Статья 3.11.3. Тантры как священное писание Тантрической Традиции. (ч.2).

продолжение

3. ИНДУИСТСКИЕ ТАНТРЫ КАК ТЕКСТЫ ИНДУИСТСКОЙ ТАНТРИЧЕСКОЙ ТРАДИЦИИ

«Самый большой класс текстов, содержащих информацию о Шактизме, составляют Тантры. Тантры делятся на три типа: Агамы, Нигамы и упа-Тантры».

(Деви-Бхагавата-Пурана. Пер. и комм. А.А.Игнатьева.)

«Тантры (санскр. tantra — «учение», «магический обряд») — один из самых значительных классов средневековой индуистской литературы, включающий в широком смысле эзотерические (точнее, претендующие на эзотеризм) тексты вишнуитов, шиваитов и шактистов, в узком — только последних. Тантрические пассажи обнаруживаются уже в некоторых поздних Упанишадах, отдельных произведениях культовой индуистской поэзии (махатмии, стотры, некоторые бхактистские поэмы), в еще большей степени в Пуранах, включающих диалоги мужского и женского божеств, а также информацию о тайных слогах, формулах и диаграммах, но в целом Тантры датируются позднее всех названных сочинений. Одни из первых упоминаний о Тантрах как текстах содержатся в «Бхагавата-Пуране», составленной в X-XI вв., а их первые непальские рукописи датируются VII-IX вв.
Общие характеристики Тантр в широком смысле (вишнуитские Самхиты, шиваитские Агамы и шактистские Тантры) включают положение о том, что Веды были более актуальны для прошедших эпох, а в настоящее время замещаются современными тантрическими текстами, частичный отказ от варново-ашрамной дхармы и «демократизм» — адресатами этих текстов являются не только «дваждырожденные», но также шудры и женщины. Основными составляющими текстов являются тайные обряды и учения, которые могут быть получены только от учителя-гуру после прохождения особой инициации (дикша) и не могут быть переданы никому из «непосвященных». Всем тантрическим текстам в широком смысле нормативно присущи четыре раздела: 1) «знание» (джняна), включающее как учения Веданты и Санкхьи, так и чисто оккультные познания тайных сил сакральных слогов, мантр и диаграмм (янтры); 2) «медитация» (йога) — упражнения по созерцанию и визуализации определенных объектов, предполагающие обретение оккультных сил; 3) «действие» (крийя) — инструкции по изготовлению идолов, а также сооружению и освящению храмов; 4) «поведение» (чарья) — правила, касающиеся выполнения обрядов и обязанностей, а также участия в праздниках.
В некоторых текстах указывается, что Тантр всего 64, однако их значительно больше. Как правило, они построены в форме диалогов между Шивой и Парвати: когда она задает вопросы и Шива отвечает как учитель, эти Тантры называются Агамами, когда же они меняются местами — Нигамами». 

(Энциклопедия «Кругосвет»)

«Тантрические методы Ваджраяны основываются на индуистских методах, практиковавшихся еще во времена Будды, хотя с тех пор их значение изменилось. Индуисты склонны восхищаться чудесами и таинствами мандал и божеств. В их системе божество, например, бог Брахма, считается самым главным. Человек, имеющий контакт с божеством, стоит на втором месте, а все остальные люди являются «третьим классом». Брахма создал брахманов, а также людей низших каст. Божеств в Индуизме множество, и у каждого соответствующая мандала. Например, Вишну всех защищает, в то время как Шива искореняет все «нечистое».
Эта система верований негативно отразилась на всем обществе, породив кастовую структуру. Многие индуистские учителя (и буддийские тоже) злоупотребляли ею, чтобы получать власть над другими людьми. Были такие политики-индуисты, которые изобретали новые Тантры с целью использовать их как средство контроля. Они преподносили божество в рамках тантрического текста со множеством «самай», или тантрических обетов, а затем с их помощью управляли людьми.
Жаль, что подобные вещи имели место, но такова человеческая природа. Я приведу вам пример. Одна очень влиятельная женщина-учитель медитирует на божество в тантре со множеством самай. Ее последователи обязаны следовать этим обетам, благодаря чему она может легко управлять учениками. Будь я другим хитроумным учителем, желающим с ней соперничать или же спровоцировать ее низвержение, мне пришлось бы изобрести еще более значительную тантру. Если бы божества той женщины-учителя были розовыми, я бы выбрал белый цвет. У ее божеств восемь рук, тогда у моих — шестнадцать! Ее тантра состоит из сотни страниц, а моя — из двух сотен! У нее четырнадцать самай, а у меня сорок! Индуистские Тантры пришли в упадок по причине такого «заразного» образа действий. В настоящее время в этой области проводится много исследований. Благодаря свободе слова современные политики-индуисты публично подвергают критике подобные верования, чтобы эта печальная история больше не повторилась.
Любая вера вредна, если она настолько дуалистична, что божество находится высоко, а люди где-то под ним. Такой системой можно злоупотреблять и манипулировать. И у индуистов, и у буддистов есть Тантры с глубоким смыслом, однако в прежние времена некоторые политики искажали методы. Великий индиец, буддийский мастер Атиша Дипанкара, предупреждал, что ученикам сложно отличить ненастоящую Тантру от истинной, так как ненастоящие Тантры были умело составлены. Таким образом, в практике Тантр есть много нюансов.
Об авторе. Кюнзиг Шамар Ринпоче является одним из самых высоких сознательно перерождающихся мастеров в линии преемственности Карма Кагью тибетского Буддизма. Линия Шамарпы всегда была тесно связана с линией Гьялвы Кармапы, главой школы Карма Кагью. В 1959г., вследствие китайского вторжения, Шамар Ринпоче покинул Тибет вместе с Шестнадцатым Кармапой. К 1979г. он получил от Кармапы XVI все поучения и передачи линии Кагью в монастыре Румтек в Сиккиме. И с тех пор Шамарпа путешествует по всему миру, обучая Дхарме. Чтобы исполнить пожелание Шестнадцатого Кармапы, он построил Международный Буддийский Институт имени Кармапы (KIBI) в Нью-Дели, в Индии». 

