Статья 2.9. Тантра как Мистическая Традиция. (ч.2).

«В изучении Тантры существует два основных препятствия: с одной стороны, энтузиасты создают образ в высшей степени эзотеричной и мистической «Тантры», что даже ученые не в силах разобраться в ее сложнейших концепциях. С другой стороны, их оппоненты выпячивают различные аморальные и непристойные элементы псевдо-тантрических культов. <…>. На самом деле Тантра не является, какой ее многие стремятся представить — запрещенно-эзотерической или отвратительной и эксцентричной. В действительности она представляет наиболее полноценный подход к проблеме человеческой жизни в мире взаимодействия разнородных энергий и сил. <…>. Тантру не следует интерпретировать как собрание мистических культов, содержащих довольно необычные идеи. В действительности она представляет собой простую, серьезную, трезвую и реалистичную философию жизни, принимающую во внимание естественные импульсы и устремления человеческой личности. Санкхья-Йога, Аюрведа и тексты ранних Упанишад дают гораздо более истинное представление о Тантрической Традиции, чем все мистические культы, которые обычно подразумеваются под Тантрой» (перевод А.А.Бродова — старшего)» (см. Рачачандра Рао. Тантра, Мантра, Янтра. Сайт www.vedanta.ru.).
«Тантры — это не книги о колдовстве, чародействе, магических заклинаниях и мистических формулах. Это удивительные писания. <…>. Это писания, предназначенные для духовной практики. Они указывают путь к освобождению, совершенству и вечному блаженству. Тантра — это спасительная мудрость. <…>. В некоторых своих аспектах Тантра — это тайная доктрина» (см. Свами Шивананда. Золотая книга Йоги. Йога-Самхита. Северная столица. 2004г. 354 стр.).

* * *

(продолжение)

2. ТАНТРА КАК МИСТИЧЕСКАЯ ТРАДИЦИЯ.

2.1. ЗНАЧЕНИЯ СЛОВА «МИСТИЧЕСКИЙ».

Считается, что слово «мистический» происходит от греч. mystikos — букв. скрытый, тайный. Если обратиться к различным словарям и сети Интернет, то можно найти следующие толкования слова «мистический»:
— тайный
— темный
— скрытый
— загадочный
— непонятный
— необъяснимый
— таинственный
— исполненный мистики (мистицизма)
— свойственный мистике (мистицизму)
— связанный с мистикой (мистицизмом)
— проникнутый мистикой (мистицизмом)
— преисполненный мистики (мистицизма)
— характерный для мистики (мистицизма)
— соотносящийся по значению с существительным «мистика»
— загадочный, непонятный, необъяснимый с точки зрения реального опыта

Синонимами слова «мистический» (см. сайт www.synonymonline.ru. и др.) считаются следующие слова:
— тайный
— скрытый
— чудесный
— незримый
— суеверный
— неведомый
— невидимый
— загадочный
— мистичный
— орфический
— сокровенный
— невероятный
— необъяснимый
— таинственный
— спиритический
— неразгаданный
— неразъяснимый
— мистериальный
— покрытый тайной
— уму непостижимый
— сверхъестественный

Согласно Словарю русских синонимов (см. сайт www.jeck.ru.), частота употребления слова «мистический» составляет 890 раз на ? 300 млн. слов.

«Мистический — тайный».

(Словарь русских синонимов и сходных по смыслу выражений
/ Под. ред. Н.Абрамова. М. Русские словари, 1999г.)

«Мистический — связанный, соотносящийся по значению с существительными мистика, мистицизм свойственный, характерный для них, преисполненный мистики, мистицизма, (разг.) непонятный, необъяснимый, загадочный».

(Викисловарь. Сайт www.ru.wiktionary.org.)

«Мистический, -ая, -ое. 1. к Мистика и Мистицизм. Мистические верования. Мистические теории. Мистическая секта. 2. Необъяснимый, непонятный. Мистический страх. Мистическое влияние на кого-либо. Мистический свет Луны».

(Кузнецов С.А. Большой толковый словарь русского языка. СПб. Норинт. 1998г.)

«Слово «мистический» означает в буквальном переводе «таинственный». Обычно оно и употребляется без разбора для обозначения всего, связанного со сверхъестественностью. Примерно так трактует мистику словарь религиозных терминов, изданный в советское время (в большинстве случаев весьма точный): «Мистика — вера в непосредственное сверхчувственное общение людей со сверхъестественным».

(О различии диалектики и спекуляции у Гегеля. 2007г. Сайт www.philosophystorm.org.)

«Мистический — таинственный. (Попов М. Полный словарь иностранных слов, вошедших в употребление в русском языке. 1907г.).
Мистический (греч. mystikos, от myeo — молчу). Скрытый таинственный, темный. (Чудинов А.Н. Словарь иностранных слов, вошедших в состав русского языка. 1910г.).
Мистический (греч. mystikos, от myeo, молчу). Тайный, скрытый. (Михельсон А.Д. Объяснение 25000 иностранных слов, вошедших в употребление в русский язык, с означением их корней. 1865г.)».

(Значение слова «мистический». Сайт www.enc-dic.com.)

«Мистика: ученье о таинственном, загадочном, сверхъестественном, о сокрытом, иносказательном смысле и значении ученья и обрядов веры. Мистический, мистичный, сокровенный, скрытый, таинственный, темно иносказательный. (Толковый словарь Даля).
Мистика: вера в божественное, в таинственный, сверхъестественный мир и в возможность непосредственного общения с ним. Средневековая мистика. Нечто загадочное, необъяснимое. Все события последних дней — какая-то мистика. (Толковый словарь Ожегова)».

(Что такое мистика, что значит мистика.
Сборник толковых словарей. Сайт www.slovarsbor.ru.)

«Мистический, -ая, -ое. 1. Прилагательное к словам «мистика», «мистицизм». Мистические верования. Мистические теории. Мистическая секта. Проникнутый мистикой, исполненный мистики, мистицизма. Мистическая поэзия. Драма [«Роза и Крест» Блока] проникнута мистическими настроениями романтического Средневековья. Брюсов, Александр Блок.
2. Перен. Необъяснимый, непонятный. [Райский] невольно поддавался мистическому влечению верить каким-то таинственным — сближениям, встречам. (И.Гончаров. Обрыв)».

(Евгеньева А. П. Малый академический словарь. М.
Институт русского языка Академии наук СССР. 1957-1984гг.)

«Мистика — ученье о таинственном, загадочном, сверхъестественном, о сокрытом, иносказательном смысле и значении ученья и обрядов веры. Мистический, мистичный, сокровенный, скрытый, таинственный, темно иносказательный. Мистицизм — ученье, убеждение, понятия или наклонность к таинственному толкованию и обрядовости. Мистик, предавшийся мистике, мистицизму. Мистифировать кого-то — дурачить, тешиться обманом, вводить в длительное заблуждение, для одной забавы. Мистификация — шуточный обман или содержание человека в забавной и длительной ошибке. Мистерия — таинственный обряд языческой веры; зрелище, представление из Ветхого Завета».

