Статья 2.7. Тантра как Древняя Философия. (ч.3).

«Существует множество определений философии и истолкований того, что она собой представляет и в чем состоит ее ценность. Иногда от философии ожидают глубочайших откровений и считают ее областью занятий необыкновенных людей. Иногда философствование объявляют бесполезными раздумьями о чем-то туманном и далеком от жизни…» (см. Губин В.Д., Сидорина Т.Ю., Филатов В.П. Философия. Учебник. 2-е изд., пер. и доп. М. ТОН-Остожье. 2001г. Сайт www.bibliotekar.ru.).
«Вполне очевидно, что всеобщие истины философии по своему гносеологическому статусу выше истин естествознания. Философия первична по отношению к естествознанию как в плане генезиса («Философия — мать всех наук»), так и в плане функционирования, ибо культурно-мировоззренческая значимость философских идей намного фундаментальнее по сравнению с любыми, даже самыми общими естественнонаучными теориями. <…>. Тотальная безнравственность современного человечества страшнее войны. Философия же, в частности древняя, будучи ядром самосознания культуры, формирует нравственную позицию человека; важнейшая её миссия — этическая. <…>. Древняя Эзотерическая Философия, коя есть «любовь к Истине», была для даосов, пифагорейцев, неоплатоников, киников, францисканцев, гностиков больше, чем игрой чистых понятий или абстрактных теорий, принятых научным сообществом. Она была для них самой жизнью, преображающей человека духовно и даже телесно. Так было, по крайней мере, до Нового времени, когда философия постепенно стала превращаться из искусства Духа в служанку науки. Без координирующей системы Высшего Знания и философии и науке дальше продвигаться нельзя, достигнув своего самозамкнутого предела, они стали отрицаниями самих себя» (см. Шлемова Н.А. Архетипические матрицы души в Эзотерической Философии и современной науке. // «Вестник Теософии» № 1. 1992г. М. 1992г. С.60-78. Сайты www.proza.ru, www.urusvati.jimdo.com.).

* * *

2. ЧТО ТАКОЕ ФИЛОСОФИЯ?

(продолжение)

2.3. СТАТЬИ И ПУБЛИКАЦИИ.

«… Возникает вопрос: является ли методология наукой? Не всегда наукой, но и наукой тоже. Так и философия — не всегда наука, но и наука тоже, причем она должна быть и наукой, и ненаукой. <…>.
Рассуждения приводят к следующему результату:
1. Философия как модус культуры. Место человека в мире и среди других людей — вот объект рассмотрения философии;
2. Философия как мировоззрение. Выявление теоретических основ всякого мировоззрения — вот призвание философии;
3. Философия как форма общественного сознания. Поляризация систем общих идей, базирующихся на противоположных общемировоззренческих принципах, — вот судьба философии после появления основного вопроса философии вплоть до его исчезновения в грядущем;
4. Философия как наука. (а) Аккумулируя решение научным познанием многих вопросов в относительно немногих категориях, определяет и поступательность и непрерывность научного познания; (б) непрерывно возвращается к старой проблеме соотношения истины и
заблуждения; (в) обобщая достижения конкретных отраслей знания, конструирует самую общую методологию общего теоретического и специального социального познания; (г) разрабатывает специальную науку о познании (теорию познания) как таковую.
Таким образом, философия как явление вообще — полифункциональна. Она к тому же является, очевидно, и суммой различных «типов философствования» (но, очевидно, не всех…). Можно считать это все одним из вариантов попытки обратить обозначение (обозначения) философии в ее определение. Да и в нашем варианте следует считать это определение философии — предварительным».

(Л.А.Ляховский. (Государственная финансовая академия). Выбор
определения философии историком культуры. Сайт www.iHaveBook.org.)

«Лекция №1. Философия, ее предмет и роль в обществе. Знание этой темы дает возможность студенту понять, что философия — это действительно наука, а ее изучение — не лишняя трата времени или довесок к специальным дисциплинам, а условие понимания жизни и самих специальных дисциплин.
Итак, что же такое философия? Этот термин пришел к нам из Древней Греции и состоит из двух слов — фило — любовь и софос — мудрость. Любовь к мудрости. Философия — это одна из форм общественного сознания; учение об общих принципах бытия и познания этого бытия; наука о ценностях; наука о наиболее общих законах, возникновения природы, общества и мышления; учение, делающее попытки объяснить «вечные» загадки человеческого духа и культурно-исторические факторы развития. Только философия формирует цельную систему взглядов на мир и место человека в мире; философия исследует проблемы социально-политического, культурно-нравственного и эстетического отношения человека к миру. Содержанием, внутренним стержнем философии является духовно-нравственная мудрость. <…>.
Двуличие, неразумность и аморализм политики, а также некорректные философские ориентиры всегда вели к катастрофам, чему немало свидетельств, как в истории, так и в современности.
О важности философского знания свидетельствует и тот факт, что современные ученые в области техники, естествознания, обществознания в полном смысле слова тянутся к философии, находя в ней ответы на самые актуальные вопросы. И если еще сохранилось пренебрежительное отношение к философии у небольшой части ученых – техников, то это объясняется не только плохим знанием философии, но и поверхностным знанием и своей собственной науки. Философия необходима особенно во времена кризисного состояния общества либо его революционного переустройства. <…>.
Кому и зачем нужно знание философии? Во-первых, поскольку во всяком акте мышления в той либо иной мере используется подвижная система философских категорий, постольку уровень философского знания во многом определяет оптимальность принимаемых решений каждого человека, но особенно человека, стоящего во главе общества, течения, направления. И это имеет большое практическое значение.
Во-вторых, только на основе философии формируется целостное представление научной картины мира, знания вообще, правильного образа мира. Философия способствует формированию абсолютно необходимого обществу культурно-нравственного климата, духовного мира человека. (Отнюдь не случайно XX Всемирный Философский конгресс 1998г. был посвящен теме «Философия в воспитании человечества»). Она — своеобразная социально-духовная терапия.
В-третьих, являясь своеобразной базой развития всех наук, философия создает условия для их оптимального развития, преодоления у них тупикового и кризисного состояния.
В-четвертых, только философия содержательно и конструктивно обогащает теорию познания, формулируя общую методологию и закономерности духовного освоения действительности.
В-пятых, в процессе последовательного и систематического усвоения философии логическое мышление становится все более верным и правильным, адекватно отражающим действительность. А диалектическое понимание мира превращается в стимулирующее критическое и творческое отношение к этому миру».