(Кюнзиг Шамар Ринпоче. Практика Дхармы в современной жизни.)

«Хоть упанишадский идеал прижизненного освобождения (дживан-мукти), наслаждения блаженством Я, пребывая в человеческой плоти, и был важным шагом на пути становления индийской духовности, ему не удалось полностью преодолеть привычку двойственного мышления. Сама эта идея породила следующий вопрос: если существует лишь одно Я, то почему его познание так трудно дается? Иными словами, почему нам приходится видеть в мире, а значит, и в нашем теле-уме недруга, которого следует одолеть? Если быть точнее: почему мы должны отринуть само плотское наслаждение для познания блаженства?
Новый подход Тантры. Новый ответ и новый образ духовности предложили наставники Тантры, иначе Тантризма, которые заявили о себе в начальные века I тыс. н.э. Их учения запечатлены в Тантрах, которые представляют собой труды, сходные с шиваитскими Агамами и вишнуитскими Самхитами, но посвящены женскому психокосмическому началу, иначе Шакти. Порой бывает трудно различить агамический и тантрический труд, ввиду зыбкости самой границы между Шиваизмом и Шактизмом.
Поклонение женскому божеству, которое лежит в основе многих тантрических школ, существовало уже в древние ведийские времена. Тантрические наставники-подвижники лишь обратили свой взор на имеющееся священное знание и ритуальную практику, связанные с почитанием богини, особенно в том виде, как это имеет место в нынешних сельских общинах Индии. Поэтому некоторые ученые возраст Тантры соотносят с возрастом самих Вед, если не считают ее более древней. Однако, как литературное явление, Тантра, похоже, появилась не раньше середины I тыс. н.э.
Бытует мнение, что первыми появились буддийские Тантры, вскоре вслед за ними последовали их индуистские собратья, хотя некоторые ученые яростно это оспаривают. В любом случае, буддийские «Манджушри-мула-кальпа» («Основополагающие установления Манджушри») и «Гухья-самаджа-Тантра» («Тантра тайного общества»), вероятно, были составлены в период между 300 и 500 гг. н.э.
Самые ранние индуистские Тантры, похоже, оказались утерянными, и мы знаем о них только по ссылкам в более поздних трудах. Примечательно, что южно-индийский поэт VII в. Тирумулар ссылается на собрание из двадцати восьми Тантр. «Вина-шикха-Тантра», единственный сохранившийся текст Тантры левой руки, датируемый примерно 1200г. н.э., упоминает о классическом собрании из шестидесяти четырех произведений. Это наводит на мысль о том, что в предшествующие века тантрические наставники особенно деятельно занимались сочинительским трудом, по имеющимся у нас сведениям, уже тогда было много больше Тантр. Одна из старейших обширных Тантр — «Сарва-джняна-уттара-Тантра» («Сарваджняноттаратантра»), составленная, скорее всего, в IX в. н.э. Этот труд характеризует себя как собрание сути многих более ранних тантрических сочинений.
Исконные Тантры обычно представлены в виде диалога и приписываются скорее божественному откровению, нежели конкретному человеку. Их Санскрит нередко достаточно скуден в выразительных средствах и грамматически и метрически неправилен. Позднейшие сочинения, особенно обобщающие труды, обычно имеют автора и отличаются большим грамматическим и стилистическим совершенством.
Поскольку Тантризм — будь то буддийский либо индуистский — представляет собой обширное, сложное и плохо изученное поле для исследования, я ограничусь индуистской Тантрой, которая имеет более непосредственное отношение к Традиции Йоги, берущей начало в ведийском наследии. Однако следует заметить, что буддийские Тантры, в том виде, как они сохранились на тибетском языке и отчасти на Санскрите, также весьма важные источники для понимания некоторых йогических процессов, особенно созерцательной визуализации (дхьяна, бхавана) и иных высших ступеней духовной практики, как и сопровождающих их ритуалов.
Согласно тому, что говорилось выше, Индуистская Традиция указывает на существование шестидесяти четырех Тантр, но в действительности их значительно больше. Лишь немногие из наиболее важных сочинений этого жанра индуистской литературы переведены на европейские языки. Достойны упоминания «Куларнава-Тантра», «Маханирвана-Тантра» и «Тантра-таттва-Тантра». Спектр затрагиваемых в Тантрах тем достаточно обширен. Они обсуждают сотворение и историю мира; названия и назначение огромного множества мужских и женских божеств и прочих высших существ; виды обрядового поклонения (особенно богиням); магию, колдовство и ворожбу; эзотерическую «физиологию» (анатомию тонкого и психического тела); пробуждение таинственной змеиной силы (кундалини-шакти); приемы телесного и умственного очищения; природу просветления; и, не в последнюю очередь, сакральное соитие.
Ломающая обычные представления духовность Тантры лучше всего отражена в определении понятия Тантры, данного в старой буддийской «Гухъя-самаджа-Тантре», которая объясняет, что «Тантра — это неразрывность». Само слово «тантра» производится от корня «тан», означающего «тянуть, расширять». Обычно оно истолковывается как «то, посредством чего знание/понимание расширяется, распространяется» (таньяте вистарьяте джнянам анена).
Второе значение слова «тантра» — просто «книга» или «текст», как в «Панча-Тантре» («Пять назидательных книг»), знаменитом индийском сборнике сказок. Поэтому Тантру можно определить как текст, который расширяет само понимание до такой степени, что появляется подлинная мудрость. Все адепты Тантры сходятся в том, что освобождение возможно лишь с озарением человека светом мудрости (видья). Мудрость обладает освобождающей силой благодаря тому, что укрепляет практикующего Тантру в «неразрывности» ограниченного и бесконечного планов Бытия, как говорилось выше. Представление о неразрывности замечательно выражает саму природу Тантры, ибо эта Всеиндийская Традиция пытается разными путями преодолеть раздвоенность между конечной Реальностью (то есть Я) и обусловленной Реальностью (то есть эго) утверждением человека в неразрывности мирского существования и процесса освобождения, или просветления.
Великая тантрическая формула, основополагающая и для махаянского Буддизма, состоит в том, что «сансара равняется нирване». Иначе говоря, обусловленный, или феноменальный, мир единосущен с запредельным Сущим-Сознанием-Блаженством. Поэтому просветление связано вовсе не с оставлением мира, или подавлением своих естественных побуждений. Напротив, оно заключается в уяснении того, что низшая Реальность содержится в высшей Реальности и сращена с ней, позволив тем самым высшей Реальности преобразовать ее. Получается, что краеугольным камнем Тантры является объединение — объединение «я» с Я, телесного бытия с духовной Реальностью». 

(Георг Ферштайн. Энциклопедия Йоги. Гранд-Фаир. 2003г. 768 стр.)

