Статья 3.11. Текстология (Тантры) как раздел Российской Тантрологии.

Тантрическая Традиция нашла свое выражение не только в Устной Традиции, традиционных линиях ее передачи (санскр. парампара) и соответствующих (под)традициях (санскр. сампрадайя), но и в Письменной Традиции, в многочисленных тантрических текстах. Исследования тантрических текстов и весь круг вопросов, связанных с этими исследованиями, достойны самостоятельного раздела в Российской Тантрологии, который может быть назван как «Текстология (Тантры)».

* * *

1. ЧТО ТАКОЕ ТЕКСТОЛОГИЯ?

Слово «текстология» происходит от лат. textus — ткань, связь, соединение (слов), словесное единство и др.-греч. l?gos — слово, наука, учение. Вот что сказано в философском словаре и философской энциклопедии:

«Проблема текста, возникая на пересечении лингвистики, поэтики, литературоведения, семиотики, начинает активно обсуждаться в гуманитарном познании второй половины XX в. В центре внимания полемики оказалась проблема раскрытия ресурсов смыслопорождения, или трансформации значения в знаковых макрообразованиях, сопровождающаяся признанием некорректности или недостаточности денотации в качестве основной модели значения».

(Новейший философский словарь. Сост. А.А.Грицанов. Мн. 1998г.)
(История Философии. Энциклопедия. Мн. 2002г.)

«Текстология» — термин относительно недавнего происхождения, появился он примерно в середине 30-х годов ХХ в. Считается, что был введен Б.В.Томашевским во время чтения учебного курса в Институте истории искусств в Ленинграде. Б.В.Томашевский (1890-1957) — известный литературовед, писатель, текстолог, один из основателей отечественной текстологии. В 1928г. этот курс был издан под названием «Писатель и книга» с подзаголовком «Очерк текстологии». В 50-60-е годы вышли четыре сборника ИМЛИ АН СССР под общим заглавием «Вопросы текстологии».
Еще в 20-е годы XX в. в российской науке М.М.Бахтин выдвигает новую задачу — «понять другого». Он говорил, что литературоведение, а по большому счету и искусствоведение, которое занималось изучением, запоминанием текста, стало почти точной наукой. А потому возникает проблема «буквального видения» — восприятие всего таким, как мы видим, не пытаясь найти никакого другого смысла в этом явлении.
Михаил Михайлович Бахтин (1895-1975) — русский философ и мыслитель, теоретик европейской культуры и искусства, исследователь языка, эпических форм повествования и жанра европейского романа. автор нескольких лингвистических работ, посвящённых общетеоретическим вопросам, стилистике и теории речевых жанров.
Ключевым понятием в работах М.М.Бахтина становится «текст» — знаковая система, имеющая бесконечное количество смыслов. (Бахтин использует термин «текст» в широком смысле: текст по Бахтину включает в себя «всякий связный знаковый комплекс» (Бахтин 1959/61: 297)). Кроме этого он выделяет и основные качества «текста»: 1. завершенность; 2. наличие определенной логики; 3. способность к внутреннему изменению (стоит изменить смысл одного слова — меняется смысл всего текста). Идеальной формой поиска истины, по мнению Бахтина, является диалог. Один человек никогда не может дать истинного смысла. «Ни одно высказывание не может быть ни первым, ни последним. Оно только звено в цепи и вне этой цепи не может быть изучено» (см. Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. / Сост. С.Г.Бочаров. Прим. С.С.Аверинцева и С.Г.Бочарова. М. Искусство. 1979г. 424 с.).
Поэтому появляется «мнимый третий в диалоге» — высказывая собственную мысль, каждый участник диалога пытается найти третьего (философ, учитель, ученик, родитель, и т.д.), который думает также, а собеседник может быть и не так же. Главной целью в диалоге становится не доказательство чего-либо другому, а возможность обогатить себя и других чем-то. Обогащение возможно в том случае, если у участников диалога есть точка соприкосновения во взглядах, во мнениях, в мировоззрении. И тогда главная проблема человека — нехватка собственного жизненного опыта для разрешения какой-либо проблемы — даст возможность приблизиться к ее решению посредством участия в диалоге.
Кроме диалога, в раскрытии смысла текста очень важен контекст — пространство, в которое вписан текст, пространство разума, смысловое поле. Если текст — это художественное произведение музыки, живописи, литературы, философии, то контекстом может быть эпоха, в которую создается и в которую воспринимается произведение, мировоззрение автора, его творчество в целом. М.М.Бахтин говорит, что «великие произведения подготовляются веками, в эпоху же их создания снимаются только зрелые плоды длительного и сложного процесса созревания».

Ю.М.Лотман (Юрий Михайлович Лотман (1922-1993) — советский литературовед, культуролог и семиотик), развивая идеи М.М.Бахтина, говорит о знаковой природе текста, которая складывается из символа, знака, эмблемы. Под символом он понимает бесконечное количество смыслов, знак же имеет одно значение. Эмблема — это комбинация знаков, которая является системой. Работая над понятием символа, М.Лотман говорит, что символ — это знак, выражающий внутреннюю идею. Чем проще символ — тем больше значений он имеет, но чем больше деталей — тем конкретнее его значение. Возвращаясь к теории символа, Ю.М.Лотман вводит понятие семиосферы (т.е. контекста), в котором живет знак или символ. Семиосфера, по мнению Ю.М.Лотмана, это пространство разума, бесконечное смысловое поле. В этом пространстве можно двигаться в 2-х направлениях: прямом и обратном.
При движении в прямом направлении происходит сбор информации на содержательном уровне — знакомство с главными героями, выясняется основной конфликт, последовательность событий. Используя обратное направление, чтобы получить смысловое значение, можно вернуться к любому фрагменту произведения — сцене, поступку, символу — и понять, а что он означает для всей логики произведения. Обратное движение позволяет дать оценку событий, т.е. включить их в систему ценностей, ощутить значимость явления для нас самих. И только после этого наступает момент понимания, осмысления и интерпретации. Чтобы понять необязательно набирать большое количество информации, можно выявить типичное явление культуры, а дальше по принципу голограммы одно явление культуры, произведение, символ помогут восстановить целую эпоху, с ее событиями, мировоззрением, главными идеями.

