Статья 2.8. Тантра как Духовная Традиция. (ч.1).

«К сожалению, пока рост популярности Тантры не сочетается с тем глубоким пониманием, которого она заслуживает (и это очень прискорбно), ибо Тантризм — пленительная духовная традиция, способная открыть искреннему и серьезному искателю несметные духовные сокровища, спрятанные в тайниках человеческого сознания. При соответствующем квалифицированном руководстве каждый может использовать Тантру как могучее средство самопреображения и духовного самосовершенствования» (см. Давид Фроули. Тантрическая Йога и Мудрость Богинь. Духовные секреты Аюрведы. / Пер. с англ. К.Г.Стрельцова (Шантан), Н.П.Русских (Мукти). К. Ника-Центр. 2006г. 272 стр.).
«Классические трактаты Тантры утверждают, что в нашу эпоху Тантра — это самый подходящий путь духовного развития для человека. И для тех, кто глубоко понимают Тантру, это вполне очевидно. Слово Тантра переводится как «сеть средств» и означает, что все различные аспекты жизни, все различные подходы к развитию человека собраны в одну целостную систему, структурированную наподобие сети. Все различные методы и пути собраны и упорядочены в Тантре, именно поэтому Тантру можно смело называть «Наукой духовного синтеза».
Учитывая это, вовсе не надо удивляться, что на протяжении времен система Тантры, чьи корни уходят в незапамятные времена много тысячелетий назад, переплеталась с другими духовными традициями и родила много областей и ответвлений, которые в наши дни считаются совершенно отдельными дисциплинами, и многие даже не знают, что на самом деле они являются частью целостной и комплексной системы Тантры.
В более узком смысле слово «тантра» — это название ряда священных писаний, появившихся в Индии в основном на протяжении I тыс. н.э. В более широком смысле под словом «тантра» подразумевается та духовная система, которая излагается в этих писаниях и которая намного опережает появление этих писаний, именуемых Тантрой. <…>. Также стоит отметить, что среди всех многочисленных духовных традиций мира именно Тантра (особенно так называемый Кашмирский Шиваизм) является одним из наиболее близких к Христианству — эзотерическое учение Христианства обладает поразительной схожестью с учением Кашмирского Шиваизма (даже если при поверхностном взгляде это сравнение кажется совершенно неуместным)» (см. Тантра — Наука духовного синтеза. Сайт www.nathayoga.lv.).

* * *

1. ТАНТРА И ДУХОВНОЕ РАЗВИТИЕ ЧЕЛОВЕКА.

Поскольку существует невероятное количество «определений» и «толкований» Тантры (см. статью 2.3. «Тантра как предмет Российской Тантрологии») как исторического и культурного феномена (не только по причине сложности самого феномена Тантры, но и по причине разного понимания феномена Тантры, как и разного отношения к нему), возможно, для удобства исследования феномена Тантры следует рассмотреть этот феномен с точки зрения определенных «аспектов», «категорий», «форм», «направлений», которые, в сущности, и составляют основу Культуры Человечества, если рассматривать Культуру в соответствии с одним из более чем 500 ее определений, а именно как «внебиологически выработанный СПОСОБ человеческой деятельности», то есть не как саму деятельность, а как её способ, т.е. «технологию», которая основывается на определенном знании и опыте, и которая в какой-то степени формирует определенную сферу деятельности человека и даже управляет этой сферой деятельности. Таким образом, можно обозначить следующие направления исследований и соответствующие названия статей раздела 2. Предмет Российской Тантрологии:
1. Тантра как Древняя Магия (см. статью 2.4. Тантра как Древняя Магия);
2. Тантра как Древняя Наука (см. статью 2.5. Тантра как Древняя Наука);
3. Тантра как Древняя Религия (см. статью 2.6. Тантра как Древняя Религия);
4. Тантра как Древняя Философия (см. статью 2.7. Тантра как Древняя Философия);
5. Тантра как Духовная Традиция (см. статью 2.8. Тантра как Духовная Традиция);
6. Тантра как Мистическая Традиция (см. статью 2.9. Тантра как Мистическая Традиция).

* * *

Духовное развитие человека занимает важнейшее место среди тем, проблем и вопросов, которым посвящена Тантра (см. статью 2.3. «Тантра как предмет Российской Тантрологии. (ч.5)», п.5. Чему посвящена Тантра (предмет Тантры)). Такая тема, как «Тантра и развитие человека», уже поднималась (см. статью 3.2.2. «Индивидуальность и личность человека. (ч.2)». п.6. Тантра и развитие человека). Поскольку в настоящей статье речь пойдет о Тантре именно как Духовной Традиции, обратим внимание на Тантру именно с точки зрения духовного развития человека (о том, что такое «духовное развитие», см. статью 2.8. «Тантра как Духовная Традиция. (ч.4)», п.5. «Концепция» духовного развития). В связи с этим обратим внимание на следующие две публикации.