«Влияние тантрического Буддизма на Индуизм было так глубоко, что до настоящего времени большинство западных школ Востоковедения находится под впечатлением, что Тантризм — это индуистское творение, принятое уже на уровне упадка буддийскими школами.
Утверждать, что буддийский Тантризм есть производное от Шиваизма, могут только те, кто не имеет возможности познакомиться с тантрической литературой из первых рук. Сравнение буддийских Тантр с индуистскими (буддийские в своей полноте сохранились в Тибете и поэтому долгое время не замечались индологами) не только показывает удивительное расхождение в методах и целях, несмотря на некоторое внешнее подобие, но и доказывает духовный и исторический приоритет и оригинальность буддийских Тантр.
Шанкарачарья, великий индийский философ IX в. н.э., работы которого сформировали основание всей шиваитской философии, использовал идеи Нагарджуны и его последователей до такой степени, что ортодоксальные индуисты подозревали его в том, что он тайный посвященный Буддизма. Подобным же образом индуистские Тантры передают методы и принципы буддийского Тантризма и приспосабливают его для собственных нужд. Этот взгляд подтверждается не только Тибетской Традицией и изучением ее литературы, но и индийскими школами после критического исследования ранних санскритских текстов тантрического Буддизма и его исторических и идеологических связей с индуистскими Тантрами.
Бенойтош Бхаттачарья в своем «Введении в буддийский эзотеризм» пришел к заключению, что «можно заявить без страха противоречия, что буддисты были первыми, кто ввел Тантры в свою религию, и что индуисты заимствовали их от буддистов в позднее время, и что поэтому неправильно говорить, что поздний Буддизм был производным от Шиваизма» (В.Bhattacharya. 1932. с. 147).
Одним из главных глашатаев этой ошибочной идеи, основанной на внешнем сходстве индуистских и буддийских Тантр, был Остин Уоддел, часто цитируемый как авторитет по тибетскому Буддизму. По его мнению, буддийский Тантризм есть не что иное, как «шиваистское идолопоклонничество, культ Шакти и демонология. Его так называемые мантры и дхарани — бессмысленная тарабарщина, его мистицизм — глупый маскарад ничего не значащего жаргона и «магических кругов», его йога — паразит, чудовище, которое выросло, раздавив и отравив более менее чистый остов Буддизма, все еще живущий в Махаяне… Доктрина Мадхьямиков была, в сущности, софистическим нигилизмом…, а Калачакра — самая недостойная тема из всех, рассматриваемых философией» (L.A.Waddell. 1895).
Поскольку Запад получил свою первую информацию о тибетском Буддизме в основном вот от таких «авторитетов», то неудивительно, что сейчас в представлениях тех, кто разбирается в этом предмете с помощью западной литературы, утвердились бесчисленные предубеждения против буддийского Тантризма.
Утверждение, что буддийское тантрическое учение своей исходной точкой имело индуистские Тантры, и в особенности принцип Шактизма, не только не соответствует истине, но и совершенно ошибочно, так как обе системы начинают развиваться с совершенно различных предпосылок. Так же, как мы не можем объявить Буддизм идентичным Брахманизму лишь на том основании, что и в том и в другом используются методы Йоги и одинаково звучащие технические и философские термины, точно так же мы не можем истолковывать буддийские Тантры в свете индуистских Тантр и наоборот.
Никто не упрекнул бы Будду Шакьямуни в том, что Он искажает Свое же Учение, когда вводит божеств индийской мифологии в качестве фона Своей Проповеди, когда использует их как символы определенных сил или переживаний, возникающих в медитации, или как выражения более высоких уровней сознания. Однако, когда сходные причины используются в Тантрах, эти священные для буддистов тексты европейцы называют извращением подлинного Буддизма.
Нельзя понять какое-либо религиозное учение или движение, если мы не будем стремиться к нему с духом человечности и уважения, что является самым глубоким признаком всех великих ученых и первопроходцев в познании учений. Поэтому нам следует увидеть различные формы выражения в их родственных связях и духовной основе, в которой они развивались до своих особенностей, прежде чем мы начнем сравнивать их с похожими чертами в других системах. И действительно, как раз то, что выглядит сходным, тождественным при поверхностном взгляде, зачастую оказывается принадлежащим совершенно различным системам. Одна и та же ступень, которая ведет вниз в некотором смысле, в ином значении и при другой системе координат будет вести вверх. Поэтому филологические выводы и иконографические сравнения, полезные в каких-то отношениях, здесь совершенно неуместны.
