Статья 2.14. Гупта-Видья как предмет Российской Тантрологии (ч.5).

продолжение

Эзотерика — интереснейшая и очень важная область человеческих знаний. Эти знания существовали всегда, они сопровождали всю историю человечества, конечно, развиваясь и изменяясь. Доступ к этим знаниям для большинства людей всегда был ограничен, но сегодня настало время, когда степень этой ограниченности стремительно уменьшается.
Сегодня эзотерика, в принципе представляющая собой единое целое Знание в древности, «разделена» на множество аспектов, частей, сфер, отраслей — «западную», «восточную», «естественно-научную», «философскую», «религиозную», «этическую», «медицинскую», «психологическую», «чакровую», «практическую», «коммерческую» и др., которые в определенной степени формируют соответствующие «эзотерические» традиции в рамках особого «эзотерического» пласта культуры — ЭЗОТЕРИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ, всегда существовавшей в культуре человечества.
Сегодня феномен эзотерики, эзотерической культуры, эзотерических традиций, эзотерических знаний все чаще становится объектом серьезного исследования со стороны науки, поскольку именно этот феномен все больше и больше влияет на социальное, психологическое, духовное поведение людей (см. статью 4.7. ««Эзотерическая» направленность Российской Тантрологии с 2000г. по 2012г. (ч.1, ч.2)», а также «Культурология. Интеллектуальный потенциал культурологии». Материалы международной научной конференции преподавателей, аспирантов. 2003г. г.Тамбов. / Науч. ред. О.В.Ромах, редколлегия: В.С.Семина, Н.И.Ромах, В.В.Жилкин, Н.В.Жилкина. Тамбов. 2003г.).

Вот что пишет О.Б.Белякова (см. Белякова О.Б. Эзотерическая культура как аксиоматическая категория культурологи. Диссертация. Тамбов. 2003г. 175 стр.):

«Категория «культура» включает в себя два корня: КУЛТ (культ) — преклонение, почитание; УР — свет. Таким образом, культура есть почитание света. Сказанное предоставляет возможность трактовать понятие «эзотерическая культура» следующим тождеством: «esoteros» + культ + ур = почитание скрытого света. Именно категория «свет» проецируется на категорию «знание», обладание которым принадлежит особым по нравственным качествам и способностям людям, достойным обучения методикам получения Божественного Посвящения при достижении Божественного Уровня. При адаптированном изменении данное выражение читается как восхождение к Тайнознанию, преклонение перед скрытой Истиной, сохранение Божественного Знания (Света)…».

Вот что пишет И.В.Нежинский (см. Нежинский И.В. Традиция, культура, эзотеризм. Традиция в пространстве культуры.):

«В начале ХХ в. ряд европейских мыслителей (О.Шпенглер, А.Тойнби, Н.Бердяев и др.), достаточно дистанцированных как от эзотерических течений своего времени, так и от традиции и традиционных институтов, проявили неожиданно глубокий интерес к судьбам европейской культуры, к ее «роковой диалектике». Интерес этот был тем более неожиданным, что эра «культурных революций» еще не наступила, что большевистские и нацистские культурные погромы были еще впереди, и лишь некое трагическое предчувствие витало в воздухе, несмотря на внешнее «культурное благополучие» европейской цивилизации. И даже когда это благополучие было разрушено залпами 1-ой мировой войны (а затем и большевистской революции), подавляющему большинству философов все это казалось лишь «исторической случайностью», трагическим и досадным эпизодом, не имеющим глубинного смысла. Однако, как показала сама история, это были не случайные эпизоды, а первые «знамения времени», открывающие эпоху «вторжения масс», когда за относительно короткий исторический промежуток претерпели невиданную трансформацию, казалось бы, незыблемые основы всей мировой цивилизации, а культура подошла к той грани, за которой само ее существование становилось уже немыслимым и невозможным. «Закат Европы», «конец истории», «кризис культуры», – так определяли эту грань те относительно немногие мыслители, какие увидели и почувствовали «печать рока» на мировой драме (или, скорее, трагедии), разворачивавшейся у них на глазах. Впрочем, подавляющее большинство продолжало сохранять исторический оптимизм, тем более что наступившая эра «научно-технического прогресса» давала, казалось бы, для этого все основания.
В нескольких статьях, относящихся к упомянутому периоду (1910-е, 20-е гг.), опираясь на работы Шпенглера и Тойнби, Николай Бердяев предложил своеобразную «циклологию» культуры. Эта циклология, религиозно-феноменологическая по своему характеру, представляется заслуживающей внимания с той точки зрения, что в ней проявляется архетипическая структура Цикла в его традиционном понимании. Действительно, Бердяев рассматривал четыре периода или «цикла» мировой истории:
1. религиозное возрождение;
2. культуру;
3. цивилизацию;
4. варварство,
причем «цикл культуры» у него определяется той избыточной духовной энергией, которая и создает культурные феномены как таковые. Здесь не место сопоставлять бердяевскую концепцию с традиционной; достаточно лишь указать на упомянутое архетипическое сходство (как известно, циклологии различных традиций рассматривают также четыре метаисторических цикла: Золотой век, Серебряный век, Медный век и Железный век в древнегреческой традиции или Сатья-юга, Трета-юга, Двапара-юга и Кали-юга в индоарийской). Нет возможности подробно остановиться в данной статье и на той традиционной идее, что любой феноменологически определенный «фрагмент истории» подобен метаисторическому процессу в целом (однако необходимо отметить, что именно на этот «факт» Бердяев, возможно, сам того не сознавая, и опирался; как бы то ни было, его подход имеет право на существование и с традиционной точки зрения). Здесь нас будет интересовать, прежде всего, та бердяевская идея, что исток культуры, — как во временном, так и причинном измерении, — лежит вне ее самой.