«Актуальность проблемы: отсутствие целостности бытия. Если спросить у прохожих на улице «Чувствуете ли Вы себя счастливым человеком?», то очень редко можно услышать утвердительный ответ. Современная наука обладает всем необходимым, чтобы уничтожить большую часть болезней, справиться с бедностью и голодом, выработать достаточное количество безопасной и обновляющейся энергии. У нас достаточно ресурсов и рабочей силой, чтобы реализовать все мечты, которые когда-либо были у человечества. Если у нас есть средства и технологии, чтобы накормить население планеты, обеспечить всем приемлемый уровень жизни, справиться с болезнями, переориентировать промышленность на неистощимые источники энергии, предотвратить загрязнение окружающей среды, то, что же мешает нам сделать эти важные шаги?
По-видимому, ответ состоит в том, что все вышеперечисленные трудности — симптомы одного фундаментального кризиса. В конечном счете, проблемы, с которыми мы столкнулись, не являются чисто экономическими, политическими и технологическими по своей природе. Все они отражают эмоциональное, моральное и духовное состояние современного человечества — злобная агрессивность и ненасытное приобретательство, эти деструктивные аспекты человеческой психики, саморазрушительные элементы современного человека, непосредственно отражают его отчуждение от самого себя, от духовной жизни и духовных ценностей.
Цивилизация накормила и одела почти все население планеты, изобрела телефон и автомобиль, делает все возможное для удобства и удовольствий человека, а у него все же возникает «дефицит положительных эмоций». Этот дефицит вызван неудовлетворенностью базисной психологической потребности человека — потребности в безопасности. Источник единой для большинства людей тревоги носит фундаментальный характер, хотя часто не осознается как опасность, а считается очевидной нормой. Отказываясь от представления об одушевленности окружающей действительности, отказываясь от веры в сверхъестественное, индивид обрекает свою внутреннюю глубинную сущность (душу) на отсутствие точек опоры, и, как следствие, на исчезновение. Чем-бы не развлекала такого человека цивилизация, отношение к жизни будет изначально пессимистичным.
Современность ставит перед нами множество проблем. Среди них такие, как эпидемия наркомании, волны насилия и преувеличенное потребление, проблема «бегства от реальности» с помощью ухода в виртуальные миры — мир книг, компьютерных игр, в метареальность, создаваемую средствами массовой информации. Существует и проблема «метафизического голода», который очень часто неудачно удовлетворяется с помощью алкоголя, табака и других наркотиков. Все это угрожает нашей внутренней жизни и мировой экологии.
В связи с этим одним из обнадеживающих аспектов современности является возрождение интереса к древним духовным традициям и мистическому опыту. «Культура владычества», которую мы имеем на сегодняшний день, изжила себя, и чуть было не довела планету до самоубийства. Люди, пережившие мощный преобразующий опыт и сумевшие применить его в своей повседневной жизни, отказываются от деструктивных и саморазрушительных черт личности, проявляют качества, способствующие индивидуальному и коллективному выживанию. Пиковые переживания способствуют устранению внутреннего раскола личности, разобщенности между индивидами, конфликта между индивидом и миром, ведущего к утрате единства мира. Люди, имевшие подобные переживания, часто выказывали отчетливую тенденцию к самореализации и самоактуализации.
Люди, вовлеченные в процесс духовного развития, начинают по-новому ценить и уважать все формы жизни, постигают всеобщее единство, что часто делает их более терпимыми к другим людям, внимательными к экологии. Общечеловеческие соображения, сострадание всему живому и способность мыслить в планетарных масштабах становятся важнее узколичностных интересов семьи, политической партии, потребностей класса, нации и вероучения. То, что характерно для всех нас, то, что связывает нас, становится ценнее различий, а сами различия обогащают, а не отталкивают. Эти изменившиеся благодаря духовному развитию установки противостоят нетерпимости, равнодушию к жизни и моральному банкротству, лежащим в основе глобального кризиса. Можно надеяться, что растущий интерес к духовному миру и значительное число спонтанных мистических переживаний предвещают сдвиг в сознании человечества, который поможет отказаться от нынешнего саморазрушительного направления развития. Это утверждение подкрепляется универсальной культурной тенденцией к изменению «естественного» потока сознания при помощи психоактивных веществ, социально предписанных методов и условий. В соответствии с гипотезой К.Юнга, это стремление не что иное, как поиск организмом структурного единства через интеграцию личного «эго» и истинной самости.
Одним из аспектов психического здоровья является интеграция («нерасщепленность») сознания, поэтому существует необходимость развития интегрирующих и преобразующих методов, адресованных различным аспектам человеческой природы: телесному, эмоциональному, психическому, интеллектуальному, духовному и т.п. Не случайно в русском языке синонимом слова «лечение» являются слова «исцеление», «целительство» (то есть обретение целостности). Создание интегрирующей практики в современном мире подобно собиранию мозаики, картинки-головоломки, где разрозненные детали собираются со всего света.
Сообщения о таком целостном подходе к человеку есть у греческих философов и их последователей времен Ренессанса. Появление понятия «целостности бытия» в русской философии обычно связывают с именем Вл.Соловьева. Мы находим идею целостности бытия (нерасщепленность, неразрывность, «холономность» — от греч. holos — «целый») во многих мистических религиозных традициях (как восточных, так и западных), где искатель духовности сначала обретает этическую добродетель, а затем дисциплинирует тело, жизненные энергии и ментальные процессы, прежде чем приступить к медитативной практике, ведущей к единению с Богом. Сейчас наше общество переживает муки духовной трансформации — от фактического отрицания трансперсонального опыта (включая как ритуалы и техники, к нему приводящие, так и герменевтические системы, выявляющие его значение) до беспорядочного опробования каждого возможного способа достижения трансперсонального опыта, от психоделиков до гуру из Индии.
Выход за пределы собственного ЭГО, который часто проявляется в альтернативных состояниях сознания, приводит к пересмотру всей жизненной позиции человека и ощущению освобождения от обусловленности существования. К явлению «трасцендентации ЭГО», характерному для таких состояний сознания, могут приводить как некоторые медикаментозные препараты природного и синтетического происхождения, так и немедикаментозные методы, такие как сексуальные практики, пение, барабанный бой, монотонные танцы, лишение сна, гипноз и самовнушение, изменение ритма и глубины дыхания, сенсорная перегрузка, сенсорная изоляция, длительное одиночество, пост, электрическая стимуляция определенных зон мозга и др. Также к трансцендентации ЭГО часто приводит опыт близости смерти, переживание клинической смерти.
По-видимому, любое измененное состояние сознания опосредуется на физическом уровне с помощью специфических регуляторов — неких химических молекул, регулирующих деятельность сознания и восприятия. В частности, выходы за пределы ЭГО связаны с так называемыми «молекулами мистики», к которым относятся как вырабатывающиеся в организме (эндогенные вещества) нейрорегуляторы серотонин и дофамин, так и вводимые в организм извне (экзогенные вещества) их природные и синтетические аналоги (ЛСД-25; активный компонент шаманского зелья индейцев Амазонии айяхуаски — ДМТ; псилоцибин — основной психоактивный компонент «магических грибов»; алкалоид кактуса пейотля мескалин; каннабиноиды — психоактивные компоненты конопли; и др.), применявшиеся на протяжении тысячелетий в религиозной практике, а также применяющиеся и сейчас для психотерапии. Поначалу предполагали, что «молекулы мистики» приводят к психозам, и называли их галлюциногенами или психотомиметиками (то есть веществами, вызывающими имитацию психоза), сейчас этот взгляд признан неверным. Их можно скорее рассматривать в качестве неспецифических усилителей психических процессов, последовательно открывающих уровни и структуры бессознательного.
Стремление к цельности изначально присуще человеку (Целостность = наличие Цели, смысла бытия), он создает искусственные модели (государство, виртуальные реальности — в литературе, игры), ищет средства, дающие ему это ощущение. Это утверждение подкрепляется универсальной культурной тенденцией к изменению «естественного» потока сознания при помощи психоактивных веществ, социально предписанных методов и условий.
