Статья 2.5. Тантра как Древняя Наука. (ч.3).

продолжение

««Лженаука в современном мире: медиасфера, высшее образование, школа». Так назвали международную конференцию, которая прошла 21-22 июня [2013г.] в здании биолого-почвенного факультета СПбГУ. В ней приняло участие около сотни человек. Идея организовать такую конференцию возникла примерно полтора года назад в группе сайта «ВКонтакте» — «Ученые против лженауки». Конференция получилось удивительно междисциплинарной: в одном месте собрались биологи, физики, психологи, журналисты, философы, филологи, историки, педагоги, инженеры и представители других профессий. Сначала конференция должна была состояться на физфаке СПбГУ. Но новый декан факультета М.В.Ковальчук не стал подписывать разрешение на проведение конференции, хотя с предыдущим деканом физфака договоренность об этом была.
Постараемся дать краткую сводку самых запоминающихся выступлений. Вступительное слово было отдано членам комиссии по борьбе с лженаукой РАН академикам РАН Е.Б.Александрову и С.Г.Инге-Вечтомову. Запомнилась речь академика Александрова о локальной победе над лженаукой в деле Петрика. На проект «Чистая вода» с использованием фильтров Петрика и под покровительством Грызлова планировались выделить миллиарды (при том, что фильтры должны были всё равно закупаться потребителями). Но, в частности, благодаря критическим научным экспертизам фильтров Петрика «сначала бюджет проекта «Чистая вода» сократили в десять раз, потом еще в десять раз, потом проект остался без Петрика, а потом Дума осталась без Грызлова». О деле Петрика была статья в «Троицком варианте — Наука» 10 апреля 2012г. (ТрВ-Наука № 101, с.5). Обнадежило упоминание, что президент В.В.Путин поддержал идею борьбы с лженаукой в России, высказываясь ранее в стенах РАН. <…>.
Научный редактор журнала «Российские аптеки» и врач А.В.Водовозов рассказывал о псевдодиагностических методиках на примере гемосканирования. Гемосканирование успешно подражает настоящей медицинской диагностике, чем может привлечь наивного обывателя. За несколько тысяч рублей врач с настоящим дипломом возьмет у вас настоящий мазок крови и поместит его под настоящий микроскоп. Но затем у вас найдут кучу ненастоящих заболеваний, которых у вас нет, и предложат лечить их дорогостоящими (и бесполезными) биоактивными добавками. Лженаучной является интерпретация тех артефактов, которые обнаружат при анализе мазка вашей крови под микроскопом. Вероятно, вам объяснят, что «по приказу Минздрава кровь стерильна». Возможно, кусочек антенны комара, который летал вместе с прочей пылью в воздухе, случайно попал в каплю вашей крови (а может, уже был на плохо промытом стекле), и его объявят неизвестным науке паразитом. Нити фибрина, которые выпадают в необработанной капле крови, выдадут за скопление бактерий, а какой-нибудь поврежденный эритроцит назовут личинкой паразита. Кроме того, только лишь по внешнему виду мазка крови определят ее pH, а в случае, если он покажется слишком кислым (а он окажется), предложат лечиться содой, но только специальной содой, которую можно купить в магазине-партнере. Даже треснувшее предметное стекло интерпретируют как кристаллы мочевой кислоты.
Еще одному примеру лженауки, представляющему опасность для кармана простого обывателя, был посвящен доклад кандидата психологических наук И.В. Латыпова. Речь шла о СВП или «системно-векторной психологии Юрия Бурлана». <…>.
Таким образом, в России широко распространены крайне неприятные формы лженауки. На конференции выражалась надежда, что в будущем государство уделит больше внимания защите граждан от шарлатанов и фанатиков. По крайней мере, от тех очевидных примеров лженауки, которые были подробно разобраны на конференции.
А пока одним из основных методов борьбы с лженаукой является просвещение общества. Если в Интернете информационная война между наукой и лженаукой пока идет примерно на равных, то на телевидении, увы, торжествует мракобесие. Некоторые журналисты путают Австрию и Австралию, гоминидов и гуманоидов и не видят в этом ничего зазорного. По центральным телеканалам показывают псевдонаучные фильмы вроде «Великой тайны воды». Тем не менее, телевидение и другие СМИ продолжают играть важную роль в формировании общественного сознания. А.Б.Соколов, редактор портала www.antropogenez.ru, рассказал о взаимодействиях между учеными и СМИ. Эта тема стала особенно болезненной для научного сообщества в связи с недавними случаями, когда сотрудники телеканалов препарировали интервью с учеными таким образом, что в эфире ученые делали утверждения, противоположные тем, которые они делали на самом деле. Например, 4 мая 2012г. на канале «Культура» состоялся показ фильма «По следам тайны — города великанов» с комментариями доктора исторических наук, кандидата биологических наук М.Б.Медниковой. Несмотря на то, что Мария Борисовна рассказывала телеканалу, что информация о находке костей четырехметровых людей — обычная фальшивка, на экране ее слова были препарированы и подставлены в контекст, подтверждающий лженаучную теорию авторов фильма. Открытое письмо Марии Борисовны уже публиковалось 22 мая 2012г. (ТрВ-Наука № 104, с.2). На портале www.antropogenez.ru стартовал проект «Ученый и СМИ». Все желающие приглашаются принять участие в опросе: с какими проблемами сталкивались ученые при общении со СМИ (и, наоборот, СМИ при общении с учеными). Кроме того, в докладе прозвучали практические рекомендации о том, как вести себя при общении СМИ до, во время и после съемки и как использовать гражданский кодекс для защиты своих прав. <…>.
Кандидат исторических наук Артур Артурович Чубур посвятил доклад рассказу о разнообразии псевдонаучных теорий в истории. Примеры: Перуница — древнейшая русская письменность, из которой произошли все языки мира, государство Русь времен палеолита и сами русы, которым, по мнению некоторых псевдоисториков, от 4 до 18 млн лет (для справки, человек и шимпанзе разошлись примерно 5 млн лет назад). Александр Соколов здесь вспомнил известную шутку: «370 миллионов лет назад русы первыми вышли на сушу». Подробно доклад Артура Артуровича изложен в статье «Каменный век Восточной Европы в кривом зеркале российской лженауки». Доктор исторических наук Д.И.Раскин в своем докладе выдвинул предположение о том, почему распространена историческая лженаука. На уроках физики занимаются физикой, а на уроках истории не историей, а заучиванием рассказов. Школьник, изучающий историю, в этом процессе является не историком, а слушателем. Ученики просто не представляют, что за наука история, какова методология исторических исследований, как работают с источниками. Мой доклад был посвящен предрассудкам у людей и голубей и некоторым сходством между ними.
Один доклад вызвал у меня чувство искреннего удивления. Кандидат физико-математических наук, богослов, протоиерей К.В.Копейкин, произвел впечатление своей прогрессивной точкой зрения, что теория эволюции всё-таки верна, а также ноутбуком, внешне напоминающим Библию. Это приятное впечатление было испорчено высказываниями о том, что математика возникла как способ богопознания и аргументы «от авторитета»: вырванные из широкого контекста цитаты известных ученых, высказывающихся о Боге, а также о том, что невозможно «объективизировать» сознание человека. Последнее противоречит множеству современных экспериментальных исследований в области нейронауки и психологии. По мнению Кирилла Владимировича, «лишь обращение к той традиции, на почве которой и выросла современная наука, — традиции христианской — может позволить прояснить метафизические предпосылки и теологические экспликации новоевропейского естествознания». Показалось, что это была не очень удачная пропаганда религиозности и большая ошибка с выбором аудитории. Как было отмечено одной участницей конференции, «доклад завершился не столько аплодисментами, сколько громкими хлопками фейспалмов». Позже, во время круглого стола с участием Кирилла Владимировича, состоялась дискуссия о целесообразности создания кафедры теологии в СПбГУ. Осталось не ясным, почему у такой кафедры больше прав на существование, чем у кафедры астрологии. Кстати, согласно одному из заочных докладов на конференции, к научным дисциплинам теологию относит только 5,2% опрошенных студентов против 47,7% считающих научной псевдонауку астрологию.