«То новое в Тантре, что было привнесено в нее буддистами, и экстраординарное пластическое искусство, развитое ими, создало впечатление в умах индусов, и они легко приспособили многие доктрины, идеи, практику и богов, первоначально принятые буддистами для нужд своей религии. Литература, вышедшая под названием индуистских Тантр, появилась почти вслед за буддийскими идеями» (В.Bhattacharya. 1932. с. 50).
И в конце своих убедительных исторических, литературных и иконографических доказательств, которые очевидны для каждого последователя буддийских Тантр и Тибетской Традиции, Б.Бхаттачарья добавляет: «Таким образом, достаточно полно доказано, что буддийский Тантризм был основным источником, который повлиял на индуистские тантрические тексты, и поэтому невозможно утверждать, что Буддизм был производным от Шиваизма. С другой стороны, из этого следует, что индуистские Тантры были производными от Ваджраяны и что они являются только подражанием буддийских Тантр» (с. 163).
Поэтому мы полностью согласны с Бхаттачарьей, когда он пишет: «Буддийские Тантры по внешности сходны до некоторой степени, но в действительности подобия между ними очень мало, и в их тематике, в философских доктринах, представленных в них, и в религиозных принципах. Это неудивительно, поскольку у буддистов и индуистов цели и мотивы весьма отличны» (там же, с. 47).
Главное отличие в том, что буддийский Тантризм — это не Шактизм. Представление о Шакти — божественной силе, творческом женском аспекте высочайшего Бога (Шивы) или его эманации не играет никакой роли в Буддизме, в то время как в индуистских Тантрах это представление о силе (Шакти) занимает главное место. Центральной же идеей тантрического Буддизма является ПРАДЖНЯ — предзнание, интуиция, мудрость.
Для буддистов Шакти — это Майя — сила, творящая иллюзию, от которой нас может освободить только Праджня. Поэтому цель буддиста — не знакомство с силой или соединение себя с силой вселенной, он не стремится стать ее инструментом или овладеть ею, а наоборот, пытается освободить себя от тех сил, которые заставляют его пребывать в круговороте жизни и смерти, которые веками держат его, как заключенного, в сансаре. Он борется с влиянием этих сил, однако не пытается их отрицать или разрушить, а преобразует в огонь Знания, в пламень Мудрости так, что они становятся силами Просветления, которые, вместо того чтобы и далее творить дифференциацию, обращают свое движение в противоположное направление, стремясь к единству, целостности и полноте.
Совершенно отличная, если не противоположная, позиция у индуистских Тантр. «Соединенный с Шакти преисполнится силы», — говорит «Кулачудамани-Тантра». «Из единства Шивы и Шакти сотворен мир». Буддист же стремится не к творению и развертыванию мира, а к возвращению в «несотворенное, неоформленное» состояние шуньяты, из которой все проявилось и которая находится по ту сторону всего сотворенного (если вот так можно выразить невыразимое на человеческом языке). Осознание этой шуньяты есть праджня — запредельное высшее знание. Реализация этого высшего Знания в жизни есть Просветление, т.е. если праджня (или шуньята) — всеохватывающий женский принцип, из которого проявляется каждая вещь и к которому она сводится, объединяется с активным мужским принципом вселенской любви и сострадания, который является средством (упайя) для достижения праджни и шуньяты, то достигается совершенное Состояние Будды.
Индуистские Тантры есть последовательное приложение основополагающих идей Индуизма, несмотря на то, что они восприняли буддийские методы там, где они подошли к их целям. Но эти методы, прилагаемые к двум различным системам, неминуемо ведут к противоположным результатам. Поэтому нет необходимости прибегать к такому искусственному приему, как согласование грамматических родов в словах праджня (жен.) и упайя (муж.). Подобные объяснения были только следствием ошибочного представления, что буддийские Тантры — лишь имитация индуистских Тантр, и чем скорее мы освободимся от этого предубеждения, тем яснее станет, что концепция Шакти не имеет места в Буддизме».