Культура не автогенетична, она не порождает сама себя, ее «причина» лежит в иной плоскости, расположенной «выше» ее феноменологических проявлений. Замыкаясь в самой себе, культура способна лишь механически себя воспроизводить, — а это неизбежно связано с энтропийными потерями и сущностной деградацией, ведущей, в конечном итоге, к вырождению культуры, к ее превращению в цивилизацию, где качество подменяется количеством, духовная энергия — энергией социальной (витальной энергией масс), а «сакральная вертикаль», связующая «небо» и «землю», — «социальной горизонталью», механически соединяющей различные области социального пространства. Эту «причину», этот исток культуры Бердяев видит в религии, в цикле «религиозного возрождения». Здесь он снова близко подходит к традиционным идеям. Действительно, что есть «религиозное возрождение» и на какой основе оно возможно? Сам Бердяев отмечает его внеконфессиональный характер; под «религией» он понимает не конфессиональные вероучения, не религиозные социальные институты, а скорее «чистую религиозность», нечто, «лежащее в основе». Если сделать еще шаг вперед и назвать вещи своими именами, то мы приходим к Изначальной (примордиальной) Традиции, как ее понимает Рене Генон. Именно в Изначальной Традиции лежит исток культуры, а еще точнее — исток всех истоков, и именно она определяет тот «вертикальный канал», по которому происходят сакральные трансляции и по которому духовные энергии достигают всех, самых казалось бы «низменных», регионов человеческого существования.
Действительно, традиция связана, так или иначе, со всем, что ассоциируется с понятием «культура», — с фольклором и мифом, с пластическими искусствами и литературой, с музыкой и танцем, наконец, с «культурой быта», с теми обычаями, ритуалами и «бытовыми парадигмами», какие лежат в основе жизни народов (или, во всяком случае, лежали до тех пор, пока эта жизнь была еще сколько-нибудь традиционна, то есть пока память о традиции была еще хоть сколько-нибудь жива). В своем глубинном измерении культура остается открытой архетипическим формам и сущностным смыслам, принадлежащим высшим регионам бытия и связанным с тем, что всегда является человеческому сознанию как сакральное, священное. Логос, Слово, через которое «все начало быть» и которое является первообразом сущего, не может не «звучать» в пространстве культуры, хотя это звучание не может быть изначально чистым, и хотя это звучание становится все глуше и глуше с ходом истории по мере удаления культуры от своего истока. Но Слово раскрывается не в словах (в их обыденном употреблении), не в рационально структурированной речи, не «в наративе и дискурсе», а в «живом глаголе», причастном пространству глубинных смыслов. В той же мере сфере раскрытия Логоса принадлежат символ и миф, составляющие, как это хорошо известно, основу любой традиционной доктрины.
Культура остается культурой до тех пор, пока в ней, так или иначе, присутствуют символ, миф и «живое слово». Здесь не имеет значения, какие формы она принимает, в какие внешние оболочки вовлекается, через какие болезненные процессы проходит; важно это глубинное звучание, явственно улавливаемое всяким не утратившим полностью «духовный слух» человеком; важно это соприкосновение с высшими уровнями Бытия, указующее на связь с традиционными формами.
Лишь в эпоху «цивилизации» эта связь постепенно забывается и отмирает, и тогда на смену традиционным формам приходят совершенно иные — основанные на «социальном диктате», научном рационализме или просто субъективном произволе. Эпоха «цивилизации» ассоциируется в истории Европы с концом средневековья и началом Нового времени (XIV-XVI вв.). Именно в этот период традиционная средневековая культура окончательно замещается культурой профанической и «светской», и всякая связь с традицией прерывается. И, что самое любопытное, именно в этот период формируется соблазнительная теория «прогресса», объясняющая и оправдывающая процесс отпадения социума от традиции и, затем, обретающая собственный пафос в «гуманизме» и «освобождении человека». Человек, и вправду, «освобождается» от традиции; он более «не отягощен» связью с небом и землей, он провозглашает себя своей собственной высшей ценностью. Грядет «эпоха гуманизма», однако даже этот термин несет в себе двоякий смысл: если слово «гуманизм» проанализировать этимологически и вскрыть его древнейшие корни, то за «человечностью» мы внезапно обнаружим «перегной и глину», а попросту говоря «грязь», и этот факт представляется весьма значимым в символическом отношении.