(Мистика — толкование, значение и определение слова. Сайт www.tolks.ru.)

«Мистический. Относящийся к мистицизму как форме религиозно-идеалистического мировоззрения, к мистике, к мистикам. (Употребляется в словосочетаниях терминологического характера.) Мистическ/ий: -ая литература, поэзия, символика, теория; мистические верования; мистическая секта.
Мистичный. Содержащий элементы мистицизма, мистики, таинственный, сверхъестественный. Синонимы: непостижимый, неизъяснимый. Мистичн|ый: -ый ужас, страх, оттенок; -ая любовь. Любовь по самой своей сущности мистична. В.Брюсов. Далёкие и близкие. Примечание. В значении «непонятный, не постигаемый разумом» слова «мистический» и «мистичный» продолжают оставаться синонимами: мистическое (мистичное) настроение, влечение; мистический (мистичный) взгляд на что-либо».

(Словарь паронимов русского языка. Сайт www.paronimov.slovaronline.com.)

«Словарь медицинских терминов: Бред мистический — бред таинственного, символического, религиозного содержания».
Новый толково-словообразовательный словарь русского языка Т.Ф.Ефремовой: Мистический — прилагательное. 1. Соотносящийся по значению с существительными: мистика, мистицизм, мистик, связанный с ними. 2. Свойственный мистике, мистицизму, характерный для них. 3. Преисполненный мистики, мистицизма. 4. Непонятный, необъяснимый, загадочный.
Толковый словарь русского языка Д.Н.Ушакова: Мистический — 1. прилагательное к словам «мистика» и «мистицизм» (книжн.). Мистическая теория. Исполненный мистики, мистицизма (книжн.). Мистические переживания. Мистический ужас (страх перед непостижимым и таинственным). 2. прилагательное к слову «мистик». Мистическая секта. 3. в качестве краткой формы употребляются слова мистичен, мистична, мистично) — загадочный, непонятный, необъяснимый с точки зрения реального опыта (разг., преимущест. ирон.). Мистические бредни».

(Значение слова «мистический». Сайт www.поискслов.рф.)

«Глава IV. Философия как вид знания. 5. Философия — трансцендирующее постижение объекта. Трансцендирование тесно связано и с мистикой, если под ней (в соответствии с переводом слова mystikos — таинственный) понимать «нечто загадочное, непонятное, необъяснимое», «веру в сверхъестественное, божественное, таинственное» (Словарь иностранных слов». М. 1984г. С. 316). Между тем, в Философском словаре (1991г.), как и ранее, заявляется, что «мистика — это религиозно-идеалистический взгляд на действительность». Сама по себе мистика или, иначе, мистическое знание, не есть еще идеализм, хотя, надо заметить, и идеализм, подобно религии, не должен быть никаким пугалом. Мистическое знание в том смысле, в каком оно только что обозначено, может быть связано и с материализмом. Но главное не в этом, а в том, что любое философствование, доходящее до границ с непостижимым и до представлений о первооснове мира, его свойствах, не может, с нашей точки зрения, не касаться областей «сверхъестественных» (т.е. сверхфизическо-природных), «таинственных» и «загадочных». Не спорим: в русле отдельных философских направлений имеются самые разные трактовки мистики. С.Н.Булгаков пишет: «Мистикой называется внутренний (мистический) опыт, который дает нам соприкосновение с духовным, Божественным миром, а также и внутреннее (а не внешнее только) постижение нашего природного мира. Возможность мистики предполагает для себя наличие у человека особой способности непосредственного, сверхразумного и сверхчувственного, интуитивного постижения… Мистический опыт имеет объективный характер, он предполагает выхождение из себя, духовное касание или встречу… Православное богослужение обращается, прежде всего, к мистическому чувству, ему говорит и его воспитывает» (Мистика в Православии. // Православие. Очерки учения православной церкви. М. 1991г. С. 308-309).
На сложную, неоднозначную связь мистики с религией указывает Н.А.Бердяев. Он выделяет два типа мистики: один есть духовный опыт, второй умозрение, познание. Если в первом типе описывается драма между душой и Богом и восхождение индивидуальной души к Богу, то во втором типе мистики описывается космическая драма; человеческая драма превращается в космическую драму. «Мистика, — отмечает он, — проблематична в христианстве, и она постоянно оспаривалась, подвергались сомнению ее права. Официальные представители христианства, как, впрочем, и всех религий, всегда относились подозрительно к мистике как к сфере внутренней свободы духа» (Дух и реальность. // Философия свободного духа. М. 1994г. С. 427). Мистиков постоянно обвиняли в имманентизме, т.е. в признании имманентности Бога и божественного в душе. И действительно, мистика преодолевает трансцендентную бездну между Богом и человеком. Официальная теология почитала себя объективной и противопоставляла свою объективность субъективности мистики. В мистическом опыте трансцендентное становится имманентным. Столкновения между мистикой и теологией неизбежны и вечны. «Подлинная мистика, отмечает Н.А. Бердяев, — и есть реализм, она обращена к первореальностям, к тайне существования, в то время как ортодоксальная теология имеет дело лишь с символами, как бы «откровение откровения», раскрытие реальностей за символами. Настоящие мистики были реалистами (там же. С. 428)».

(Алексеев П.В., Панин А.В. Философия. Учебник. М. Проспект. 2005г.)

