Статья 3.12. Теология (Тантры) как раздел Российской Тантрологии.

продолжение

4. ЗАДАЧИ ТЕОЛОГИИ.

«Аннотация. Выдающийся богослов протопресвитер А.Шмеман с удивительной простотой и ясностью говорит о сущности богословия, о корнях становления русского православного богословия в историческом контексте. Затрагивает вопросы взаимоотношения религии и науки, и методов познания мира, используемых православным богословием и истинной наукой.
Введение. Введение в богословие — в этом курсе нужно сказать понемногу обо всем. Мы живем в иное время, чем то, когда Григорий Богослов не мог войти в баню или лавку за хлебом, не будучи схваченным кем-нибудь за рукав и не спрошенным: «Скажи, что правильнее «омоусиос» или «омиусиос»? Теперь так не богословствуют и к богословию относятся неприязненно или с недоверием. Богословие стало уделом одних богословов, специалистов, которые рассуждают о вопросах, никого больше не интересующих. Большинство христиан ограничивается простой верой и с подозрением смотрит на богословие, боясь, чего доброго, впасть посредством его в ересь. Это отношение способствовало превращению богословия в чистую науку, интеллектуальное занятие, цель которого — в самом себе, и которое не имеет никакой связи с жизнью. Даже большая часть священников, при обязательности для них богословского образования, из знаний, полученных за пять лет своего обучения, используют лишь те, что касаются устава и некоторых практических моментов. Прочее же никак не увязывается у них с реальностью. Здесь встает вопрос о целях и задачах богословия.
Я принадлежу к тем людям, которые верят, что богословие есть высшее призвание, что без него нет и не может быть Христианства. И теперь, когда жизнь зовет к практическим делам, я скажу, что нужно богословское призвание, нужно искусство богословия, нужен возврат к прежнему богословию, что без этого не будет подлинного Христианства, той веры, о которой говорится: «сия есть победа, победившая мир, вера наша».

(Протопресвитер Александр Шмеман. Введение в богословие. Сайт www.azbyka.ru.)