Новизна термина «текстология», конечно, не означает новизны понятия, которое в разное время обозначалось такими терминами, как «археография», «герменевтика», «критика текста», «филологическая критика», «эдиционная филология», «экзегетика». Эти термины и сегодня часто используется как синонимы, они означает совокупность приемов и методов оценки произведения с точки зрения движения текста в пространстве и времени, его точности и подлинности.
Сегодня Текстология представляет собой не только практическое прикладное направление, основная цель которого — издание текста, она является особой наукой со своей проблематикой, базовыми понятиями, методами и приемами. Общее определение Текстологии как науки звучит следующим образом:

«Текстология — филологическая дисциплина, область эдиционной деятельности, реализуемой с целью установления и распространения в обществе научно установленных текстов классических произведений, воспроизведения и описания истории их создания, издания, функционирования в словесности (медиевистическая текстология) или литературе (текстология новой литературы), т.е. в рукописном и печатном виде, рукописной книге или в печатном книжном издании».

(Омилянчук С.П. Текстология. Курс лекций. 2004г.
Московский государственный университет печати)

Существует множество определений, что такое текстология. Вот некоторые из них:

«Текстология — вспомогательная историко-филологическая дисциплина, изучающая историю возникновения и судьбу текста художественных и других произведений».

(Википедия. Свободная Энциклопедия)

«Текстология — прикладная филологическая дисциплина, изучающая приемы анализа текста литературных произведений в целях его критики (рецензии), исправления (эмендации) и издания (публикации)».

(Литературная энциклопедия)

«Текстология — отрасль филологии, изучающая произведения письменности, литературы и фольклора в целях критической проверки, установления и организации их текстов для дальнейшего исследования, интерпретации и публикации».

(БСЭ. 1969-1978)

«Текстология — отрасль филологии, изучающая произведения письменности, литературы и фольклора в целях восстановления истории, критической проверки и установления их текстов для их дальнейшего исследования, интерпретации и публикации».

(Краткая литературная энциклопедия)

«Текстология — это отрасль филологических наук, изучающая произведения письменности и литературы в целях восстановления истории, критической проверки и установления их текстов, используемых затем для дальнейшего исследования, интерпретации, публикации и других целей».

(Гишунин А.Л. Исследовательские аспекты текстологии. М. 1998г. С. 34)

«Текстология — область филологической науки об истории текстов и принципах их издания; текстов, прежде всего, литературных и фольклорных, но также и научных, если были связаны с исследованием литературы, фольклора и языка. У рукописей, как и у книг, своя судьба, своя история. В зависимости от объекта исследования различают отрасли текстологии: текстология Античности, Средневековья (медиевистическая), фольклора, восточных литератур, литературы Нового времени, исторических и лингвистических источников. Такое разнообразие не мешает считать науку единой. В системе филологических знаний текстология занимает вполне определенное и самостоятельное место. Она тесно связана с теорией и историей литературы, служит основой для литературоведения и исторического источниковедения».

(Введение в литературоведение: Учебник. / Под
общ ред. Л.М.Крупчанова. М. Оникс. 2005г.)

 

2. ЗАДАЧИ ТЕКСТОЛОГИИ

«Основной научно-практической задачей текстологической деятельности в литературоведении и редакционно-издательской практике является создание критического (научно установленного) текста классического произведения, т.е. текста классического произведения, полученного текстологом в процессе специального научного (сравнительного литературоведческого) анализа всех известных источников текста произведения: авторской рукописи, копий, черновиков, изданий, публикаций, материалов, связанных с историей написания и выпуска произведения (писем, дневниковых записей, воспоминаний, цензурных материалов, других официальных документов). В ходе сбора и научного анализа этих документов устанавливается основной текст, т.е. авторитетный текст, наиболее полно раскрывающий последнюю волю автора, содержательный смысл произведения, его литературную форму. В этот текст и вносятся все изменения и поправки по другим источникам текста издаваемого произведения.
Таким образом, в задачи текстологии входят: установление точного текста произведения; организация (кодификация) этого текста. Различные цели издания определяют различные типы издания, всякий раз изменяется объем издания и его композиция.
Комментирование текста должно довести текст до современного читателя, до самых разных читательских групп. Читатель найдет в комментарии необходимые сведения о времени и месте первой публикации, о перепечатках, о рукописях, их особенностях, о месте этого произведения в творческом пути писателя, о смысле произведения.
И еще одна проблема становления и современного понимания задач и специфики текстологии — необходимость осознания единства текстологии древней и новой литературы. Об этом с настойчивостью заявляет С.А.Рейсер в «Основах текстологии» и доказательно обосновывает Д.С.Лихачев в «Текстологии». Не стоит преувеличивать специфику каждой области, тем более это важно при преподавании текстологии на филфаке университета, где литература изучается как непрерывный процесс».

(Омилянчук С.П. Текстология. Система основных терминов и
понятий теории и практики текстологии. М.Академия. 2004г.)

«Важнейшую задачу текстологии составляет установление, т.е. диахроническое, исторически осмысленное и критическое прочтение текста на основе углубления в его историю, изучения источников текста (рукописей, печатных изданий, различных исторических свидетельств), установления их генеалогии и филиации, классификации и интерпретации авторских переработок текста (редакций и вариантов), а также его искажений (редакторами, цензурой и т.п.).
Основной метод текстологии — филологический анализ текста, опирающийся на своеобразие литературы как явления исторического и как вида искусства. Основные требования к текстологическому исследованию: историзм; прослеживание связи произведения с социально-исторической обстановкой, культурным и историко-литературным контекстом; изучение всех изменений текста данного произведения, учёт литературного «конвоя» — др. произведений того же автора, а также др. авторов, работавших в сходных условиях; поиски отражения данного произведения в других; рассмотрение произведения как целого; изучение изменений текста не только по их внешним признакам, но и в связи с изменением содержания памятников; доказательное объяснение установленного текста как единственно возможного, при котором весь текст подчиняется этому объяснению. (А.Л.Гришунин)».