Несмотря на этот казус и еще несколько довольно странных, а также непонятных докладов, конференция в целом прошла успешно. Некоторые доклады, представленные на конференции, безусловно, заслуживают отдельного и подробного освещения. Из докладов стало ясно, что мы недооцениваем масштаб обсуждаемой проблемы в обществе. Немного не хватало практических рекомендаций о том, как же всё-таки бороться с лженаукой, кроме как занимаясь просветительской деятельностью, в которую и без того вовлечены многие участники конференции. Возможно, эту тему удастся обсудить подробней в следующий раз».

(А.Панчин. Конференция «Лженаука в современном мире:
медиасфера, высшее образование, школа».
2013г. Сайт www.trv-science.ru/2013/.)

«Псевдонау?ка (от греч. ?????? — «ложный» + наука; синоним — лженау?ка) — деятельность или учение, осознанно или неосознанно имитирующее науку, но по сути таковыми не являющиеся. Другое распространённое определение псевдонауки — «мнимая или ложная наука; совокупность убеждений о мире, ошибочно рассматриваемая как основанная на научном методе или как имеющая статус современных научных истин». Близкие по значению термины: «паранаука», «квазинаука», «альтернативная наука», «неакадемическая наука». Некоторые исследователи обозначают комплекс этих понятий, искажающих образ подлинной науки, термином «девиантная наука» (от лат. deviatio — отклонение), указывая, что эти негативные формы паразитируют на теле науки и ведут к деформациям её ценностного ядра.
Вопрос о научном статусе чрезвычайно важен для представителей различных ненаучных направлений, вследствие чего псевдонаука часто называется своими сторонниками «альтернативной» («народной») наукой. В связи с тем, что за последние 300 лет с помощью научного метода были достигнуты впечатляющие успехи в самых различных областях знаний, в обществе складывается мнение, что «наука — это хорошо и достойно, а то, что не является наукой — плохо». Поэтому термины «псевдонаука» и «псевдонаучный» зачастую рассматриваются как уничижительные. Авторы псевдонаучных теорий, как правило, активно оспаривают такую характеристику.
Социокультурный исток популярности (и, соответственно, причина идеологической поддержки) псевдонауки в том, что «она реализует соблазн простых решений, обслуживает социальный запрос на общедоступную, понятную массам и не требующую специальной профессиональной подготовки расшифровку «непрозрачных» явлений природы и культуры». Также популярности псевдонауки способствует удовлетворение с её помощью религиозных, националистических, политических и подобных целей. Лженаука нередко мотивирована той же целью, что и прикладная наука — достижением немедленного практически полезного результата. Однако лженаука демагогически апеллирует к научным методам, лишь имитируя их. <…>.
Наука и паранаука. Некоторые исследователи отличают от псевдонаук паранауки, определяя последние как комплексы практического познания мира, для которых не обязателен идеал научной рациональности. Это, например, «народные науки» — народная медицина, народная архитектура, народная педагогика, народная метеорология и т.д., или современные прикладные руководства по различной тематике — «семейные науки», «кулинарные науки» и др. Эти дисциплины учат полезным знаниям и навыкам, но не содержат системы идеальных объектов, процедур научного объяснения и предсказания и потому не поднимаются выше систематизированного и дидактически оформленного опыта. Многие из паранаук не являются лженауками до тех пор, пока их сторонники не претендуют на соответствие научному методу, на создание конкуренции, альтернативы научному знанию.
Наука и псевдонаука. Некоторые мнения. В.Л.Гинзбург, Нобелевский лауреат по физике: Лженаука — это всякие построения, научные гипотезы и так далее, которые противоречат твёрдо установленным научным фактам. Лженаука — это то, что заведомо неверно.
В.А.Кувакин, д.филос.наук: Лженаука — это теоретическая конструкция, содержание которой, как удаётся установить в ходе независимой научной экспертизы, не соответствует ни нормам научного знания, ни какой-либо области действительности, а её предмет либо не существует в принципе, либо существенно сфальсифицирован.
Б.И.Пружинин, д.филос.наук, главный редактор журнала «Вопросы философии»: Деятельность, претендующая на статус научной, может быть квалифицирована как псевдонаучная лишь тогда, когда появляются серьезные основания полагать, что действительные цели этой деятельности не совпадают с целями науки, что она вообще лежит вне задач объективного познания и лишь имитирует их решение.
Среди основных отличий псевдонауки от науки — некритичное использование новых непроверенных методов, сомнительных и зачастую ошибочных данных и сведений, а также отрицание возможности опровержения, тогда как наука основана на фактах (проверенных сведениях), верифицируемых методах и постоянно развивается, расставаясь с опровергнутыми теориями и предлагая новые.
Отличительные особенности. Радикальными нарушениями норм научности со стороны псевдонауки считаются:
— супранатурализм,
— пренебрежение методологическими принципами экономии и фаллибилизма,
— признание в качестве содержательной характеристики истины таких субъективных элементов, как вера, чувство, мистическое видение или другие параестественные формы опыта,
— использование нефальсифицируемых гипотез.
В результатах исследований серьёзными недостатками являются: нарушения норм когнитивной связности, отсутствие рационального согласования новой гипотезы со сложившимися и уже обоснованными массивами знаний.
Характерными отличительными чертами псевдонаучной теории являются:
— игнорирование или искажение фактов, известных автору теории, но противоречащих его построениям,
— нефальсифицируемость, то есть принципиальная невозможность поставить эксперимент (хотя бы мысленный), результат которого мог бы опровергнуть данную теорию,
— отказ от попыток сверить теоретические выкладки с результатами наблюдений при наличии такой возможности, замена проверок апелляциями к «интуиции», «здравому смыслу» или «авторитетному мнению».
Использование в основе теории недостоверных данных (то есть не подтверждённых рядом независимых экспериментов (исследователей), либо лежащих в пределах погрешностей измерения), либо недоказанных положений, либо данных, возникших в результате вычислительных ошибок. К данному пункту не относится научная гипотеза, чётко определяющая базовые положения.
Введение политических и религиозных установок в публикацию или обсуждение научной работы. Этот пункт, впрочем, требует внимательного уточнения, так как иначе Ньютон, например, попадает в разряд лжеучёных, причём именно из-за «Начал», а не из-за позднейших работ по теологии.
Более мягкая формулировка этого критерия: принципиальная и сильная невычленимость научного содержания работы из прочих её составляющих. В современной научной среде автор, как правило, должен самостоятельно вычленять научную составляющую и публиковать её отдельно, не смешивая явно с религией или политикой.
— Апелляция к средствам массовой информации(прессе, телевидению, радио, интернету), а не к научному сообществу. Последнее проявляется в отсутствии публикаций в рецензируемых научных изданиях.
Претензия на «революционный» переворот в науке и технологиях.