(Философия. Сайт www.any-book.org.)

«Существуют различные точки зрения о сущности философии, об ее предмете. Согласно одной из точек зрения назначением философии признан анализ методологических предпосылок научного познания. Хотя эта точка зрения и содержит «рациональное зерно», она не в состоянии учесть то очень важное обстоятельство, что одна из почетных и существенных задач философии заключалась и заключается в выработке руководящих жизнью людей общих принципов. Эту функцию философия выполняет тем, что устанавливает принципы, регулирующие поступки, поведения людей, чем определяется ценностная ориентация индивидов, личностей в обществе. Это означает, что философия связана с жизнью, и преобразование действительности нужно считать ее первейшей задачей.
Но, к сожалению, сила инерции и здесь, как и во многих других случаях, играет отрицательную роль: философское исследование у нас часто не выходит за рамки традиционной философской проблематики. Это проявляется в том, что нередко противопоставляют друг другу «чистую» и «нечистую» философию, философские проблемы человека и общественной жизни считают незначительными, периферическими вопросами, историю философской мысли сводят к истории традиционной онтологии и гносеологии и др. Такая тенденция мешает тому, чтобы философское исследование более решительно повернулось к жизни, к новым социальным проблемам.
Для установления влияния философии на человеческие отношения, человеческую жизнь вообще, ее роли, в частности, в развитии культуры, необходимо выяснить сущность философии.
Известно, что действительность, с одной стороны, изучают частные науки. Эти науки познают отдельные стороны, моменты действительности. Частные, естественные науки в основном имеют дело с внешним миром, объективной реальностью. Известно также и то, что наше знание не исчерпывается частно-научным познанием. Существует также специфическая область знания — в виде философского познания; философское знание — это знание наиболее общих закономерностей действительности. Предмет философского рассмотрения составляет действительность как целое. В этом заключается одна из отличающих ее от частных наук особенностей. Действительность же, как целое, с необходимостью заключает в себе и человека, познающего субъекта, поэтому, в отличие от частных наук, философия имеет дело не только с внешним миром, но и с тем, кто ставит вопрос о сущности этого мира. Человек как субъект должен быть введен внутрь, в состав сущего, в состав бытия, и соответственно определен круг философских категорий… с появлением человеческого бытия коренным образом преобразуется весь онтологический план, происходит видоизменение всех категорий, всех определений бытия. Значит, стоит вопрос не только о человеке во взаимоотношении с миром, но и о мире в соотношении с человеком как объективном соотношении.
Действительность состоит из различных сфер. Вернее действительность представляет собой конкретное единство качественно различных сфер. В процессе анализа этих качественно различных сфер действительности философия с необходимостью приходит к вопросу о самом субъекте и об отношении к миру последнего. А действительность, реальность, с которым имеет дело человек, есть не только мир природы, но мир культуры, сам мир человеческих творений, который «беседует» с нами о своем создателе своим специфическим языком. Поэтому анализ культуры, культуры, в которой опредмечены, реализованы человеческие сущностные силы, естественно, требует анализа и творца культуры, человека.
Мы привыкли к рассуждению о практическом значении, назначении осуществленных естественными науками технических открытий и изобретений, а о практическом назначении философии говорим очень мало. Но если практическое значение философии будет понято как влияние на судьбу общества, вообще человечества, то тогда затруднительно поставить какую-либо техническую науку выше философии. Чем объясняется все это? Известно, что одна из функций науки заключается, в конечном счете, в господстве над природой, над внешним миром вообще. Но для людей «здоровье» социального организма, общества всегда было и останется задачей не менее важного порядка, чем регулирование отношений с внешним миром. Поэтому философия, которая вносит определенный вклад в осуществление задач первого порядка, всегда имеет большую практическую важность, чем техническая наука.
Как известно, на основе данных частных наук философия создает адекватную картину внешнего мира, но это картина не будет законченной без выяснения места, роли и назначения человека в мире. Поэтому вполне естественным является то обстоятельство, что при установлении специфики философского знания, предмета философии, обращаются к человеку, пытаются включить его в предмет философии. Включение человека в предмет философии поможет нам выяснить вопрос о том, как философия оказывает влияние на человеческие отношения, человеческую жизнь вообще.
Философия, без сомнения, должна устанавливать наиболее общие закономерности бытия, но философский онтологический анализ не ограничивается лишь выявлением наиболее общих определенностей бытия. Философия должна дать анализ реальности, действительности, исследовать различные сферы ее, выяснить отношения, существующие между этими сферами, найти место субъекта в мировой системе, определить взаимодействие субъекта и объекта в плане бытия. В отличие от частно-научного исследования, целью философии является исследование отношения субъекта-объекта во всех видах.