(БСЭ. 1969-1978гг.)

В середине 60-х годов академик Д.С.Лихачев (1906-1999) сделал кардинальный шаг к построению общей теории Текстологии с обоснованием ее задач, исторических принципов и подходов. Выдвинутая автором идея исторической жизни текста (см. Лихачев Д.С. Текстология. Краткий очерк. М. Л. 1964г.) утвердила необходимость исследовать не только смысл текста, но и его движение во времени, тем самым окончательно опровергнув механистическую теорию, исходившую из предпочтения хронологически раннего текста. Таким образом, из прикладной дисциплины, направленной преимущественно на решение издательских задач, Текстология постепенно превратилась в базовую научную отрасль, деятельность которой должна протекать в едином русле с общеисторическими и культурными переменами в государстве. В это же время определились четыре направления отечественной текстологии: текстология древней литературы, фольклора, литературы Нового времени и современной. Вот что писал Д.С.Лихачев:

«Внимательно изучая общие тенденции, которые намечаются в текстологии за последние десятилетия, мы придем к выводу, что текстология все более и более начинает рассматриваться как дисциплина, имеющая самостоятельные и очень крупные задачи. Эти задачи могут быть сформулированы следующим образом: текстология ставит себе целью изучить историю текста памятника на всех этапах его существования в руках у автора и в руках его переписчиков, редакторов, компиляторов, т.е. на протяжении всего того времени, пока изменялся текст памятника. Только путем полного изучения истории текста памятника как единого целого, а не путем эпизодической критики отдельных мест может быть достигнуто и восстановление первоначального авторского текста памятника. <…>
Текстология становится наукой, преодолевая элементы механистического отношения к текстологическим вопросам. Она становится наукой потому, что вместо задачи публикации текстов на основе механической классификации списков и формального «очищения» текста от ошибок начинает заниматься изучением истории текстов. Под историей текста стала разуметься отнюдь не только генеалогия списков, лишенная подчас исторических объяснений, основанная на классификации списков только по их внешним признакам. История текста памятника стала рассматриваться в самой тесной связи с мировоззрением, идеологией авторов, составителей тех или иных редакций памятников и их переписчиков. История текста явилась в известной мере  и с т о р и е й  и х  с о з д а т е л е й  и отчасти, как это мы увидим в дальнейшем, их читателей.
Только такое отношение к тексту оказалось способно преодолеть элементы механистичности этой дисциплины, превратить ее в самостоятельную историческую науку. Процесс превращения текстологии из суммы филологических приемов для издания памятников в самостоятельную науку далеко не закончен, но в какой-то мере текстология уже сейчас может считаться совершеннолетней наукой, тем более ясным становится, что текстология не «сумма приемов», а самостоятельная наука с самостоятельным полем исследования и специфическими вопросами.
Теперь уже никто не назовет текстолога «узким ученым», а текстологию «узкой дисциплиной». Напротив, хороший текстолог обязан широко «охватывать» предмет своего изучения. Чем больше он привлекает данных из области палеографии, археографии, литературоведения, истории, искусствоведения и пр., тем более убедительные выводы он получает, тем неопровержимее его построения. История текста не изолирована от общих проблем культуры «человековедения» в целом. Умение сопоставлять, объединять явления, объяснять один ряд явлений другим, принадлежащим другой области изучения человека и человеческого общества, — становится все более и более необходимым».

(Лихачев Д.С. Текстология. СПб. 2001г. С 176-177, 180)

 

3. ЧТО ТАКОЕ ТЕКСТ?

«Текст (от лат. textus — ткань, соединение (слов)) — 1) словесное произведение, напечатанное, написанное или бытующее в устной форме; произведение литературы, фольклора, любое произведение письменности. 2) В языкознании последовательность из нескольких (или многих) предложений, построенных согласно правилам языка. Исследование текста — промежуточное звено между филологией — наукой о толковании текста, литературоведением, в том числе текстологией, и языкознанием. В более широком смысле под текстом в лингвистике понимается любая последовательность слов (а в семиотике — любая последовательность знаков), построенная по правилам данной системы языка. При таком понимании правила построения текста, отвечающего заданному смыслу (модель «смысл — текст»), составляют основную цель лингвистического исследования. (Вяч. Вс. Иванов) 3) Авторское сочинение без комментариев и приложений к нему. 4) Словесная часть произведения печати (иллюстрированного издания, альбома и т.п.)».

(БСЭ.1969-1978г).

«Текст в герменевтике рассматривается как свидетельство духовного опыта, нуждающееся в адекватном истолковании с целью достижения его понимания. В отношении религиозных текстов понимать означает открыть себя духовному содержанию текста и позволить ему оказать спасительное воздействие на душу человека, осмысливающего текст, чтобы достигнутое понимание принесло плоды в виде жизненного осуществления.
Смысл текста — четвероякий, согласно традиционной герменевтике: буквальный (прямой), аллегорический (иногда — анагогический), нравственный и типологический. Аллегория (греч. — иносказание) — способ интерпретации священных и поэтических текстов, основанный на предположении, что помимо прямого (буквального) смысла текста есть также еще глубинный («духовный» ) смысл, непосредственно не очевидный, но выраженный иносказательно. Аллегорический подход развивали в древности стоики, Филон Александрийский, а также Ориген, настаивавший, что аллегорическая интерпретация наиболее важна, если сравнивать с буквальным смыслом и его нравственно-назидательным значением. Анагогия (греч. an-ago — выводить наверх) — возвышение смысла текста, возведение мышления человека на мистические высоты Откровения. Аллегорию нередко сближали с «прообразованием» смысла (его «типологией», от греч. typos — отпечаток), но часто и различали их как разные подходы: согласно «типологической» интерпретации, в более ранних событиях библейской истории прообразуется то, что происходит впоследствии. Не то, чтобы «буквальный» смысл совсем уж не имел духовного значения, но все же полнота смысла текста (sensus plenior) достигается объединением разных подходов под знаком свидетельства веры, даваемого Церковью. В ее духовной жизни изначальное Откровение сохраняется в своей подлинности, но обретает в каждую эпоху, в каждой общине и в личном духовном опыте христиан новое звучание».