Общество, лишенное непосредственного мистического опыта, вынуждено создавать какие-то другие структуры. Так, например, возникает государственная структура как искусственная модель «связного», цельного мира, наводящая мосты через «трещину», дающая ощущение связности и цельности, если отсутствует другой способ связи. Как следствие, возникает противостояние индивидуального — личного, стремящегося к свободе и движению вперед, и государственного — как поддерживающего стабильность. В живой природе этот феномен давно известен — это борьба наследственности и изменчивости — двух свойств любого живого объекта. Наследственность стремится к сохранению уже имеющегося, в то время как изменчивость отвечает за приспособление к изменяющимся условиям окружающей среды. Так и личное — проявляет приспособление к условиям, ответственно за создание нового, «лучше гармонирующего» с внешними условиями, с государственным, олицетворяющим сохранение и передачу достигнутых умений и навыков.
Классификация и описание действия «молекул мистики». Свое название эта группа химических веществ получила из-за своей способности вызывать мистические видения и переживания, связанные с изменением сознания. В качестве «молекул мистики» могут выступать эндогенные вещества, которые вырабатываются самим организмом и участвуют в передаче нервных импульсов. Одним из таких веществ является серотонин, называемый также «гормон счастья». Он вырабатывается в организме во время оргазма, в моменты переживаний экстаза, его уровень повышен во время эйфории и понижается во время депрессии, видимо, именно это вещество ответственно за возникновение галлюцинаций при психозах. По всей видимости, иногда уровень серотонина может повышаться и спонтанно, без каких-то видимых причин. На уровень серотонина в организме можно влиять также с помощью определенных физических упражнений, изменения ритма и глубины дыхания, различной пищи и лекарственных препаратов (например, нейролептиков — аминазина, галоперидола и др., широко применяющихся в психиатрической практике для устранения галлюцинаций). Так, мясная и животная пища снижает уровень серотонина, тогда как отказ от мяса (и от соли), употребление в пищу крупяных и мучных блюд, шоколада, некоторых пряностей и приправ (например, корицы и гвоздики) способствует повышению его уровня (видимо, именно с контролем за уровнем серотонина связаны многие диетические предписания и ограничения в аскетических практиках большинства религий).
Достаточно широко распространено употребление (как в религиозных, так и в иных целях) экзогенных (то есть поступающих в организм извне) препаратов природного или синтетического происхождения, содержащих другие «молекулы мистики». Эту группу психоактивных веществ иногда называют галлюциногены («рождающие галлюцинации» — этот термин не очень хорош, поскольку галлюцинации как таковые под воздействием этих препаратов возникают крайне редко), психотомиметики («вызывающие состояния, подобные психозам» — от этого термина впоследствии отказались, так как выявили множество отличий между психозами и состояниями после употребления галлюциногенов) или психодислептики («вызывающие расщепление психики» — термин крайне неудачный, так как обычно эти препараты вызывают, наоборот, интеграцию психики), но чаще употребляется термин психоделики (большие и малые). Это слово предложил канадский психиатр Хэмфри Осмонд — один из первых исследователей ЛСД. Буквально оно обозначает «проявляющий» психику (от греческих слов psyche — душа и delic — явный, проясняющий).
Архаичная духовность, целостность бытия и психоактивные вещества. Сакральное применение психоактивных веществ имеет многотысячелетние корни. История сложилась таким образом, что традиции архаичного язычества (шаманизма) были забыты на несколько тысяч лет. В период Новой эры подобными экспериментами занимались мистические ответвления ведущих мировых религий (оккультизм), и только переворот в психофармакологии XX в. сделал широко известными сокровенные тайны сектантов и колдунов. Доктор философии, специалист в области религиоведения Хьюстон Смит (Университет Беркли) пишет, что связь природных средств изменения сознания с духовной практикой очевидна: растительные галлюциногены могли послужить отправной точкой возникновения многих религиозных направлений, позднее забывших о своих психоделических корнях. При соответствующем психическом состоянии и в соответствующих условиях психоделики могут вызвать религиозные переживания, неотличимые от переживаний, происходящих спонтанно… Когда У.Стейса, который считается авторитетам в области философии мистицизма, спросили, подобны ли психоделические переживания мистическим, он ответил: «Вопрос не в том, похожи они на мистические переживания или нет: они суть мистические переживания».
Архаичная религиозность подразумевала достаточно напряженную психологическую атмосферу духовной жизни людей. Язычникам было свойственно чуткое мистическое мироощущение. Окруженные загадочной Природой, вовлеченные в бесконечный творческий процесс ее изучения, свой душевный покой архаичные люди смело доверяли непосредственному религиозному переживанию, которое являлось главным источником их опыта и определяло выбор важнейших стратегий поведения.
Также хорошо известно, что все шаманы во всех культурах употребляют для вхождения в транс определенные растения и грибы, содержащие все те же «молекулы мистики». Для общения с мифическими сущностями, управляющими судьбами людей, язычники стимулировали особые свойства психики с помощью природных галлюциногенов растительного и животного происхождения. Например, наскальные фрески эпохи позднего неолита в местности Тассилин-Аджер, что находится на юге современного Алжира, изображают фигуры, покрытые псилоцибиновыми грибами, танцующие шаманы зажимают в руках те же грибы, а окружающий их орнаментный рисунок похож на причудливые галлюцинации, возникающие под воздействием псилоцибина. На Руси и в Западной Европе до сих пор растут несколько видов грибов, содержащих псилоцибин. По виду их трудно отличить от многочисленных и малоизученных мелких поганок (кстати, само слово «поганка» происходит от латинского «poganus» — язычник). Традиции употребления галлюциногенов в языческой Руси явственно прослеживаются в мифологии — достаточно распространенным является мотив, когда архетипическая колдунья Баба-Яга употребляет сама или предлагает героям специальное зелье, приготовленное из каких-то грибов, трав, а также змей, ящериц, жаб и пауков, после чего отведавший этого зелья испытывает экстатические переживания, приобретает способность перемещаться в пространстве и времени, а также работать с информацией нетрадиционными способами — читать мысли и т.п. Современная фармакология показала, что в ряде растений и грибов, а из представителей фауны — именно в некоторых пауках, коже жаб, змей и ящериц — содержатся мощнейшие галлюциногены, такие как диметилтриптамин (ДМТ), вещества группы буфотенина (ближайшие родственники ЛСД-25), псилоцибин и др. (В качестве подтверждения того, что наши предки хорошо знали о галлюциногенных свойствах кожи жабы/лягушки, может выступать известная сказка «Царевна-Лягушка», в которой Иван-дурак видит вместо лягушки царевну только после того, как прикасается губами к коже лягушки, то есть в момент поцелуя в его рот попадает слизь лягушки, содержащая мощнейший галлюциноген буфотенин, и все происходящее с Иваном впоследствии можно рассматривать как его галлюцинацию. Примечателен и тот момент, что принцесса настаивает на сохранности своей отброшенной, то есть вроде уже не нужной, лягушачьей кожи — как только Иван уничтожает эту кожу, галлюцинации сразу же прекращаются — образ Царевны исчезает из сознания Ивана).
Причины возникновения шаманизма можно искать в области непосредственного знакомства наших далеких предков с мистическим опытом, вероятно, связанным с «молекулами мистики». Складывается следующая картина развития сознания: сначала, бессознательно повинующееся инстинктам животное (обезьяна), благодаря поеданию растительных галлюциногенов, научилось пользоваться речью, чтобы осознавать себя во времени и, тем самым, структурировать свое поведение. Затем, опыт экстатических состояний сознания позволил архаичным людям обнаружить в окружающем нечто необъяснимое, приводящее в невероятный восторг и повергающее в ужас. Вокруг ярчайших психоделических переживаний стали возникать всевозможные ритуалы, культы, а в дальнейшем сформировались системы ценностей и общественные иерархии. Этот опыт оформлялся языковыми и художественными средствами в мифы, ставшие основой всех представлений о загадочных природных взаимосвязях.
Эпоха религиозных догматов сопровождалась расцветом новой системы иерархических социальных отношений и достигла своего апогея в период Средневековья. Идеалы «чистой», неязыческой, религии — это строго нормированное поведение и душевный покой верующих. Такая вера подразумевает личный отказ от всего, что нарушает спокойствие ума, что подвергает сомнению общепринятые догматы. Эта вера не одобряет излишнюю любознательность и творческий авантюризм, она занимает охранительную консервативную позицию, иной раз жестко расправляясь с нарушителями традиции (многие ученые, поэты и писатели поплатились жизнью за то, что их идеи тревожили обывателя). Соответственно, и выбор опьяняющих средств должен быть таким, чтобы человек отдыхал, находил забвение от трудов, а не переживал мистические озарения. Для этих целей, конечно, уместнее алкоголь и подобные наркотические зелья, гарантирующие эйфорию при сохранении прежней системы представлений о Мире. Их разрушительное воздействие на организм вполне оправдывает общую официальную доктрину осуждения человеческой потребности изменять состояние сознания.