Следовательно, философия, в отличие от частных наук, имеет предметом исследования отношение субъекта и объекта, человека и мира и, естественно, философия имеет целью не исследование закономерностей внешнего мира, а, опираясь на данные частных наук о закономерностях развития мира, она исследует место, назначение и роль человека в этом мире.
В связи с этим особенно примечательна точка зрения М.Шелера, которую он обстоятельно излагает в книге «Место человека в космосе», где сказано, что главнейшим вопросом философии является выяснение сущности человека, ответ на вопрос: что такое человек и все центральные проблемы философии более или менее (так или иначе) сосредоточены вокруг этого вопроса.
Возникшее в западном мире положение относительно личности и кризиса духовной культуры среди западных философских течений наиболее болезненно отразилось в экзистенциализме. Популярность, которой пользовался и пользуется экзистенциализм, вызвана именно тем обстоятельством, что в экзистенциализме необычайно остро поставлена проблема человека. М. Хайдеггер следующим образом ставит этот вопрос: Ни одна эпоха не имела так много разнообразных знаний о человеке, как нынешняя. Ни одна эпоха не могла так очаровательно и убедительно выразить это знание, как наша. Ни одна эпоха не могла так легко и быстро принять это знание, как нынешняя. Но ни одна эпоха не знала так мало о том, что такое человек, как наша. Ни в одну эпоху человек не был до такой степени поставлен под вопрос, превращен в проблему, как в нашу эпоху, — говорит он.
Следовательно, предмет философии содержит в себе вопрос о месте, роли человека в окружающем мире и в решении этого вопроса всегда отражается то взаимоотношение человека и мира, которое имеет место в данную эпоху. В то же время в различные эпохи отношение человека к окружающему миру и его место и роль в мире понимались различно. Поэтому, естественно, философские точки зрения соответственно по-разному отражали обстоятельства. Сообразно эпохам, одно философское учение заменялось другим, последнее — философской теорией последующей эпохи и т.д. Это обстоятельство, вызвано изменением характеров эпох, а не несовершенством и неточностью философского знания. Философия направлена как на внешние объекты, так и на познающий эти объекты субъект. К тому же так, что для философии внешние объекты и человек, как объект познания, не являются объектами одного порядка. Если бы это было так, то тогда философия была бы наукой того же типа, что и любая частная, «точная» наука. Поэтому, ввиду специфичности философского знания, понятия точности и достоверности для философии должны иметь другой смысл, чем для естественных наук.
Философия является мировоззрением. Это, означает то, что философия отражает место человека в мире в ту или иную эпоху. Задачей философии является анализ эпохи: анализ эпохи подразумевает ответы на те проблемы, которые возникают перед людьми на том или ином уровне развития. Научность философии как мировоззрения, в отличие от частных наук, заключается именно в том, насколько правильно поняты основные требования эпохи, те злободневные проблемы, которые имеют особое значение для людей. Устанавливая место человека в мире, в истории, философия в то же время дает ориентиры устремленности человека. Философия никогда не остается равнодушной к тому или иному способу жизни, она предлагает людям точки зрения относительно анализа сложившейся ситуации и дальнейших перспектив. Именно этим и определено то обстоятельство, что почти каждая философская система содержит этическую теорию, в виде необходимого следствия ее же онтологических и гносеологических предпосылок.
Все, что было сказано выше относительно предмета философии, специфики философского познания вообще, дает основание для определенных выводов о своеобразии философского познания и, соответственно, об отношении культуры и философии.
Анализ особенностей философского познания убеждает нас в том, что не должен быть правильным тот взгляд, согласно которому философия ставит и решает такие вопросы, которые никак не связаны с жизнью, практикой; поэтому философское решение или нерешенность того или иного вопроса как будто никакого влияния не оказывает на жизнь людей и постольку не играет никакой роли в том, как сложится судьба людей. Наоборот, философия как мировоззрение ставит и по возможности решает вопрос, который касается жизни человека в ее глубочайшем и важнейшем пласте — это вопрос относительно основного руководящего принципа жизни. Почему основные руководящие принципы жизни должны быть предметом философского анализа? Философия из-за специфики исследуемого объекта в отличие от частных наук имеет дело с целями, интересами общества, людей, с иерархией ценностей. Она должна ответить на различные вопросы об «экзистенции». Основной руководящий принцип жизни, который одно время казался очевидным и несомненным, в процессе переоценки ценностей оказывается неоправданным и ложным. А это означает, что он постоянно должен подлежать критике, сомнению. Основной руководящий принцип, превращенный в новые ориентации системой ценностей, очевидно, будет поставлен под сомнение самой жизнью, но критика, анализ отмеченного обстоятельства является именно делом философии.
Главная цель такой критики заключается в том, чтобы люди выяснили взаимоотношения между своими индивидуальными, повседневными целями, интересами и теми высшими идеями, которые признаны обществом на том или ином этапе развития. Каковы обязанности философии в этом отношении? Философия как мировоззрение, как критика-анализ эпохи, должна обеспечить то, чтобы люди не «потерялись» в созданных ими общих идеях и иерархии ценностей, чтобы было устранено формирование таких догм и суеверий, в которых может «потеряться» сам человек, личность».