(В.Василенко. Краткий религиозно-философский словарь. 1996г.)

«Текст (от лат. textus — ткань, сплетение) — ключевое понятие философской герменевтики, семиотики, культурологии и др. В самом общем плане текст — это дискурсивное единство, обладающее многосмысловой структурой, которая способствует порождению новых смыслов. Текст являет собой социальное пространство в модусе знакового общения».

(В.Кемеров. Философская Энциклопедия. Панпринт. 1998г.)

«Текст — в общем плане связная и полная последовательность знаков. Существуют как расширенная философски нагруженная (романоязычные страны, Германия), так и более частная (англосаксонский вариант) трактовки Текста. Условно их можно обозначить как имманентный (рассматривающий Текст как автономную реальность, выявляющий его внутреннюю структуру) и репрезентативный (выясняющий специфику Текста как особой формы представления знаний о внешней им действительности) подходы. С двумя основными аспектами Текста — внешней связностью, от грамматического строя до нарративной структуры, а также цельностью, внутренней осмысленностью, требующей (в силу своей неочевидности) интерпретации, — связаны различия структуралистского и герменевтического направлений в рамках имманентного подхода к Тексту. <…>
В целом, учитывая всю метафорическую насыщенность и размытость понятия «Текст», с постструктуралистских позиций Текст характеризуется как: 1) «сеть» генерации значений без цели и без центра (основной идеи, общей формулы, сведение к которой задавало каноны классической критики и, шире, философии); 2) опровержение «мифа о филиации», наличии источников и влияний, из исторической суммы которых возникает произведение; как анонимный Текст, динамический, смысловой горизонт для всех институциализовавшихся (в печатной форме, например) Текстов; 3) «множественность смысла», принципиальная открытость, незавершенность значений, не поддающаяся определению и иерархизации со стороны властных структур (или конституирующая первичный уровень власти) и отсылающая к сфере желания, нетематизируемой пограничной области культуры. По мере расширения зоны текстологических исследований их предметом становятся не только вербальные тексты, но и «Т.» живописи, кинематографа, архитектуры (Джеймисон, Ч. Дженкс и др.). Репрезентативный подход к осмыслению Т. опирается на более частные гуманитарные дисциплины — когнитивную психологию, порождающую лингвистику, микросоциологию и др.».

(Новейший философский словарь. / Сост. А.А.Грицанов. Мн. Изд. В.М.Скакун. 1998г.)
(История Философии. Энциклопедия. Мн. Интерпрессервис. 2002г.)

«Текст — 1) законченное, целостное в содержательном и структурном отношении речевое произведение; 2) всякая информация, переданная с помощью любой знаковой системы; 3) все, что создано искусственно».

(Толковый словарь обществоведческих терминов. / Сост. Н.Е.Яценко. 1999г.)

«Прототекст — текст (не обязательно фольклорный), от которого в каких-то случаях происходят последующие устные варианты.
Текст — 1) минимальная целостная единица речевой коммуникации, любое отдельное сообщение; 2) фрагмент культуры, выраженный в любой знаковой системе, имеющий содержательную и структурную законченность (= текст культуры); 3) осмысленная последовательность знаков любой природы (букв, звуков, жестов, действий, предметов и т.д.; = семиотический текст).
Текст культуры, культурный текст — комплекс литературных и устных текстов и/или отражающихся в них представлений, актуальных для определенной культурной общности».

(Словник к круглому столу «Аппарат гуманитарных наук: сверка
понятий». Терминология и понятия современной фольклористики)

 

4. ЧТО ТАКОЕ ТЕКСТОЛОГИЯ (ТАНТРЫ)?

По всей видимости, Текстология (Тантры), как «самостоятельный» раздел Российской Тантрологии, может и должна перенять богатый опыт отечественной текстологии, поскольку как науки, они практически схожи. Единственной отличительной чертой и, возможно, поэтому особенностью Текстологии (Тантры) станет ее предметное поле — тантрические тексты (тексты Тантрической Традиции) со своими характерными и уникальными особенностями и согласно Д.С.Лихачеву, связанные «с мировоззрением, идеологией авторов, составителей тех или иных редакций памятников и их переписчиков, <…>…историей их создателей и отчасти… <…> их читателей».
Таким образом, Текстология (Тантры) может стать разделом Российской Тантрологии, который будет заниматься изысканиями и исследованиями, связанными с оригинальными тантрическими текстами, в самых тесных взаимоотношениях с другими разделами Российской Тантрологии, учитывая интересы и исследования как разделов так и самой Российской Тантрологии.

 

5. ЧТО ТАКОЕ ТАНТРИЧЕСКИЙ ТЕКСТ?

