»). Другие его санскритские эпитеты — Падмапани («держащий лотос») и женская ипостась — Манипадма («держащая драгоценность и лотос»). <…>. Когда-то бодхисаттва Авалокитешвара был одним из учеников Будды Шакьямуни, и Будда предсказывал, что Авалокитешвара сыграет важную роль в истории Тибета».

(Википедия. Свободная Энциклопедия.)

«Волшебная мантра Авалокитешвары: «ОМ МАНИ ПАДМЕ ХУМ!» — состоит из шести слогов. Простой перевод ее с Санскрита: «ОМ Драгоценность Духа в Лотосе сердца». Но не зря в Индии, в Гималаях и в Тибете считают ее универсальной, подходящей для всех существ. Волшебная вибрация этой мантры не ограничена только миром богов или миром людей. Каждый из слогов этой мантры разрушает коренной яд одного из шести миров сансары, так что вся мантра освобождает от омрачений и побуждает к эволюции все шесть миров. В любом из нас яды накоплены за долгие перерождения в смешанном виде, поэтому для каждого существа эта мантра несет освобождение от иллюзии сансары».

(Будда Авалокитешвара. Сайт energiya-sveta.ru.)

«Данную мантру называют «сокровищем мудрости» или «кратким учением», и это действительно так, поскольку «мани» значит «ваджра» — символ просветления и одновременно метод достижения мудрости, «падме» — «лотос», т.е. сама мудрость, а их соединение в мантре символизирует соединение мужского и женского начала вселенной, постижение мудрости посредством метода. Таким образом, эта мантра воплощает в себе основную тантрическую идею единения двух начал Вселенной. Её поздние переводы (например, «ОМ, ты сокровище, сидящее на лотосе») только затушёвывают изначальный смысл».

(см. Бодхисаттва Авалокитешвара. Сайт abhidharma.ru.)

«Ом Мани Падме Хум» считается самой универсальной, волшебной, магической и даже мистической формулой, выражающей Высшую Мудрость, является Великой Мантрой Благости и Счастья, заключающей в себе огромную Любовь, Милосердие и Сострадание, считается символом Пути, ведущего к Высшей Истине. Ее часто называют «сутью всякого знания, процветания и счастья», «великим средством освобождения», поскольку «Бог в непроявленной форме подобен сокровищу в сердцевине лотоса, проявленного в сердце» (см. статью 1.2. «Эмблема Российской Тантрологии», п.1.1. «Лотосовая» формула «Ом Мани Падме Хум»).
Обратим внимание на то, что слово «лотос» в этой «лотосовой» формуле передано санскритским термином «падма». В русском языке лотос обозначается одним словом — «лотос». В Древней Индии у этого удивительного растения было около ста различных названий, значительная часть которых была связана с мотивом воды и цвета. В Санскрите сегодня известны более тридцати слов, которые могут обозначать лотос. Более того, лотосы разных цветов обозначаются разными словами. Например, белый лотос (который символизирует состояние духовной чистоты и совершенства) на Санскрите обычно обозначается словом «пундарика», голубой лотос (который символизирует состояние духовной мудрости и осознавания) на Санскрите обычно обозначается словом «нилотпала/утпала». Синий лотос (который символизирует состояние пробуждения, просветления) на Санскрите обычно обозначается словом «раджива». Красный лотос (который символизирует состояние чистоты сердца, любви и сострадания) на Санскрите обычно обозначается словом «коканда». Словом «падма» на Санскрите обозначается розовый лотос, который символизирует «верховный лотос», означающий «Высшую Божественность». Розовый Лотос — это символ присутствия Божественного на Земле (см. статью 1.2. «Эмблема Российской Тантрологии», п.1.2. Лотос как символ). Еще раз обратим внимание на тот факт, что розовый лотос являлся символом семейства Падма, к которому принадлежал Авалокитешвара.
Таким образом, если говорить о возможной «формуле» Шамбалы, своего рода «послании» Шамбалы всему человечеству, то, очевидно, следует указать на «лотосовую» формулу «Ом Мани Падме Хум», «формулу» для достижения понимания Мира и Человека, понимания предназначения этого Мира и предназначении Человека в этом Мире. Раскрыть сакральный, глубинный смысл и непреходящее значение этой «формулы» для развития Общей Духовной Культуры и создания настоящей истинной Цивилизации человечества, возможно, в этом и состоит благородная миссия Российской Тантрологии — помочь миру, поколению за поколением, подняться до осознания реальности духовной сферы и относиться к ней с полной серьёзностью. Следует строить мир и жизнь, учитывая всю мудрость мира. Пришло время, когда люди должны сосредоточиться не столько на материальном развитии, сколько на собственном духовном развитии. Цель существования человека на этой планете заключается в том, чтобы создать Общую Культуру, духовную во всех своих аспектах. Понять это предназначение позволяет феномен Тантры и феномен Шамбалы.
Сможет ли Запад понять и принять духовный опыт Востока, и, в частности, его ярчайшую жемчужину — Тантру? Сможет ли Россия сыграть в этом определяющую роль (как на это указывали Нострадамус, Э.Кейси, Ванга и др.)? Ответы на эти вопросы, несомненно, даст настоящее и будущее развитие молодой науки — Российской Тантрологии, которой надлежит должным образом обратиться не только к феномену Тантры, но и к феномену Шамбалы.
Как было написано в одной из публикаций, посвященных Шамбале (см. Шамбала. Загадка веков. Поиск Шамбалы. Некоторые ключевые мысли. Сайт «Наша Планета». planeta.moy.su.):

«Шамбала — это местонахождение Цели, или Замысла. Это Цель, или Замысел, который невозможно понять, пока не следуешь Плану. И в этом ключ к пониманию («Ученичество в Новом Веке» т.II, с. 519-520)».

Закончить эту статью хотелось бы словами, которые приведены на сайте «Центра Шамбалы» (см. Центр Шамбала. Сайт shambala-center.ru.):

«Шамбала — это неоткрытая тайна мира… Но осталось сделать только один шаг, чтобы познать и открыть назначение Шамбалы, в руках которой хранится богатство мира, таинство которого есть и в нашем сознании, и в наших целях жизни. От чего и следует отмечать эти дороги в будущем, хранящие тайны будущего, ЗА СЧЕТ ПОНИМАНИЯ СЕБЯ, ГДЕ И ЗВУЧИТ ОТВЕТ, КАК НАДО ЖИТЬ…».

* * *

N 36. 01.07.36г.