«6. Естественная и сверхъестественная теология Фомы Аквинского. Пять доказательств бытия Бога. Фома Аквинский и соотношение теологии и философии. Фома Аквинский явился родоначальником рациональной теологии. Согласно Фоме, и теология и философия, суть «науки» в аристотелевском понимании, т.е. системы знания, в основании которых лежат первые принципы, а из этих принципов посредством силлогистических рассуждений выводятся заключения. Теология и философия суть самостоятельные науки, ибо принципы теологии — догматы — и принципы разума не зависят друг от друга. Часть истин Откровения носит сверхразумный характер (догматы троичности, первородного греха и др.), — другие являются рационально постижимыми (существование Бога, бессмертие души и др.).
Откровенное (сверхразумное) и естественное знание не могут противоречить друг другу, поскольку и то и другое является истинным.
Задача теологии состоит в систематическом изложении и истолковании спасающей истины Откровения; для того чтобы сделать положения веры понятными и убедительными для «естественного разума» человека. Для этого теология прибегает к помощи философии, в частности к его понятийному аппарату. Рассматриваемая как средство достижения главной цели христианского вероучения — спасения человека, философия есть служанка теологии. (Фома повторяет это за своим предшественником П.Дамиани).
Богословие использует философию и науку, чтобы более доходчиво, наглядно, убедительно показать человеку истины христианского учения. Это — следствие того, что человек имеет несовершенный ум, который не может привести человека непосредственно к богопознанию, для этого есть предварительные ступени. <…>.
Теология как основанная на философии наука. Фома Аквинский считал, что с помощью научно-философских доводов возможно даже доказать истинность некоторых христианских догматов, например догмат о бытии Бога. В то же время, другие догматы научно недоказуемы, так как в них показаны сверхъестественные, чудесные качества Бога. И значит, они являются предметом веры, а не науки. Так, по его мнению, разум просто бессилен в обосновании большинства христианских догматов — возникновения мира «из ничего», первородного греха, воплощения Христа, воскресения из мертвых, неизбежности Страшного Суда и дальнейшего вечного пребывания человеческих душ в блаженстве или же в муках.
Поэтому истинное, высшее знание науке неподвластно, ибо человеческий разум не способен постичь Божественный замысел в полном объеме. Бог — это удел сверхразумного познания, и, следовательно, предмет теологии. Так что теология — это совокупность человеческих представлений о Боге, частично доказанных с помощью науки, частично основанных на вере.
Теология, в понимании Фомы Аквинского, является высшей формой человеческого знания именно потому, что в ее основе лежит вера. Иначе говоря, теология — это тоже знание, только сверхразумное знание. <…>.
Отсутствие противоречий между теологией и философией. Источники. Фома Аквинский разделяет теологию и науку по разным принципам: теология черпает свое знание из Откровения, а науки — из чувств и разума. Предмет у теологии и философии один, различны лишь методы познания.
Науки бывают высшие и низшие. Высшая наука — та, которая черпает свои знания из некоторых общих принципов, а низшая основывается на высшей науке. Из наук естественных к высшим наукам относятся арифметика и геометрия, поскольку они основываются на некоторых очевидных аксиомах. Среди низших Фома отмечает, например, теорию перспективы, основанную на геометрии, и теорию музыки, основанную на арифметике.
Такая же классификация приводится Фомой Аквинским и в отношении богопознания. Есть высшая наука, но этой наукой владеет лишь Бог. Только лишь Бог знает Сам Себя полностью и совершенно. И есть наука низшая, основанная на божественном знании, эта наука — богословие. Богословие черпает свои положения из высшей науки, Откровения, но поскольку человек не может своим умом постигнуть Бога, то основные принципы, которое берет богословие, это принципы, которые сам Бог дает нам в Своем Откровении. Поэтому богословие черпается из божественного Откровения, в первую очередь из Священного Писания.
Хотя предмет у наук и теологии один, но метод, которым изучается и исследуется этот предмет, разный. Поэтому не запрещается, чтобы теология и наука исследовали один и тот же предмет, но разными методами.
Так Фома Аквинский приводит такое сравнение: земля может исследоваться и астрономом и физиком. Однако если астроном исследует землю, используя метод арифметический, математический, то физик использует метод рациональный и метод чувственного познания. Но это не означает, что результаты, которых достигнут эти ученые, будут отличаться по своей истинности. Наоборот, они будут друг друга дополнять, и если между ними возникает противоречие, то следует отдавать предпочтение более высшей науке перед низшей.
То же самое можно видеть и в отношении истин, которые постигаются в богословии. Поскольку предмет богословия и философии один и тот же, лишь методы разные, то предметы, с которыми имеет дело богословие, могут быть доказаны. Т.е. и философия и теология могут размышлять о Боге, используя разный метод. Богословие использует метод откровения, а философия — метод рационального познания, и философия благодаря своим методам может доказать истинность некоторых положений христианской религии. К таким истинам относится факт существования Бога, бессмертие души, сотворение мира, единство Бога, единичность Бога. Однако божественное знание и божественная природа настолько превышают человеческие способности, что и здесь существует предел. Так что философия не может доказать существование Пресвятой Троицы, воплощения Иисуса теологией Христа, искупление Иисусом Христом человеческих грехов, грехопадение и многие другие догматы, которые не могут быть доказаны, но познаются лишь верой. <…>.
Фома Аквинский и задачи философии. Отличие философского метода от богословского состоит в том, что философ и богослов по-разному идут к предмету своего исследования. Если богослов принимает бытие Бога за очевидную данность и, исходя из этой очевидной данности, спускается к чувственному миру и объясняет все явления мира, то философ, наоборот, идет не от более очевидного по сути, как богослов, а от более очевидного по познанию. Более очевидным по познанию является то, что окружает человека в этом мире. Поэтому философ идет от факта существования чувственного мира и затем восходит далее и далее к вершине, к цели существования и познания, к Богу. Поэтому задача философа состоит в том, чтобы правильно показывать и доказывать существование Бога исходя из данных чувственного мира, т.е. философия является, прежде всего, естественной теологией».

(Теология и философия Фомы Аквинского. Сайт www.StudFiles.ru.)

Возможно, следует говорить о том, что в зависимости от предмета и задач, источников и методов, можно говорить о разных видах теологии:

«Различают нормативную теологию, т.е. положения, содержащиеся в Священном Писании (Библии, Коране, Торе), и деривативную (выводную) теологию., т.е. комментарии богословов. Нормативная теология, по сути, и есть Слово Божие, а потому наиболее авторитетна среди единоверцев. Например, православное богословие опирается на Библию и Священное Предание; считается, что у его истоков стоят Иисус Христос и апостолы, а завершенный вид ему придали отцы Церкви. Деривативная теология менее авторитетна — ей обычно присущ отвлеченно-философский подход к религиозным учениям, и она создается в форме размышления верующего человека о Боге («человеческое слово о Слове Божьем»)».

(В.Кемеров. Философская Энциклопедия. М. Панпринт. 1998г.)