«Проблема выяснения того, что такое тантрический текст, похожа на аналогичную проблему применительно к Ведам. Что считать ведическим текстом? «Ортодоксальная» Индийская Традиция на разных этапах существования и в разных своих ответвлениях, упоминая слово «веда» или «веды», вкладывала в него различное содержание. Например, Ведами могли считаться только четыре самхиты во главе с Ригведой; или же в комплекс Вед включались лишь три самхиты, исключая Атхарваведу; или же понятие «Веды» распространялось и на Брахманы, Араньяки и Упанишады; или на Эпос, Пураны, дхарма-шастры. Таким образом, понятие «ведическая литература» оказывается размытым и зависимым от контекста, в котором оно употребляется. Ведический текст как выражение сакрального знания представляет собой удобную форму, наполняемую различным содержанием.
Примерно такая же ситуация складывается и в отношении к Тантрам. «Тантра» в качестве религиозного текста тоже трактуется «контекстуально» и понимается как минимум трояко. С одной стороны, Тантры — это священные произведения Шактизма. С другой — Тантрами часто называются неведические произведения иных индуистских течений, прежде всего Шиваизма. С третьей же — Тантры могут восприниматься очень широко, почти совпадая с понятием «тантрическая литература». Выбор того или иного значения зависит от позиции исследователя. Когда я употребляю здесь термин «тантра», то, прежде всего, ориентируюсь на первое значение, а при необходимости — и на второе. Под тантрическим текстом будет подразумеваться тантра в своем третьем значении… <…>
Из сказанного выше становится ясно, что понятие «тантры» может фигурировать в очень широком контексте, в том числе в качестве класса «тантрической литературы» в целом. Последняя включает в себя не только сочинения, которые принято считать «Тантрами», но и многие другие произведения…<…>
Ч.Чакраварти предлагает подразделять весь массив тантрических произведений на семь частей: упанишады, сутры, оригинальные тантры, компендиумы, пособия по проведению ритуалов, экзегетические трактаты и независимые работы [Chakravarti, 1963, p. 61]. Эта схема, однако, страдает нечеткостью, поскольку один и тот же текст может попадать в разные группы. Многие исследователи убеждены в том, что тантрические работы репрезентируют две стороны, одна из которых связана с философской, умозрительной проблематикой [Kane, 1964, p. 1057] [23], а другая — ориентирована на более простые запросы: ритуальность, магию с ее аксессуарами и т.п. Согласно другому мнению, Тантры можно также разделить на ритуально-дисциплинарные и мистико-эротические тексты [Hartzell,1997, p. 421] [24]. Все эти деления достаточно условны».

(Пахомов С.В. Индуистская тантрическая литература.
Журнал «Восток» №2 март-апрель 2005г. с. 16-27)

«Существует обширная литература, известная как тантрическая литература. Тантрические произведения носят различные названия, обычно содержащие в себе следующие слова: -Тантра, -Агама, -Ямала, -Самхита. Однако, далеко не все произведения, имеющие в своих названиях такие слова являются действительно тантрическими по своему содержанию. Принадлежность к классу Тантр определяется, естественно, не по названию, а по содержанию в работе основ тантрической философии и практики, которые излагаются во всех Тантрах, признаваемых как авторитетные различными тантрическими школами. Существует ряд Тантр, авторитетность которых является спорной. Кроме того, в настоящее время, с проникновением на Запад Йоги, Индуизма и Тантры — распространяется достаточное количество псевдо-тантр (или псевдо-тантрических произведений), написанных псевдо-гуру, не имеющими посвящения в тантрические традиции преемственности и искажающими принципы Тантры в соответствии со своими желаниями. Появление таких работ неизбежно, и только знакомство с истинной, традиционной Тантрой и спокойное различение может рассеять сомнения».

(Димешвар Рам Аватхута. Тантра: Постижение высшей реальности. СПб. 1991г.)

«Перед тем как идти дальше может быть полезным попытаться дать читателям определение того, какой именно тип текстов мы можем обоснованно называть Тантрами, так как ситуация не столь ясна как, возможно, хотелось бы верить. Я помню, как спросил одного человека, специализирующегося на Индийской Тантрической Традиции, как можно идентифицировать Тантры как таковые, и получил довольно бесхитростный ответ: это очень просто, поскольку у Тантр в названиях есть слово «тантра». Однако, это совершенно не так, поскольку многие тексты, которые обоснованно классифицируются как Тантры, в действительности называются Сутрами, как, например, сама «Махавайрочана-абхисамбодхи» (Буддхагухья и последующие писатели упоминали ее как «Махавайрочана-абхисамбодхи-Тантра». Я принял это наименование, чтобы соответствовать комментариям Буддхагухьи, однако следует понимать, что такое изменение произошло, вероятно, где-то после 714г., когда в Китай прибыл Шубхакарасимха, так как он, кажется, вообще не знал такого термина, как «тантра») и другие. Собственно, в некоторых из этих текстов слово «тантра» даже и не употребляется, включая текст данного перевода.
Определения термина появляются в некоторых позднейших тантрических текстах, например в Тантре Продолжения из «Гухья-самаджа-Тантры», где сказано: «Тантра есть продолженность, и эта продолженность троична: земля, внутренняя природа и неразрушимость. Внутренняя природа есть свойственная причина, неразрушимость есть результат, а земля — способы. В этих трех заложено значение [слова] тантра» («Гухья-самаджа-Тантра». Глава 18, ст. 34-35.)

(Стефан Ходж. «Маха-вайрочана-абхисамбодхи-Тантра»
с комментарием Буддхагухьи. пер. с англ. 2003г.)

Б.Сахаров в своей книге «Великая тайна» (см. Борис Сахаров. Великая тайна. Скрытая сторона упражнений Йоги. Тантрическое произведение «Гхеранда-Самхита». Переведенное с санскрита и снабженное пояснениями. М. 2004г.) определяет тантрические тексты как индийские оккультные писания.
Борис Сахаров (1899-1959) — ученик Свами Шивананды Сарасвати, получивший в 1947г. диплом Divine Life Society и титул Yogiraj. Псевдоним Аров. Собрал «Альманах асан» из своих 12 пособий для преподавания. В западном мире до сих пор используются переведённые Сахаровым названия йога-асан. Издал три книги: «Великая тайна», «Йога из первоисточника». «Открытие третьего глаза».
Б.Сахаров тщательно исследовал механизм открытия т.н. «третьего глаза» — Аджна-Чакры, центра, находящегося в головном мозгу человека. Он установил, что активация этого мистического органа одновременно с возникновением ясновидения пробуждает срытую силу человека — Кундалини-Шакти. В результате десятилетий экспериментов Б.Сахаров разработал подробную методику тренировки и развития Аджна-Чакры.
Б.Сахаров погиб 6 октября 1959г. в автокатастрофе. Его могила находится в Байройте (Bayreuth. Бавария) на городском кладбище. Некоторые сторонники Йоги полагают, что именно публикация книги «Открытие третьего глаза», раскрывающей тайны открытия Аджна-Чакры и было причиной его преждевременной и трагической смерти.