(Каландия И.Д. Философия как самосознание культуры. Философия и человек.
// Отчуждение человека в перспективе глобализации мира. Сборник статей.
Выпуск I. / Под ред. Б.В.Маркова. СПб. Петрополис. 2001г. С. 32-47.)

 

2.4. ИНТЕРНЕТ-ФОРУМЫ И САЙТЫ.

. . .

2.5. ЗАРУБЕЖНЫЕ ИСТОЧНИКИ.

«Философия есть только попытка истолкования расширяющегося опыта человечества».

(Радхакришнан С. Индийская философия. тт. 1-2. М. 1956-1957; 1993г.)

«Подобно всем другим живым существам, человек борется за существование. Но если низшие существа борются более или менее слепо, безо всякого осознанного плана и цели, действуя инстинктивно, то человек для понимания условий и смысла борьбы, а также для составления плана и нахождения инструментов, способных обеспечить успех, использует высший дар своего интеллекта. Человек хочет вести свою жизнь в свете познания самого себя и мира, вникая не просто в рассмотрение непосредственных результатов своих деяний, но даже далеко идущих последствий. Таким образом, желание познавать вытекает из разумной природы человека. Философия является попыткой удовлетворить это самое желание осмысливать. Поэтому философия — не просто удовольствие, но необходимость.
«Человек живет в соответствии со своей философией жизни, своим пониманием мира, — пишет знаменитый английский писатель. — Это верно даже в отношении большинства беззаботных людей. Без метафизики жить невозможно. Нам дано выбирать не между некой метафизикой и отказом от метафизики, а всегда — между хорошей или дурной метафизикой» (Aldous Huxley, Ends and Means).
Философия в самом широком этимологическом смысле означает «любовь к знанию». Она стремится познать вещи, которые прямо или косвенно затрагивают человека. Какова действительная природа человека. В чем смысл его жизни? Какова природа мира, в котором он живет? Существует ли творец этого мира? Как должен жить человек в свете познания самого себя, мира и бога? Вот некоторые проблемы, взятые наугад из ряда проблем, волнующих человеческий ум во всех частях света с самого начала цивилизации. Философия имеет дело с проблемами этого рода».

(Чаттерджи С., Датта Д. Древняя Индийская философия. 1954г.)

«48. Философия. Моя цель — представить философию как неотъемлемую часть общественной и политической жизни; не оторванные от жизни спекуляции замечательных людей, но следствие и причину характера того общества, где процветает та или иная философская система. Философия в том смысле, как я понимаю это слово, является чем-то средним между Теологией и Наукой. Подобно Теологии, она требует размышлений о предметах, в отношении которых определенное знание было до сих пор недостижимым; но, подобно Науке, она взывает скорее к человеческому рассудку, чем к авторитету, будь то авторитет Традиции или Откровения. Я сказал бы, что все определенное знание относится к Науке; все догмы о том, что выходит за пределы точного знания, относятся к Теологии. Но между Теологией и Наукой есть нейтральная территория, открытая для атак с обеих сторон. Эта нейтральная территория и есть философия. Философия, в отличие от Науки, исходит из некоторой самонадеянности, связанной с представлением о том, что наши цели имеют существенное отношение к цели Универсума и что, в конечном счете, ход событий должен быть таким, как мы желаем. Наука отвергла эту форму оптимизма, но склоняется к другой его форме, утверждая, что мы можем силой нашего интеллекта сделать мир соответствующим значительной части наших желаний. Это — практический оптимизм, в противоположность метафизическому. Я надеюсь, что будущим поколениям он не покажется столь же глупым, как оптимизм доктора Панглоса [Вольтер, «Кандид» — «все к лучшему в этом самом лучшем из всех возможных миров»]. Философия должна быть всеобъемлющей; она должна выдвигать такие гипотезы об Универсуме, которые Наука еще не в состоянии подтвердить или опровергнуть. Но их всегда следует представлять как гипотезы, а не как непреложные истины наподобие религиозных догм. (К сожалению, так делают слишком часто) Более того, хотя создание всеобъемлющих систем — это часть философской работы, я не думаю, что это самая важная ее часть. По моему мнению, наиболее важная часть этой работы состоит в критике и прояснении понятий, которые считаются фундаментальными и принимаются некритически. Ценность философии на самом деле во многом связана с самой ее неточностью. Человек, лишенный вкуса к философии, живет в плену предубеждений, подсказанных здравым смыслом, представлениями своего века или своей нации, взглядами, не проверенными зрелым рассудком. Такому человеку мир кажется определенным, конечным и ясным; обычные предметы не вызывают никаких вопросов, и неизвестные возможности с презрением отвергаются. Как только мы начинаем философствовать, наоборот, даже самые обычные вещи приводят к вопросам, на которые можно дать лишь очень неполный ответ».

(Бертран Рассел. Философский словарь разума, материи, морали. Сайт www.xliby.ru.)