Сегодня в сети интернет, СМИ и тематической литературе можно найти информацию о следующих видах теологии (богословия):
— научная теология
— секулярная теология
— культурная теология
— позитивная теология
— радикальная теология
— мистическая теология
— философская теология
— рациональная теология
— нравственная теология
— христианская теология
— католическая теология
— естественная теология
— историческая теология
— католическая теология
— естественная теология
— спекулятивная теология
— евангелическая теология
— догматическая теология
— протестанская теология
— апофатическая теология
— диалектическая теология
— ортодоксальная теология
— апологетическая теология
— богооткровенная теология
— катафатическая теология
— керигматическая теология
— систематическая теология
— фундаментальная теология
— конфессиональная теология
— неконфессиональная теология
— «экзистенциальная» теология
— сверхъестественная теология
— нефундаменталистская теология
— светская (университетская) теология
— и др.
— теология морали
— теология смерти
— теология догмата
— теология культуры
— теология откровения
— теология воскресения
— теология «цельного духа»
— теология Богочеловечества
— и др.
— русское богословие
— основное богословие
— восточное богословие
— библейское богословие
— пастырское богословие
— мистическое богословие
— полемическое богословие
— историческое богословие
— нравственное богословие
— христианское богословие
— практическое богословие
— летургическое богословие
— сравнительное богословие
— догматическое богословие
— умозрительное богословие
— апофатическое богословие
— схоластическое богословие
— нравоучительное богословие
— катафатическое богословие
— систематическое богословие
— концептуализированное богословие
— и др.

Теология — это греческий термин, который буквально означает «богословие». Сегодня используются два термина — «теология» и «богословие». Являются ли они синонимами? Как показывает опыт, в разное время и в разных контекстах «теология» и «богословие» имели разные оттенки, поскольку в эти понятия часто вкладывалось разное содержание.
Чтобы уточнить разницу между богословием, как религиозным понятием и теологией, как понятием секулярным (светским), научным, посмотрим на определение теологии, которое дается в стандарте по специальности 020500 Теология, утвержденном приказом Министерства образования Российской Федерации от 02.03.2000 № 686:

«Теология — это комплекс наук, которые изучают историю вероучений и институциональных форм религиозной жизни, религиозное культурное наследие (религиозное искусство, памятники религиозной письменности, религиозное образование и научно-исследовательскую деятельность), традиционное для религии право, археологические памятники истории религий, историю и современное состояние взаимоотношений между различными религиозными учениями и религиозными организациями. Изучение теологии в системе высшего профессионального образования носит светский характер».

«Под теологией как отраслью высшего образования в России сегодня понимается светское религиозное образование. По своему содержанию теологическое образование имеет много общего с духовным образованием, но его задачи и функции иные. Теологическое образование не ставит своей целью подготовку священнослужителей, его цели носят просветительский и научный характер. Это понимание закреплено в Государственном образовательном стандарте по специальности 020500 Теология, утвержденном приказом Министерства образования Российской федерации от 02.03.2000н. №686: «Теология — это комплекс наук, которые изучают историю вероучений и институциональных форм религиозной жизни, религиозное культурное наследие (религиозное искусство, памятники религиозной письменности, религиозное образование и научно-исследовательскую деятельность), традиционное для религии право, археологические памятники истории религий, историю и современное состояние взаимоотношений между различными религиозными учениями и религиозными организациями. Изучение теологии в системе высшего профессионального образования носит светский характер. Предметом теологии являются накопленные в течение длительного исторического срока религиозный опыт, памятники религиозной культуры, а также интеллектуальное и духовное богатство».
Современное теологическое образование предполагает дифференциацию по ряду конфессиональных профилей: христианская теология, исламская теология, иудейская теология.
Состав учебных дисциплин специальности «Теология» предполагает широкую общеобразовательную подготовку, соответствующую уровню современного светского гуманитарного образования, но основное место закономерно уделяется религиоведческим и богословским наукам. Большое внимание уделяется изучению философии и классических языков. В зависимости от конфессионального профиля определяется набор специальных образовательных дисциплин. В число дисциплин христианской теологии входят:
1. История и теория христианского искусства
2. Нравственное богословие
3. Эстетика и религиозное искусство
4. Этика и аксиология в религии
5. История этических учений
6. История архаических и нехристианских религий
7. История древней христианской Церкви
8. Государственное законодательство о религии
9. Методика преподавания теологии
10. Религиозная философия
11. Наука и религия
12. Новые религиозные движения
13. Философия
14. Библеистика
15. История Русской Православной Церкви
16. Догматическое богословие
17. Сравнительное богословие
18. История христианской письменности и патристика
19. Литургическое богословие
20. История поместных Церквей
21. История западного христианства
22. Каноническое право
23. Библейская археология
24. Христианство и русская литература
25. Основное богословие
26. Биоэтика
27. Древнееврейский язык
28. Древнегреческий язык
29. Церковнославянский язык
и ряд других».