Вот что пишет С.В.Пахомов (см. Пахомов С.В. Индийский эзотеризм. // Путь Востока. Универсализм и партикуляризм в культуре. Материалы VIII Молодежной научной конференции по проблемам философии, религии, культуры Востока. Серия «Symposium», выпуск 34. СПб. Санкт-Петербургское философское общество. 2005. С.155-161):

«Именно в Тантризме, как в буддийском, так и в индуистском, эзотерическая проблематика достигает предельной заостренности. Разумеется, мы далеки от того, чтобы ставить знак равенства между Тантризмом и Эзотеризмом, хотя бы потому, что в Тантризме содержится довольно много элементов, не вписывающихся в контекст эзотерического. Однако уже сами тантрические произведения — Тантры — интерпретируют себя как тайные (гухья) тексты, которые провозглашают истины, совпадающие с реалиями нынешней эпохи Кали-юги».

Вот что пишет Свами Шивананда. (см. Свами Шивананда. Тантра-Йога, Нада-Йога, Крия-Йога. Сборник. Уфа. 2001г. 206 стр.):

«Неправильно считать Тантры книгами по чёрной магии, магическим заклинаниям и таинственным формулам. Они являются открытыми священными писаниями, из которых могут черпать вдохновение все люди независимо от касты, веры или цвета кожи. Они являются изначальными Садхана-Шастрами, учением о путях совершенства».

Вот что пишет Димешвар Рам Авадхута (Димешвар Рам Аватхута. Тантра: Постижение высшей реальности. СПб. 1991г., 1992г. 112 стр.):

«Тантры — это непосредственные руководства к действию, и они содержат в себе множество практических методов для реализации. Содержание Тантр охватывает весь спектр жизни человека, не отметая никаких сторон существования».

Вот что пишет Е.А.Торчинов (см. Торчинов Е.А. Введение в Буддизм. Курс лекций. СПб. Амфора. 2005г. 432 стр.):

«Тантра» (как и «сутра») просто тип текстов, в которых может и не быть ничего «тантрического». Если слово «сутра» означает «нить», на которую нечто нанизывается, то слово «тантра», образованное от корня «тан» (тянуть, растягивать) и суффикса «тра», означает основу ткани; то есть, как и в случае с сутрами, речь идет о неких базовых текстах, служащих основой, стержнем. <…>
Тантрические тексты считались сокровенными. <…>
Все тантры , то есть доктринальные тексты Ваджраяны, представляющие собой, подобно сутрам, наставления, вложенные авторами тантр в уста самого Будды — Бхагавана, делились на четыре класса: крия-тантры (тантры очищения), чарья-тантры (тантры действия), йога-тантры (йогические тантры) и аннутара йога-тантры (тантры наивысшей йоги), причем последний, или высший, класс также делился на материнские тантры (если в них делался упор на мудрость — праджню и женское начало), отцовские тантры (если в них особое значение придавалось методу — упае и мужскому началу) и недвойственные тантры (если эти два принципа играли одинаковую роль)».

Вот что пишет А.П.Ольшевский (см. Ольшевский А.П. Тантра-Шастра. Журнал «Садхана». №1 1998г.):

«Санскритское слово «тантра» имеет множество значений: основа, правило, порядок, система, зависимость, писание, трактат, ритуал, метод и др. В индийской религиозной традиции, а также в Буддизме слово «тантра» используется в различных значениях и не является названием какого-либо единого учения, традиции или метода. Однако как обобщающий термин, а также из-за отсутствия более подходящего слова название «тантра» часто используется для обозначения системы практики или писаний в некоторых религиозных традициях, которые вследствие многих общих признаков определяются как тантрические (тантрика).
Согласно традиционной (тантрической) этимологии «тантра» означает шастру (священное писание) особой садханы, значение которой объясняет следующая анаграмма из «Камика-Агамы» (Пурва-камика 1.29): tanoti vipulan arthan tattva-mantra-samanvitan tranam ca kurute yasmat tantram ityabhidhiyate — «Оттого, что она распространяет (таноти) обширные знания вместе с их таттвой (элемент, сущность) и мантрой, а также оттого, что она приносит освобождение (транам), она называется тантрой».
В более конкретном значении (согласно комментарию Ачарьи Харихарананды к «Маханирвана-Тантре») «тантра есть особое писание, сказанное Шивой Амбике (Матери Вселенной, Парвати) и записанное (их сыном) Ганешей». Поэтому Тантра известна как шива-шасана (указание Шивы).
Беседы Шивы и Шакти образуют обширный корпус текстов многочисленных тантрических традиций (тантрика-сампрадайя) Шайвы (Шиваизма) и Шакты (Шактизма).
Тантрические писания, сказанные древними мудрецами, известны как упатантры (вторичные, дополнительные тантры). В «Варахи-Тантре» говорится: «Васиштха, Капила, а также Нарада и Гарга, Пуластья, Бхаргава, Яджнявалкья, Бхригу, Шукра, Брихаспати — этими и другими мудрецами были изложены многочисленные упатантры».
В Тибете слово «тантра» обычно обозначает «тантрическое писание» (rgyud) или переводится тем же словом, что и «мантра» (snags).
Количество тантрических писаний необычайно велико. Существует множество видов тантр: агама, нигама, тантра, ямала, дамара и др., а также различные тантрические самхиты, сукты, сутры и другие шастры. Все это известно как Тантра-шастра.
Содержание Тантр объясняют, обобщают и дополняют различные тантрические компендиумы, комментарии, поэтические произведения и другие сочинения известных тантрических учителей.
Принадлежность какой-либо шастры к классу Тантр устанавливается традицией. В названии многих тантрических писаний принадлежность к классу Тантр не обозначена. Следует также иметь в виду, что в различных тантрических традициях Тантрами называются, прежде всего, свои тантрические тексты, но не Тантры других традиций.
Наличие слова «тантра» в названии какого-либо текста (например, ведического сочинения Кумарилы «Тантра-вартика») не означает его принадлежности к тантрической литературе. Тантрами также называются различные аюрведические медицинские тексты («Какачандишвара-Тантра» и др.) и алхимические трактаты («Расахридайя-Тантра» и др.), которые не считаются тантрическими (тантрика), но используются в тантрических традициях».