«Предисловие редактора американского издания. «Математика, Философия и Йога» — самый памятный из многочисленных курсов лекций, прочитанных Франклином Меррелл-Вольфом за многие годы. Эти лекции выделяются не только своей исключительной содержательностью, но и глубиной воздействия на слушателей. На первый взгляд может показаться, что три указанные в названии темы настолько различны, что их невозможно совместить в рамках одного курса лекций. Однако Йога («единение» с высшей Действительностью) является существенно практической дисциплиной, цель которой — привести к Просветлению; сходным образом, Вольф считает философию — в ее изначальном смысле «любви к мудрости» — Путем Осознания (1*) (Пробуждения к Трансцендентному (2*) Сознанию). Кроме того, следуя духу Пифагора, он прибегает в собственном поиске к созерцанию и к математическим понятиям, пользуясь ими не только для такого преображения сознания, но и для доступного пониманию описания подобных состояний. Все это дает Вольфу основания считать себя первопроходцем «математической Йоги» — дисциплины естественной и уместной в западной культуре. В его изложении, таким образом, объединились три предмета, каждый из которых отражает свои аспекты единой проблемы — духовного поиска (из предисловия редактора к изданию).
(1*. Realization. В эзотерической литературе это слово обычно не переводится, то есть записывается как «Реализация», но такая прямолинейная передача представляется не очень удачной, так как остается лишь условным обозначением — специальным термином, не несущим в самом себе отчетливой смысловой нагрузки. Более того, материалистический оттенок этого слова может принудить читателя воспринимать его содержание искаженно — например, как нечто такое, что проявляется объективно и независимо от человеческого сознания.
В английском языке глагол realize имеет два основных значения (помимо третьего, торгового, которое в данном случае нас не интересует): «постигать, осознавать» и «осуществлять, воплощать в жизнь». Это означает, что термин realize можно истолковать как сугубо субъективный для говорящего переход некоего идеального понятия в действительное, реальное состояние независимо от того, какая именно действительность имеется в виду: внутренняя реальность человеческого мышления или внешний, воспринимаемый им мир. Например, если человек убедился в правомерности, реальности некоторой идеи, она оказывается realized, то есть понятой, постигнутой, осознанной, воплощенной в субъективном мире; если же некое понятие находит свое практическое отражение в окружающем мире (в действиях человека или материальных явлениях), оно также становится realized, но при этом говорят о его осуществлении на практике, воплощении в объективном мире.
Такое понимание согласуется с концепцией самого автора, который говорит о чувственном восприятии (познании мира на опыте) и умозрительном постижении (познании мира путем мысленного рассмотрения) как двух обычных формах познания.
Трудность заключается в том, что в русском языке эти понятия — «осознание» и «осуществление» — относятся к двум почти не пересекающимся мирам, внутреннему и внешнему, и потому оказываются слишком далекими друг от друга. Во имя единообразия и отсутствия путаницы переводчику пришлось выбирать только одно из них. Сочетания термина Realization с другими понятиями заставили отдать предпочтение слову «Осознание» (например, Realization of Identity: «Осознание Тождественности»). В тексте книги это понятие всегда записывается с большой буквы. Остается добавить, что переводчик русского издания вовсе не пытается толковать глубинное значение этого ключевого понятия в философии Меррелл-Вольфа, так как эта задача и является основной целью автора — он предупреждает об этом слушателей в самом начале данного курса лекций (прим. перев.).
2*. Трансцендентное и трансцендентальное. Несмотря на внеш¬нее сходство, эти понятия не являются синонимами. Оба происходят от латинского глагола transcendere, «превосходить, выходить за пределы». Термин «трансцендентное» используется в философии и богословии для указания на нечто, совершенно не доступное человеческому пониманию и пребывающее вне опытного восприятия. Иммануил Кант применил понятие «трансцендентальное» для обозначения того, что присуще человеческому рассудку изначально, что не постигается на опыте, но, напротив, предшествует ему, служит опорой опытному восприятию; по Канту, трансцендентальными формами являются пространство, время, причинность, необходимость и другие категории (прим. перев.).
Лекция 3. Когда философия воспринята должным образом, тогда мы приобретаем правильное мышление, правильную речь и правильное поведение, что является правильным образом жизни. Это культура. Основной, важнейший предмет философии — поиск значения [meaning] и ценности [value]. В противном случае все окажется пустым, лишенным значения и ценности. В таком, самом широком смысле философия является началом всех наук. Насколько я помню, Уильям Джеймс однажды очень справедливо заметил, что всякий раз, когда философ начинает получать ясные ответы на какие-либо поставленные природе вопросы, рождается новая наука, еще одна ветвь дерева мысли. С течением времени многие такие ответвления превращаются в независимые дисциплины, отдаляются от первоначальной философии и становятся в определенной мере самостоятельными. Иногда эти отпрыски оказываются довольно высокомерными и начинают чувствовать себя самодостаточными. Однако если они мудры, то по-прежнему обращаются к философии, чтобы та рассказала им, чем они занимаются. Таким образом, философия неизменно располагает кругом вопросов, на которые еще не найдены ясные ответы; эти вопросы связаны с определенными (и не очень многочисленными) областями: логикой, эпистемологией, метафизикой, этикой и эстетикой. Так выглядит философия с технической, узкоспециализированной точки зрения.