Цивилизация превращает миф в «сказку», в простой вымысел, а символ низводит до уровня буквального рационального понимания. Последнее обстоятельство имеет поистине трагические следствия: символ не только выхолащивается, но и прямо извращается, «переворачивается», становясь карикатурой на самого себя; постмодернистские «игры» с символикой здесь могут служить яркой иллюстрацией. В этой связи любопытно отметить, что если в 70-е и 80-е гг. ХХ в. определенные литературные течения пытались возродить миф и связанную с ним символику (достаточно вспомнить романы Г.Маркеса, Дж.Апдайка, А.Кима или некоторые произведения «героической фантастики» — Дж.Толкиен, У.Ле Гуин и др.), то в самом конце века (и тысячелетия) «дети постмодерна» уже просто забавляются, произвольно «выкручивая» символы и плохо понятые обрывки эзотерических доктрин, находя странное удовольствие в создании изощренных карикатур и пародий. Это, впрочем, не удивительно, если учесть, что современный человек уже десятилетия живет в социуме, который сам по себе является «перевернутым миром», пародией на социум традиционный, деградацией и извращением всех духовных принципов человеческого бытия; на причины такого положения вещей указывал в свое время Генон, и мы еще вернемся к этой теме ниже.
Институт эзотеризма. По поводу эзотеризма сегодня существует такое количество недоразумений и предрассудков, связанных с элементарным непониманием, что писать на эту тему сложно. Впрочем, так было всегда. Эзотеризм смешивают со всяким оккультным учением, а сам этот термин произвольно прилагают к любому случайному обрывку традиционной доктрины, к тому же интерпретированному самым неадекватным образом. Количество псевдоэзотерической литературы превысило все мыслимые пределы, а многочисленные авторы «мистических триллеров» теперь лихо оперируют «эзотерической» терминологией, создавая полную иллюзию собственной «посвященности».
Между тем имеет смысл хотя бы немного разобраться с терминологией и прояснить, что имеется в виду под эзотеризмом как таковым, и каким образом те реалии бытия, на какие это понятие указывает, могут проявляться в пространстве культуры, так как понятно, что на уровне массового сознания подобное проявление невозможно в силу самой природы вещей. Речь идет, таким образом, о способе бытия эзотеризма, об институте эзотеризма, если иметь в виду под институтом не социальную организацию, но некую структуру более высокого уровня бытия. Парадокс тут заключается в том, что эзотеризм не только часто смешивают с экзотеризмом, но и об этом последнем большинство приверженцев «оккультных учений», равно как и религиозных конфессий, имеют весьма туманное представление.
Действительно, по самой своей природе, эзотерические истины не могут быть выражены ни в социуме, ни в пространстве культуры, — не потому, что они «скрываются», а потому, что они имеют отношение к высшим состояниям сознания и высшим уровням Бытия. То, что может быть выражено на обычном языке, является по определению экзотерическим; именно экзотерические учения и призваны нести в массы различные церкви и религиозные конфессии. Но даже здесь возникают сложности. Если спросить у «верующего христианина», каково же христианское учение (т.е. какова доктрина экзотерического Христианства), то в подавляющем большинстве случаев можно будет услышать лишь набор штампов и догм, которые, к тому же, будут для самого человека мало понятны. И дело тут не в том, что «вера выше разума». Дело в том, что среднестатистический христианин просто не знает экзотерическое учение своей церкви, и это справедливо по отношению не только к христианству, но и ко всем организованным религиям. Между тем, даже экзотерическое учение предполагает минимальное знание и минимальное понимание, соответствующее уровню бытия социального человека.
Что же касается института эзотеризма, то он имеет отношение не к церкви, не к конфессионально организованной религии (и тем более не к оккультизму и магии), но к Изначальной Традиции, к самому истоку всех религий и каждой из них. Это не означает, что эзотеризм противостоит церкви или конфессиональному вероучению. Противостояния тут нет. В «нормальной» ситуации (характерной для предшествующих нынешнему «веку тьмы» метаисторических периодов) институт эзотеризма непосредственно связан как с религией, так и с пространством культуры; в ненормальной же ситуации эта связь обрывается, но обрывается не «сверху», а «снизу». Институт эзотеризма продолжает существовать уже автономно, иногда соприкасаясь с религиозными конфессиями, иногда от них дистанцируясь. Это автономное существование имеет свои особенности, о которых пойдет речь ниже…».

В 2007г. состоялась защита диссертации кандидата философских наук В.А.Толстикова «Взаимоотношение иррационального и рационального в мистическом опыте» (специальность 09.00.13, религиоведение, философская антропология и философия культуры) (см. Толстиков В.А. Взаимоотношение иррационального и рационального в мистическом опыте. Белгород. 2007г. 179 стр.). Вот что пишет автор:

«Содержание. Введение. Глава 1. Иррациональные начала мировоззрения и культуры.
1.1. Творчество, миф и религия как феномены иррационального.
1.2. Развитие иррационалистических идей в философском дискурсе.
1.3. Мистический опыт как основа иррационального мироотношения.