«Слово, как говорят филологи, подобно большому саквояжу, который битком набит самыми разными вещами. Когда мы говорим о видении (даршане ) Брахмы духовного мира, на ум приходит слово «мистический», но мы должны проявлять осторожность. Давайте распакуем саквояж, и мы увидим, что в современном понятии «мистический» присутствуют и Святой Грааль, и чайка, и мотоцикл дзен-буддизма, и множество других символов. Но видение Брахмы отнюдь не является мистическим в этом смысле слова. Оно не символизирует нечто, как говорит Витгенштейн, невыразимое словами: «Существуют явления, которые невозможно выразить с помощью слов. Они проявляются сами. Это и есть мистическое».
В книге «Исследование мистицизма» Ричард Х. Джонс анализирует «проблемы, которые возникают у мистика с языком». Он приводит множество цитат, чтобы показать, что веками эти проблемы заставляли мистиков прибегать к символам, парадоксам или отрицанию или обрекали их на молчание. По его мнению, причина этого в том, что мистики, так же, как, впрочем, и материалистически мыслящие люди, придерживаются одной и той же ложной теории «языка как зеркала».
Эта теория имеет два существенных изъяна. Первый — признание того, что язык не может иметь метафизической глубины. Он лишь отражает человеческий опыт. Алиса могла шагнуть в зазеркальный мир, но язык на это не способен. Он всего-навсего двухмерное отражение, которое мешает нам проникнуть в истину, передаваемую словами. Короче говоря, теория утверждает, что слова не способны передать реальность. Второй изъян заключается в признании того, что, пользуясь словами, мы словно смотрим в зеркало — и в том и в другом случае работает концепция субъекта-объекта, но и в том и в другом случае единственной реальностью является наше «Я». Джонс определяет мистический опыт следующим образом: «Человек выпадает из нормальной когнитивной ситуации: субъект, познающий физический или ментальный объект, тем или иным образом отделенный от субъекта. Точнее говоря, [мистическое переживание — это] состояние сознания, в котором объект сознания отсутствует».
Джонс цитирует высказывание знаменитого мистика: «Все в Боге едино, и об этом нечего сказать». Комментируя его, Джонс отмечает: «…утверждение «Все в Боге едино» … далеко не достигает цели — оно не может вызвать в человеке переживание этого единства, [это словесное оправдание] лишь оперирует понятиями, доступными интеллекту, и таким образом производит «антимистический» эффект. Мы по-прежнему остаемся в царстве языка, и, как говорится в старинной поговорке, «чем больше умствуешь и говоришь, тем больше заблуждаешься».
Это факт, что слова вибрации, преломленные через ложное эго, — «Я един со всем сущим», «Космическая энергия принадлежит мне», «Я есть Бог», — не в состоянии передать трансцендентный смысл. Эти слова лишь возвращают нас в иллюзию, хотя как будто предназначены для того, чтобы преодолеть ее. «Зеркальной» теории языка известны только слова иллюзии. Она не распространяется на язык Вед.
За материальным звуком стоит духовный звук (шабда). Как утверждает «Веданта-Сутра» (4.4.22), «анавриттих шабдат» — «шабда делает невозможным возврат к иллюзии». Слова не помешали Брахме разделить свой опыт созерцания Вайкунтхи с учениками. Совсем наоборот, открывшееся ему духовное видение наделило его особой силой, и он стал первым брахманом (учителем шабды). Брахма не подпал под материальную власть ложного эго, которая и порождает иллюзорную двойственность разделенности на дух-субъект и материю-объект. Духовное ведическое зрение помогло ему получить точное знание о том, что такое ложное эго. Оно — слуга Верховного Господа.
Отличительной чертой ведического знания, выделяющей его среди многих мистических учений, является «майянубхавам авидам» — ясное понимание того, как действует энергия Господа (Майя). Предположим, мы хотим узнать, как действует на человека алкоголь. Можно попробовать действовать индуктивным методом, т.е. пить спиртные напитки. Но это приведет к опьянению, привыканию и другим пагубным последствиям. Самый простой способ узнать, как действует на человека алкоголь, — расспросить того, кто осведомлен в этом вопросе. Узнав таким образом о действии алкоголя, мы ясно увидим в каком плачевном состоянии находится пьяный человек. Но сам он не может ясно оценить собственное состояние, потому что находится под воздействием алкоголя. Качаясь, он идет от одного бара к другому. Сам он не понимает, что пьян. Ему кажется, что он самый великий человек на свете.
Подобно этому, когда живое существо попадает под воздействие материальной энергии, ему кажется, что оно само управляет этими силами. Оно мнит себя Богом. Это означает лишь то, что оно находится под контролем ложного эго. Но ведическое знание помещает живое существо под влияние сватах-сиддха-гьяны — осознания своего истинного «Я».
Мистицизм часто пытается постичь «бесконечное и невыразимое» путем растворения мысли и деятельности в безмолвном созерцании. Но тот, кто обладает ведическим знанием, целенаправленно использует свой ум, чувства и речь для преданного служения, и у него не возникает при этом ложного чувства «Я» и «мое», потому что его отношения с умом, чувствами и всем остальным принимают иную форму. Так, молоко, которое вызывает несварение желудка, лечит ту же болезнь, если оно превратилось в простоквашу. Точно так же материальная энергия, вызывающая болезнь души, становится лекарством от этой болезни, если она трансформируется в преданное служение Господу».

(Мистический — не то слово. Сайт studopedia.net.)

 

2.2. ЧТО ТАКОЕ МИСТИЧЕСКАЯ ТРАДИЦИЯ?

Конечно, не все значения слова «мистический», как и его синонимы, представленные выше, подходят для определения Мистической Традиции, например (к значениям и синонимам слова «мистический» прибавим слово «традиция»):
— тайная традиция
— темная традиция
— скрытая традиция
— чудесная традиция
— незримая традиция
— суеверная традиция
— неведомая традиция
— невидимая традиция
— загадочная традиция
— мистичная традиция
— орфическая традиция
— непонятная традиция
— сокровенная традиция
— невероятная традиция
— необъяснимая традиция
— неразгаданная традиция
— таинственная традиция
— неразъяснимая традиция
— спиритическая традиция
— покрытая тайной традиция
— уму непостижимая традиция
— сверхъестественная традиция
— традиция, исполненная мистики (мистицизма)
— традиция, свойственная мистике (мистицизму)
— традиция, связанная с мистикой (мистицизмом)
— традиция, проникнутая мистикой (мистицизмом)
— традиция, преисполненная мистики (мистицизма)
— традиция, характерная для мистики (мистицизма)
— загадочная, непонятная, необъяснимая с точки зрения реального опыта традиция

Чтобы приблизиться к пониманию понятия «Мистическая Традиция», обратим внимание на следующую публикацию.