(Лама Анагарика Говинда. Знание и Сила: Праджня против Шакти.)

 

3.1. АГАМЫ И НИГАМЫ

«Как правило Тантры построены в форме диалогов между Шивой и Парвати: когда она задает вопросы и Шива отвечает как учитель, эти Тантры называются Агамами, когда же они меняются местами — Нигамами».

(Энциклопедия «Кругосвет».)

«Самый большой класс текстов, содержащих информацию о Шактизме, составляют Тантры. Тантры бывают трех типов: Агамы, Нигамы и Упатантры. Агамы и Нигамы представляют собой диалоги Шивы и его супруги на философские темы, причем в Агамах Шива поучает свою Шакти, а в Нигамах наоборот, Шакти поучает Шиву».

(Деви-Махатмья. / Пер. с санскр., пред. и комм. А.А.Игнатьева.)

«Тантры подарены нам Господом Шивой и Его вечной супругой Дэви. Те писания, в которых Дэви обращается к Шиве за разъяснениями различных вопросов, как ученик к учителю, определяются как Агама. Те же писания, в которых они меняются ролями, называются Нигама. Эта божественная игра Шивы и Парвати дарует людям знание о пути к освобождению и высшему состоянию».

(Сундарадевананда Грихавадхута. Место Тантры в системе Индуизма.
// Тантрический Путь. Выпуск 3. Тантра-Сангха. 1995-1996гг. С.47-57.)