Глава 2. Рационализм в мировоззрении, культуре и науке.
2.1. Идеи рациональности в истории философии.
2.2. Научная рациональность как предел рационализации сознания.
2.3. Методологический и мировоззренческий кризис современного рационализма в науке и культуре.
Глава 3. Синтез рационального и иррационального — основание универсальной картины мира.
3.1. Преодоление рационализма в русской религиозной философии.
3.2. О возможности непротиворечивого взаимоотношения иррациональных и рациональных элементов мировоззрения.
3.3. Научные основания взаимоотношения иррационального и рационального в универсальной картине мира.
Введение. Актуальность темы исследования. Одной из характерных черт современного общества является возросший интерес к теме мистического, оккультного, иррационального. Это связано с социальными потрясениями, которые приводят к образованию духовного «вакуума» в обществе, что свидетельствует о завершении периода тотального рационализма. Люди начинают знакомиться и увлекаться различными нетрадиционными, ранее недоступными доктринами. На прилавках книжных магазинов оказалась масса литературы, где интерпретируются необычные опыты мистиков, ясновидящих, медиумов и т.п. Появилось множество различных организаций, обращающихся к теме «мистического». Однако, несмотря на большой интерес к данной теме, явно ощущается дефицит в философском исследовании, рассматривающем мистическое как специфический способ познания.
Познание мира — это неотъемлемая часть человеческого существования, ибо сама жизнь — непрерывный процесс познания. Человек живет, смотрит на этот мир (зрит) и у него по необходимости возникает мировоззрение. Мы не знаем общества без мировоззрения, наличие такового абсурдно по определению…
Односторонняя ориентация на рационализм в культуре с неизбежностью приводит к ошибочным расчетам, и в итоге к катастрофическим последствиям. Но не всякая культурная традиция тяготеет к рационализму. Для России феномен иррационального представляет важнейшую составляющую духовной культуры и мировоззрения, служа основой формирования религиозных систем, художественного восприятия творчества, выработки гармоничных систем ценностей.
Мироотношение, сформированное на основе религиозно-философских традиций русской культуры может служить образцом целостной модели мира, преодолевающей ограниченность как сугубо рационального, так и иррационального мировоззрения.
Гармонии можно достигнуть лишь в сочетании рационального и иррационального начал, как взаимодополняющих друг друга систем. Новый подход к философии познания предполагает обращение ко всему многообразию способов духовного освоения мира. И здесь проблема взаимодействия интеллектуально-теоретических и интуитивно-экзистенциальных сторон познавательного процесса оказывается одной из центральных. Целостность человеческого познания и бытия предполагает диалог рациональных и иррациональных факторов.
Анализ различных типов мироотношения, исследования рациональных и иррациональных картин мира в эволюции культурно-исторических типов мировоззрения представляются в сложившейся ситуации чрезвычайно актуальными…
Проблемой диссертационного исследования является взаимоотношение иррационально-мистического и рационально-научного мировоззрений, взаимовлияние рационализма и мистики, а так же процесс рационализации самого мистического опыта.
Объектом настоящего исследования является мистический опыт и его интерпретации в различных философских и религиозных системах.
Предмет исследования — феномен мистического мировосприятия, его отражение в культуре.
Цель исследования. Основная цель нашей работы состоит в постановке и исследовании проблемы соотношения и взаимодействия рациональной и интуитивно-иррациональной форм познания, а также его преломления в социальной и духовной жизни человека, определение места и роли иррационалистических идей в процессе формирования культурно-исторических типов мировоззрения.
Формирование картины мира — процесс необыкновенно сложный; картина мира выкристаллизовывается в мифологических системах, в религиозно-философских доктринах, достигая особой силы в форме художественно-эстетического творчества. При этом религиозные, философские концепции, а также художественное творчество, основой которых являются мистические озарения и интуиция, могут быть исследованы в качестве определенных форм культурно-исторических рефлексий.
Задачи исследования:
Выявить основные принципы иррационального мировосприятия, истоки философского иррационализма и других внелогических форм мышления и миропонимания и определить структуру и способы интерпретации мистического опыта.
Выявить истоки и обосновать фундаментальное значение исихазма в культурной традиции Восточного христианства.
Раскрыть роль рационализма в формировании современных ценностей Западноевропейского общества и обосновать причины и следствия глобального кризиса рационализма.
Исследовать возможности взаимоотношения иррациональных и рациональных элементов мировоззрения в современной картине мира.
Основные положения выносимые на защиту:
1. Мистический опыт как феномен общемировой духовной культуры и неотъемлемая часть познавательного процесса, является объективной реальностью, не имеющий однозначного истолкования. Его многообразное понимание зависит от методологических и мировоззренческих принципов интерпретации, определяемых историческим, культурным и религиозным контекстом, степенью вовлеченности мистика в общественную жизнь, его образованием и культурой мышления, способностью к вербализации невыразимого.
2. Иррациональное мировосприятие, выраженное в различных аспектах его проявления, является необходимой составляющей культуры вообще и духовной культуры в частности. Опыт исихазма в Восточном христианстве следует рассматривать как положительный пример при формировании новых познавательных парадигм.