(Что такое Теология. РГСУ. Гуманитарный факультет.
Кафедра теологии. Сайт www.teo-rgsu.ru.)

 

5. ТЕОЛОГИЯ И БОГОСЛОВИЕ.

В связи с заявленной темой обратим внимание на следующую информацию (выборочно по источникам):

«Теология — то же, что богословие…» (Словарь Ожегова 1991г.);
«Теология (богословие) — …» (Большой энциклопедический словарь. 2000г.);
«Теология — см. богословие…» (Философский словарь. Сайт www.vslovare.ru.);
«Теология — см. богословие…» (Исторический словарь. Сайт www.enc-dic.com.);
«Теология, богословие — …» (Справочник-словарь «Религия». Сайт www.r.artap.ru.);
«Теология — богословие…» (Толковый словарь В.И.Даля. Сайт www.slovardalya.ru.);
«Теология, или богословие — …» (Философский словарь. / Под ред. И.Т.Фролова. 4-е изд. М. Политиздат, 1981г.);
«Теология, богословие — …» (Энциклопедия эпистемологии и философии науки. Сайт www.slovarionline.ru.);
«Теология, богословие — …» (Философский энциклопедический словарь. 2010г. Сайт www.dic.academic.ru.);
«Теология — то же, что богословие…» (Словарь Ушакова, словарь Ефремовой. Сайт www.dic.academic.ru.);
«Теология — совокупность церковных учений о боге и догмах религии; богословие…» (Толковый словарь Кузнецова. 2000г.);
«Богословие — … теология…» (Толковый словарь Кузнецова. 2000г.);
«Богословие — см. теология…» (Философскийсловарь. Сайт www.vslovare.ru.);
«Богословие — см. теология…» (Большая советская энциклопедия. 1969-1978гг.);
«Богословие — теология…» (Советская историческая энциклопедия 1961-1976гг.);
«Богословие — теология…» (Словарь синонимов. Сайт www.словарь-синонимов.рф.);
«Богословие — то же, что теология…» (Большой энциклопедический словарь. 2000);
«Богословие — см. Теология…» (Новая философская энциклопедия. В 4 т. М. Мысль. / Под ред. В.С.Стёпина. 2001г.);
«Богословие — см. Теология…» (Философская Энциклопедия. В 5 т. / Под ред. Ф.В.Константинова. М. СЭ. 1960-1970гг.);
«Богословие — см. Теология…» (Философский энциклопедический словарь. / Гл. ред. Л.Ф.Ильичёв, П.Н.Федосеев, С.М.Ковалёв, В.Г.Панов. М. СЭ. 1983г.).