Погружение же в бессознательное нарушает спокойствие аналитического ума: всякий прием галлюциногена меняет мировоззрение человека, пробуждает его от привычных представлений, не дает забыть об условности любых точек зрения; тревожит душу невероятно широкой амплитудой переживаний — от парализующего волю ужаса, до восторга и мистического экстаза. Психоделический опыт не приносит универсальных рецептов счастья: быть готовым к переоценке всей жизненной позиции — вот судьба человека, обратившегося к сакральной силе растительных галлюциногенов.
Правда, такая духовность имеет серьезное преимущество — чувственно реальную, интимную веру в сверхъестественное, а не умозрительную доктрину, насаждаемую сверху. Понимая это, церковь беспощадно уничтожала язычников с их мистериями, культами и тайными снадобьями для ритуальных целей. Когда христиане встречали в завоеванных странах традиции употребления психоделических снадобий, все это неизменно объявлялось чертовщиной и жесточайшим образом искоренялось. Догматизированная мораль и алкоголь гарантируют относительный душевный покой паствы, а попустительство эзотерической практике способствует распространению вольнодумия (ереси).
Архаичная духовность сексуальна и радостна. Мистические переживания оформлялись язычниками в бурные празднества и сопровождались танцами и оргиями, когда люди могли расстаться с некоторыми условностями социальных ролей, не рискуя быть осужденными за прелюбодеяния… Это явно не укладывалось в формат новых представлений о праведности человека, пришедших вместе с монотеизмом. Поэтому языческие традиции искоренялись самым жестоким образом вместе с секретами снадобий, употреблявшихся для экстаза — личностной трансценденции, выхода за пределы ЭГО. С момента ухода психоделического опыта из жизни основной массы людей, с усложнением социальной иерархии развитых языческих обществ начинает интенсивно развиваться ЭГО-менталитет. Сначала — в рамках смыслового конструкта — Я и Великое Нечто (язычники), затем, в рамках догматов конкретных религиозных направлений противопоставили себя инстинктивным природным силам и пугающе дикарскому образу жизни, который вели язычники. Человек начал понимать, какая пропасть разделяет его сознание и мир животных, с которыми не стыдились сравнивать себя архаичные культуры. Это послужило основой для создания новых представлений о едином одушевленном начале всего Мироздания — о Боге. Человеческая душа обрела новый статус в Духе (в Логосе) и стала гораздо требовательнее к личности и плоти.
Мистерии древних греков, в которых принимали участие многие классики Античного мира, к началу нашей эры уже были окружены строжайшей тайной. Поэт Эсхил едва не поплатился жизнью за то, что перенес на театральную сцену некоторые элементы из этих культов. Известно, что в празднествах древнегреческой аристократии использовались напитки, приготовленные из галлюциногенных грибов. В 268г. н.э. были пресечены Элевсинские мистерии — последний отголосок архаичных психоделических традиций (в течение двух тысячелетий каждый сентябрь недалеко от Афин устраивались эти великие торжества).
В эпоху Средневековья, когда на кострах Европы горели тысячи людей, обвиненных в колдовстве, были уничтожены последние хранители секретов естественной магии. Следует заметить, что в лице «ведьм» и «колдунов» новая культура искореняла не только носителей древнего религиозно-мистического мировоззрения, но и остатки системы языческого «здравоохранения», поскольку лекарственные средства и весь опыт в этой области также принадлежали ведовскому сословию. Эти люди были названы слугами дьявола, а их зелья — прямой дорогой встретиться с самим князем тьмы. В XV в. н.э. Папа Иннокентий VIII запретил лечебное использование конопли. Искать исцеления прелагалось в молитвах Всевышнему, но не принимать помощь от «лукавого». Церковь всегда была строжайшим цензором языческой культуры, исключив даже идею о том, что растения могут быть связаны с духовной практикой. (Однако остатки русской языческой традиции ритуального употребления псилоцибиновых грибов сохранились в православной архитектуре — форма многих куполов русских храмов (так называемые «луковичные» купола) абсолютно идентична форме шляпки «шаманских» грибов. Изображение таких грибов можно встретить и в росписи ряда культовых зданий (например, каменная резьба на стенах Псковского Кремля также изображает псилоцибиновые грибы). Уже был популярен дистиллированный алкоголь, наиболее подходивший для других целей — искусство виноделия стало постепенно превращаться в механизм манипуляции массовым сознанием. Общеизвестно, что вино и пиво не способны вызвать болезненное пристрастие, но «повышенный градус» обрекает примерно десятую часть пьющих на алкоголизм, то есть происходит полное подчинение этой категории людей нуждам государства, торгующего крепкими спиртными налитками, и остро нуждающегося в дешевой, послушной и выносливой рабочей силе.
Мы покорно соглашаемся с давно укоренившимся представлением о психоактивных веществах, как о чем-то недостойном и пагубном для человека. Наша культура знает примеры только их разрушительного использования. Когда же в середине XX в. в связи с прорывом в психологии и открытием необычных свойств галлюциногенов, наметилось создание психоделической культурной традиции, государственная машина сделала все, чтобы эти вещества были поставлены в один ряд с наркотиками и запрещены.
Многократно описан мистический опыт, который переживали наши современники под воздействием псилоцибиновых грибов, мескалина и ЛСД. Неудивительно, что попытки использовать галлюциногены в качестве наркотиков для многих заканчивались нервным расстройством. В рамках материалистических представлений о реальности мы практикуем лишь «развлекательное» и, соответственно, разрушительное использование психоактивных веществ, что исключено в ситуации с галлюциногенами — эти снадобья глубокой древности служили инструментами целительства, прорицания, средствами общения с чудотворной Природой. Общество оказалось не готовым к такому повороту. Перепуганные атеисты исключили возможность даже медицинского использования галлюциногенов, где они зарекомендовали себя как мощные инструменты в лечении разнообразных расстройств личности. После запрещения ЛСД (в октябре 1966г.) все открытые программы были свернуты. В США осталось лишь несколько строго санкционированных работ, готовых подтвердить то, что угодно услышать хозяевам.
Психотерапия с применением «молекул мистики» — один из современных способов обретения целостности бытия. Изменения в сознании, происходящие после знакомства с психоделическими переживаниями, ведут к формированию более устойчивого типа мышления, ориентирующего людей на решение проблем личностного роста и гуманистические ценности в целом. Вероятно, это происходит за счет разрядки негативных психических комплексов, накапливающихся у человека с момента родовой травмы (дородовой период развития эмбриона также влияет на особенности его будущей психики).
Первые сообщения об исследованиях в области галлюциногенов привлекли серьезное внимание и побудили психиатров и психологов различных стран мира провести собственные терапевтические эксперименты с ЛСД и другими психоделиками. Многие сообщения, опубликованные в течение последующих двадцати лет, подтвердили первоначальные предположения, что психоделики способны ускорять психотерапевтический процесс и сокращать время, необходимое для лечения различных эмоциональных и психосоматических расстройств.
Кроме того, появились многочисленные исследования, указывающие на то, что основанная на применении психоделиков психотерапия может оказать помощь различным категориям психиатрических пациентов, которые считались непригодными для психоанализа и других форм психотерапии. Многие сообщения указывали на терапевтический успех с хроническими алкоголиками, наркоманами, социопатами, криминальными психопатами, людьми с извращенной сексуальностью и серьезными расстройствами личности.
В начале 60-х годов XX в. была обнаружена новая сфера применения психоделической терапии: работа с безнадежными раковыми больными и другими неизлечимыми пациентами. Этот подход смог не только облегчить эмоциональные страдания и сильные физические боли, но значительно изменить представления о смерти и отношение к ней.
Опыт использования ЛСД и других психоделиков в лечении эмоциональных расстройств насчитывает теперь уже более трех десятилетий. Много времени и усилий было посвящено исследованию их терапевтических возможностей, опубликованы сотни профессиональных статей. Как и следовало ожидать, в этой сложной и революционной области не обошлось без ошибок и достижений».