3. Рационалистическое мировоззрение, имеющее корни в античности и утвердившееся в Западной Европе, породило не только науку современного типа, но и изменило весь строй Западноевропейского общества, мировоззрение и менталитет человека и, став тотальной силой, привело мировое сообщество к глобальному кризису.
4. Опыт русской религиозно-философской мысли может служить основой для преодоления возникшего кризиса и расширить смысловое поле познания, включив в него не только рацио, но и элементы мистики. Принцип дополнительности, приобретающий общенаучный и общефилософский характер, также может послужить методологическим основанием для построения органически целостной картины мира.
Научная новизна исследования. Произведен критический анализ западноевропейского рационализма. Произведено всестороннее обоснование конструктивных сторон иррационального мировоззрения, его позитивного вклада в развитие духовной культуры, доказана его актуальность в социокультурной реальности нашего времени. Рассматривая рационализм и иррационализм в качестве фундаментальных архетипических парадигм, был произведен анализ культурно-исторического процесса методом межкультурных сопоставлений. Было доказано, что феномен иррационального представляет собой важнейшую составляющую духовной культуры и мировоззрения, служа основой формирования религиозных и мифологических систем, художественного восприятия и творчества, выработки органических систем ценностей.
Показано, что религиозно-мистическое и эстетическое переживание служит эффективной основой преодоления ограниченности рационалистического мировоззрения, расширяя его гносеологическое, онтологическое и аксиологическое смысловое поле. Вместе с тем, необходимо преодолеть и абсолютную невыразимость мистических переживаний, введя их в культурный контекст своего времени путем логизации и вербализации.
Касаясь вопроса о сущности и значении иррационально-мистической картины мира, была обоснована идея ее универсальности. Выявлено, что мироотношение, сформированное на основе религиозно-философских традиций русской культуры, может служить образцом целостной модели мира, преодолевающей ограниченность сугубо рационального и иррационального мировоззрения.
Показано, что физический принцип дополнительности может быть использован как общефилософский принцип для построения гармоничной модели взаимодействия рациональных и иррациональных форм мироотношения.
Научно-практическая значимость работы. Содержание и теоретические выводы данной работы могут быть использованы для дальнейшего анализа различных типов мировоззрения и моделирования картин и образов мира. Предложенный в диссертации подход и результаты исследования проблемы диалога рационального и иррационального могут быть полезны как в дальнейшей исследовательской работе, так и в лекционных курсах. Результаты работы могут оказаться полезными в сфере культурно-мировоззренческого воспитания.
Заключение. Рациональный и иррациональные этапы в истории Европы чередовались друг с другом. Мифологический период относился к иррациональному этапу, античный — к рациональному, средние века опять к иррациональному. После эпохи Возрождения опять начался рациональный этап в развитии Европы, продолжающийся по настоящее время. В западном мире рационализм доведен до крайних своих проявлений, что может обернуться глобальной катастрофой. Очевидно, что выход может быть найден только в сочетании (дополнительности) рационального и иррационального моментов в развитии человеческого сообщества.
Попытавшись проанализировать иррациональные моменты мировоззрения, мы увидели, что они несут чрезвычайно конструктивный смысл, являясь необходимым и незаменимым источником этического и эстетического возвышения человека. В своей работе мы обосновывали существование мистического как факта реальной жизни, факта, который остается фактом независимо от того, культивируют его или игнорируют. На пути мистической интуиции невозможно построить научную систему, но возможно постичь абсолютное. На пути рациональной логики невозможен трансцензус, но возможен научный прогресс.
Различные культурные традиции по-разному определяют место человека в системе бытия, исходя из конкретно исторического понимания сущности человека и его социокультурной ценности. Идентификация человека, формирование его самосознания, в свою очередь, становилось центральным и главным фактором, определяющим весь ход развития культурных, экономических и социально-политических процессов. Глобальный пересмотр социокультурной идентификации человека всегда приводил к смене мировоззрения, системы ценностей, а в итоге, и к фундаментальным преобразованиям в развитии человечества, что и дает нам основания говорить о смене исторических эпох и различных культурно-исторических традиций.
Итоги ушедшего века позволяют нам сделать вывод о том, что современный человек подвергся испытанию силой и этого испытания он не выдержал. Возможности, которые он получил в результате научно-технической революции, оказались чрезмерно широкими. Чрезмерно — потому что справиться с ними он оказался не в состоянии.
Трансцендентно-идеальное, эстетическое, нравственное — всё это не вытекает из животной природы человека, равно как и не подлежит рационалистическому обоснованию, оставаясь для рационального сознания полностью или частично мистифицированным. Но именно эта иррационально-мистическая сторона духа и обуславливает уникальность человеческого существа, принципиально выделяя его из животного и виртуального мира.
Способность к иррациональному действию, алогичность эмоций, эвристическое мышление, — все это составляет не только основу уникальности личности, но и, что более существенно, природу творческого акта. А вне творчества, вне способности к созиданию невозможно никакое развитие вообще. Следовательно, отрицая иррационально-мистические способности человека, мы отрицаем саму возможность творческой деятельности, и, в конце концов, приходим к отрицанию всего — цивилизации, культуры и самого человека.