«Надо сказать, что вопрос о теологии — ее идейном содержании, зависимости от иерархического уровня духовности, принадлежности к конкретному виду религии, степени выраженности рационального или мистического аспектов и, наконец, терминологической определенности – на самом деле отнюдь не тривиален. Нетривиальным и нерешенным, хотя насущным и обостренно значимым остается он, конечно, в первую очередь для религиозного сознания, то есть, как ни странно это звучит, для самой теологии. Но актуальной задача его рассмотрения является и для научного — секулярного — религиоведения. Вот, например, каким образом формулирует ее российский исследователь В.Ф.Пустарнаков: «Во избежание недоразумений следует несколько слов сказать о самом термине «богословие», или «теология». В разное время в это понятие вкладывалось разное содержание. У Аристотеля богословие — это часть философии, которая занимается исследованием о Боге. В раннем Христианстве богословием называли лишь учение о Христе. В этом, например, смысле евангелист Иоанн назывался «богословом»; титул «богослова» был присвоен также одному из «отцов церкви», Григорию Низианзину. Позднее в Христианстве богословием, как правило, стали называть все, что является предметом христианской религии. Во всех последних случаях богословие представляется как нечто совершенно отличное от философии, и именно поэтому в рамках Христианства вопрос о соотношении богословия и философии обсуждался, как правило, как вопрос о соотношении совершенно различных предметов, хотя встречались также и концепции, в соответствии с которыми богословие (в узком смысле слова, только как учение о Боге) рассматривалось, вслед за Аристотелем, как часть философии. Только в период схоластики в рамках богословия оформилось так называемое естественное богословие, претендовавшее на «исследование» предметов веры с философской точки зрения, в отличие от «откровенного богословия», исходившего лишь из Писания и предания».
Из приведенной цитаты, в рассматриваемом плане, можно судить о явном наличии, по крайней мере, двух проблем: терминологическом смешении «богословия» и «теологии» как главных слов для обозначения учения о боге, а также концептуальной изменчивости скрывающихся за этими терминами понятий. Относительно, скажем, первой проблемы хочется в первую очередь заметить, что в русском языке в употреблении слов «теология» и «богословие» наблюдается какая-то двойственность. С одной стороны, практически в любой справочно-энциклопедической литературе можно обнаружить семантическое отождествление данных терминов:
«Богословие, теология — систематическое изложение…» [Краткий научно-атеистический словарь. / Гл. ред. И.П.Цамерян. М. Наука. 1969г. С.99.];
«Теология — см. Богословие…» [Там же. С.680];
«Богословие — см. Теология…» [Философская энциклопедия. В 5т. Т.1. М. 1960г. С.179.];
«Теология (букв. богословие)…» [Там же. Т.5. М. 1970г. С.200];
«Богословие, теология — система обоснования и…» [Атеистический словарь. / Под общ. ред. М.П.Новикова. М. 1986г. С.65];
«Теология — см. Богословие…» [Там же. С.439];
«Богословие, теология — систематическое изложение…» [Христианство: Словарь. / Под общ. ред. Л.Н.Митрохина и др. М. 1994г. С.59];
«Теология — см. Богословие…» [Христианство. Энциклопедический словарь. В 3т. Т.3. М. 1995г. С.19];
«Богословие — см. Теология…» [Религиоведение: Учебное пособие и Учебный словарь-минимум по религиоведению. / Под ред. И.Н.Яблокова. М. 1998г. С.338];
«Теология, богословие — основанное на сакральных, принимаемых в качестве Откровения текстах и выраженное в дискурсивной форме учение о Боге…» [Там же. С.497];
«Теология (от греч. theos — Бог и logos — слово, учение; богословие, учение о Боге)…» [Современный философский словарь. / Под общей ред. В.Е.Кемерова. Лондон, Франкфурт-на-Майне, Париж, Люксембург, Москва, Минск. 1998г. С.903];
«Богословие — см. Теология…» [Новая философская энциклопедия. В 4 т. Т.1. М. 2000г. С.289];
«Теология — богословие, совокупность религиозных доктрин…» [Там же. Т.4. М. 2001г. С.32];
«Теология, богословие — систематическое изложение…» [Философский словарь. / Под ред. И.Т.Фролова. М. 2001г. С.559];
«Теология (греч. theos — Бог, logos — слово; русская калька — богословие)…» [Всемирная энциклопедия: Философия. / Главн. науч. ред. и сост. А.А.Грицанов. М. Минск. 2001г. С.1067].
С другой же стороны, в Российской Православной Традиции (как собственно религиозной, так и примыкающей к ней) явно прослеживается устойчивая тенденция использовать в свой адрес только слово «богословие», но никак не «теология», в связи с чем считать первое «русской калькой» второго уже не приходится. Так, в приводимом выше словаре «Христианство. Энциклопедический словарь. В 3т. М. 1993-1995гг.», который написан с проправославных позиций, статья «Теология» хотя формально и отсылает к статье «Богословие», но в действительности посвящена только теологии католической и протестантской. В весьма пространной статье же «Богословие» [Христианство. Энциклопедический словарь. В 3т. Т.1. М. 1993г. С.275-286] определения такового просто нет, а имеющиеся там описания и рассуждения на самом деле посвящены преимущественно православной идеологии (лишь иногда термин «богословие» употребляется там в смысле, обобщающем также и теологию). И если учесть, при этом, тот факт, что ни один православный священник в России никогда не употребит по отношению к своей церкви слово «теология» — поскольку оно ассоциируется с латинством, — то признать случайной позицию, отраженную в указанном энциклопедическом словаре, никак нельзя.