«Священные для тантристов писания, излагающие различные мистические знания, называются Тантрами. В них, в форме диалогов Отца Мира — Шивы и Матери Мира — Шакти-Дэви, раскрываются, по словам тантристов, «все тайны бытия, пути обретения всего желаемого и конечного освобождения». Тантры, в которых Шива выступает в роли наставляющего учителя, а Шакти — в роли прилежного ученика, принято называть Агамами. Нигамами называются Тантры, в которых, наоборот, Шакти — учитель, а Шива – ученик». 

(Учение Тантры. Во что и как верят тантристы.)
(Горохов С.А. Тантризм и тантристы. Место Тантризма в системе Индуизма.)

«Как правило, тексты шайвов и шактов составлены в форме диалога между Шивой и его супругой Шакти. Такие тексты бывают двух видов: Агамы и Нигамы. В тексте «Агамадвайта-нирнайя» говорится: «Агама называется так потому, что она исходит из уст Шивы и передается его супруге Шакти». При этом Шива является гуру (духовным учителем), а Шакти — шишья (учеником). Если дело обстоит наоборот (Шакти — учитель, Шива — ученик), как в тексте «Нигама-калпадрума», то текст называется Нигама. «Нигама называется так потому, что она исходит от Шакти, чтобы быть услышанной Шивой» («Агамадвайта-нирнайя»)». 

(Андрей Лапин. Тантрические взгляды на устройство
Вселенной, человека и природу любви.)

«В Тантрах соблюдается строгое следование обычаям Тантризма как Шрути или Агама («откровение»), так и противоположность Смрити или Нигама («традиция»). Слово «Агама» подразумевает Шастру, посвящённую Шивой его божественной супруге Парвати. Аналогично, Нигама подразумевает класс Тантр, пришедших от Парвати. Большинство тантрических произведений Шайва-Тантр и Шакта-Тантр представлены в виде диалога Шивы с каким-либо аспектом его божественной супруги. В Тантрах Вайшнава говорящим является один из аспектов Вишну. В буддийских Тантрах, называемых Сангити, говорящим или автором надлежит быть Будде или Бодхисаттве». 

(Джагги О.П. Йогическая и Тантрическая медицина. / Пер Анны Агапкиной.)

«Что такое Тантра. Существует обширная литература, известная как тантрическая литература. Тантрические произведения носят различные названия, обычно содержащие в себе следующие слова: -Тантра, -Агама, -Ямала, -Самхита. Однако, далеко не все произведения, имеющие в своих названиях такие слова, являются действительно тантрическими по своему содержанию. Принадлежность к классу Тантр определяется, естественно, не по названию, а по содержанию в работе основ тантрической философии и практики, которые излагаются во всех Тантрах, признаваемых как авторитетные различными тантрическими школами. Очень часто Тантры построены в виде диалога межу Господом Шивой и Его вечной супругой Деви. Те писания, в которых Деви обращается к Шиве за разъяснениями различных вопросов, как ученик к учителю, определяются как Агама. Те же писания, в которых они меняются ролями, называются Нигама. Эта божественная игра Шивы и Парвати дарует людям Знание о пути к освобождению и высшему состоянию». 

(Димешвар Рам Аватхута. Тантра: Постижение высшей реальности. СПб. 1991г.)

«Пока затруднительно с точностью определить значение термина «тантра», но все-таки есть мнение отождествлять три типа специфических писаний с тремя различными сектами:
— Самхиты — общее альтернативное название вишнуитских Агам. Содержат тайную доктрину Вайшнава-Традиции.
— Агамы Шивы и Тантры Шакти. Хотя стоит заметить, что это различие проходит под единым названием Тантры, более того, Тантры содержат двойную классификацию: Агама и Нигама. В Агама Парвати задает вопросы, а Махадева (Шива) отвечает, в Нигама — наоборот. Интересно отметить, что авторы исследований Тантры считали как Агаму так и Нигаму превосходными эпитетами. Они предложили интерпретацию каждой из букв, составляющих эти два слова. Так Агама объясняется следующим образом: «А» заменяет слово «агата», что значит «эманация изо рта Шамбху», «ГА» заменяет «гата», что означает «вхождение в рот дочери Гималаев Парвати», «МА» вместо «мата», выражающее одобрение Васудевы. В подобной же манере объясняется и слово «Нигама»: «НИ» — «нигата» — «эманация изо рта дочери Гималаев Парвати», «ГА», — «гата», «вход в уши Шивы», и «МА» — «мата», одобрение Васудевы». 

(Коваль С.Н., Холин Ю.Е. Секреты Тантра-Йоги.
Ростов-на-Дону. Феникс. 2004г. 416 стр.)