Если бы в природе отсутствовал иррациональный аспект, мир представлял бы из себя мертвую материю без всякого движения, то есть не существовал бы вовсе. Следовательно, само существование наблюдаемого, мира предполагает дополнительность рационального и иррационального аспектов в любом явлении действительности.
Наука и мистицизм являются двумя дополняющими друг друга сторонами человеческого познания: рациональной и интуитивной. Современный физик — последователь крайне рационалистического направления, а мистик — крайне интуитивного. Эти два подхода отличаются друг от друга самым принципиальным образом, и не только по вопросам истолкования смысла явлений материального мира. При этом для них характерна так называемая дополнительность. Один подход не может быть заменен другим, каждый из них имеет уникальную ценность, а их соединение рождает новое, более адекватное мировосприятие. Наука не нужна мистицизму, мистицизм не нужен науке, но людям необходимо и то, и другое. Мистическое восприятие позволяет добиться глубокого понимания сути вещей, наука незаменима в современной жизни. Таким образом, лучше всего для нас было бы объединение мистической интуиции и научной рассудочности, а не динамическое их чередование.
Интеллектуальный мир, пережив опьянение верой в безграничные возможности науки, сегодня вынужден согласиться с тем, что наряду с рациональностью науки существует в качестве равноправных духовных феноменов — миф, религия, нравственность, искусство и др. Истина — правда постигается «сердцем». Познание — это не только рефлексия человека над миром, но и растворение его в этом мире, слияние с ним. Познание в русской философии есть переживание бытия как своей личной судьбы. В «сердце» заключен мотив познания, «сердце» — это второй ум, который глубже первичного ума.
Истинное знание является результатом синтеза эмпирического, рационального и мистического познания в их взаимосвязи, где рациональная форма, не теряя свои возможности, обогащается привнесением «жизненного начала». Новая философия должна соединить восточное понимание и западное знание. Она должна осуществить синтез философии, науки и религии и обеспечить смысл жизни человека. Время собирать камни».

Сегодня Академическая Наука и Эзотерика пристально смотрят друг на друга, более того, сегодня Запад и Восток также пристально смотрят друг на друга. Прав ли был Уолтер Эванс-Вентц, когда в 1934г. в Оксфорде, в Колледже Иисуса, заявил: «Только тогда, когда Запад поймет Восток, а Восток — Запад, развернется Культура, заслуживающая названия Цивилизация». Ведь когда-то лорд Киплинг сказал, что «Восток есть Восток, а Запад есть Запад, и им никогда не встретиться». Возможно, это и так. Но, обратим внимание на то, что в XIX в. появилась Теософия (Е.П.Блаватская), в XX в. появилась Агни-Йога (Рерихи). Несомненно, это были «итоги» встреч Востока и Запада. Сегодня XXI в., духовный опыт Востока и духовный опыт Запада пришли в непосредственное соприкосновение. Приведет ли такое соприкосновение к дальнейшему развитию нашей цивилизации, или к образованию новой культуры, а может быть к искажению и утрате духовных ценностей и традиций общей Культуры? Останется ли Восток Востоком, а Запад Западом?
Сможет ли Запад понять и принять духовный опыт Востока, и, в частности, его ярчайшую жемчужину — Тантру? Сможет ли Наука принять и понять Эзотерику, и в частности, ее ярчайшую жемчужину — Гупта-Видью? Сможет ли Россия сыграть в этом определяющую роль (как на это указывали Нострадамус, Э.Кейси, Ванга и др.)? Хочется верить, что именно так все и может случиться, поскольку именно это может стать одной из самых главных целей Российской Тантрологии (см. статью 1.6. «Нужна ли нам Российская Тантрология (ч.1, ч.2, ч.3)»).

Вот что пишет С.Ф.Панкин (р. 1952г.) (см. Панкин С.Ф. Индоевропейский эзотеризм и Каббала. 2010г.), политолог, религиовед, эзотерик, публицист, постоянный автор политологических порталов «Евразия», «Международное Евразийское Движение», «Русский обозреватель», философского портала «Арктогея», эзотерического мегапортала «Дом Солнца», а также ряда других сайтов, автор опубликованных работ по религиоведению, истории религий и эзотеризму, ряда научных работ по социально-экономической и политологической тематике, а также более ста публицистических статей в периодической печати.
— Панкин С.Ф. Религиозная антропология. Конспект лекций. М. Флинта. 2006г.
— Панкин С.Ф. История религий. Учебное пособие. М. ИД Равновесие. 2006г.
— Панкин С.Ф. История мировых религий. Конспект лекций. М. Эксмо. 2008г.
— Альжев Д.В. [Панкин С.Ф.]. История и теория религий. Конспект лекций. Эксмо. 2008г.
— Панкин С.Ф. Сатанизм: история, мировоззрение, культ». Пенза. Золотое сечение. 2010
— Панкин С.Ф. Основы религиоведения. Пенза. Золотое сечение. 2011г.