Косвенным подтверждением сложившегося положения вещей являются и следующие факты. Так, русская ментальность, нередко увязываемая с православностью русских, «прорезается» даже в научной, то есть секулярной по своим основам и назначению, литературе. В недавно изданной всемирной энциклопедии «Философия», например, в статье «Теология» сказано, что «богословие» является всего лишь «русской калькой» этого слова, однако там же помещена и другая статья — посвященная все-таки богословию. Но не богословию вообще, а богословию православному, поскольку в качестве автора этой последней статьи фигурирует некто о. Сергий Лепин. И уже там совершенно определенно зафиксировано действительное, с точки зрения православной церкви, отличие православного богословия (будем говорить просто «богословия») от богословия неправославного (будем говорить «теологии»): «Источниками богословия православного являются Священное Писание (Библия) и Священное Предание (традиция понимания Священного Текста), а также ее определенное мировоззрение и мистический опыт. Библия и Предание не противопоставляются друг другу, напротив, Предание является тем контекстом, той духовной средой, в которой создается Библия; Священной Писание в известной степени само является Преданием… Более того, именно Предание сформировало Библейский Канон таким, каким мы имеем его сегодня» [Всемирная энциклопедия: Философия. / Главн. науч. ред. и сост. А.А.Грицанов. М. Минск. 2001г. С.123]. Если же обратиться к переводной на русский язык литературе (а подобные переводы осуществляются не просто носителями русского языка и знатоками тонкостей языка иностранного, но, как правило, одновременно еще и специалистами в соответствующей области), то статей, посвященных богословию, обнаружить там не удастся. Скажем, в тексте «Теологического энциклопедического словаря под редакцией Уолтера Элвелла» [Теологический энциклопедический словарь под редакцией Уолтера Элвелла. / Пер. с англ. М. 2003г.] (переводчики Т.Ю.Васильева, Д.Б.Горбатов, А.Э.Графов, А.В.Курт, В.В.Ранкевич, Ю.М.Табак и Д.А.Эйснер, научный редактор профессор Ю.А.Кимелев) встречается только слово «теология». Практически то же самое в словаре Д. и Л. Кон-Шербоков «Иудаизм и Христианство» [Кон-Шербок Д., Кон-Шербок Л. Иудаизм и Христианство. Словарь. / Пер. с англ. М. 1995г.] (переводчик Ю.М.Табак, автор предисловия и примечаний член-корреспондент РАЕН о. Георгий Чистяков) или компакт-энциклопедии Т.Аннаньеля «Христианство: догмы и ереси» [Аннаньель Т. Христианство: догмы и ереси. Компакт-энциклопедия. / Пер. с фр. СПб., 1997г.] (переводчики Е.Баевская и Л.Цивьян, научный редактор и автор предисловия В.В.Аржанухин).
Таким образом, следует признать, что обе проблемы — определенность вербального обозначения учений о Боге и определенность скрывающихся за соответствующими терминами понятий — разрешимы лишь в рамках конкретных религиозных культур. Об этом свидетельствует не только сложившийся в виде своеобразной традиции и упомянутый выше завуалированный отказ Русского Православия использовать в свой адрес термин «теология», но и подход католической идеологии: «В различных эпохах перед богословием, представляющим собой не что иное, как истолкование Откровения, основанное на умозаключениях, всегда стояла задача принять наследие различных культур, а затем приобщить их к истинам веры с помощью понятий, соответствующих этим культурам» [Иоанн Павел II. Энциклика «Вера и разум» (Fides et ratio). М. 1999г. С.128]. Об этом же говорит и позиция научного религиоведения, в наиболее адекватной форме выраженная известным российским исследователем С.С.Аверинцевым, который, кстати, является не только членом-корреспондентом РАН и действительным членом РАЕН по отделению «Наука и теология», но и почетным доктором церковных наук Восточного института (Рим): «Теология предполагает концепцию личного абсолютного Бога, сообщающего человеку знание о себе через собственное «слово», а потому возможна только в рамках теизма. В наиболее строгом смысле слова о теологии можно говорить применительно к вероучениям трех чисто теистических религий — Иудаизма, Христианства и Ислама; что касается таких религий, как Индуизм и Буддизм, то теология как форма мышления возможна внутри них, лишь поскольку они содержат элементы теизма. Мистические учения нетеистических религиозных систем (Конфуцианство, Даосизм, Дзэн-Буддизм и т.п.) не могут быть причислены к феномену теологии» [Аверинцев С.С. Теология. // Философская энциклопедия. В 5т. Т.5. М. 1970г. С.200].