(«Молекулы мистики» и трансцендентация эго: утрата и
обретение целостности бытия. 2000г. Сайт www.referats.allbest.ru.)

«1. Эзотерическая психология: методологические предпосылки содержательного синтеза. Называя «эзотерическими» определенный класс знаний, представленных в нашей культуре, мы подразумеваем, во-первых, что эти знания не отражены в социальной структуре, это знания о нетривиальных формах отношений человека с миром. Нас в данном случае интересует знание о принципах и методах духовного развития человека — интегрального развития его отношений с миром. Существует множество традиционных и современных учений о духовном развитии, каждое из которых с большой убедительностью доказывает собственную истинность, и подчас с не меньшей убедительностью отрицает при этом истинность остальных учений. Такая теоретическая многоаспектность эзотерического знания (равно как и практическая многоаспектность существующих методов духовного развития) сбивает человека с толку, серьезно препятствуя процессу его действительного духовного роста.
Результатом формального синтеза различных духовных учений всякий раз становилось очередное учение, по существу продолжающее ряд учений, которые оно должно было синтезировать. Действительная же задача эзотерического синтеза состоит именно в том, чтобы снять теоретическую многоаспектность представлений о духовном развитии, зафиксированных в многочисленных текстах, которые создавались на протяжении всей письменной истории человечества. Задача эта может быть осуществлена лишь путем содержательного синтеза, — то есть синтеза содержания различных учений о духовном развитии.
Ближе всех к осуществлению идеи содержательного синтеза подошли Г.И.Гурджиев и П.Д.Успенский, указывавшие, что в основе всех философских, религиозных, оккультных и т.п. учений о духовном развитии лежат различные системы психологических знаний о принципах и методах такого развития. В самом деле, предмет всех этих учений един — духовное развитие человека; а духовное развитие действительно можно рассматривать как специфическую форму психического развития. Таким образом, внутреннюю, «эзотерическую» сторону различных духовных учений составляют различные психологические системы воспитания и самовоспитания (системы «психической культуры»), называемые также школами эзотерической психологии или просто эзотерическими школами.
Если отвлечься от культурологического слоя различий, становится вполне очевидным, что различные эзотерические школы, при всей их несхожести, неизменно обращаются к ряду общих психологических тем, проблем, задач и т.д. Создается впечатление, что действительно существующие между этими школами различия психологического порядка обусловлены не чем иным, как различной степенью осознания и целенаправленного использования какого-то единого психологического механизма, лежащего в основе процесса духовного развития. Приняв гипотезу о существовании психологического механизма духовного развития, можно попытаться выделить из наличного массива эзотерических знаний ряд понятийно зафиксированных блоков указанного механизма, число которых было бы необходимым и достаточным.
Начнем с констатации того факта, что у человека нет необходимости развиваться духовно. Определяя духовное развитие как превосхождение социально-нормативного (взрослого) уровня отношений человека с миром, мы можем рассматривать его как высшую форму сверхнормативной активности, проявления способности человека подниматься над уровнем нормативных требований; наиболее очевидным примером сверхнормативной активности служит творческая, революционно-преобразующая деятельность. Специфика духовного развития как высшей формы сверхнормативной активности состоит в том, что оно не может быть непроизвольным. Не обладая духовным стремлением, не будучи мотивирован к духовному развитию, человек неспособен и развиваться в данном направлении. Неслучайно поэтому духовное стремление полагается всеми школами эзотерической психологии в качестве несущего стержня духовного развития.
Стремление не может быть беспредметным, это всегда стремление к чему-то, к какой-то цели. Все школы эзотерической психологии единодушны в том, что целью духовного стремления есть постижение человеком своей подлинной сущности и своего подлинного места в мире: постижение высшего «Я», постижение своего единства с Абсолютом, постижение себя нераздельным с Богом, постижение своего слияния с Вселенной, постижение себя в качестве Пустоты или не имеющим качеств, постижение того, что меня нет и т.д. Несмотря на различие формулировок этих и тому подобных традиционных определений, все они связывают акт постижения с неким изменением самосознания, а именно — с выходом за рамки ординарного, личностного уровня самосознания, на котором «я» безусловно противостоит «всему остальному» (человек — миру, личность — обществу и т.д.).
Исходя из бытующего сегодня определения самосознания в широком смысле как «системы высшей саморегуляции» человеческого поведения, духовное развитие представляется не чем иным, как развитием этой «системы», сознательным повышением уровня ее организации. Это рискованный процесс, действительно связанный с возможностью расстроить «систему», нисколько ее не улучшив; вместе с тем история человечества свидетельствует, что такая возможность — не единственная, и что превосхождение личностного самосознания может способствовать значительному повышению социальной эффективности личности. Признание принципиальной возможности развития «системы высшей саморегуляции» предполагает и более внимательное отношение к историческому опыту такого развития, обретенному человечеством, к эзотерическому наследию, — в частности, к идее трансперсонализации самосознания, то есть становления качественно новых форм «высшей саморегуляции».
Ни постижение, ни преображение не приходят сами собой; одного лишь стремления для этого недостаточно, — для этого нужно что-то делать. Все школы эзотерической психологии согласны в том, что человек, стремящийся к духовному развитию, должен заниматься духовной практикой, то есть осуществлять какие-то целенаправленные действия, упорядочивающие процесс его жизнедеятельности определенной программой, — например, ходить в церковь или бегать кроссы, поститься или соблюдать диету, стрелять из лука или ткать ковры, читать книги или писать их, упражняться в сосредоточении внимания или его рассредоточении, танцевать или молиться, контролировать отрицательные эмоции или честно самопроявляться, работать с чакрами или практиковать недеяние и т.д. и т.п.
Ни постижение, ни преображение не приходят сами собой; одного лишь стремления для этого недостаточно, — для этого нужно что-то делать. Все школы эзотерической психологии согласны в том, что человек, стремящийся к духовному развитию, должен заниматься духовной ПРАКТИКОЙ, то есть осуществлять какие-то целенаправленные действия, упорядочивающие процесс его жизнедеятельности определенной программой, — например, ходить в церковь или бегать кроссы, поститься или соблюдать диету, стрелять из лука или ткать ковры, читать книги или писать их, упражняться в сосредоточении внимания или его рассредоточении, танцевать или молиться, контролировать отрицательные эмоции или честно самопроявляться, работать с чакрами или практиковать недеяние и т.д. и т.п.
Стремление, постижение, преображение и практика представляют собой четыре традиционные категории эзотерической психологии, в явной или скрытой форме используемые всеми ее школами. Они не всегда явны в том смысле, что не всегда выступают в приведенных выше формулировках. Но человек не сможет продолжительное время заниматься духовной практикой, не обладая соответствующим стремлением, — вне зависимости от того, осознает ли он наличие стремления или нет. Духовное развитие всегда связано с постижением себя в некоем новом качестве, хотя описывать его человек может различно. Если же человек действительно духовен, то духовен не только в трансе, но и во всех своих повседневных отношениях с миром, — а это невозможно, если его «низшая природа» не преображена; верно и обратное — если «низшая природа» остается не преображенной, то духовное развитие сводится к развитию способности входить в трансовое состояние. И, наконец, процесс духовного развития вообще оказывается невозможным, если человек не предпринимает для этого никаких целенаправленных усилий, пренебрегает духовной практикой. <…>.
Меняясь же качественно, мы неспособны прогнозировать, какими мы станем: происходит всякий раз нечто качественно новое, нечто такое, чего мы не можем себе даже представить, — ведь тексты, оставленные нам теми, кто прошел по этому пути раньше нас, содержат лишь философско-эстетические гимны, которые возвещают о постижении как об уникальной возможности человека, и толкования, которые утверждают эту возможность в качестве высшей ценности человеческой жизни. Любые тексты способны предоставить нам лишь какие-то культурно обусловленные интеллектуальные и эмоциональные проекции постижения; однако действительное постижение не исчерпывается только интеллектуальным и эмоциональными изменениями, — оно связано именно и прежде всего с изменением самосознания. Поэтому постижение всякий раз не соответствует тому «образу постижения», к которому человек стремился в своем воображении, и который был обусловлен его прошлым опытом. Постижение — это качественно новый опыт.
О постижении неизменно говорится как о таинственном, мистическом событии — оно «даруется свыше», «случается» и т.д. С психологической точки зрения эти и подобные им определения свидетельствуют, в сущности, об одном: постижение — спонтанный акт, не зависящий от воли стремящегося к постижению. И, тем не менее, оно «даруется» лишь человеку, который усиленно над собой работает: сказано, что «вера без дел мертва». Постижение каким-то загадочным образом связано с практикой, — более того, достаточно напряженной практикой, которая сама по себе привести к постижению не может. Парадокс состоит в том, что хотя постижение — спонтанный, самопроизвольный процесс, подобная спонтанность не достигается праздностью. Но если не практика, то, что приводит к постижению?
Фактически, указанный парадокс подводит нас к вопросу об эффекте практики. В чем должен состоять эффект духовной практики? Что именно происходит в процессе духовной практики, обусловлено социальным пространством и историческим временем ее осуществления, а также типом личности практикующего? Как сказал Ауробиндо Гхош: «у каждого своя Йога»».