— Панкин С.Ф. Индоевропейский эзотеризм и Каббала. В 3-х т. Электронное издание. «Сайт Лотоса». 2010г.
— Панкин С.Ф. Каббала известная и тайная. Эксмо. 2008г.
— Панкин С.Ф. Иудаика: метафизика нации в иудаистской Каббале. 2009г. (фундаментальная трёхтомная работа)
— По контракту с издательством «Азбука» (СПб.) вместе со своей супругой, А.Т.Панкиной работает над переводом на русский язык англоязычной фундаментальной «Энциклопедии магии и алхимии».
Две крупные работы С.Ф.Панкина: «Сатанизм: история, мировоззрение, культ» и «Основы религиоведения» написаны с эзотерических позиций и не имеют аналогов в религиоведческой и эзотерической литературе. Эти работы вышли в эзотерическом издательстве «Золотое сечение». Это одно из наиболее рафинированных специализированных издательств, выпускающее литературу для высококвалифицированных специалистов в области эзотеризма, оккультизма и магии.

«Смена космических циклов и её влияние на сакральность. (21.10.2008г.) …Известный мыслитель-традиционалист Александр Дугин пишет об архетипических образах богов в связи со сменой эонов: «Нынешнее человечество живет в конце «эона Озириса» [эра Рыб], что характеризуется «архетипом умирающего и воскресающего бога». Этот «эон», цикл, характерен патриархальной этикой и представлением о божественности как о чем-то отвлеченном и моральном. Закон этого цикла требует от человека аскетизма и отказа от своей воли. Но всё это заканчивается. Близится следующий цикл — «эон Гора» [эра Воолея], сына Озириса. В этом периоде будут иная религия и иная культура, основанные на новой этике. Теперь «божество» будет внутри человека («каждый мужчина и каждая женщина — это звезда», гласит важнейший закон А.Кроули), а не вне него. Поэтому никаких ограничений не будет, и наступит царство тотальной свободы» (А.Дугин. Тамплиеры пролетариата. Национал-большевизм и инициация. М. Арктогея. 1997г. с. 172-173)…
Смена религий со сменой эонов — непреложный закон смены космических циклов: каждые две тысячи лет (точнее 2166 лет) происходит смена эонов, а вместе с ней и изменение архетипических образов Богов. Наступающий ныне эон Гора (эра Водолея) будет характеризоваться совершенно иными сакральными формами, чем эон Озириса (эра Рыб).
Владимир Истархов пишет об этом: «Скоро заканчивается космическая Эра Рыб. Эта Эра длилась 2160 лет. В начале ХХI в. начинается наша Эра — Эра Водолея. Участь однобогих религий — Иудаизма, Христианства и Ислама предрешена. Их уход с мировой арены — это всего лишь вопрос времени. На мировую арену выйдут новые типы религиозного миросозерцания». (Истархов В.А. Удар русских богов. СПб. ЛИО Редактор. 2001г.)
Тот факт, что тип религиозности обусловлен астрологически, признавали не только «язычники», но также и весьма известные представители ортодоксального Христианства, говоря о «гороскопе религий». Крупнейший современный исследователь культуры эпохи Возрождения Эудженио Гарэн пишет в данной связи: «Историки удивляются, что такой благочестивый францисканец, как брат Роджер Бэкон, или кардинал святой римской церкви Пьер д’Айли, или доминиканец, придерживавшийся ортодоксальных взглядов, брат Томмазо Кампанелла, допускали нечестивое «учение о гороскопе религий», иными словами, верили, что смена культов на Земле и появление пророков определяется великими конъюнкциями, то есть совпадением планет, которые расположены выше Солнца. …Вероятно, не случайно именно францисканец Рождер Бэкон, устремивший глаза и ум на подвижную жизнь вещей, выступил с наиболее страстной защитой астрологии и магии» (Эудженио Гарэн. Проблемы итальянского Возрождения. Избранные работы. М. Прогресс. 1986г. с. 342, 344).
Но между эонами (эрами, эпохами) существуют особые промежутки, особые переходные периоды, когда торжествуют не старые или новые законы, но силы разрушения, беспорядка, силы хаоса. Известный современный метафизик Александр Дугин определяет суть «равноденственной бури» следующим образом: «Между двумя эонами существует особый период — «буря равноденствий». Это эпоха торжества хаоса, анархии, революций, войн, катастроф. Это волны ужаса, необходимые, чтобы смыть остатки старого порядка и расчистить место для нового». (А.Дугин. Тамплиеры пролетариата. Национал-большевизм и инициация. М. Арктогея. 1997г. с. 173)…
«Мы живем в эпоху обнажений и разоблачений. Обнажается и разоблачается природа гуманизма, который в другие времена представлялся столь невинным и возвышенным. Если нет Бога, то нет и человека — вот что опытно обнаруживает наше время. Обнажается и разоблачается природа социализма, выявляются его последние пределы, обнажается и разоблачается, что безрелигиозности, религиозной нейтральности не существует… Богочеловеку противостоит не человек нейтрального и серединного царства, а человекобог, человек, поставивший себя на место Бога. Обнаруживаются противоположные полюсы бытия и небытия. Религия не может быть частным делом, как того хотела новая история, она не может быть автономна, и не могут быть автономны все другие сферы культуры. Религия опять делается в высшей степени общим, всеобщим, всеопределяющим делом». (Бердяев Н.А. Труды. Новое средневековье. Электронная версия: «Библиотека в кармане». Выпуск 18).