Особую важность для нас имеет одна из этих дисциплин — та, которая носит ужасное название «эпистемология». Мне кажется, что чрезвычайно важно понять, как и почему она родилась, так что сейчас я проведу краткий экскурс в историю философии. На протяжении большей части процесса развития западной мысли — эпохи от Фалеса до Декарта — не существовало четкого разделения между идеей вещи и самой вещью. Как выразился Юнг, тогда еще не была построена изгородь психологии. Летопись современной философии, начиная с Декарта, становится довольно запутанной. Декарт основал школу, получившую название «рационализм»; одной из основополагающих в этой школе была доктрина врожденных идей. По своим методам это направление оказалось очень сходным с математикой, которая была неотъемлемой частью мышления самого Декарта. Вторым видным представителем этой школы стал религиозный мыслитель Спиноза — он, хотя и не был математиком, пытался представить свои рассуждения об этике в геометрической форме, то есть являлся преимущественно и по существу философом. Вслед за ним появился другой великий математик, Лейбниц, один из изобретателей (одновременно с Ньютоном, но достаточно независимо от него) бесконечно малых величин и интегрального исчисления. Он развил множество концепций, например, идею «монад», согласно которой мы существуем в «лишенной окон» оболочке, однако действуем под влиянием заранее установленной гармонии. Эта концепция скорее связана с понятием параллелизма (принципа, который Юнг считал фундаментальным для глубинной психологии), чем с идеей причинно-следственных связей. Наконец, рационализм принял свою окончательную, четкую форму благодаря Христиану Вольфу.
Противоположным направлением, или крылом, современной философии стал эмпиризм. Кое-что предложил Галилей, его мысли подтвердил Ньютон, и в результате возникло представление о том, что материи (мы вновь возвращаемся к примитивному взгляду на материю) присущи некие свойства, которые относятся к безличному, всеобщему, объективному миру. Такими свойствами стали математические характеристики. С другой стороны, не будь наблюдателя, материя лишилась бы таких качеств, как цвет, запах, звучание, — всего того, что способно воздействовать на наши органы чувств. В определенном смысле, эти свойства являются результатом неких возбуждающих воздействий, благодаря которым материальные объекты вызывают отклик у обладающего сознанием существа, а оно, в свою очередь, может распознавать «очевидные» для органов чувств свойства.
Затем на сцену выходит Джон Локк. Попытавшись принять участие в нескольких философских дискуссиях, после которых ему стало ясно, что никто из оппонентов не понимает того, что говорит (философы пользовались понятиями, не имея четкого представления об их содержании; каждый приписывал терминам различный смысл, и потому диспуты не были конструктивными), Локк решил погрузиться в вопрос о том, что же нам известно на самом деле. Он пришел к выводу, что при рождении разум человека представляет собой «чистую доску» и познает лишь те впечатления, какие предлагают ему органы чувств.
Следующим выступает епископ Беркли, который заметил, что нет никакой необходимости пользоваться концепцией материальной субстанции. Поскольку любые ощущения являются впечатлениями органов чувств, то зачем вообще вводить понятие субстанции? Вместо этого он предположил, что любые переживания внешнего мира представляют собой лишь впечатления, которые Господь предлагает непосредственно разуму человека. Впрочем, Беркли сохранил концепцию умственной субстанции. Думаю, будучи епископом, он просто не мог позволить себе отказаться от идеи существования человеческой души.
За ним последовал шотландец Дэвид Юм, которого подобные условности не сдерживали. Обдумав этот вопрос еще глубже, он обнаружил, что понятие умственной субстанции также излишне. Таким образом, не осталось ничего, кроме игры идей, чувственных переживаний и их сочетаний. Вот все, что у нас есть: мир номиналистический, феноменалистический и позитивистский. По мнению Юма, это — многообразие, а не непрерывный спектр впечатлений, и в результате возникает взгляд на мир лишь как на игру таких впечатлений. Нельзя сказать, что Юму нравилась его собственная философия. Он признавался, что временами она выводит из душевного равновесия. Однако он был хорошим логиком и продолжал работу. Он говорил, что, когда ему становится совсем уж не по себе, он делает перерыв на игру в триктрак, а затем вновь возвращается к размышлениям. Юм очень логично доказал, что никакие наблюдения за восходом солнца, пусть даже человек видел его миллионы раз, вовсе не являются веским обоснованием того, что завтра солнце снова взойдет. И это действительно так! Если в распоряжении человека есть только впечатления органов чувств и их сочетания, не может быть никакой уверенности в существовании некоего основополагающего закона.
Это был абсолютный скептицизм, а тем временем рационализм, другая школа, с которой я начал рассказ, пришла к откровенному догматизму. Сложилась скверная ситуация.
И в это время появился всеобщий учитель философии, Иммануил Кант, который прежде, так сказать, спокойно «дремал» и просто принимал возникающие рационалистические философии, занимаясь преподавательской деятельностью и разрабатывая теории о строении гор и развитии горных систем, хотя не видел ни единой горы своими глазами. Его теории оказались совершенно правильными — вот признак научного склада ума. Однако Юм нанес ему тяжкий удар и пробудил, как признался сам Кант, от догматической спячки.