Таким образом, можно видеть, что «тантрические тексты» как предмет Текстологии (Тантры) — раздела Российской Тантрологии, достойны «особого» внимания, поскольку имеют свой круг (обширное поле) вопросов, проблем и исследований. Бесспорно одно, Учение Тантры, или Традиция Тантры, как и Тантризм, нашли свое выражение не только в Устной Традиции и традиционных линиях ее передачи (парампара) и соответствующих (под)традициях (сампрадайя), в тайных магических ритуалах и практиках, в алхимических опытах (расаяна), в произведениях искусства, архитектуры и скульптуры, но и в многочисленных тантрических текстах.

Вот что пишет А.П.Вико (см. Вико А.П. Вечные тексты и метод самозащиты коммуникаций. (Путь Востока. Материалы VI Молодежной научной конференции по проблемам философии, религии, культуры Востока. Серия «Symposium». Выпуск 30. СПб. Санкт-петербургское философское общество. 2003. С.163-178):

«Отчего «мировой читатель» один текст называет мелкокалиберным, каботажной глубины, а другому верен сотни и тысячи лет? Для примера возьмем «Йога-Сутру» Патанджали. Вместо однонаправленной штатной воронки специализации для выполнения конкретного дела Патанджали своим методом разворачивает назначение своего текста таким образом, что обращает «Йога-Сутру» в универсального помощника во всех делах внутри любой традиции! Другим примером может служить «Кама-Сутра» Ватсьяяны».

Вот что пишет Свами Сатьянанда Сарасвати (см. Свами Сатьянанда Сарасвати. Древние тантрические техники Тантры и Крийи. т.2. Продвинутый курс. Издательство К.Кравчука. 2005г. 688 стр.):

«Теперь мы будем говорить о Тантре в той форме, как она существует в Индии. Слово «тантра» составлено из двух слов: таноти и траяти. Слово «таноти» означает расширять, распространять, в то время как слово «траяти» означает освобождать или свободный. Поэтому «тантра» (тан + тра) означает «расширять опыт и осознание всего сущего, распространять границы понимания за пределы материального и, таким образом, обретать духовное знание и освобождение».
Тантру также называют тантрика, каула-дхарма, каулика или каула. Слово каула происходит от «кула», что означает семья, общество или община. Таким образом, каула, каулика и каула-дхарма можно интерпретировать как путь общины, путь семьи или, скажем, путь товарищества и братства. Слово «кула» также означает семейные узы, однако в другом контексте. Кроме того, слово «кула» означает «космическая сила проявления» (Шакти), а слово каула — «сознание» (Шива). Поэтому путь Каулы — это соединение Шивы и Шакти, космическое единство или нирвана. <…>
Согласно Тантре, различные периоды времени требуют разных методов духовного наставления и практики для достижения просвещения и просветления. Более того, объяснения и интерпретации конкретных текстов удобны только для определенной эры, после которой тексты могут быть представлены в другой форме. Техники, которым нужно обучиться, и понятия, о которых нужно знать, в известном смысле, являются приемлемыми и наиболее легко воспринимаются в свете соответствующих общественных условий и установок.
Тантра никогда не утверждала, что любой из ее текстов является последним словом в духовной жизни. В Тантре всегда говорилось о том, что ее тексты являются удобными только для определенного времени, после которого они становятся лишними (устаревшими). Насколько нам известно, ни одна из духовных систем никогда не говорила ничего подобного.
Тексты Тантры появлялись в течение веков, и новые тексты Тантры будут продолжать появляться, пока настоящая Кали-юга продолжается».

Вот что пишет Роберт Свобода (см. Р.Свобода. Агхора II. Кундалини. Пер. с англ. А.Журавлева, И.Левушкина. М. Саттва. 2000г., 2003г. 336 стр.):

«Тантра — не тот предмет, который можно изучить в школе, равно как и тантрические тексты — не самоучители, поскольку Тантра не есть книжное знание. Это живая мудрость, которую следует получать непосредственно от опытного практика. Чтобы следовать тантрическому пути и пробудить Кундалини, не подвергаясь опасности, необходим хороший наставник, гуру, который уже следует пути и знает все его ловушки. И лучше не иметь гуру вообще, нежели следовать за беспомощным или невежественным гуру».

Вот что пишет А.Нептунов (см. А.Нептунов. Наследие мира Тантры. Таврия. 2006г. 144 стр.):

«Воистину велик тот человек, кто впервые нанёс на кусочек дощечки, скалы или пергамента первые слова, он смог по прошествии многих веков донести до людей культуру и знание своего народа. Но он же и стал прародителем искажённых мыслей и преувеличений, переданных нам в книгах, которые впоследствии формировали и сужали наше восприятие. Для одних книга становится огромным помощником на пути к свету, для других — чудовищным ограничивающим фактором, затмевающим разум и голос сердца. Часто случается так, что с начитанным «духовным человеком» попросту не получается нормального взаимопонимания, при общении вперёд вылезает его великое и неповторимое «Я», он сразу начинает выдвигать цитаты разных авторов из разных книг, доказывать то, что ещё не пережил сам и в результате в полном непонимании и осуждении остаётся наедине со своим «величием». С человеком же, который всю жизнь прожил в деревне и в глаза не видел книг по магии и эзотерике, или читал их очень мало, при общении получается такой энергетически положительный контакт, что с уверенностью можно было бы сказать, что он занимается совершенствованием своего духа с малых лет. Так что кто-то получает от книг только пользу, а кто-то с помощью них увеличивает косность и выращивает эго до невообразимых пределов. <…>
«Я запрещала тебе читать книги, так как берегла твою психику и давала возможность тебе окрепнуть, утвердиться в собственном пути и в собственном опыте. Пойми, не безопасно читать литературу не из-за того, что она плохая, а потому, что многие не могут по-настоящему воспринять и оформить информацию, дающуюся в ней. Неправильно читая книги, ты рискуешь потерять себя и свой личный опыт, ты рискуешь набраться несовершенных мыслеформ, передаваемых автором через книги. Мы не можем пережить чей-либо опыт, потому как у каждого он свой, тем более, что в книгах есть закодированная информация, которую каждый интерпретирует по-своему. Помни, что всё автор не пишет, беря во внимание то, что книга идёт на общую аудиторию, многие моменты им упускаются, так как не у всех получится их воспринять. Все читают достижения авторов, но там мало описывается или даже если описывается, как этого он добивался, люди все равно упускают моменты его страданий из виду, вычитывая только самые приятные их центру удовольствия в мозгу сливки или «верхушки» истин. Знай — живое общение с Учителем намного эффективней, чем чтение литературы. Если изучение книг и общение с Учителем соотнести с рекой, то мы увидим такую картину: общение с Учителем будет похоже на созерцание прекрасной реки своими глазами здесь и сейчас, то есть в этом времени; чтение книг — это лишь описание реки, текшей здесь когда-то, в прошлом времени, и описание её кем-то, «кем-то», — чувствуешь разницу? Если человеку давать то, к чему он не готов, и то, что он потом может неправильно понять и интерпретировать, это не принесёт ему никаких благих изменений. Людям свойственно всё искажать и осуждать, тем более то, чего они не знают. Тут подходит такая мудрая пословица — «каждый кулик тянет в своё болото»…»…».