— Опора на понятия, означающие феномены, само существование которых научно не доказано, заимствованные чаще всего из других псевдонаучных теорий или из оккультизма и эзотеризма («астральный план», «тонкие поля», «энергия ауры», «торсионные поля», «биополя» и т.п.);
— Обещание быстрых и баснословных медицинских, экономических, финансовых, экологических и иных положительных эффектов.
— Стремление представить саму теорию или её автора жертвой «монополии» и «идеологических гонений» со стороны «официальной науки» и тем самым отвергнуть критику со стороны научного сообщества как заведомо предвзятую.
Псевдонаука игнорирует важнейшие элементы научного метода — экспериментальную проверку и исправление ошибок. Отсутствие этой отрицательной обратной связи лишает псевдонауку связи c объектом исследования, способствует накоплению ошибок.
Необязательными, но часто встречающимися признаками лженаучных теорий являются также следующие:
Теория создаётся одним человеком или небольшой группой людей, которые не являются специалистами в соответствующей области.
Теория глобально универсальна — она претендует на объяснение буквально всего мироздания или, по меньшей мере, на объяснение состояния дел в целой отрасли знаний (например, в случае психоаналитических теорий, — поведения любого человека в любых обстоятельствах).
Из базовых положений делается множество смелых выводов, проверка или обоснование корректности которых не проводится.
Не следует относить к псевдонауке те концепции из областей религии, философии, искусства, морали и т. д., которые не соответствуют современным научным представлениям, но и не претендуют на роль науки. Необходимо также отличать псевдонауку от неизбежных научных ошибок и от паранауки как исторического этапа развития науки.
Следует заметить, что существует и постоянно появляется множество теорий и гипотез, которые могут показаться псевдонаучными по ряду причин:
— новый, непривычный формализм (язык теории);
— фантастичность следствий из теории;
— отсутствие или противоречивость экспериментальных подтверждений (например, из-за недостаточной технологической оснащённости);
— отсутствие информации или знаний, необходимых для понимания;
— использование терминологии старых, отвергнутых наукой взглядов для формулирования новых теорий;
— конформизм того, кто оценивает теорию.
Но если теория реально допускает возможность её независимой проверки, то она не может называться лженаучной, какой бы ни была «степень бредовости» (по Нильсу Бору) этой теории. Некоторые из таких теорий могут стать «протонауками», породив новые направления исследований и новый язык описания действительности. Следует, однако, отличать при этом теории, которые прошли проверку и были опровергнуты — их активное продвижение также относят к псевдонаучной деятельности. <…>.
Проблема демаркации. Границы между наукой и псевдонаукой в целом (а не между конкретными научными и лженаучными теориями) являются весьма спорными и трудно определяемыми аналитически, даже после более чем столетнего диалога между философами науки и учеными в различных областях, несмотря на некоторые базовые согласия по основам научной методологии. Демаркация между наукой и псевдонаукой является частью более общей задачи определения того, какие убеждения могут быть эпистемологически обоснованы. <…>.
В настоящее время в философии науки существует намного больше согласия по частным критериям, чем по общему критерию демаркации между наукой и ненаукой. Однако при существующем разнообразии теорий и критериев псевдонаучности по большинству конкретных направлений существует консенсус философов науки об их отнесении к науке или псевдонауке. Хорошо известны случаи, когда концепции, изначально считавшиеся псевдонаучными, сейчас имеют статус научных теорий или гипотез. <…>.
Псевдонаука и религия. Внутри традиционных и нетрадиционных религий сформировался ряд концепций, противоречащих научной картине мира. Их сторонники пытаются обосновать учения своих религий рациональным путём и позиционируют такие концепции, как «научный креационизм» и «разумный замысел», существование реинкарнации, «биоэнергии» и т. п., в качестве альтернативы признанным научным теориям. Эти концепции, постулирующие наличие сверхъестественных явлений и сил, как правило, отвергаются научным сообществом и квалифицируются как псевдонаучные».

(Википедия. Свободная Энциклопедия.)

«В академических справочниках официального определения лженауки нет. Но есть множество толкований, различного уровня авторитетности, встречающихся во множестве публикаций.
БСЭ: «Наука — сфера человеческой деятельности, функцией которой является выработка и теоретической систематизация объективных знаний о действительности; одна из форм общественного сознания. Псевдонаука (от греч. — «ложный» + наука; синоним — лженаука, близкие по значению термины: паранаука, квазинаука, альтернативная наука, неакадемическая наука) — деятельность или учение, осознанно или неосознанно имитирующие науку, но по сути таковыми не являющиеся. Квазинаука — это область такого знания, в котором в разной степени и пропорции содержатся ложные и, возможно, истинные утверждения и которая может содержать утверждения как фактуального, так и сфальсифицированного характера».
Глубины этих определений явно недостаточно для проникновения в суть интересующего нас понятия, а главное, на их основе невозможно выработать критерии. Обратимся к формулировкам и толкованиям авторитетов.
В.Гинзбург: «Лженаука — это всякие построения, научные гипотезы и так далее, которые противоречат твёрдо установленным научным фактам. Лженаука — это то, что заведомо неверно». И далее. «Лженаука — это утверждение, которое противоречит твердо установленным научным данным. Только так. Всякие идеи, которые полностью не опровергнуты — их ни в коем случае нельзя называть лженаучными. Люди боятся, что мы что-то зажмем — новое, неизвестное».
В своих высказываниях Гинсбург не указал, кто и как выдает сертификат на достоверность. Гинзбург сам понимает это и каждый вариант своих определений сопровождает всяческими пояснениями.
С.Н.Савинов, автор статьи «Методологии лженаук»: «Лженаукой является все, что не соответствует современной официальной науке». Для чиновника-цензора ничего лучшего не придумаешь, к тому же это готовый инструмент. Вооружившись таким образом, Савинов пишет: «Обладая огромной властью, организованная лженаука способна влиять на научные учреждения, например на патентные ведомства, беспрепятственно получая патенты на бредовые и ненаучные «изобретения» (торсионные генераторы, патенты 2148845, 2163419, 2083239). Лженауки способны влиять и на научные учреждения, призывая к собственным интересам ученых всех рангов от кандидатов наук и профессоров, до академиков (!) — Бехтерева, Грабовой, Акимов, Шипов, Гаряев, Фролов и прочие». … «Лженаука, есть явление международное и такая же неотъемлемая часть развития цивилизации как, например, религия, поэтому борьба с лженауками никогда не закончится и должна носить систематический характер подобный инквизиции, с той лишь разницей, что осуществляется от имени доказанной истины науки, но должна быть такой же бескомпромиссной».
Читая объемный и подробный труд Савинова, на ум приходит ситуация с Уголовным кодексом в неправовом государстве. В кодексе могут быть перечислены и классифицированы все виды нарушений и наказаний, но применяются наказания очень выборочно. Всё решает судебный произвол или, как пишет Савинов, инквизиция.
В.С.Стёпин, академик, директор Института Философии РАН. В своих взвешенных высказываниях о лженауке Стёпин формулирует лишь ключевые проблемы, не давая явлению окончательного определения: «Истоки лженауки — внутри самой науки. …Часто многие учёные, увлечённые той или иной идеей, претендуют на радикальное изменение научной картины мира, не имея на то достаточных оснований. Тогда начинается апелляция к власти, обращение через СМИ к общественному мнению, которые начинают поддерживать это «открытие». Идёт борьба за средства, т.е. перераспределение денег. Но такие люди не обязательно прагматичны — они могут быть убеждены, что сделали переворот в науке, хотя этого никто и не признаёт».