«Алиса А. Бейли «От интеллекта к интуиции» Глава 4. Цели медитации. Молитва вместе с дисциплинированным бескорыстием порождает Мистика. Медитация в сочетании с организованным дисциплинированным служением порождает Знающего. Как мы рассмотрели ранее, мистик ощущает божественные реальности, воспринимает с вершин своего вдохновения мистическое видение и непрерывно стремится к постоянному повторению того экстатического состояния, до которого его вознесли молитва, обожание и поклонение. Обычно он оказывается совершенно не способным повторить это достижение по своей воле. Отец Пулен утверждает в своей работе Des Gr?ces d’Oraison («О благодатях молитвы»), что состояние не является мистическим, если видящий способен вызвать его самостоятельно. В медитации дело обстоит прямо противоположным образом; посредством знания и понимания просветлённый человек может по собственной воле входить в царство душ и с пониманием участвовать в его жизни и находиться в иных присущих ему состояниях сознания. Один метод использует эмоциональную природу и основан на вере в Бога, который может что-то дать. Второй метод использует ментальную природу и основан на вере в божественность самого человека, хоть и не отрицает мистические предпосылки, свойственные первой группе.
Со временем будет установлено, что слова «мистик» и «мистический» используются весьма свободно и подразумевают не только мистика с его видениями и чувствительными реакциями, но также и тех, кто переходит в область чистого знания и достоверности. Эти понятия включают неожиданные и неуловимые состояния сознания, которые основаны на чистом устремлении и преданности, а также такие состояния сознания, которые являются результатом систематического интеллектуального подхода к Реальности и могут достигаться по желанию в соответствии с законами, усвоенными знающим. Бертран Рассел весьма интересно трактует эти типы, несмотря на использование им только одного термина «мистик» для передачи обоих смыслов. Его высказывания являются прекрасным введением в нашу тему: «Во все времена и во всех частях света мистическая философия характеризовалась определёнными представлениями; их можно проиллюстрировать доктринами, которые мы сейчас обсуждаем.
Во-первых, это вера в озарение, которое отличается от рассудочного аналитического знания; вера в существование пути мудрости, обретаемой внезапно, пронзительной и императивной, противоположной медленному и не свободному от заблуждений исследованию внешних проявлений с помощью науки, всецело опирающейся на данные органов чувств.
Мистическое озарение начинается с ощущения неразгаданной тайны, сокрытой мудрости, которая внезапно стала явной и несомненной. Чувство уверенности и откровения предшествует конкретной убеждённости. Конкретная убеждённость, к которой приходит мистик, является результатом размышления о словесно невыразимом опыте, полученном в момент прозрения.
Первым и самым непосредственным следствием просветления является вера в существование пути познания, который можно назвать откровением, озарением, или интуицией в отличие от чувственного восприятия, логического мышления и анализа, рассматриваемых в качестве слепых поводырей, ведущих в болото иллюзии. С этой верой тесно связана концепция Реальности, пребывающей по ту сторону мира внешних форм и совершенно отличной от него. Эту Реальность воспринимают с восхищением, нередко переходящим в поклонение; она всегда ощущается как находящаяся повсюду и поблизости, будучи тонким образом отгорожена от восприятия органами чувств, и готовая воссиять для восприимчивого ума во всей своей славе даже сквозь очевидную человеческую глупость и порочность. Поэт, художник и влюблённый являются искателями этой славы: манящая красота, к которой они стремятся, является слабым отражением её солнца. В то же время мистик живёт в ясном свете этого видения: он знает то, что другие смутно ищут, знает таким знанием, рядом с которым всякое другое — просто невежество.
Вторая особенность мистицизма — это вера в единство и отказ допускать противодействие или разделение в чём бы то ни было.
Третья черта почти всей мистической метафизики — отрицание реальности Времени. Это следствие отрицания разделения: если всё едино, различия между прошлым и будущим должны восприниматься как иллюзорные.
Последней из доктрин мистицизма, которые нам предстоит рассмотреть, является вера в то, что всё зло — не более чем видимость, иллюзия, вызываемая разделением и противопоставлениями аналитического ума. Мистицизм вовсе не утверждает, что такие явления, как, например, жестокость, хороши, но отрицает их реальность на том основании, что они принадлежат к тому низшему миру фантомов, из которого мы должны освободиться через прозрение видения…»
Однако мистический путь — это подготовка к пути знания, и там, где мистик останавливается, обожая своё видение и испытывая томление по Возлюбленному, эстафету принимает и продолжает стремящийся к истинному знанию.
Алиса А.Бейли. Эзотерическая психология. Т.II. 4. Болезни и проблемы учеников и мистиков. Хочу указать, что слова «мистик» и «мистический» в данном разделе трактата я употребляю с тем, чтобы излагаемая мной информация могла насытить интерес тех, кто признаёт наличие мистического отношения к Богу и мистической жизни души, но кто пока не готов расширить это представление, включив в него интеллектуальное отношение к отождествлению с божественным.
Ключевые ноты, на которые в настоящее время отзывается мистик и которые готов признать также религиозный писатель и мыслитель, это чувство, ощущение божественного существования, видение Бога, достаточное для удовлетворения индивидуальной потребности, несущего облегчение, мир, понимание и осознание божественности вокруг и внутри и позволяющего человеку вступить в отношения с неким внешним Фактором, который называют Богом, «Я» или Христом. Такие отношения всегда окрашены ощущением двойственности и ведут к достижению союза — союза, лучшим символом и иллюстрацией которого по-прежнему остаётся брак, как свидетельствуют писания мистиков всех времен и национальностей, и в котором всё же сохраняется осознание обеих сущностей.
Лейтмотивом же оккультной жизни являются (и правильно) ноты знания, ментального подхода к проблеме божественности, признание божественной имманентности и готовность «поступать, как Он». В данном случае, однако, нет ощущения двойственности. Цель состоит в достижении такого осмысленного и осознанного отождествления, чтобы человек стал тем, кем он и является, — Богом и, в конце концов, Богом в проявлении. А это не то же, что мистический союз.
Тем не менее, в целом тема является мистической и принципиально субъективной. Придёт время, когда мистик оценит путь головы и пойдёт по нему, а не только по пути сердца. Он поймёт, что должен претворить своё отношение к Возлюбленному в знание своего с Ним единства и что видение должно и непременно будет исчезать по мере того, как он трансцендирует его (отметьте это выражение) в более значительных процессах отождествления в результате посвящения.
Оккультист, в свою очередь, должен учиться с полным пониманием включать мистический опыт в своё сознание как упражнение по выделению сути, прежде чем трансцендирует его и приступит к синтезу и включению, для которых мистический подход является лишь началом и о которых мистик и не ведает.
Мистик слишком склонен полагать, что оккультист переоценивает путь знания; мистик убеждённо повторяет, что ум — убийца реального и что интеллект ничего не может дать ему. Оккультист точно также склонен презирать мистическую стезю и относиться к мистическим методам как к «оставленным далеко позади». Между тем, оба должны учиться пути мудрости. Мистик должен стать и неизбежно становится оккультистом, нравится ему этот процесс или нет. Рано или поздно это обязательно произойдёт, оккультист же полностью оправдает это звание лишь после того, как вернётся к своему мистическому опыту и подвергнет его синтезу. Вдумайтесь в использованные мной в данном абзаце слова — это поможет вам лучше вникнуть в тему. Таким образом, в данном разделе трактата словами «мистик» и «мистический» я обозначаю интеллектуального, ментально развитого человека и происходящие с ним процессы на Пути Ученичества.