Думается, в конечном счете, следует говорить о возможности решения обозначенных двух проблем в рамках конкретных не только религиозных, но и религиозно-философских культур. Так, в индийской духовной ментальности, в которой не возникало нужды подчеркивать различие религии и философии, издавна существовали те или иные языковые аналоги слова «философия» («Брахма-Видья»), «анвикшики», «даршана», «мата», но не оформилось ничего подобного в плане «теологии» или «богословия». Похожая ситуация сложилась в духовной культуре Китая, которая в процессе длительной эволюции все же дифференцировала «чжэ-сюэ» и «кэ-сюэ», но разделить религию и философию так и не смогла. Что касается философии, определяемой зависимостью от авраамических религий, то здесь следует иметь в виду, во-первых, существенно различное и исторические меняющееся отношение к философии со стороны Иудаизма, Христианства и Ислама, а во-вторых, неоднозначность такого отношения в первую очередь внутри Христианства — со стороны отдельных его направлений. И если длительные между мистикой и рационализмом колебания в Иудаистской и Исламской Традициях, в конце концов, привели в них обеих к победе первой тенденции над второй (а в Исламе — даже к почти полному исчезновению философии из богословской практики), то в Христианстве акценты оказались расставленными следующим образом. В религиозных и секулярных текстах прозападной ориентации (то есть выражающих ту или иную степень позитивной аксиологии в адрес Католицизма и Протестантизма) используется термин «теология», причем в его узком католико-протестантском значении, а термин «богословие» так или иначе избегается. В литературе же, которая условно может быть названа проправославной, напротив, практически невозможно встретить слово «теология». Так, в словаре «Понятия духовной сферы», предисловие к которому заканчивается словами «Авторы надеются на то, что предлагаемый словарь будет полезен читателям, укрепит их благочестие, позволит лучше разобраться в ряде вопросов религии, богословия и религиозной философии, лучше понять известные произведения художественной литературы в целом и их отдельные давно знакомые места, повысить свою эрудицию и культуру» [Летягова Т.В., Романова Н.Н., Филиппов А.П. Понятия духовной сферы: Краткий словарь. М. 2001г. С.4], имеются статьи «Теодицея», «Теолепсия», «Теомантия», «Теопнестия», «Теософия», «Теофобия», но никак не «Теология». Впрочем, статей, посвященных философии (в первую очередь религиозной), в этом словаре «Понятий духовной сферы» тоже нет.
И сейчас правомерно поставить вопрос о том, чем именно определяется специфика религиозно-философской культуры. Действительно, так ли уж важна в методологическом отношении ее приверженность (или неприверженность) теизму? Думается, если рассматривать конкретную теологию, богословие или какую-то иную разновидность «священного учения» (sacra doctrina, как называл это Фома Аквинский) в ракурсе их взаимосвязи с философией, то теистская/а-теистская ориентация таковых окажется на втором плане (при этом приходится признать, что в вероучительной практике практически не встречается «священных учений», свободных от влияния философии). А что же в таком случае будет на переднем плане? Очевидно, это стиль мышления, который определяется степенью и характером опоры на рационализм. И это естественно, поскольку приходится иметь дело с такой специфической формой мировоззренческого тяготения к рациональности, как философия. И это тем более естественно, если вспомнить ту колоссальную роль, которую сыграл в схоластике — главной разновидности религиозной философии — аристотелизм, то есть предельно логизированный тип метафизического умозрения.
В подтверждение выдвинутого тезиса еще раз попробуем обратиться к мнениям различающихся по своим базовым установкам мыслителей. Так, с точки зрения православного идеолога В.Н.Лосского, богословие — это «интеллектуальный опыт бессилия, поражения мысли перед запредельностью умопостигаемого». С этой позицией странным образом смыкается другая, принадлежавшая в целом оппозиционно настроенному по отношению к В.Н.Лосскому религиозному мыслителю — Н.А.Бердяеву: «Вечное столкновение между мистикой и теологией связано с тем, что они говорят на разных языках. И невозможен перевод с одного языка на другой. Когда пытаются перевести опыт мистиков на язык теологии, то мистики сейчас же обвиняются в ереси. Язык мистики парадоксален, это не язык понятий, это не мышление, подчиненное закону тождества. Язык же теологии всегда стремится быть языком рационализированным, не допускающим противоречия, хотя и безуспешно. Поэтому так трудно выразить мистику на языке теологии и отвлеченной метафизики, всегда получается искажение». Получается, что два существенно разных по своим взглядам мыслителя в оценке задач подлинного, как им представляется, богословия, сходятся. Это, по их мнению, должно быть, во-первых, мистико-антирационалистское сознание, а во-вторых, такое, которое было бы свободным от вмешательства философии (у Н.А.Бердяева — от философии в традиционном ее европейском понимании, у В.Н.Лосского — от всякой философии вообще). Фактически такого же ориентира придерживался и их соотечественник Л.И.Шестов, когда утверждал, что «философия всегда старалась возвыситься над Богом. И даже, в конце концов, теология, которая …даже в Средние века, в пору своего величайшего расцвета и торжества, была всегда прислужницей философии…».