«Урок 13. Тема VI. Тантра. Тантрические тексты часто называют Агамами и реже — Нигамами. Тексты направлений Шайва и Шакта, как правило, даются в форме диалогов между Шивой (дэвой) и его супругой Шакти (дэви). Тексты, в которых Шакти задает вопросы, а Шива дает ответы, называются Агамами. В древнем тексте под названием «Агамадвайта-Нирнайя» говорится: «Агама называется так потому, что исходит из уст Шамбху (Шивы) и передается Гиридже (его жене Шакти), будучи сначала одобрено Васудевой (Вишну)». Шива играет роль духовного учителя (гуру), а Шакти играет роль ученика (шишья). Однако иногда в качестве учителя выступает Шакти, как, например, в тексте под названием «Нигама-Кальпадрума». В этом случае писание (шастра) называется Нигамой. В «Агамадвайта-Нирнайе» также сказано: «Нигама называется так, поскольку исходит от Гириджи (Шакти), чтобы быть услышанной ушами Гириса (Шивы), будучи одобрено Васудевой (Вишну)». Таким образом, в Нигамах роль гуру играет Шакти. Все сказанное до сих пор относится, главным образом, к направлениям Шайва и Шкта. Такая форма диалога между учителем и учеником имеет большое значение, поскольку показывает важность взаимоотношения гуру-ученик. Это фундаментальный аспект Тантры. Тексты других направлений также называются Агамами, хотя и не строятся в форме диалога между Шивой и Шакти». 

(Свами Сатьянанда Сарасвати. Древние тантрические техники Тантры
и Крийи. т.2. Продвинутый курс. Издательство К.Кравчука. 2005г. 688 стр.)

«Традиционной (для индийской религии и Буддизма) формой изложения религиозных и философских учений является прашноттара (вопросы и ответы) в форме диалога учителя и ученика. Поэтому «сам Дэва Садашива, приняв положение гуру и ученика, с помощью вопросов (прашна) и ответов (уттара) явил Тантру». («Сваччханда-Тантра» 8.31-32)
В Тантрах также сказано, что «гуру есть Изначальная (адья) Шакти» («Тантрараджа-Тантра» 35.2) Шри-Ишвара (Бхайрава) говорит Шри-Дэви (Бхайрави): «Ты — гуру всех писаний, я — излагающий (писания). В форме гуру ты приносишь освобождение всем мирам» («Канкаламалини-Тантра» 3.29-30).
Иногда для того, чтобы указать людям (и другим разумным существам: богам, сиддхам, гандхарвам и др.) путь освобождения, Богиня сама объясняет Тантрическое Учение Шиве, отвечая на его вопросы. Тантры этого вида известны как Нигама, «особое писание, состоящее из ответов на вопросы Шамбху (Шивы), в поэтической (также, как и Агама) форме исходящих из уст Парвати» («Маханирванатантра-тика» 11.9).
В «Ямале» (название одной из ямал) сказано: «Она — вышедшая (нигама) из уст Шанкари (Парвати), перешедшая (гата) к Владыке гор (Гириша; имя Шивы) и подтвержденная (мата) Шри-Васудэвой, поэтому она называется Нигамой». Нигама имеет пять основных текстов: «Кальпасара, Кальпататтва, а также Кальпадрума, Кальпалата и Кальпананда — так пятикратно была изложена Нигама» («Сарволласа-Тантра» 1.14)». 

(Ольшевский А.П. Тантра-Шастра. Журнал «Садхана». №1 1998г.)

 

3.2. УПА-ТАНТРЫ

«Основы тантрической мантрологии излагаются в Тантрах, упа-Тантрах и комментариях к ним».

(Мантра-Йога и мантра-садхана в индуистской Тантре. 2001г.)

«Глава 8. Современный Индуизм и гуруистские секты. Священными писаниями шактисты считают Шакта-Агамы и поздние Шакта-Пураны. Кроме того, почитаются упа-Тантры (вторичные Тантры)».

(Дворкин А.Л. Сектоведение: тоталитарные секты. Опыт
систематического исследования. Изд. 3-е. Нижний Новгород. 2002г.)

«Самый большой класс текстов, содержащих информацию о Шактизме, составляют Тантры. Тантры делятся на три типа: Агамы, Нигамы и упа-Тантры. Упа-Тантры представляют из себя диалог Шивы или Шакти с каким-либо мифологическим персонажем».

(Деви-Бхагавата-Пурана. Пер. и комм. А.А.Игнатьева.)