Рассматривая проблемы и болезни мистиков, переживающих тот момент своей эволюции, когда они осуществляют один из основных переносов сил, следует указать, что поначалу может пройти довольно много времени между первой попыткой трансмутации и переноса энергий и той конкретной жизнью, когда энергии, наконец, собираются наверху и «возвышаются» согласно обычно применяемому в этом случае эзотерическому термину. Именно этот момент целенаправленной активности (сменяющей прежние бессвязные и хаотичные попытки) становится пиком явного кризиса в жизни мистика.
Алиса А.Бейли. Письма об оккультной медитации. Письмо VI. Использование формы в медитации. Формы, используемые оккультистом и мистиком. Начну с утверждения факта. Мистик не обязательно оккультист, оккультист же включает в себя мистика. Мистицизм — всего лишь шаг по пути оккультизма. В нашей Солнечной системе — системе любви в проявлении — путь наименьшего сопротивления для большинства есть путь мистика, или путь любви и преданности. В следующей солнечной системе путем наименьшего сопротивления будет тот, под которым мы сейчас понимаем оккультный путь. Мистический путь будет пройден. В чем же разница между обоими типами людей?
Мистик имеет дело с развивающейся жизнью, оккультист имеет дело с формой. Мистик имеет дело с Богом внутри, оккультист — с Богом во внешнем проявлении. Мистик работает от центра к периферии, оккультист — наоборот. Мистик восходит благодаря устремленности и сильнейшей преданности внутреннему Богу или тому Учителю, Которого он признает; оккультист достигает высот благодаря осознанию закона в действии, благодаря проведению закона, который связывает материю и оформляет ее сообразно нуждам внутренней жизни. Так оккультист достигает контакта с теми Умами, Которые работают с законом, и, наконец, с Самим основополагающим Умом. Мистик работает на Лучах Любви, Гармонии и Преданности, или на путях Второго, Четвертого и Шестого Лучей. Оккультист работает на Лучах Могущества, Активности и Церемониального Закона, или на Первом, Третьем и Седьмом. Оба ряда соединяются и сливаются благодаря развитию ума, или на Пятом Луче Конкретного Знания (фрагменте космического познания); на Пятом Луче мистик превращается в оккультиста и работает уже со всеми Лучами.
Отыскивая царство Божье внутри себя и изучая законы собственного бытия, мистик становится знатоком законов, управляющих вселенной, частью которой он является. Оккультист признает царство Божье в природе, или в системе, и считает себя малой частью этого большого целого, следовательно, подвластным тем же законам.
Мистик, как правило, работает под надзором отдела Мирового Учителя, или Христа, оккультистом же чаще руководит отдел Ману, или Управителя, но когда оба приходят через четыре малых Луча в отдел Владыки Цивилизации, это может означать завершение их развития, и мистик становится оккультистом, а оккультист включает в себя черты мистика. Поясним для большего понимания: после посвящения мистик превращается в оккультиста, поскольку становится исследователем оккультного закона; ему приходится работать с материей, манипулируя ею и используя ее, он обязан овладеть всеми низшими формами манифестации, взять их под контроль и усвоить правила, по которым работают дэвы-строители. Мистический путь перед посвящением может быть выражен термином Путь Испытания. Прежде чем оккультист сможет мудро манипулировать материей Солнечной системы, он должен овладеть законами, управляющими микрокосмом, и, хотя он естественным образом стоит на оккультном пути, ему еще предстоит найти Бога внутри собственного существа, прежде чем он сможет рискнуть встать па путь оккультного закона.
Мистик старается выйти с эмоционального плана на интуитивный, а оттуда к Монаде, или Духу. Оккультист с физического плана выходит на ментальный, а оттуда к атме, или Духу. Один работает по линии любви, другой — по линии воли. Мистику не удается добиться цели своего бытия — любви в проявлении, — пока он не скоординирует целое через посредство интеллектуальной воли. Поэтому ему приходится стать оккультистом.
Оккультист аналогично терпит неудачу и становится лишь эгоистическим выразителем могущества, действующего через познание, пока для него не проясняется, цель ради которой он проявляет волю и обретает знание. Это происходит благодаря оживлению любовью, которая дает ему верный мотив для всего, что он предпринимает.
Алиса А.Бейли. Новое явление Христа. Глава II. Уникальная возможность Христа. Появляется и узнается новый тип мистика; он отличается от мистика прошлого своим практическим интересом к текущим мировым событиям, а не только к религиозным и церковным делам; он характеризуется отсутствием интереса к собственному личному развитию, способностью видеть Бога Имманентного во всех вероисповеданиях, а не только в своей собственной религиозной концепции, а также умением проживать свою жизнь в свете божественного Присутствия. Все мистики были способны делать это в большей или меньшей степени, но современный мистик отличается от мистика прошлого тем, что он способен ясно показывать другим методы Пути; он объединяет вместе голову и сердце, рассудок и чувство с интуитивным восприятием, которое до сих пор отсутствовало. Путь современного мистика освещается ясным светом Духовной Иерархии, а не только светом его собственной души; таких будет всё больше.
Алиса А.Бейли. Образование в новом веке. Теория, методы и цели. Моя цель — помочь вам лучше определить то, что надо осуществить и выразить; это никоим образом не умалит чуда и красоты того, что вы чувствуете, но должно усилить вашу способность знать, а также делать доступным для других знание, которое вы приобрели. В прошлом мистик выражал своё осознание через любовь и практическую доброту, являя их на физическом плане благотворительными делами и самопожертвованием, а на эмоциональных уровнях — своими устремлением, видением и умением выражать любовь Бога к миру. Мистик сегодня продолжает делать то же самое, но в силу эволюционного побуждения становится способен к большему. Он должен быть способен чётко формулировать своё знание и ясно выражать свою осведомлённость, чтобы делиться с публикой, интеллект которой неуклонно растёт, но которая сильно нуждается в видении. Поэтому прошу вас не возмущаться, встречаясь с техническими формулировками истины, поскольку, если образование вообще что-нибудь значит и если мы намереваемся выяснить, как применять образование для строительства моста и достижения синтеза, важно избегать ментальной лени и мистической инертности, которые характерны для многих мистиков и служат линией наименьшего сопротивления для многих потенциальных учеников.
Алиса А.Бейли. Экстернализация Иерархии. Мировой кризис сегодня. Новый мировой порядок не придет как отклик на молитву или через принятие желаемого за действительное и пассивное ожидание миролюбивого идеалиста или мистика-визионера. Они указывают путь и желаемую цель. Он наступит тогда, когда мистик и видящий пробудятся к осознанию потребности момента и спустятся из мира мечты и теорий на твердую почву рутинной социальной работы. Они должны хотеть сражаться за то, к чему стремятся и что считают благим, истинным и верным, уверенно противостоя тем, кто искажает видение и препятствует его реализации, и вооружаясь для борьбы, с тем чтобы стало возможно окончательное разоружение».