Существует древнее утверждение о том, что если знание излагается на бумаге, оно перестает быть эзотерическим (т.е. тайным) и становится общедоступным. Также есть утверждение и о том, что выражение сложных философских истин обычным человеческим языком суживает и обедняет их. Тем не менее, Учение Тантры как было, так и остается тайным, эзотерическим, глубоким и полным, несмотря на то, что сегодня оно популярно и широко известно во всем мире. Как это ни покажется странным, но философские, метафизические и др. концепции и идеи, составляющие основу Учения Тантры, от этой известности и популярности не стали более доступны и профанированы. Возможно, стоит вспомнить древнюю формулу — «знание должно быть выдано, но тайна сохраниться». Возможно, это происходит и благодаря «особой» форме изложения в тантрических текстах.
Одной из особенностей тантрических текстов является их внутренняя структурированность и так называемая смысловая многослойность. Каждый параграф тантрических текстов имеет несколько уровней понимания — от простейшего, поверхностного, до глубокого, имеющего эзотерический, сакральный, мистический смысл. Как говорится — «каждому уровню сознания свое понимание вещей». Поэтому знания и мудрость, раскрываемые в тантрических текстах, воспринимаются соответственно уровню духовной или интеллектуальной подготовленности читателя, при этом не происходит нежелательных психологических перегрузок, неизбежных в случае, когда читающий пытается освоить слишком сложный для его понимания материал.
Специалисты, исследователи подтверждают, что информация, знания, идеи, мысли, заложенные в тантрических текстах, раскрываются и становятся доступней постепенно, с каждым новым прочтением. Если читатель не имеет определенного духовного или интеллектуального уровня подготовки, многие фрагменты тантрических текстов и тем более многие аспекты Учения Тантры, выраженные в них, просто не будут замечены, восприняты или осознаны им при одном прочтении — ознакомлении. Однако, даже такое «знакомство» с тантрическими текстами, или их повторное чтение, дает «развитие» сознанию человека, не перегружая его сложным философским и духовно насыщенным материалом, но расширяя его творческую, духовную интуицию. Регулярное же чтение тантрических текстов представляет собой интенсивную работу сознания, при которой активизация его высших центров происходит наиболее оптимальным и естественным путем, в то время как попытки их волевой активации неизбежно несут в себе опасность нервно-психологических перегрузок.
Таким образом, регулярное и вдумчивое прочтение или изучение тантрических текстов само по себе является хорошим средством активизации всех чакр человека. Более того, считается, что чтение тантрических текстов на Санскрите оказывает благотворное воздействие не только на организм и психику человека, а также и на его сознание и духовность. Возможно потому, что Cанскрит — уникальный язык, и при знакомстве с ним, при изучении его, при чтении на нем в человеке начинают проявляться и раскрываться многие интеллектуальные, духовные качества и возможности. Были проведены исследования. Был поставлен эксперимент. Специалисты просили участников эксперимента прочитать текст из «Бхагавад-Гиты» на Санскрите и на современных языках (испанском, французском или немецком), которых они не знали. Участники эксперимента произносили только звуки, но не знали их значения. В течение двух сеансов чтения измерялись волновые показатели мозга (ERG), частота дыхания и пульса, гальваническое сопротивление кожи. Такие же измерения были проведены во время пятнадцатиминутного сеанса Трансцендентальной Медитации. Таким образом, было обнаружено, что во время чтения текста на Санскрите физиология мозга участников эксперимента была сходна с физиологией мозга во время выполнения Трансцендентальной Медитации, но значительно отличалась от физиологии мозга во время чтения на современных языках.
Более того, было обнаружено, что во время чтения текстов на Санскрите функционирование мозга изменяется. Как и во время медитации, показатели альфа-волн (ERG), мозговой активности и сопротивления кожи не просто стабилизируются, но и улучшаются, во время же чтения тех же текстов на современных языках все физиологические параметры остаются без изменения. Это привело специалистов к выводу, что тексты, написанные на Санскрите, вызывают высокие состояния сознания, в то время как чтение текстов на современных языках не успокаивает ум, а, скорее, сохраняет состояние рассеянности и направленности вовне. (Travis F.T., Olsen T., Egenes T. & Gupta H.K. Physiological patterns during practice of the Transcendental Meditation Technique compared with patterns while reading Sanskrit and a modern language. International Journal of Neuroscience. 2001. 109, 71-80).
Так что у тантрологов-текстологов есть прекрасная возможность, читая, изучая тантрические тексты, не только проникнуть в тайны доктрины Тантрической Традиции, но и «расширить» свое собственное сознание через Санскрит и Тантру, ведь среди букв. значений слова «санскрит» значатся и такие, как «культура», «благородность», «освященность», а среди букв. значений слова «тантра» — «расширение поля сознания», «освобождение посредством расширения (сознания)».

* * *

N 36. 13.01.2013г.