(Вл.Данченко. Психологический механизм духовного развития
и проблемы духовной практики. (Главы из «Очерков
эзотерической психологии эпохи развитого социализма».
Март-август 1985г.). Сайт www.psylib.org.ua.)

«У каждого своя Йога» — так сказал Ауробиндо Гхош (1872-1950), индийский революционный и общественный деятель, поэт, мыслитель, философ, гуру, йогин, основоположник Интегральной Йоги, выдающаяся личность, широко известная в мире, чью роль в истории философии и духовности XX в. трудно переоценить.
«У каждого может и должна быть своя Тантра (т.е. «сватантра» (см. статью 3.13.4. «Тайна термина «сватантра»»), которая может и должна стать основой духовного развития)» — так может и должна сказать Российская Тантрология, если речь идет о «духовном развитии» человека. Конечно, о Тантре пока известно достаточно мало, но уже сегодня можно говорить о том, что основанием для подобного утверждения может служить в том числе и так называемая «тантрическая карта человека» (см. статью 3.2.8. «Эзотерическая (тантрическая) «карта» человека. (ч.1, ч.2)»).
Интерес к Тантре, этому древнеиндийскому Учению, и особенно к практике Учения сегодня очень велик как на Востоке, так и на Западе. Возможно, так происходит потому, что это древнее Учение дает простые, прямые и ясные ответы на очень многие вопросы. Древние тантрические тексты донесли до нас Истину Учения, дающую Свет и Надежду. В «Катха-Упанишаде», одной из 11 наиболее древних Упанишад, сказано (I.3.14): «Встаньте, пробудитесь, обретя дары, постигните их!».

«Тантрический подход к духовному пути — чисто практический. Истинная Тантра лишена каких-либо форм обывательского мышления, условностей или псевдо-морали. Тантра — это Садхана-Шастра (т.е. писание, предназначенное для практики».

(Димешвар Рам Аватхута. Тантра: Постижение
высшей реальности. СПб. 1991г., 1992г. 112 стр.)

«Тантра приемлет все. Это единство всего, это Йога всего. Тантра является инструментом и техникой на пути духовного роста. Древняя Тантра является доктриной, учением или системой, где сексуальная энергия используется для духовного развития, и не за счет ее подавления, а за счет обретения над ней полного контроля».

(Тетерников Л.И. Тантра. Искусство любить.
Старклайт. 2000г., 2003г. 232 стр.)

«В Тантре не накопление знаний является целью, но опыт. Знание, однажды полученное, хранится где-то в глубинах вашей памяти и не может быть утрачено. Если вы возобновите свое образование, которое прекратилось в определенный момент, вы начнете с того, на чем вы остановились. Однако внутренний опыт следует совершенно другому порядку. Вы не можете просто начать с той точки, где ваша садхана была прервана, вы должны начинать сначала».

(Ачарья Садашивананданатха Каулавадхута. Таттва-Шуддхи
как регулярная медитационная практика. Сайт www.shantira.narod.ru.)

«Итоговые заключения самой древней в мире религиозной традиции, Санатана-Дхармы, говорят о том, что человечество идет по духовному пути столько, сколько существует само время, что это путешествие от рождения к рождению прогрессирует по мере развития души через Чарью в совершенство Крийи, а затем в безупречность Йоги, и находит свою полноту в Джняни. По этому пути идут все души. Какую бы религию они ни исповедывали, во что бы ни верили, что бы ни отрицали, все человечество идет по одному пути к Истине. Путь начинается с Двайта-Чарьи и заканчивается Адвайта-Джняной — Адвайтой, постулированной в Веданте и Шуддха-Сиддханте Шайва-Сиддханты».

(Садгуру Шивая Субрамуниясвами. Слияние с Шивой. Ника-Центр. 2008г. 338 стр.)

«Много тысяч лет назад, среди изумительных по своей красоте тропических долин, окружённых вечными снегами великих Гималаев и наполненных благоуханием цветов и пением птиц, на берегах чистейших горных рек, Парвати спрашивала своего возлюбленного Шиву: «О Шива! В чём заключается твоя подлинная сущность? Что есть эта наполненная чудесами Вселенная? Что составляет начало всего? Что есть центр колеса Вселенной? Что есть та бесформенная жизнь, которая пронизывает все формы? Как можем мы войти в неё полностью, вне пространства и времени, вне имен и описаний? Избавь меня от сомнений!». Шива отвечал на вопросы дочери царя Гималаев, и их диалоги легли впоследствии в основу текстов Тантры. Тантра не отвечает на вопрос «что есть истина?», она отвечает на вопрос «как можно постичь истину?» Являясь практической системой интенсивного духовного развития, Тантра ставит своей целью полную реализацию человеком его Божественной природы».

(А.Лапин. Тантрические взгляды на устройство Вселенной,
человека и природу любви. Сайт www.skoptsov.ru.)

«Поступок сам по себе значит не очень много, гораздо важнее, что стоит за ним. Спасти тонущего — благородно, а если за это потом требовать деньги?.. Убить человека — ужасное преступление, а если это жесточайший преступник перед Богом и людьми? Главное — мотив поступка, а мотив известен лишь тому, кто поступок совершил.
Путь Тантры учит не сдерживать естественных желаний. Подавление их нарушает внутреннюю гармонию, рождает внутреннее противоречие. Однако это не означает вседозволенности. Любое действие, можно оправдать для окружающих и даже для самого себя. Самооправдание обычно нужно человеку, чтобы восстановить психическое и эмоциональное равновесие. Но ведь естественный поступок и не нарушает такого равновесия; значит, потребность в самооправдании сама по себе — признак неестественности, неправильности поступка. Последователь Тантра-Йоги должен уметь четко различать действия естественные и неестественные. Такое умение дается только самопознанием.
Тантра учит, что неестественные склонности следует выявлять и искоренять, а здоровые удовлетворять по мере их осознания. Тогда не будет «пустого места» в сознании и подсознании, а просто на месте неестественного будет естественное. Самодисциплина (а именно она и является выражением самопознания) должна входить в жизнь осознанно и постепенно. Естественно регулярно питаться, но неестественно жевать что-то все время. Поэтому следует удовлетворять первое и искоренять второе. То же и в сексе: естественно удовлетворять свои физиологические потребности и человеческое желание любви, но неестественно жить только этими проблемами».