«Упа-Агамы — это вторичные Агамы. Большой свод текстов, похожих по характеру на основные Агамы. Каждая из 28-ми сиддхантистских Шайва-Агам имеет до 16-ти связанных с ней Упа-Агам, которые дают более точную или подробную информацию по основному тексту, всего известно 207 или 208 Упа-Агам».

(Википедия. Свободная Энциклопедия.)

«Тантрические писания, сказанные древними мудрецами, известны как упа-Тантры (вторичные, дополнительные Тантры). В «Варахи-Тантре» говорится: «Васиштха, Капила, а также Нарада и Гарга, Пуластья, Бхаргава, Яджнявалкья, Бхригу, Шукра, Брихаспати — этими и другими мудрецами были изложены многочисленные упатантры».

(Ольшевский А.П. Тантра-Шастра. Журнал «Садхана». №1 1998г.)

«Урок 16. Тема 6. Тантра. Утверждается, что тексты Панчаратры состоят из 108 Агам, но на самом деле их точное число неизвестно. Согласно тексту «Саммохана-Тантра», тексты вайшнавов содержат 75 Тантр, 205 упа-Тантр, а также разнообразные ямалы и дамары. В этом контексте Тантры и упа-Тантры предназначены для людей, восприимчивых к духовному опыту (саттвичных), Ямалы — для тех, кто более активен по натуре (раджасичных), а Дамары — для тех, у кого нет вообще никакого духовного стремления (тамасичных)». 

(Свами Сатьянанда Сарасвати. Древние тантрические техники Тантры и
Крийи. т.2. Продвинутый курс. Издательство К.Кравчука. 2005г. 688 стр.)

«Упа-Тантры — авторские произведения учителей, которые делятся своим опытом достижения, то есть передают индивидуальный опыт. Сюда могут относить трактаты Абхинавагупты, Кшемараджи, Махешварананды. Главный трактат здесь «Пратьябхиджня-Сутра» или «Пратьябхиджня-хридайя», «Ишвара-пратьябхиджня», «Тантра-лока», «Тантра-сара»,
«Упа-Тантры — авторские произведения учителей, которые делятся своим опытом достижения, т.е. передают индивидуальный опыт. Сюда могут относиться трактаты Абхинавагупты, Кшемараджи, Махешварананды. Главный трактат здесь «Пратьябхиджня-Сутра» или «Пратьябхиджня-хридайя», «Ишвара-пратьябхиджня», «Тантра-лока», «Тантра-сара», т.е. такие авторские трактаты, комментарии, которые тантрические учителя пишут, чтобы пробуждать духовное осознавание ученика».

(Шрипада Садашивачарья. «Шива-Сутра». Обзорная лекция.)

«Слово «тантра» имеет целый ряд значений: «тайное знание», «магия», «практика», «учение», «спасение посредством тела» и даже «процесс ткачества»! Но священные тексты — Тантры — дают иную трактовку этого термина: «она называется Тантрой потому, что раскрывает знание об истинной сути всего — таттве и тем самым спасает» («Камика-Агама», одна из важнейших шиваитских Тантр). Священные для тантристов писания, излагающие различные мистические знания, также называются Тантрами. В них, в форме диалогов Отца Мира — Шивы и Матери Мира — Шакти-Дэви, раскрываются, по словам тантристов, «все тайны бытия, пути обретения всего желаемого и конечного освобождения». Тантры, в которых Шива выступает в роли наставляющего учителя, а Шакти — в роли прилежного ученика, принято называть Агамами. Нигамами называются Тантры, в которых, наоборот, Шакти — учитель, а Шива — ученик.
Писания, излагающиеся не в форме диалога Шивы и Шакти, а в форме диалога Шивы или Шакти с каким-либо другим божеством (например, с Вишну или Скандой) или святым провидцем, считаются упа-Тантрами («второстепенными Тантрами»). К упа-Тантрам приравниваются и произведения тантрических духовных учителей и теологов — комментарии к Тантрам, трактаты по религиозной философии, магии, йоге и другим мистическим дисциплинам, а также священные тексты-Агамы некоторых близких к Тантризму индуистских (обычно шиваитских или брахманизированных шактистских, но иногда и вишнуитских) сект.
Некоторые священные тексты Тантризма (особенно среди упа-Тантр) не содержат в своем названии слово «тантра» — например, «Шива-Сутра» (кстати, почитаемая как богооткровенная Агама), «Парананда-Сутра», «Каулава-нирная», «Шактананда-тарангини», «Махачиначара-крама», «Шакта-прамода», «Махамайя-кальпа», «Тантра-сара», «Тантра-садбхава» и др.». 

(Горохов С.А. Тантризм и тантристы. Место Тантризма в системе Индуизма.)

 * * *