Кант нашел выход. Его работа «Критика чистого разума» начинается словами: «Хотя любые знания берут начало в опыте, из этого ни в коей мере не следует, что из опыта возникает все». Иными словами, опыт может представлять собой то переживание, при котором в сознании про¬является нечто прежде дремавшее. Кант задает очень важный вопрос: «Как могла возникнуть чистая математика?» Если исходить из того мнения, к которому пришел Юм, станет совершенно ясно, что его вывод полностью исключает возможность существования математики. Однако она остается несомненным фактом. В конечном счете, невзирая на то, что она может быть порождением чистого математика, запершегося в башне из слоновой кости, чистая математика предоставляет власть над явлениями природы и может служить важным доводом в вопросе об игре образов.
Итак, нельзя отрицать того, что математика действительно есть и что она является силой. Это значит, что она возникает не из опыта, а из глубин сознания и приходит в действие в случае соответствующих переживаний, которые служат побуждением для такого процесса (это очень краткое изложение великого труда).
Так впервые полностью расцвела эпистемология, тща¬тельное изучение и анализ самого процесса познания. Говоря словами Канта, мы наблюдаем мир обусловленным формами трансцендентальной эстетики — пространством и временем, которые доступны органам чувств, — а также определенными формами постижения, включающими всю логику и нечто большее. Эти явления определяют форму нашего опыта, однако ничего не говорят о самой природе как о «вещи в себе», ding an sich. Таким образом, вводится разделение между физической стороной и тем, что, по нашим представлениям, может существовать вне этих рамок. Возникает вопрос: «Существуют ли где-то там вещи в себе?» Этого мы не знаем. Мы ограничены определенными формами восприятия и познания, мы воспринимаем только обусловленный ими мир, а не сам мир, какой он есть — и каким бы он ни был.
Для того, чтобы у вас возникло больше уважения к той точке зрения, что за внешним образом может не быть никакого объекта, я перескажу вам одну буддийскую сутру. Прочтите ее при случае. Она относится к тому направлению, которое называют философией Шуньи, философией Пустоты. Помимо нее, существует и философия а-Шуньи. Что касается меня лично, то в своей «Философии сознания вне объекта» я не занимаю какой-либо четкой позиции, но все время повторяю: будьте последовательны! Вы можете либо последовательно отрицать, либо последовательно придерживаться мысли о существовании любых метафизических сущностей, соответствующих воспринимаемым нами образам. Многие люди утверждают, что впечатления обычных органов чувств связаны с внешней материей. В действительности, утверждение о существовании материи является метафизическим. С другой стороны, когда, как это случается, возникает некий Божественный Образ — например, воплощение Кришны, Христа, Будды или другого святого, — те же люди заявляют, что это галлюцинация, только образ и ничего более. Такая точка зрения не последовательна. Если вы предпочитаете гипостатировать лишенную сознания и существующую извне материю, то при этом совершенно неразумно отрицать такую же метафизическую объективность образов Нумена. Понимаете, о чем я говорю? Используя такую логику в схватке с материалистом, вы можете разорвать его в клочки, продемонстрировав, что его предвзятость нелогична. Будьте последовательны и утверждайте только то, что входит в рамки восприятия и сознания; с другой стороны, если вы гипостатируете некое явление как метафизически существующее в какой-то области внешнего мира, признавайте существование и других явлений, поскольку их отрицание не будет иметь никаких логических оправданий.
Трудность такого выбора, причина того, что мы не в состоянии прийти к твердому решению, неразрывно связана с двойственным характером наших знаний. Я уже говорил о том, что у нас есть лишь два инструмента познания: чувственное восприятие и умозрительное постижение. По существу, за многие годы мыслители сошлись в признании одного факта: когда речь идет только об этих двух методах познания, человек не способен проникнуть за пределы внешних образов явлений. Если за этой видимостью и существует некая действительность, ее следует постигать совершенно иным путем. Существование такого органа, метода или способности является центральным утверждением моей рукописной работы «Философия сознания вне объекта». На основе своего опыта я придерживаюсь той точки зрения, что у человека есть орган познания, сходный с тем, что Фихте называл «внутренним органом», Шеллинг — «интеллектуальной интуицией», а индийцы — словом «самадхи-индрийя», то есть «внутренним органом чувств».
При надлежащих условиях этот орган, который у большинства людей пребывает в дремлющем состоянии, приводится в действие. С его помощью можно найти ответы на некоторые вопросы, связанные с тем, существуют ли душа и материя вне явлений. Да, ответы утвердительны, но вы должны узнать это самостоятельно, понять не с чужих слов, а в собственном путешествии по этому пути.
Теперь у нас есть некоторое представление о том, на что способна философия. Математик похож на художника, он играет формами и остается умозрительным творцом, который, подобно композитору, живописцу, скульптору и прочим творческим личностям, часто даже не подозревает, что именно создает. Один из величайших композиторов всех времен, Рихард Вагнер, прекрасно знал об этом. В автобиографии он откровенно признается, что не очень ценит собственные свершения в искусстве. Юнг подчеркивает, что, когда художник выходит далеко за границы собственного понимания, его рукой начинает повелевать не знание, а творческое чутье. Задача философа заключается в поиске того понимания, которого недостает художникам, — включая в число творческих личностей и математиков. Именно в этом миссия философии: понять, выявить смысл и найти ТО. В противном случае у нас останется только бессмысленная, ничего не значащая игра вроде тех, какими увлечены логицисты и формалисты».