(Мистик. Сайт www.trita.net.)

Таким образом, чтобы лучше представлять себе, о чем идет речь, если мы говорим о таком понятии как «Мистическая Традиция», видимо, следует хорошо представлять себе, чем занимается мистик, чем он отличается от оккультиста, герметиста, эзотерика, парапсихолога, экстрасенса и др. Также, видимо, следует хорошо представлять себе, что такое мистицизм, оккультизм, герметизм, эзотеризм, парапсихология, экстрасенсорика и пр., и в чем их особенности, отличительные признаки. Более того, как известно, в истории человечества существовало множество мистических традиций. Поэтому, видимо, также следует хорошо представлять себе каковы их связи и взаимные соответствия, каковы их общие характеристики и отличительные особенности.
Например, обратим внимание на то, что в литературе и сети Интернет можно встретить упоминания о различных мистических традициях, например:
— западная мистическая традиция
— гностико-мистическая традиция
— античная мистическая традиция
— мистическая традиция Византии
— иудейская мистическая традиция
— индийская мистическая традиция
— суфийская мистическая традиция
— мистическая восточная традиция
— европейская мистическая традиция
— монашеская мистическая традиция
— исихастская мистическая традиция
— мистическая традиция Православия
— христианская мистическая традиция
— скандинавская мистическая традиция
— мистические традиции Христианства
— западноевропейская мистическая традиция
— северная религиозно-мистическая традиция
— славянская религиозно-мистическая традиция
— восточно-христианская мистическая традиция
— религиозно-мистические традиции Востока и Запада
— и др.

Также можно обратить внимание на один занимательный факт. Например, в литературе и сети Интернет можно встретить следующие словосочетания, когда речь идет, например, о Суфизме:
1. суфийская мистика
2. суфийский мистицизм
3. духовная мистическая традиция
4. мистическая традиция Суфизма
5. суфийская мистическая традиция
6. мистическая традиция в Суфизме
7. религиозно-мистическая традиция
8. мистическое направление в Исламе

Возникает закономерный вопрос: будут ли такие формулировки, «интерпретации» мистических традиций отражать или создавать единое, адекватное, точное представление о самой Мистической Традиции и многообразии ее форм?
В связи с рассмотрением темы «Мистическая Традиция», еще раз обратимся к вопросам, возникающим по данной теме: подразумевает ли такое понятие, как «Мистическая Традиция», наличие мистической доктрины, мистической терминологии, мистического языка, мистических текстов, мистической литературы, «мистической» передачи мистического знания и мистического опыта, мистической практики и т.д.?
Так что же такое Мистическая Традиция»? Каковы ее характеристики, отличительные особенности, помимо тех, которые относятся к особенностям мистики и мистицизма, или которые относятся к самостоятельной традиции, как таковой, например, свое специфическое вероучение, своеобразная культовая и психофизическая практика, собственное священное писание и целый ряд других черт? Обратимся к имеющейся информации.

«Религиозно-мистическая традиция с ее сложной системой правил и упражнений представляет собой наиболее разработанный метод целостного культурного воздействия на человека. Практический мистицизм соединяет небо и землю. Один и тот же путь ведет и к духовному просветлению, и к исцелению от дефектов адаптационной системы. (Источник: www.sufism.ru.)».

(Тираспольский Лев. Мистическая Традиция.
Глава из книги «Золотой век». Сайт www.touching.ru.)

«Введение. Мистическая духовная традиция — древний и ценнейший пласт культуры. Невозможно представить себе изначальное восхождение к знанию без тайноведения, античную культуру — без мистерий, средневековье — без гностической эзотерики. Мистика — исторически давний и разноликий феномен. Она вплетена в ткань человеческой культуры, не отторжима от нее. Но эта традиция вовсе не является архаической, прошлой. Она сопровождает историю человеческого рода от истоков до наших дней.
Однако мистический ареал культуры изучен слабо. Несмотря на усилия таких мыслителей, как Я.Бёме, Э.Сведенборг, Р.Штейнер, философские интуиции Н.А.Бердяева, У.Джеймса, В.С.Соловьева, многие грани этой традиции остаются неизведанными. В соответствии с господствующей на Западе традицией более основательно осваивается рациональный опыт. Что касается практики иррационального, то она исследуется недостаточно. Хотя потребность в феноменологии мистической зоны культуры осознается в европейской культуре все острее и острее.
Как можно определить мистическую духовную традицию? Прежде всего, важно отметить, что ее порождает, на чем она основана».

(Гуревич П.С. Культурология. Учебное пособие. М. Знание. 1998г.)

«Что же такое мистическая духовная традиция? Прежде всего, важно отметить, что ее порождает, на чем, вообще говоря, она основана. В европейской философии укоренен взгляд, согласно которому религия и особенно мистика недоступны рациональному познанию. Вот почему в западной культуре нет признанных определений мистики, строгого анализа ее разнохарактерных Проявлений. Мистика зачастую вообще противопоставляется Науке и философии как нечто, не имеющее прочных корней.
Нередко европейские исследователи проводили различие между Философией и мистикой. Если философия оценивалась как универсальное, всеохватное сознание, то мистика зачастую воспринималась как сугубо индивидуальное, хотя и распространенное переживание. Подчеркивалось, что философия, в отличие от мистики, располагает огромным интеллектуальным потенциалом, ментальной изощренностью. Мистика же вообще не апеллирует к разуму, поскольку имеет дело с явлениями чувственного мира. Мистицизм, т.е. истолкование мистики, хотя и использует рассудочную форму, отнюдь не выступает во всеоружии интеллекта».

(Кузнецов С.Р. Магия в мировой культуре: история и современность. Сайт www.allbest.ru.)