С католической же точки зрения, в действительности речь идет не о богословии, а о теологии, которая есть «не что иное, как истолкование Откровения, основанное на умозаключениях» и «[знание] только того, что содержится в Писании, и того, что может быть из этого выведено». И поскольку «Всемогуществу Бога возможно все то, что не заключает в себе очевидного противоречия», то, получается, Богу устами одного из его самых усердных его служителей (автор процитированного изречения Иоанн Дунс Скот был видным теологом рубежа XIII-XIV вв.) приписываются свойства самого что ни на есть обычного человеческого разума, а богословию придаются качества исключительно и только рационального познавания — теологии. Неслучайно даже в современной православной идеологии по отношению к подобному способу сакрального мышления сохраняется устойчивое неприятие: «Конец метафизики, автором которого и был сам Гегель, является …результатом гегелевского стремления уразуметь чистое бытие, сделать вслед за Спинозой богословие человеческим делом».
По существу тот же, католический, взгляд на вещи присущ и протестантизму: «Богословие …становится наукой, а не поводом к размышлению. Этот шаг привел к возвышению современных научных методов…, а также предвосхитил современные методы образования». А, кроме того, наряду с богословским и теологическим подходами можно говорить еще и о некоем «третьем пути», фигурирующем под самыми разными названиями — теософии, гностицизма, профетического знания, софийности, эзотерики, феноменологической редукции, даже синергетики.
Однако, невзирая на действительно имеющееся различие между богословием и теологией, их следует признать типами сознания фактически одного и того же порядка: оба они представляют такую форму религиозной идеологии, которая, особенно в случае с богословием, все-таки может обходиться без философии. Совсем иное дело теософия. Она, способная функционировать только как сплав (а точнее синкретизм, синергия) богопознавания и философии, при этом еще и оказывает сильнейшее, для интеллектуальной духовности, искушающее воздействие — «примирением между верой и знанием, религией и наукой». И если, скажем, теология и богословие, пусть по разным причинам, вечно вызывают в свой адрес сомнения относительно их возможности оказаться философской теологией либо, как ни странно это звучит, философским богословием, то ничего подобного не возникает в адрес теософии. Более того, со стороны некоторых христианских идеологов подлинной философией признается только теософия (и здесь неважно, что сам этот факт со стороны большинства из тех же христианских идеологов расценивается отрицательно). <…>.
Таким образом, в качестве основных форм, сложившихся в сфере «священного учения», удается выделить богословие, теологию и теософию. При этом приходится учитывать следующие два фактора. Во-первых, существующую в общественном сознании инерцию отождествления богословия с теологией и применения термина «теософия» преимущественно для обозначения религиозно-философской доктрины Е.П.Блаватской и, во-вторых, отсутствие для всех этих форм исторически сложившегося обобщающего термина. Следует также иметь в виду наблюдающееся в Российском Православии нежелание употреблять в собственный адрес слово «теология» и факт существенного влияния такой позиции церкви на языковую культуру русского народа. Не стоит сбрасывать со счетов и еще одно: «теософия», особенно в настоящее время, воспринимается как синоним «нетрадиционной религии» или «ереси». В связи со всеми перечисленными обстоятельствами, думается, будет целесообразным ориентироваться на следующие определения религиозно-культурных типов богопознания. Теология — это богопознавательная, апологетическая и религиозно-нормативная идеология, основанная на значительном преобладании среди ее познавательных средств элементов рационализма (обычно аристотелевского типа и особенно в виде формальной логики). Богословие — это такая же идеология, но с преобладанием иррациональных познавательных средств (в противоположность теологии), из которых, однако, должны быть исключены неортодоксальная мистика и эзотерика (в отличие от теософии). Теософия же выступает в основном только как богопознание, но с преимущественным использованием не просто иррациональных, а главным образом (в отличие от богословия) мистических и эзотерических средств.
Легко заметить, что приведенная типология «священных учений» произведена в зависимости от того, насколько велика в них доля рациональности. Она высока в теологии, несколько слабее в богословии и почти сходит на нет в теософии (несмотря на провозглашаемый и внешне привлекательный призыв к единению с наукой). Иными словами, в данной классификации предлагается оценивать указанные учения не по их содержанию и специфике сакрального объекта, а по стилю мышления — используемым методам. С одной стороны, такой подход отражает действительное положение, сложившееся в сфере сакральной идеологии, а с другой, — позволяет обнаружить некоторые объективные основания их, при всех существующих различиях, общности. Позволяет он также повысить эффективность исследования мировоззренческой природы религиозной и, отчасти, секулярной философии, производить более адекватную оценку места философии в обществе, определять, в конечном счете, ментальность той или иной культуры».

(Иванова И.И. К вопросу о зависимости религиозной философии
от теологии или богословия? Сайт www.credonew.ru.)

* * *