(Франклин Меррелл-Вольф. Математика, Философия и Йога. София. 1999. 160 стр.)

* * *

Подводя итог, можно сказать о том, что «существует множество определений философии и истолкований того, что она собой представляет и в чем состоит ее ценность. Иногда от философии ожидают глубочайших откровений и считают ее областью занятий необыкновенных людей. Иногда философствование объявляют бесполезными раздумьями о чем-то туманном и далеком от жизни…» (см. Губин В.Д., Сидорина Т.Ю., Филатов В.П. Философия. Учебник. 2-е изд., пер. и доп. М. ТОН-Остожье. 2001г. Сайт www.bibliotekar.ru.).
Таким образом, на основе выше приведенной информации можно говорить о том, что философия — это:
— вид знания
— мировоззрение
— путь осознания
— поиск мудрости
— любовь к истине
— начало всех наук
— форма идеологии
— знание о мире в целом
— методология познания
— особого рода мудрость
— самосознание культуры
— теоретическая форма сознания
— герменевтическая деятельность
— квинтэссенция человеческого духа
— сознание вслух (явленное сознание)
— размышления о всеобщем и едином
— особый вид духовной деятельности
— теоретическое ядро мировоззрения
— стремление к знанию и образованию
— реализация полноты жизни человека
— трансцендирующее постижение объекта
— стремление ввысь, от низшего к высшему
— один из феноменов человеческой культуры
— теоретически выраженное мировоззрение
— нерационализированное постижение жизни
— познание сущего, или вечного, непреходящего
— синтез и обобщение самых разнородных знаний
— рефлексия над «здравым смыслом» и мировоззрением
— знание, выстраиваемое по нормам и стандартам науки
— созерцание «божественного», истинного бытия — «феория»
— неотъемлемую часть общественной и политической жизни
— прорыв из бессмысленного эмпирического мира к миру смысла
— представление человека об устройстве мира, космоса, природы
— наука о наиболее общих законах природы, общества и мышления
— область человеческой деятельности, связанная с изучением бытия
— наука о роли, о месте, об отношении человека к миру и мира к нему
— наука о всеобщих законах развития природы, общества и мышления
— одна из тех наук, которые отвечают на вопрос: для чего человек живет
— учение об общих принципах бытия и познания, об отношении человека к миру
— не только наука, но и практика ее применения: наука и искусство размышлять
— наука и искусство размышлять (думать об окружающем нас мире, обобщать…)
— наука об отношении всего познания к существенным целям человеческого разума
— система, обобщающая знание человека о мире и различных формах его деятельности
— форма культуры, предлагающая рефлективное осмысление человека и его места в мире
— наука о человеке, о смысле его жизни, о создании таких смыслов, об их динамике и поиске
— высший этап в процессе расширения и углубления миропознания, богопознания и самопознания
— единая универсальная духовная «система отсчета», позволяющая оценить и понять любую информацию
— сложная теоретическая дисциплина, специфическая форма интеллектуальной деятельности людей
— учение о природе мудрости, путях ее постижения человеком и способах укоренения в повседневной жизни
— стремление к ясности и самостоятельности в своём представлении о мире и о себе самом, о своём месте в мире
— учение о конечных причинах, предельных основаниях и трансцендентных ориентирах бытия человека в мире
— интегральная форма интерпретации, осуществляемой на уровне самосознания всей общечеловеческой культуры
— особая форма деятельности человека, отличная от науки, но тесно связанная со становлением и развитием науки
— форма общественного сознания, вырабатывающая систему знаний о фундаментальных принципах бытия и месте человека в мире
— поиск человеческим разумом истинного знания о мире и человеке с целью определения пути к полнокровной и достойной человеческой жизни
— наука о всеобщих закономерностях, которым подчиняется как бытие (т.е. природа и общество), так и мышление человека, процесс познания
— совокупность дисциплин (наука о бытии, наука о познании, наука логики…), научная система, призванная обобщить опыт человеческого познания мира
— особая форма культуры, существующая наряду с религией, моралью, правом, искусством и наукой и выполняющая специфические для нее социальные функции
— особая форма рефлексии человека над бытием и над самим собой (философская мудрость), имеющем своей целью отразить целостность и единство мира
— особая сфера духовной культуры, призванная дать целостное (в отличие от частных научных знаний) и рационально обоснованное (в отличие от мифа) мировоззрение
— двойственная форма сознания, в которой органично переплетаются рационально-теоретические и ценностные аспекты духовного взаимодействия Человека с Миром
— один из способов постановки и решения мировоззренческих проблем, средство их рационального прояснения, структурного упорядочения и систематического развертывания
— дисциплина, изучающая наиболее общие существенные характеристики и фундаментальные принципы реальности и познания, бытия человека, отношения человека и мира
— форма духовной деятельности, направленная на постановку, анализ и решение коренных мировоззренческих вопросов, связанных с выработкой целостного взгляда на мир и на место в нем человека
— особая форма познания мира, вырабатывающая систему знаний о наиболее общих характеристиках и фундаментальных принципах реальности (бытия) и познания, бытия человека, об отношении человека и мира
— форма общественного сознания, направленная на выработку мировоззрения, системы идей, взглядов на мир и на место в нем человека и исследующая познавательное, ценностное, этическое и эстетическое отношение к миру
— такое занятие, такое мышление о предметах любых (это могут быть предметы физической науки, проблемы нравственности, эстетики, социальные проблемы и т.п.), когда они рассматриваются под углом зрения конечной цели истории и мироздания
— особая форма познания мира, вырабатывающая систему знаний о фундаментальных принципах и основах человеческого бытия, о наиболее общих сущностных характеристиках человеческого отношения к природе, обществу и духовной жизни во всех ее основных проявлениях
— форма деятельности человека, ориентированная на осмысление основных проблем его бытия и на эволюцию последних, на определение возможностей и границ человеческой самореализации в отношениях людей с природой, культурой, с различными видами жизненных средств
— и др.

* * *