А.Хазен, член Нью-Йоркской академии наук, автор статьи «О лженауке, её последствиях и об ошибках в науке»: «Лженаукой называется введение в процесс научной работы, научных публикаций и обсуждений политических и религиозных установок, преднамеренной фальсификации экспериментов, прямой или косвенной цензуры, а также методов уголовного мошенничества, использующих научную терминологию, научные степени и звания, в частности при рецензировании научных работ».
На первый взгляд кажется, что определение Хазена выгодно отличается от предыдущих своей острой направленностью и конкретикой. Но это только на первый взгляд. Конкретика любого определения, связанная с перечислением признаков, провоцирует пользователей на бесконечное расширение перечислений, что, в конце концов, лишает такое определение всех его преимуществ, а в предельном варианте — и его статуса.
Приведенных определений и отдельных высказываний достаточно, чтобы понять и оценить сложность и многогранность во многом интуитивного понятия «лженаука». Сколько авторитетов — столько и мнений, которые во многом не совпадают.
Обратимся к программной статье «Лженаука», академика РАН Э.П.Круглякова — Председателя Комиссии по борьбе с лженаукой и фальсификацией научных исследований, а также российского физика-экспериментатора, доктора физико-математических наук, сотрудника Института ядерной физики Сибирского отделения АН СССР (РАН), Советника РАН, члена бюро Отделения физических наук РАН и Лауреата Государственной премии СССР (1986).
Ни один здравомыслящий человек не станет опровергать ни одну из позиций труда Э.П.Круглякова. Всё в статье верно, четко и профессионально изложено. И, несмотря на это, статья Круглякова сама является изощренным образцом лженауки. Воспользуемся проверенным критерием качества любого изложения, на любую тему, этот критерий сформулирован очень кратко: не убавить, не прибавить. С «не убавить» у Э.П.Круглякова все в порядке, а вот с «не прибавить» — одни проблемы.
Четко сформулировав избранные признаки и проявления лженауки, Кругляков приводит в статье конкретные случаи из жизни, видимо в качестве методологического указания и формирования прецедентов. И что мы видим. Объектами, интересующими Комиссию, являются в основном астрологи, экстрасенсы, изобретатели вечных двигателей и некоторые ученые, отличающиеся жаждой наживы любой ценой. В заключении статьи, как и положено, Кругляков в сжатой форме еще раз сформулировал основную идею статьи: «Подобно любому другому виду мошенничества, лженаука угрожает нашему кошельку, имуществу, нашему разуму, здоровью и самой жизни. Кроме всего этого лженаука посягает, во-первых, и на без того нищенский бюджет науки, оттягивая с помощью коррумпированного чиновничества существенные финансовые средства, во-вторых, дискредитирует в глазах общества достоинство и ценность науки, поскольку рядовому гражданину трудно понять, где наука, а где псевдонаука. Ущерб, наносимый лженаукой населению — это и ущерб науке, престиж которой еще больше падает. Следствием этого является усугубление отставания России в области научного прогресса, отток ученых за границу, снижение электоральной поддержки науки, ведущей к ослаблению лоббирования науки как бюджетной отрасли. Это ставит российскую науку в еще более тяжелое финансовое и материальное положение. Вот почему борьба с лженаукой как видом мошенничества является и борьбой за науку и просвещение, за интеллектуальное оздоровление страны, за ее культурный и технический прогресс».
В поле критики Круглякова кроме множества мелких жуликов всех мастей можно обнаружить сплоченную группу ученых, разрабатывающих фундаментальную идею торсионных полей. Разработка идеи имеет все признаки лженауки. Но не Комитет должен выносить приговор. Комитет может только инициировать расследование, иначе он превратится в аналог «расстрельных троек». Критика «торсионщиков» выглядит убедительной и основательной, но вся построена на авторитарных высказываниях. Претендуя на объективность, она даже затрагивает некоторые академические издательства. Однако, соотнеся характер критики со сложившейся общей обстановкой, начинаешь понимать подспудное значение её основательности. Дело в том, что на фоне разгромной критики «торсионщиков» все другие лженаучные теории, оставшиеся в тени, а их предостаточно, косвенно получают от Комитета и Академии подобие индульгенции на свое благополучное существование.
Просматривая публикации на тему борьбы с лженаукой, таких авторов как В.Л.Гинзбург, Э.П.Кругляков, В.А.Рубаков, С.Н.Савинов и пр., обнаруживается дружное единодушие в критике «торсионщиков». Невольно создается впечатление, что единственным значительным представителем лженауки является теория торсионных полей. Видимо, так задумано, и перед нами гамбит, в котором в качестве жертвы выступает теория торсионных полей. Обратим внимание, что орган, возглавляемый Э.П.Кругляковым, называется комитетом по борьбе. Но где же борьба? Конечно, критика — это элемент борьбы. Но элемент объекта не может заменить сам объект. <…>.
Все борцы с лженаукой отмечают чрезвычайную сложность её диагностирования, даже при наличии четкого определения, которого, в качестве общепринятого, нет до сих пор. С этим согласен А.Хазен. Честная оценка ситуации с лженаукой изложена в статье А.Хазена «О лженауке, её последствиях и об ошибках в науке» (см. Наука и Жизнь. №10 2002г., Сайт www.nkj.ru/archive/articles/4895). В работе А.Хазена дан достаточно полный и глубокий анализ как проявлений лженауки, так и её движущих сил. Однако точка зрения Хазена страдает некоторым недостатком. Хазен не делает различий между признаками лженауки, её приемами и проявлениями. В своем определении лженауки Хазен рассматривает цензуру как один из основных элементов лженауки. Но такой подход только расширяет возможности лженауки для маневра, т.к. правящей лженауке ничего не стоит включиться в имитацию борьбы с цензурой. Цензура научного мировоззрения ученого позорна и недопустима, но это не лженаука, это преступная политика. Цензура — это инструмент, подобный скальпелю, который может использоваться как врачом, так и разбойником с большой дороги.
Всякое определение должно избегать конкретного перечисления элементов определяемого явления, т.к. сразу напрашивается расширение этого перечисления, что в результате лишь заужает область применения. Определение должно быть максимально универсальным, максимально коротким и без методических составляющих.
Интуитивно осознавая это, Гинзбург среди своих пространных определений приводит и весьма лаконичное. «Лженаука — это то, что заведомо неверно». Это определение похоже на оговорку. Признак «заведомо» по отношению к выводам научных исследований, претендующих на новизну (а это является сутью науки), выглядит нелепо.
Еще одно очень краткое определение приводит Савинов С.Н. «Лженаукой является все, что не соответствует современной официальной науке». Более удачного определения, для произвола чиновника-ретрограда, придумать невозможно.
Попробуем на основе предыдущих определений сформулировать краткое и универсальное определение, свободное от выявленных недостатков. Вот оно.
Лженаука — это сознательное искажение научных фактов и научных выводов в личных или корпоративных интересах.
Предельная лаконичность и универсальность этого определения позволяют выявить главный недостаток, присущий всем определениям лженауки, включая и предлагаемое. Этим недостатком является неизбежное наличие в определении ненормируемого признака. В приведенном определении этим признаком является характеристика «сознательное».
Понятие «сознательное» само по себе является многогранным, обладающим массой нюансов, и вся эта сложность естественным образом переносится на определение лженауки.