(Прокопенко Ю.П. Секс. Йога. Любовь. М. Здоровье для всех. 1992г. 48 стр.)

«Современное общество считает невроз и отклоняющиеся формы поведения нормальными, но наибольшая проблема — всеобщая отчужденность и холодность. Наша настоящая социальная и культурная структура создала всеобщую разделенность, как между людьми, так и между нациями. Западная (и сейчас даже Восточная) культура использует секс для манипуляции, сексапильные модели используются для продажи машин, мыла и других продуктов, что подавляет проявления истинной сексуальности. Используя секс, как контролирующую силу мы создали идеальную среду для невроза, сексуального отчуждения и насилия. Тантра говорит, что мы сможем наслаждаться жизнью, когда идея разделенности исчезнет из нашего тела и ума, позволяя людям встретиться на всех уровнях сознания.
Тантра — искусство одухотворения нашей сексуальности предлагает практический инструмент преобразовать страх и привязанность в любовь и универсальную силу. Ревность, зависимость, вина и другие негативные эмоции, которые истощают нашу жизненную энергию постепенно уходят. В то время как основные фундаментальные религии, включая Индуизм и Ислам сфокусированы на отказе от чувственных удовольствий, Тантра базируется на полном выражении телесного удовольствия, считая, что в теле тоже спрятано духовное. Тело — является формой энергии, и это может быть осознано когда мы высвобождаем нашу сексуальную энергию. Искусство Тантры не должно быть ошибочно понято, как материальный гедонизм. Возможно, это может быть названо — «духовный гедонизм» — ешь, пей и женись, но с полным осознанием. Оставайся осознанным в момент вступления в сексуальный контакт, прежде чем старые привычки придут и захватят тебя. Просто осознавай энергию».

(Свами Нострадамус Вирато. Тантрический секс.
Духовный путь экстаза. Сайт www.fund-intent.ru.)

«Закон нашего бытия должен согласоваться с мировым законом. Вот как поучает Кришна в «Бхагавад-Гите» (XII 2-7):
Те, душа коих устремилась на Меня, которые, всегда благозвучные, поклоняются Мне, одаренные полнотою веры, эти — по Мысли Моей — наиболее совершенны в единении (Йога);
Те, которые поклоняются Нерушимому, Неизреченному, Непроявленному, Вездесущему, Непостижимому, Неизменному, Незыблемому, Вечному;
Дух коих неизменно в равновесии, радующиеся благу всех, эти также приходят ко Мне;
Но более велика трудность для тех, мысль которых устремлена на Непроявленного; ибо трудно для воплощенного следовать по стезе Непроявленного;
Но воистину тех, которые отказываются от всего во имя Мое и, сосредоточенные на Мне, поклоняются созерцая Меня, всем сердцем стремясь к единению (Йога);
Тех, о, Арджуна, Я не замедлю спасти из океана смерти и существованию, ибо душа их устремлена на Меня.
Учитель говорит ясно. Единая цель и два пути к достижению ее: путь отвлеченной мысли, трудный и крутой, для меньшинства; путь любви к Богу, открытый для каждого человека с сердцем. Тантра предлагает Третий Путь. Жизнь любящего человека, влюбленного превращается в жизнь труда и блаженства: он трудится, не думая об усталости, он жертвует собой, никогда не затемняя света своей души мыслью о себе самом. Деятельность помогает его росту, бескорыстие очищает его сердце: так осуществляется двойное условие, которое, на первый взгляд, казалось несовместимым. В этом тайна развития человеческого Я путем конкретного чувства. В спокойном и умиротворенном духе раскрывается Истина, и такое совершенное спокойствие не может быть достигнуто иным путем».

(Источник неизвестен.)

«Вообще, в индийских системах (Тантре и Веданте) всегда наиболее важен сам практикующий субъект, чем безликая техника. Важнее КТО и, главное, КАК что-то делает, а не что именно. Любое действие, совершенное с искренними мотивациями Брахма-самарпаны (посвящения Брахману-Абсолюту), атма-ниведаны (посвящения Себя) и шуддха-санкальпой (чистым духовным намерением), является серьёзной духовной практикой, ведущей к Брахма-маханирване — Великому Освобождение в Брахмане. Даже один предложенный цветок или простая свечка, но с нужной чистой бхавой! Жизнеописания великих шиваитских святых и тантрических Сиддхов изобилуют примерами, когда разные личности достигли Шива-саюджьи или стали крипа-сиддхами через очень простые и «несерьёзные» практики. Почему? Да потому, что весьма серьёзно относились к тому, что для нынешних скептиков, мнящих себя «серьёзными практиками», выглядит «несерьёзным». И ещё потому, что делали это целиком РАДИ ШАКТИ и ШИВЫ.
Один великий святой сказал: «Не то важно, что важно, а важно то, что неважно». В Бхагавад-Гите Шри Кришна также говорит: «Что бы ты ни делал, через какие испытания ни проходил, — делай это всё КАК ПОДНОШЕНИЕ МНЕ». Истинно тантрическое (мистическое) понимание правильного и полного подношения (самарпаны) предполагает, как нечто само собой разумеющееся, и полную атмасамарпану (самопожертвование, самоотдачу): становясь Шивой, надлежит почитать Шиву. Так мы вливаемся в Него через Великое Действие Брахмана, о котором говорят Веды, Упанишады, Гита, Агамы и Тантры. Это Великое Действие ОДНОВРЕМЕННО является жертвоприношением, медитацией, молитвой, йогой, садханой, образом жизни и т.д. и т.п. ВСЁ, что совершается с такой мотивацией, УЖЕ СЕРЬЁЗНО, а самые «серьёзные практики» без подобной мотивации — совершенно недуховный самообман и лесть своему эго, мнящему себя что-то «практикующим».

(Шрипада Садашивачарья. О «серьезных» и «несерьезных»
практиках и практикующих в Тантре. Сайт www.shaktism.narod.ru.)