«Вступление. <…>. Традиции общения с Высшими силами тоже, конечно, видоизменялись — в практиках использовались те растения, что произрастали в данной местности и не были известны предыдущим поколениям. Культовые предметы делали из местных материалов, которых не знали там, откуда пришли; да и задачи перед людьми, обитающими в жарких странах, вставали совсем не те, что перед их северными собратьями. Так создавались отдельные, самостоятельные мистические учения и, возникнув, в какой-то момент становились сводом сакральных знаний, обретали герметичность, чтобы защитить накопленный опыт и от чужаков, и от непосвященных.
Тем не менее, взаимосвязь всех мистериальных традиций, учений и культов Земли очевидна: об этом свидетельствуют удивительные совпадения, встречающиеся в ритуалах и учениях народов, живущих в разных уголках света и многие сотни лет не пересекавшихся. Как бы это ни звучало, все говорят об одном. Карпатский мольфар, взывающий к силе Дыгании, и китайский мудрец, взывающий к потоку энергии Ци, обращаются к одной силе — энергии жизни, извечной силе дыхания: ко всему живому, ко всему, что дышит. И это не только одушевленный мир — это и деревья, и камни, и реки, и море, и Небо. Таков отголосок древнейшего знания, открывшего человеку одушевленность мира. <…>.
Таких совпадений можно при желании найти множество и убедиться, что корень всех мистических традиций един. Однако история продолжала развиваться, из детского периода цивилизация вступила в отрочество, и ее отношения с окружающим Миром изменились: человек уже не просто старался выжить, но и разобрать по кирпичикам само мироздание. Он мечтал сам создать универсальную формулу счастья. Данные нашим предкам сакральные знания, их неразрывная связь с природой заменялись так называемыми знаниями объективными, «доказанными и подтвержденными» наукой. <…>.
Согласен, далеко не всем читателям дано в этой жизни побывать в Индии, чтобы приобщиться к мудрости, доказавшей свою действенность на протяжении веков и даже тысячелетий. Но я не зря упоминал о том, что различные традиции, разделившись и развившись в целостные мистические учения, вовсе не перестали взаимодействовать друг с другом. Сообщество посвященных не растворилось в глубине веков. Напротив, эти люди путешествовали, встречались, изучали чужие культы и привносили полученный опыт в собственные традиции, создавали нечто новое, основанное на смешении нескольких древних учений.
Мистерии третьего тысячелетия… Как совместимы они: век высоких технологий, великих научно-технических открытий, даже прорывов, и древние традиции гностиков (посвященных)? А знаете — очень даже совместимы! И не только в смысле «прогресс сам по себе, мистика — сама по себе». Отнюдь: современная наука о человеке и его тонких, незримых связях с Вселенной использует достижения нашей техногенной цивилизации, открывая для себя новые небывалые возможности. <…>.
И вот тут мы подходим к важнейшему вопросу. Как вы думаете, существует ли разница между мистериями прошлого, позапрошлого века или, допустим, XVI в. и мистериями сегодняшнего дня? Есть ли вообще смысл говорить о магии XXI в., третьего тысячелетия, или это некорректная постановка вопроса? Разница существует — как существует разница между живописью XVI в. и XXI в. <…>.
Иногда я задумываюсь: что же первично — технический прогресс или стремление воздействовать на мир мистическими практиками? Какой алгоритм правилен: люди научились выплавлять железо — и появились ритуальные ножи или в тот момент, когда потребовались ритуальные ножи, человечество научилось выплавлять железо? У меня нет ответа: думаю, процессы духовного и технологического развития слишком глубоко взаимосвязаны, они обусловливают друг друга. И потому прогресс цивилизации, сколь бы техногенной она ни была, лишь подстегивает дальнейшее формирование мистических практик, расширяет сферу эзотерических знаний».

(А.Явный. Как усмирить сумасшедшую обезьяну, или
25 способов изменения судьбы. Сайт www. thelib.ru.)

«У каждой культуры есть собственная мистическая традиция. Выражаясь современным языком, нелегко провести грань между различными спиритическими званиями и титулами. В соответствии с предназначением данной книги, я называю мистиком человека, старающегося вступить в контакт с Божественным. Иногда проводят различие между мистиком и магом, ведьмой и волшебником, однако для наших целей мы будем считать мистиков более общей категорией, а магов, ведьм, шаманов, представителей боевых искусств, йогов, экстатиков, ясновидцев, целителей и других членов разнообразных духовных орденов — отдельными представителями этой обширной категории. Мистиком может стать любой человек, который стремится обрести непосредственный духовный опыт, независимо от выбранной культуры и времени, в котором он живет. В более светские исторические периоды мистической тропой следовали философы, ученые, художники, танцоры и музыканты, пытавшиеся познать себя и окружающий мир.
В духовных традициях путь к просветлению описывается как подъем на вершину горы. Это, конечно, не значит, что чем выше и труднее, тем лучшее. Гора — это всего лишь метафора. Взбираясь на гору, вы расширяете площадь обзора, поэтому становитесь способны лучше оценить окружающую красоту. Спиритический подъем дает похожие преимущества. Вы видите целое и поэтому можете оценить прелесть отдельных частей. Подобно тому, как на вершину горы ведет множество троп, существует несметное количество спиритических дорог. Каждый из нас начинает восхождение из своей уникальной точки. Мы можем найти свой собственный путь, а можем последовать тропой, проторенной кем-то до нас. Дорога может служить лишь ориентиром, при этом не обязательно в точности следовать ей. Можно искать собственный путь, преодолевая при этом общие важнейшие вехи.
Мистические традиции — это тропы, ведущие на вершину. Можно идти прямо по ним, а можно использовать их как ориентиры. Можно переходить с одной тропы на другую, меняя свой жизненный путь. Когда-нибудь все они приведут на вершину, хотя одни могут быть легче или сложнее других. Кто-то идет медленно, стараясь насладиться живописными окрестностями, а кто-то стремится поскорее взобраться на вершину. Каждому человеку подходит своя дорога, однако нельзя сказать, что она лучше других. Даже те, кто, казалось бы, бродят бесцельно у подножия горы, выглядят растерянными и лишенными всякого интереса к мистике, в конце концов, обретают свой путь.
Восток и Запад. В предыдущих статьях была изложена основная информация, ставшая, можно сказать, неким стандартом в рамках современных мистических направлений. Она не является культурно-специфичной, хотя в целом все же ориентирована на западную традицию. Многочисленные духовные школы, западные и восточные, обнаруживают разный подход к тому, как интерпретировать эту информацию, они используют специфическую терминологию, имеют определенные культурные особенности и мировоззрение. Предшествующее описание — это некое обобщение, общий знаменатель, однако оно не охватывает всего богатства конкретной традиции, не передает ее специфики. Каждая традиция уникальна, у нее свое лицо и своя душа.
Иногда традиции делят на восточные и западные, однако такой подход был бы чудовищным упрощением, а многие учения вообще не подпали бы ни под одну из категорий. Как правило, западники характеризуют восточные традиции как пассивные, интроспективные и аскетичные. Человек уходит от мира, дабы понять истинную природу сознания. Однако стоит лишь взглянуть на некоторых представителей восточных учений, например йогов или поклонников боевых искусств, как сразу становится ясно, что они не менее активны и энергичны, чем мы. Физическое развитие является залогом и необходимым условием духовного роста. Если стереотип восточных традиций — это бездействие и уход от реальности, то западные традиции сконцентрированы на активном поиске, познании и преобразовании материального мира.
Устанавливая творческие взаимоотношения с физическим миром и с питающей его энергией, человек познает силы мироздания. Изменение мира называется магией, хотя вообще слово «магия» предполагает как внешние, так и внутренние изменения. Колдовство, герметическая магия и алхимия находятся в русле этой идеи — их цель как раз и состоит в преобразовании. Тем не менее, наряду с «активным вмешательством» в окружающий мир западные традиции обнаруживают немалую долю интроспекции и безмятежного созерцания. И Восток, и Запад требуют дисциплины и самоанализа, просто в несколько разной форме. На самом деле они две стороны одной медали, одной без другой не существует. Восточных йогов часто зовут магами. Западную Каббалу как систему мистического единения нередко называют западной Йогой. Многие шаманские культы обнаруживают восточные и западные черты и служат источником мудрости для жителей обеих частей земного шара».