Лженаука похожа на раковую опухоль, которая обладает как легко обнаруживаемым очагом, так и тончайшими, трудно обнаруживаемыми, метастазами. Перечисление всех возможных признаков лженауки громоздко, а их классификация затруднительна. Например, нерадивость или небрежность исследователя некоторые мнимые борцы с лженаукой рассматривают как классификационный признак лженауки, тогда как это всего лишь питательная почва для вируса лженауки».

(Леонович В.Н. Лженаука и ее метаморфозы. 2012г.
Нижний Новгород. Сайт www.sciteclibrary.ru.)

«Только один пример. По поручению руководства Российской Академии Наук автор этой статьи года два вел переписку с бывшим инженером-кораблестроителем. Он считал, что сильно продвинул периодический закон Менделеева. Вот как писал он в своем письме на имя Президента Российской Федерации: «Накануне третьего тысячелетия пытался обнародовать свое открытие перед учеными Мира в области квантовой физики и химии. Мною полностью раскрыта Периодическая система элементов Д.И.Менделеева. Найден конечный элемент системы, о чем предполагал гениальный ученый. Полная Периодическая система химических элементов — это ключ к пониманию Мироздания, это матрица Единого информационного поля. Полная система раскрывает основу науки космологии и ее высшего развития нейтринной астрофизики. Нейтринная астрофизика увяжет все науки между собой, приведя их к Единому Закону Мироздания. С раскрытием новых элементов можно создавать новые материалы, новые управляемые технологические процессы, новые виды энергии, новое топливо. Появится возможность бурного развития и широкого применения такой науки как генная инженерия».
Всё и сразу. Это как в рекламе некоторых лекарств или элементов медтехники: все болезни можно вылечить. В изданиях Российской академии наук, да и не только, немало написано о необходимости борьбы с лженаукой. Такая борьба велась и раньше; например, много внимания уделял этому член-корреспондент М.В.Волькенштейн. В настоящее время против лженауки активно выступают академики Э.П.Кругляков (председатель академической Комиссии по борьбе с лженаукой), В.Л.Гинзбург, Е.Б.Александров, профессор К.П.Иванов и другие. Их призывы не проходить мимо фактов проявления псевдонауки, несомненно, должны быть услышаны. Названным коллегам нужно поклониться за то, что они отдают такой борьбе много времени и сил.
А с чем именно бороться? Однако по мере знакомства с «предметом лженауки» картина становится несколько неопределенной. Начинает беспокоить мысль: четко ли мы понимаем, с чем именно надо бороться? Что же такое лженаука, где кончается наука и начинается лженаука? Научный, если можно так сказать, подход к лженауке требует определения понятий, классификации. Попытки дать ответы на такие вопросы делали почти все указанные выше коллеги: они изложили свое понимание предмета. (Правда, в книге Э.П.Круглякова обличительный пафос оставил не очень много места скучному раскладыванию по полочкам; может быть, и зря, поскольку даже название книги (««Ученые» с большой дороги») предполагает некоторую однозначность).
Академик Э.П.Кругляков пишет в своей книге: «Лженаука — это в каком-то смысле верхоглядство, попытка «протащить» утверждение, противоречащее существующему набору фактов, взглядов, представлений, на основе неоднозначного, часто единичного эксперимента, не подтвержденного другими исследователями. Случаются и прямые фальсификации». Хорошее определение.
Прямая фальсификация — это понятно и, конечно, принимается. Действительно, если пытаться классифицировать «виды лженауки», то проще всего с банальным мошенничеством, сознательным обманом, шарлатанством. Много примеров было приведено в статье В.С.Логинова и С.И.Дорошенко, которая так и называлась — «Мошенничество в науке», или в статье П.Катинина. Такие факты надо выявлять и решительным образом разоблачать; более того, подобных ««ученых» с большой дороги» (вот сюда эти слова — как раз!) необходимо в каком-то порядке наказывать. С жульничеством нужно обращаться как с жульничеством. Но это всё-таки действительно относительно простой случай.
Верхоглядство, попытка протащить утверждение на основе неоднозначного, часто единичного эксперимента — с этим тоже можно согласиться. Хотя иногда бывает трудно конкретный случай отнести четко к лженауке, а, скажем, не к легкомысленной, не очень серьезной науке. Впрочем, хорошая наука не терпит легкомыслия, и мы должны с рассматриваемым аспектом согласиться. А вот «утверждение, противоречащее существующему набору фактов, взглядов, представлений» давайте незаконным образом вырвем из контекста. Просто, чтобы перекинуть мостик к дефинициям лженауки, которые дает академик В.Л.Гинзбург.
В своих интересных полемических статьях Виталий Лазаревич пишет, что «лженаучными» являются утверждения или построения, противоречащие «твердо установленным научным данным». Он считает также, что новое в науке обычно не отменяет старое, а дополняет, поднимает на новый уровень (теория относительности не отменила механику И.Ньютона). «Разумеется, — пишет далее В.Л.Гинзбург, — можно пуститься в рассуждения на тему о том, что считать «твердо установленным»». Можно пуститься. Более того, это кажется необходимым. И дальше — в основном именно об этом.
Тут начинается самое трудное. Сразу приходят на память отдельные исторические факты, которые, кажется, не укладываются в сформулированное в статье определение. А более детальное рассмотрение позволяет таких примеров набрать множество. Да и собирали их уже не раз, например А.К.Сухотин или О.Ю.Охлобыстин. Приведем некоторые факты, в том числе активно используя две последние книги… <…>.
А.К.Сухотин в упомянутой книге пишет, что парадоксальность революционной идеи проявляется и в том, что она фактически всегда алогична, то есть невыводима по правилам логики из принципов, положений, законов, принятых современной наукой. И далее. «Если мы будем придерживаться только тех законов, которые подкреплены лишь сегодняшним опытом, никаких серьезных открытий сделать не удастся. Прорыв к новым состояниям науки достигается поэтому не на пути рациональных объяснений и доказательств. Напротив. Новое может быть завоевано лишь благодаря «опасным» поворотам мысли, порывающей с рассудительностью. Опираясь на такие «иррациональные скачки», ученый оказывается в состоянии разорвать жесткий строй мысли, который ему навязывают дедукция и логика».
Если мы будем придерживаться только тех законов, которые подкреплены лишь сегодняшним опытом, никаких серьезных открытий сделать не удастся. Сухотину вторит и Охлобыстин. Он цитирует Луи де Бройля: «Индукция, основанная на воображении и интуиции, позволяет осуществлять великие завоевания мысли; она лежит в основе всех истинных достижений науки». А вот что писал об этом великий химик Й.Берцелиус: «У человеческого мышления нельзя отрицать способности выводить из косвенных обстоятельств существование фактов, которые в данный момент не могут быть прямо доказаны. Без сомнения, мы впадаем в крайности, если из-за того, что можно злоупотреблять этой способностью, не захотим применять ее в химии, для которой она более необходима, чем для многих других наук».
Охлобыстин делает вывод, что в химии нет и никогда не было вечных и неизменных истин, законов, представлений. Но может быть, это только химия такая ненадежная? А, скажем, в физике все не так? Но вот что говорил А. Эйнштейн, когда праздновали его 70-летие: «Нет ни одной идеи, в отношении которой я был бы уверен, что она выдержит испытание временем».