«Тантрическая наука так разнообразна, что содержит в себе пути для каждого человека. Даже тот, кто вообще не является «духовным», может найти в ней способ расширения своего сознания. Неудивительно поэтому, что тот, кто начинает свой духовный поиск, легко может обнаружить подходящий ему путь, если обратится к тантрической литературе. <…>.
Тантра открывает внутренний источник мира, мудрости и радости, о существовании которого многие только смутно догадываются. Быть может, самым важным из того, чему учит Тантра, является всего лишь следующее: внутри каждого из нас скрываются не только решения всех наших проблем, но и потенциальная возможность прожить жизнь на уровне, гораздо более высоком, чем мы в настоящий момент можем себе представить. Люди обладают безграничными потенциальными возможностями, ждущими только того, чтобы им позволили проявиться». <…>.
Тантра с самого начала подчеркивала важность осознания каждого совершаемого действия. Тантра твердо придерживается точки зрения, что сознание человека, которое всегда развивается и расширяется, подвержено влиянию внешнего окружения, образа жизни, общественных и этических норм, характера питания и всей мирской повседневной деятельности. Одновременно внешняя жизнь также находится под влиянием внутренних переживаний, которые происходят в результате расширения сознания. Поэтому Тантра разработала как ритуалистическую, высоко организованную и упорядоченную экзотерическую науку, так и абстрактную и глубоко эзотерическую науку.
Тантра отличается от других философий, так как то, что они называют грехом, она называет опытом, необходимым для развития. Тантра советует использовать силы страсти, ненависти, стыда и т.п., соединяя их с противоположностями. Только в этом случае вы сумеете познать единство. Упуская эти силы, отделяя их от противоположностей, вы только увеличиваете разрыв, и единство становится невозможным. Но по мере того, как вы идете глубже и глубже, вы обнаруживаете скрытую в этих областях потенциальную силу созидания и разрушения. Страсть, страх, ненависть, любовь, гнев и т.д. представляют собой энергетические силы, эти энергетические силы могут привести ко многим высшим состояниям. Человек в состоянии управлять этой мощной внутренней силой и превращать ее в тонкую и возвышенную силу».

(Свами Сатьянанда Сарасвати. Тантрические практики
преображения (Таттва-Шуддхи Садхана). / Пер. с англ.
Сурендры Мохана). Харьков. Алока. 2001г. 168 стр.)

«Ещё одна ловушка, в которую любят попадать ищущие всех времён и народов, – это идея о недеянии. После лихорадочных и безуспешных (и по своей сути эгоистических) попыток изменить мир (а на самом деле подогнать его под себя), человек часто вместо того, чтобы принять мир как есть, прячется от него, не желая иметь с ним ничего общего. Приходит убеждённость, что любое действие всё равно приведёт к печальным результатам, так что уж лучше вообще ничего не делать. И посвятить себя служению какому-то далёкому и неведомому Богу где-нибудь в уединении, и проливать там свои горькие слёзы о несбыточном…
Эндрю Коэн, современный нам будда, утверждает, что сразу же после достижения окончательного освобождения у нас не будет даже времени присесть на диван! ТО Великое, которое утверждается в человеке в момент просветления, полно совершенных планов, которые ОНО желает воплотить немедленно. И всё, что направляется ИМ, будет успешно и надёжно…
Участие в такой деятельности есть великая удача и огромное счастье. Потому что вся природа направляет свою благодарность в виде нескончаемых потоков Праны тому существу, которое реализует божественные замыслы. От редких проблесков блаженства во время молитв и медитаций мы переходим к постоянному пребыванию в таком блаженстве, которое при первом столкновении с ним трудно выдержать! И оно становится всё больше и больше, и нет за ним похмелья или разочарования, и оно раскрывает всё новые и новые горизонты…
Божественность спустится из ментального на чувственный план, и начнёт растворение страстей и привязанностей к физическим наслаждениям. Человек научится получать наслаждение, слушая классическую музыку или духовные песнопения, или созерцая предметы истинного искусства. Работа желёз внутренней секреции при этом полностью изменяется, и на гормональном уровне человек становится другим существом. Наконец, божественное спускается на физический план человека. Особые гормоны, производимые работающим по-новому мозгом, перестраивают тело на клеточном уровне. Оно становится мощным, здоровым, функционально совершенным. Оно уже может выдерживать столь высокие нервные токи, что способно демонстрировать разного рода сиддхи (чудеса), или без фатальных последствий переносить накал гениального творчества своего хозяина. И лишь когда максимальный накал Кундалини становится постоянным, человек и Бог становятся едиными и на физическом плане! Уже реально, не только потенциально.
Сами по себе духовные переживания мало что значат, если не удаётся перестроить всю свою жизнь и привести её в соответствие с этими переживаниями. Некоторые пытаются ускорить процесс и вместо трансформации чувственности начинают её удушать. Повторим ещё раз очень важную мысль: чувственность есть топливо, на котором летит ракета просветления! Тот, кто утратил способность испытывать нежность, восторг и опасается блаженства, не имеют никаких шансов».

(Брамари Ананда, Према Шакти Ананда, Бала Янтра.
Манифест эволюции. Метанаука для йогов, учёных и программистов.
М. Лаборатория «Сарасвати». 2003г. 366 стр.)

«Говоря о Тантре как о самобытной и самодостаточной для цели реализации системе, необходимо выделить те характерные черты, которые отличают ее от любой другой религиозной системы. Прежде всего, надо сказать о том, что Тантра — это наука преобразования, но не подавления или отрицания. Общий дух Тантры носит явно позитивный характер, основывающийся на положительном опыте медитации и духовных упражнений, а не на осознании «греховности всего сущего», своей собственной «греховности» или «ничтожности» и т.п. Как говорил Шри Рамакришна: «Человек, который повторяет день и ночь: «Я грешник, я грешник» — становится на самом деле грешником». «Если вас укусит змея, и вы скажете с твердостью: «Во мне нет яда» вы будете исцелены. Точно также тот, кто утверждает с сильным убеждением «я не связан, я свободен», — становится свободным».
Далее, Тантра — это практический путь реализации, отличающийся глубокими эзотерическими знаниями о теле человека, о природе, космосе и всевозможных силах, действующих в них. Поэтому, именно в Тантре наиболее тщательно и полно разработаны и эффективно применяются такие аспекты духовной практики как Кундалини-Йога, биджа-мантры, йантры (символические диаграммы), мудры, ньяса, антарьяга (внутреннее поклонение или созерцание и т.д.
Тантра отличается от внешних видов поклонения или морально-религиозных кодексов, поведения, распространенных среди широких слоев людей, своим углубленным мистицизмом. Во всех истинно тантрических упражнениях, обрядах или ритуалах, акцент падает именно на медитацию, на постижение внутреннего единства, но не на внешние ритуальные действия. Тантрическая медитация предполагает отождествление себя с объектом медитации (т.е. с Абсолютом в той или иной личной форме, или вне всяких форм). Согласно Тантрам, человек, не осознавший себя как Божественное, не может истинно поклоняться Божеству. Такое утверждение может показаться «странным» только на первый взгляд, но, поняв его в истинном смысле — приобретают ключ к тайной двери самопознания.
Характерной чертой тантрийских практик является использование сексуальной (и других) энергий для их преобразования в энергию духовную. Еще одна особенность Тантры в том, что она использует абсолютно все доступные средства и качества человека для его духовного прогресса. В Тантре нет ни одной стороны жизни, которая не была бы использована в процессе преобразования и духовной практики. Все, что есть в человеке, можно обратить на пользу. Работать надо со всеми качествами человека и всеми сторонами его жизни. Тантра рассматривает все качества человека как проявления его внутренней энергии. Отрицательное качество — это проявление загрязненной энергии. То, что воспринимается Западом как загрязнение энергии, на самом деле является нарушением ее правильного течения. Это могут быть завихрения потоков или заторы. Сама энергия чиста и безупречна — это изначальная Божественная Шакти. Через осознание энергии — освобожденная энергия начинает двигаться свободно и естественно.
Мудрецы и Святые с начала творения и по сей день выражают мысль о том, что Высшее Блаженство может и должно быть достигнуто собственным Я. Через Самореализацию, Самоосознание или Собственное Переживание Целого».

(Свами Шивананда. Тантра-Йога, Нада-Йога,
Крия-Йога. Сборник. Уфа. 2001г. 206 стр.)

* * *