(Мистические традиции. Сайт www.vsemagi.ru.)

«Мистицизм — 1) умонастроение и учение, исходящее из того, что подлинная реальность недоступна разуму и постигается лишь интуитивно-экстатическим способом, каковой усматривается в мистике. В качестве философской доктрины мистицизм представляет собой, т.о., разновидность интуитивизма и иррационализма; 2) пристрастие к мистическому; 3) склонность к неопределенному, неточному мышлению — в тех случаях, когда речь идет о вещах нематериальных.
Мистика (от греч. mystikos — таинственный) — 1) практика, имеющая целью переживание в экстазе непосредственного «единения» с Абсолютом, а также совокупность теологических и философских доктрин, оправдывающих, осмысляющих и регулирующих эту практику; 2) первоначально название для тайных религий или тайных религиозных организаций, в которые принимались и посвящались только избранные, позже понятие, обозначающее вообще стремление постигнуть сверхъестественное, трансцендентное, божественное путем ухода от чувственного мира и погружения в глубину собственного бытия (см. медитация), стремление соединиться с Богом посредством растворения собственного сознания в Боге — мистическое единение (лат. unio mystika). Католическая теология определяет мистику как эмпирическое познание божественной благодати в человеке.
Мистика встречается во всех достаточно высоких культурах, но у каждого народа в своей форме; в Китае — главным образом внутри Даосизма, в Индии — во многих разновидностях (от древнейшей мистики природы до абстрактной и одухотворенной мистики Буддизма и позднего Брахманизма), в Исламе — в иранской мистике Суфизма.
В Древней Греции мистические тайные культы существовали со времен семи мудрецов вплоть до неоплатонизма. Мистические культы орфиков, элевсинские мистерии, культы Дионисия, Изиды, Митры имели важные последствия и для философии, т.к. многие философы присоединялись к учениям о таинствах. К мистическим учениям относились также Гноситика и Манихейство.
Мистические мировоззренческие основы могут резко различаться в зависимости от социальных и религиозно-конфессиональных условий. В ортодоксальных системах теизма (Иудаизм, Христианство, Ислам) Абсолют — это личный Бог, и «единение» с ним — это диалогическое «общение», которое требует согласия партнёра и потому не может быть достигнуто механически односторонним усилием.
В ересях «общение» может переосмысляться как «слияние» (так, исламский мистик аль-Хал-ладж был казнён в X в. за то, что в экстазе сказал «я есмь Истинный», т.е. Бог).
Наконец, в нетеистических системах мистицизма место личного Бога занимает безличное трансцендентное начало (Дао Даосизма, Шуньята Буддизма, «Единое» Неоплатонизма и т.п.).
Однако все мистические доктрины имеют некоторые общие черты. Все они тяготеют к иррационализму, интуитивизму, намеренной парадоксальности; они выражают себя не столько на языке понятий, сколько на языке символов, центральный из которых — смерть (как знак для опыта, разрушающего прежние структуры сознания).
Представители мистицизма всех времён и народов, всех вероисповеданий и направлений в совершенно одинаковых выражениях заявляют о полной невозможности передать мистический смысл иначе, чем в неадекватном намёке или через молчание («благородное молчание» буддистов).
Теология мистицизма обозначается в Христианской Традиции как «отрицательная» («апофатическая», «негативная»), поскольку она описывает Бога посредством отрицаний, не оставляя места для утвердительных характеристик.
Практика мистицизма предполагает ту или иную систему психофизических упражнений (дхьяна и йога в индийских мистических системах, «умное делание» православных монахов), обычно включающую гипнотическое сосредоточение ума на простейших фигурах (янтры и мандалы в Индийской Традиции, крест у христиан), на простейших сочетаниях слов (мантры Индуизма, «молитва Иисусова» в Православии, молитвенные восклицания в Католицизме, повторяемые тысячи раз подряд), на отдельных словах и т.д. (см. психотехника).
В некоторых системах мистицизма для таких «медитаций» рекомендуются оптимальные позы и регуляции дыхания (Йога, Исихазм). Приёмы могут быть самыми разными — от бешеной пляски дервишей до тихого «умиления» христианских аскетов. Но в любом случае мистика не может обойтись без психотехники аскетизма (или, как в некоторых видах Гностицизма и Тантризма, а также в сатанизме, без аскетизма навыворот, ритуализированного нарушения этических и сакральных запретов, создающего предпосылки для психологического шока и транса).
Поскольку мистика предполагает движение через неиспытанные психические состояния, «посвящаемому» ничего не остаётся, как слепо вверяться руководству «посвящённого», который испытал всё на себе. Отсюда значение наставников типа «гуру» в Индуизме, «пира» в Суфизме, «старца» в Исихазме, «цаддика» в Хасидизме.
Хотя исторический аналог и прообраз мистицизма можно усмотреть уже в глубокой древности в шаманско-оргиастических культах, имевших целью экстатическое снятие дистанции между человеком и миром духов или богов, однако мистицизм в собственном смысле возникает лишь тогда, когда религиозное умозрение подходит к понятию трансцендентного Абсолюта, а развитие логики делает возможным сознательное отступление от логики в мистицизм. Поэтому самый ранний расцвет мистики происходит в странах с философской и логической культурой — в Индии (Веданта), Китае (Даосизм), отчасти в Греции (Пифагореизм, Платонизм).
Дальнейшие волны мистицизма, проходящие, как правило, поперёк национальных и вероисповедных рамок, отмечают эпохи общественных кризисов: крушение Римской империи в первых вв. н.э. (мистерии, Неоплатонизм, раннее Христианство, Гностицизм, Манихейство), конец Средневековья в XIII-XIV вв. (Суфизм, Каббала, Исихазм, Иоахим Флорский, Майстер Экхарт и его последователи), становление раннего капитализма в XVII-XVIII вв. (кружки янсенистов, квиетистов, методистов, пиетистов, квакеров, хасиды, хлысты). <…>.
Мистические мотивы присущи многим течениям современной философии, обнаруживаясь даже в таких сугубо рационалистических, «сциентистских» направлениях, как неопозитивизм (интерпретированный в ряде высказываний Л.Витгенштейна как род «апофатической» мистики, аналог «благородному молчанию» буддистов)».

(Мистика и мистиизм. Лаборатория пространств. Сайт www.galactic.org.ua.)

* * *