Все приводившиеся факты относительности наших знаний и неприятия принципиально нового относились к собственно науке. Но примеры подобного в изобилии имеются и в сфере изобретений. Т.Эдисона подчас травили и высмеивали как мошенника и препятствовали внедрению его новинок. Но сам Эдисон так откликнулся на создание синтетического каучука С.В.Лебедевым: «Известие о том, что Советскому Союзу удалось получить синтетический каучук, невероятно. Этого никак нельзя сделать. Скажу больше — всё сообщение ложь». Парижская академия отвергла противооспенную прививку Э.Дженнера, объявила пароход Р.Фултона утопией. (Возвращаясь к науке: та же академия объявила Ф. Мессмера, осуществившего первые опыты гипноза, — шарлатаном, а в конце XVIII в. академия постановила не принимать к рассмотрению сообщений «о камнях, падающих с неба», т.е. о метеоритах. В постановлении резонно указывалось, что камни с неба падать не могут, ибо тверди небесной не существует. Среди подписавших постановление был А.Л.Лавуазье). <…>.
Мы, вероятно, должны прийти к заключению, что обнаруживать лженауку по признаку противоречия твердо установленным наукой взглядам — довольно трудно, даже опасно. Теперь рассмотрим возможные возражения.
Многие приводившиеся примеры относятся к давним временам, когда науки были слабее, некоторые вообще в зародыше, теории сменяли друг друга из-за младенческого возраста науки. А теперь мы имеем намного более прочно построенное здание, новое добыть трудно, фундамент здания ныне можно считать незыблемым. Это кажется убедительным. Однако если мы опять обратимся к истории науки, то обнаружим, что примерно так же считали практически на каждом этапе развития научного здания, почти в любой момент. Уж, во всяком случае, в последние один-два-три века, в зависимости от области науки. Руководитель американского патентного бюро Чарльз Г.Дуэлл написал «Ничего нового больше не будет. Все, что можно было изобрести, уже изобретено». Написал он это в 1899г.
Е.Б.Александров и В.Л.Гинзбург пишут: «Непрерывное накопление знаний делает совершенно неправомерными привычные исторические аналогии, когда, оправдывая очередной псевдонаучный вздор, вспоминают, как кто-то великий в прошлом веке не поверил в чью-то «сумасшедшую идею» и оказался неправ… Возможно, это было верно на заре науки, когда никто ничего не знал. Но сегодня заслуживает внимания лишь та гипотеза, которая согласуется с имеющимся огромным достоверным знанием. Чем дольше развивается наука, тем больше она накладывает ограничений на фантазии в отношении фундаментальных гипотез».
С последней фразой нельзя не согласиться. Что касается предшествующих… «Исторические» факты, что были приведены выше, говорят, по-видимому, о другом — о том, что принципиально новая идея (возможная на любом, в том числе и на современном этапе развития науки) может не согласовываться «с имеющимся огромным достоверным знанием», потому что знания — относительны, отнюдь не абсолютны.
Попробуем другие подходы. К.П.Иванов в своей обстоятельной статье определяет паранауку как проведение сомнительных или даже заведомо ложных исследований и наблюдений, которые тем не менее осуществляются в течение какого-то времени. Но что такое сомнительные исследования? Если сомнительно, будет ли получен истинный и, может быть, полезный результат, так это характерно едва ли не для любой поисковой научной работы. Если сомнительна сама тема, само направление работы, так надо еще понять, для кого и почему они сомнительны. А что такое заведомо ложные исследования? Кто считает их ложными? И когда сочли или сочтут их ложными? Алхимики несколько веков не считали ложными свои попытки получить философский камень, это потом оказалось, что усилия были напрасными. Разумеется, исключим случай, когда сам исследователь знает, что он идет в тупик или изображает работу и результаты из соображений карьерных, денежных и т. п.
Далее К.П.Иванов делает попытку определить лженауку. «В отличие от паранауки лженаука основывается на постулатах, которые ничем не доказаны и никем научно не доказываются, но облекаются в наукообразную форму». Следует еще раз поблагодарить К.П.Иванова за попытку разобраться с понятием лженауки. Но если говорить о приведенном варианте дефиниции, то к нему снова возникают вопросы. «В отличие от паранауки» — значит ли это, что паранаука основана на кем-то доказанных постулатах? Однако это мелкая придирка, оставим ее. Пожалуй, легче всего согласиться с выводом К.П.Иванова, что отделить паранауку, лженауку и жульничество можно лишь в случае наиболее ярких их проявлений.
Давайте подумаем о тех же алхимиках. Период алхимии длился долго, несколько веков. Алхимики хотели научиться превращать разные элементы в золото, изготовлять эликсир жизни и т. д. Цель их была недостижимой, ложной, зря тратили время и силы. Значит, алхимики были лжеучеными? К.П.Иванов так и считает. Но многовековой труд алхимиков был увенчан ценными открытиями, изобретениями и усовершенствованиями. Об этом много написано в работах по истории химии, поэтому ограничимся только несколькими примерами. Алхимики открыли цинк, сурьму, висмут, стали использовать растворы, разработали многочисленные общехимические операции и приемы, накопили огромный фактический материал о свойствах веществ и на этой основе нашли ряд способов различать вещества. Так, они научились разделять золото и серебро: царская водка растворяет золото, но осаждает серебро (в виде хлорида): азотная же кислота растворяет серебро, но не золото. Алхимики усовершенствовали известный еще с античных времен способ определять содержание золота в изделиях на так называемом пробирном камне. <…>.
Заключение. Не сложится ли впечатление, что автор защищает лженауку? Это было бы совершенно неправильно, просто хочется разобраться, где противник, каков он, чтобы не стрелять по своим. А с противником, когда ясно, кто он и где он, надо поступать как с противником. Шла речь о критике ряда критериев, используемых для вычленения лженауки. Критика критикой, но что же у нас остается? Или иначе: какие новые критерии можно предложить? У В.Л.Гинзбурга есть и другие дефиниции лженауки. В уже упоминавшейся его статье можно прочитать: «лженаукой можно называть только твердо опровергнутые современной наукой утверждения, построения, «теории» и т.п. вроде астрологии, создания торсионных генераторов и «новой хронологии» [А.Г.Фоменко. — Ю.З.]. А различные, даже неортодоксальные с точки зрения большинства ученых теории и идеи, неверность которых не доказана, еще отнюдь нельзя считать лженаукой».
Теории и идеи, неверность которых не доказана, даже неортодоксальные с точки зрения большинства ученых, еще отнюдь нельзя считать лженаукой. Вот это не вызывает никаких возражений. Может, и руководствоваться этим критерием? Правда, как быть редакциям журналов, которые получают «неортодоксальные» статьи? Ведь чтобы опровергнуть что-то, надо это что-то, как минимум, знать, т.е. опровергать можно опубликованное (а «большинство» будет против публикации). Тоже проблема.
Осмотрительность, осторожность — вот что нам нужно при борьбе с лженаукой. Конечно, скажем, уфология, парапсихология, астрология не могут быть приняты в сообщество «нормальных» наук, но даже в этом случае излишняя лихость в суждениях едва ли оправдана».

(Золотов Ю.А. Что же такое лженаука? Сайт www.humanism.al.ru.)

«Александр Моисеевич Хазен, кандидат физико-математических наук (Нью-Джерси. США) более тридцати лет (с 1960г. по 1993г.) руководил научно-исследовательской лабораторией в Институте механики МГУ им. М.В.Ломоносова. В настоящее время А.М.Хазен, член Нью-Йоркской академии наук (основана в 1817г.), живет в штате Нью-Джерси, США, продолжает научную деятельность. Его последние работы о возникновении и эволюции жизни и разума, о причинах познаваемости природы отражены в списке литературы к этой статье и на сайте www/kirsoft.com.ru/intell). Вопросам разграничения научного творчества, ошибок в науке и лженауки посвящена его книга «О возможном и невозможном в науке» (М. Наука. 1988г.), которую многие помнят. Как и всех настоящих исследователей, его тревожит рост антинаучных тенденций в России. Их анализу и посвящена настоящая статья.
В последние годы Российская академия наук начала активную борьбу с антинаучными течениями, создав для этого представительную Комиссию по борьбе с лженаукой и фальсификацией научных исследований при Президиуме РАН. Обращение Комиссии было опубликовано во многих научных и научно-популярных журналах (см. «Наука и жизнь» № 11 2000г.). Ряд статей, направленных против лженауки, опубликовали академики В.Л.Гинзбург и Э.П.Кругляков.
Лженаука и создаваемые ею проблемы действительно существуют. Они наносят заметный материальный и моральный ущерб, как науке, так и человеческому обществу в целом. Многим активным инженерам и научным работникам не на что опереться в публикациях научных и научно-популярных журналов, и они становятся пропагандистами «летающих тарелок», «парапсихологии», «энергоинформационного обмена» и прочего явно параноидального бреда. Нет сомнения, что недооценивать разрушительные для общества и науки последствия лженауки недопустимо. Однако, к сожалению, академики РАН начинают «борьбу» абсолютно ненаучным образом. Это выражают открывающие официальный документ РАН признания, что в нем «… оставлен без ответа вопрос о причинах роста влияния лженауки, о том, почему она расцветает в благополучных высокоразвитых странах, наконец, о социальных последствиях ее распространения». То есть отсутствует самое главное — определение лженауки, объекта, с которым Комиссия объявила борьбу. Попытаемся восполнить этот пробел.
Основные определения, относящиеся к лженауке и ее отличиям от ошибок в науке. Наука есть способ описания окружающей действительности на основе аксиоматических моделей — последовательных приближений. Развитие науки состоит в замене исходных аксиом и в уменьшении их числа. Аксиомы всегда имеют ограниченную область справедливости, вне которой они ошибочны. Поэтому ошибки как отражение неокончательности аксиоматики в науке есть обязательное для нее явление. Они сами по себе не есть лженаука и не могут быть ею. Без них наука развиваться не может.
В дискуссиях о лженауке нередко выдвигается аргумент: «Никто не может утверждать, что знает истину в последней инстанции». Это утверждение противоречит принципам науки. В пределах предпосылок моделей научные знания, когда они применяются в этих границах, — абсолютная истина. Иначе говоря, парадоксальным образом абсолютной истиной являются утверждения и результаты, про которые известно, что они ошибочны за пределами известных границ.
Поэтому в науке существуют как неопровержимые утверждения, так и ошибки, которые при своем возникновении и при дальнейшем развитии науки были, есть и останутся только ошибками. Их ошибочность является абсолютной истиной потому, что относится к областям применимости проверенных моделей. Сами по себе они не есть лженаука, но нередко становятся основой ее современных проявлений. Примером этого может служить работа К.Э.Циолковского 1905г. «Второе начало термодинамики».
Как отличить продуктивные «ошибки» в виде аксиом, описывающих этапы последовательных приближений в познании природы, от грубых ошибок внутри известных моделей, которые остаются навечно безграмотностью? Процесс и результаты разграничения этих двух классов ошибок и есть существо науки. Средством разграничения служат публикации результатов наблюдений, экспериментов, их математического анализа. Истинность или ошибочность опубликованного (как категории науки) устанавливается путем открытого, в том числе печатного, обсуждения и использования результатов в теоретической, инженерной или технологической работе. Иное в науке невозможно.
Однако явление «лженаука» существует и может быть определено в строгом виде:
I. Лженаукой называется введение в процесс научной работы, научных публикаций и обсуждений политических и религиозных установок, преднамеренной фальсификации экспериментов, прямой или косвенной цензуры, а также методов уголовного мошенничества, использующих научную терминологию, научные степени и звания, в частности при рецензировании научных работ.
В этом определении необходимо пояснить вопрос о цензуре научных работ. Военная, государственная, коммерческая тайна есть реальность, как и ее защита с помощью цензуры. Однако в условиях свободной конкуренции в торговле и производстве избыточное засекречивание, не позволяющее использовать новые технологии и продукты, приносит только убытки. Поэтому в западных странах ущерб науке и технологиям от засекречивания меньше, чем в России. Как и в случае ошибок в науке, невозможно сформулировать однозначные правила, гарантирующие, что, казалось бы, объективно необходимая цензура не станет основой для лженауки: секретность ограничивает обсуждения и создает тепличные условия для роста лженауки.
Некорректность в существующих определениях лженауки практически лишает научных работников возможности ей противостоять. Для конкретности приведу цитату из статьи известного ученого: «Журналисты не представляют, что ученые понимают под лженаукой. Это утверждения, противоречащие установленным научным данным». Аналогичные определения можно найти и у других авторов. Однако достоверные исторические факты показывают, что самые выдающиеся достижения науки в момент своего возникновения противоречили «установленным научным данным». В результате автор был вынужден ввести оговорку, опровергающую это определение: «Однако любые самые экстравагантные теории, неверность которых не доказана, лженаукой не являются». Эта оговорка не имеет однозначных путей для практического использования. Аксиомы не могут быть доказаны или опровергнуты логически. В этом их существо. Остается не понятым, что вне аксиом ни положительные, ни отрицательные результаты экспериментов не служат абсолютными критериями истинности. Известный астроном А.Эддингтон когда-то сказал об этом: «Пока астрономические наблюдения не подтверждаются теорией, верить им нельзя».
Естественно, что при такой неопределенности формулировок «борьба» становится бессмысленной. Если выявлять лженауку на основе подобных определений, спор проигран до его начала. Ведь примером противоречия «установленным научным данным» в момент своего возникновения является одно из самых великих и непреходящих достижений человечества — открытие Коперника, что Земля не есть центр мироздания. Подобных примеров любой приведет десятки и будет прав. Поэтому определение I нетривиально и требует широкого внедрения.
Причины роста влияния лженауки. Определение лженауки едино. Но причины ее появления и роста различны. Их анализ неизбежно выделяет группы причин и проблем. Сначала поясним причины роста лженауки, которые специфичны для России.
1. Широкое внедрение компьютеров, а потом и Интернета сделало невозможным существовавший в прошлом тотальный контроль над печатным словом. В России возникла альтернатива: либо отказаться от использования в стране компьютеров и ксероксов, либо отучить людей от характерного для страны уважения к печатному слову, к передачам радио и телевидения.
Вспомните, что перестройка началась с многочасовых передач Чумака, Кашпировского, доморощенных «физиков». Сейчас подобное объясняют коммерческими причинами, но тогда реально их еще не было. Настоящие научные работники выступили против массового оболванивания граждан России с аргументированными статьями в газетах. Академия наук должна была поддержать их всей своей мощью, однако этого не произошло — их призывы остались «гласом вопиющих в пустыне». И сегодня даже не поставлена задача, достойная РАН, ее членов и институтов, Комиссии по борьбе с лженаукой, — конкретно вскрыть и ликвидировать поясненную выше причину лженауки. Об этой же причине торжества лженауки пишет академик Э.П.Кругляков: «Не исключено, что в первые годы так называемой перестройки была совершена сознательная акция по использованию средств массовой информации для оболванивания части населения». Однако не опубликованы конкретные сведения (хотя бы в форме устных рассказов), заменяющие форму «не исключено». Подчеркивая эту причину роста лженауки, профессор С.П.Капица утверждает: «Однако главная опасность кроется вне научного сообщества. Более того, его представителей часто эксплуатируют, как бы я сказал, в подрывных целях против науки». <…>.
Группа общих причин современного роста лженауки содержится внутри самой науки и психологии научных работников. Они, вопреки истории и методологии науки, искренне убеждены в том, что научные степени и звания служат гарантом знания научной истины в конечной инстанции. В результате они считают, что с лженаукой можно бороться на основе формализованных критериев типа процитированных в первом параграфе. Однако такое возможно скорее как исключение.
4. Вторая группа внутренних причин лженауки многократно подчеркнута в статьях академика В.И.Арнольда: «Связь математики с реальным миром и с другими науками была исключена из математического образования». Подобное парадоксальное положение возникло и для некоторых разделов физики, существование которой, казалось бы, невозможно без связи с реальностью.
Поговорите с физиками младшего (но уже далеко не молодого) поколения. На любой элементарный вопрос вы получите порцию узко специализированных математических и физических терминов, которые не относятся к вопросу и не являются необходимыми для ответа на него. Они рассчитаны на то, что оппонент постесняется потребовать их пояснений. А если он это сделает, то получит снисходительно унижающую порцию аналогичной информации. Это, как правило, прикрывает неспособность ответить по существу на заданный вопрос. Внутринаучная причина живучести уже лет пятнадцать «изничтожаемого» автора «торсионных полей», кандидата физико-математических наук (а может быть, уже и доктора?), директора института РАЕН А.К.Акимова основана на артистически великолепном использовании этого приема. Несомненно, что Акимов заслуживает выдвижения на престижные конкурсы эстрадных пародистов и высоких наград на них.
5. Группу источников лженауки создает ложно понимаемый патриотизм и национализм («Россия — родина слонов»). Поколения воспитаны на том, что наивные или даже неграмотные прожекты могут заменить серьезную инженерную и научную работу и стать основаниями для споров о приоритете.
Бывают и противоположные примеры. Екатерина II по рекомендации Лейбница пригласила Леонарда Эйлера в Петербург, где он стал одним из первых академиков Российской академии наук. Многие его работы, лежащие в основе важнейших направлений науки, сделаны им как российским академиком. В исторических научных публикациях об этом прочесть можно, но в учебниках для школьников и студентов его работы не упомянуты как российские, как закрепляющие авторитет и приоритет российской науки.
6. Немаловажные причины роста влияния лженауки связаны с финансированием науки. Сегодня для нужд науки выделяются и используются суммы, которые велики в масштабах даже мировой экономики. В науке возникает борьба за деньги, которая нередко выливается в мошенничество, основанное на использовании научной терминологии. Публикация научных работ, не оплачиваемая напрямую, стала орудием для зарабатывания денег, например по грантам. Однако сегодня нет юридических основ защиты науки и научных работников от мошенничества в процессе отказа или одобрения публикации научных работ.
7. Классики науки получали результаты исследований в определенных исторических условиях. Поэтому самые бесспорные и выдающиеся достижения человечества необходимо всегда оценивать в контексте времени и обстоятельств, когда они были созданы. Подобное утверждение в научной литературе нередко считают крамолой, канонизируя в современных условиях прошлые результаты вне области их применимости. В результате часто спор о научном существе работ заменяется злоупотреблением цитатами, оторванными от авторского и исторического контекста.
8. Наиболее сложные и значительные причины лженауки связаны с принципом работы человеческого мозга. Образы и понятия в мозге для всех форм жизни, включая сознание человека, есть результат экстремумов энтропии-информации и ее производства для состояний и связей нейронов. Они фиксируются как аксиоматическая, или логическая, истина за счет перераспределения нейромедиаторов и нейропептидов. Конечный физиологический результат интеллектуальной деятельности подобен чувству удовлетворения при насыщении пищей, избавлении от опасности, выполнении репродуктивных функций. Потребность в творчестве для человека есть эндогенная наркомания в буквальном смысле, так как в число участвующих в нем нейропептидов входят эндогенные опиаты. Их участие в работе мозга делает неизбежными такие явления, как оккультизм, астрология и подобные им, — каждый снабжает себя эндогенными опиатами как может. Существо действия наркотиков в том, что они заменяют чувство удовольствия как ключевую реакцию на решение задач выживания только в результате введения посторонних веществ и не решают никаких задач. Сами по себе оккультизм и подобное не есть лженаука — это общедоступный легальный «наркотик»-заменитель. Они становятся лженаукой, когда используются в целях, упомянутых в пункте 1. Вне этих целей их пропаганда в средствах массовой информации свидетельствует, прежде всего, о творческом бессилии ее авторов. Насаждать всей мощью современных средств массовой информации оккультизм или астрологию есть преступление в прямом уголовном смысле. Сказанное относится и к призывам искать связи науки и религий.
Астрология, оккультизм, «энергоинформационный обмен» путаются под ногами науки и мешают ее развитию. <…>.
Социальные последствия лженауки. Социальные последствия лженауки особо разрушительны. Социальная опасность лженауки состоит в том, что она, иногда необратимо, блокирует развитие неустранимо важных направлений науки, управления государством и форм общественных отношений. <…>.
Еще одна группа социальных последствий лженауки тесно связана с тем, что она дискредитирует разумную политику и политиков, а также демократию. Лженаука становится важнейшим средством для того, чтобы заставить людей в условиях свободы выбрать для себя самоубийственные пути развития, навязываемые им отдельными социальными группами и их руководителями.
В самой науке «защита от лженауки» вызывает как социальное последствие канонизацию сугубо научных моделей и их аксиоматики, но 100-150-летней давности. В результате выдающиеся достижения человечества могут оказаться профанированными. <…>.
Самый эффективный способ дискредитировать величайшие достижения человечества — объявить лженаукой попытки их критиковать, а тем более уточнить границы их справедливости (об этом неоднократно писал, например, В.Л.Гинзбург). Однако и авторам новых теорий следует помнить, что существует бесспорная область справедливости и теории относительности, и квантовой механики, в пределах которой «опровергать» их результаты бессмысленно. Весьма спорна продуктивность такого изменения этих теорий, которое приводит к сужению границ их применимости. Может автор новой работы указать предпосылки, которые расширяют границы справедливости известного, — предмет для обсуждения его работы есть. Не может — она наиболее вероятно окажется ошибкой. Однако претензии на новое во всех случаях должны ограничиваться научными аргументами. Любое введение в обсуждения вненаучных причин неизбежно превращает спорные предложения или их критику в лженауку. Если у рецензентов или читателей есть возражения по приведенным выше определениям и примерам или дополнения к ним, средство установления истины остается все то же, единственное для науки, — печатное обсуждение. Однако именно в сфере таких научных обсуждений сегодня положение крайне тревожное. <…>.
Бороться с лженаукой необходимо. Главное для этого:
— выявлять любые вненаучные влияния в науке, устранять их истинные причины и источники;
— признать, что уголовное мошенничество в науке должно так и называться, независимо от того, исходит оно от рядовых научных работников или академиков; независимо от того, происходит оно с целью получения денег или при рецензировании в журналах, издательствах, экспертных советах.
В сегодняшней постановке борьбы с лженаукой таким задачам места не нашлось, а потому итог оказался тот, о котором предупреждал профессор С.П.Капица: «Представителей научного сообщества часто эксплуатируют, как я бы сказал, в подрывных целях против науки».

(А.Хазен. О лженауке, ее последствиях и об ошибках в науке. Сайт www.nkj.ru.)

* * *