«Равноденственная буря» — это своего рода «Час Быка» в истории человечества: самое жуткое время перед рассветом, когда особенно неистовствуют духи Зла. Но наступает рассвет, и чары Зла рассеиваются полностью. Чтобы выйти к Божественному Свету, человечеству, подобно Данте, придётся сначала спуститься на самое Дно Ада, то есть — пережить период «бури равноденствий».
Как отмечает Рене Генон — «Мы находимся в Кали-юге, в темном веке, где духовность сведена к своему минимуму законами развертывания человеческого цикла, приводящего к некоей прогрессирующей материализации через различные периоды, из которых этот является последним; под человеческим циклом мы здесь понимаем исключительно продолжительность Манвантары… Конец настоящего цикла есть одновременно начало будущего цикла. Те, кто знает, что так и должно быть, даже посреди худших обстоятельств не могут утратить своей неизменной безмятежности; как ни было бы неприятно жить в эпоху потрясений и почти всеобщего мрака, они не могут их загрязнить или поглотить, и именно это составляет силу истинной элиты. Несомненно, если мрак будет распространяться всё больше, эта элита даже на Востоке может быть сведена к небольшому числу. Но достаточно того, чтобы лишь некоторые хранили в целостности истинное познание, чтобы быть готовыми, когда исполнятся времена, спасти всё то, что ещё может быть спасено из современного мира, что и станет зародышем мира будущего» (29).
Каждый человек является Богом в глубинной своей сущности, Бог не вовне, а внутри человека, в безднах его души. Данный тезис, фактически, совпадает с известной Восточной сакральной формулой о единстве, доходящим до полного тождества, Атмана (высшего, человеческого «Я») и Брахмана-Абсолюта. Известный современный эзотерик Александр Дугин пишет в этой связи: «Атман» в Индуизме — это высшее, трансцендентное «Я» человека, стоящее по ту сторону «я» индивидуального, как самая интимная и таинственная часть, ускользающая от имманентного схватывания. «Атман» — внутренний Дух, но Дух объективный и сверхиндивидуальный. «Брахман» — это Абсолютная Реальность, охватывающая индивидуума извне, внешняя объективность, возведенная к своему высшему первоисточнику. Тождество «Атмана» и «Брахмана» в трансцендентном единстве есть венец индуистской метафизики и, самое главное, основа пути духовной реализации. Это — пункт, общий для всех сакральных учений, без исключения. Во всех них речь идет о главной цели человеческого существования — самоопределении, выходе за границы малого, индивидуального «я», причем путь по ту сторону этого «я» вовне или вовнутрь ведет к одному и тому же результату. Отсюда традиционный инициатический парадокс, воплощенный в знаменитой евангельской формуле: «тот, кто погубит душу свою, тот спасет ее». («Ибо, кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее; а кто потеряет душу свою ради Меня, тот сбережет ее; Ибо что пользы человеку приобресть весь мир, а себя самого погубить или повредить себе?». (Лука, 9:24-25). Этот же смысл заключается в гениальном утверждении Ницше: «Человек есть то, что должно преодолеть». (А.Дугин. Тамплиеры пролетариата. Национал-большевизм и инициация. М. Арктогея. 1997г. с. 10).
На ученье о единстве, доходящем до полного тождества Атмана (высшего, человеческого «Я») и Брахмана-Абсолюта, (нашедшем своё афористическое выражение в формуле Алистера Кроули «каждый мужчина и каждая женщина — это звезда») основывается главный лозунг эона Гора — «Познай Себя — познаешь Мир». Строго говоря, этот тезис основывается на ученье о единстве Макрокосма (Вселенной) и Микрокосма (Человека) провозглашающем, что законы Макрокосма и Микрокосма — едины, и, познавая Себя, человек познает всё Мироздание.
Известный русский философ, Нобелевский лауреат Николай Бердяев писал об этом: «Понимание и познание возможно лишь потому, что человек есть Микрокосм, что в нем раскрывается Универсум и что судьба моего «я» есть вместе с тем и судьба Универсума» (Бердяев Н.А. Самопознание (Опыт философской автобиографии). М. Книга. 1991г. с. 88). Но Западное ученье о единстве Макрокосма (Вселенной) и Микрокосма (Человека), по своей метафизической сущности, аналогично Восточному ученью о единстве Брахмана-Атмана.
Рене Генон подчёркивал: «важно никогда не терять из виду понятие конструктивной аналогии между «Макрокосмом» и «Микрокосмом», в силу которого все то, что находится во Вселенной, также находится некоторым образом и в человеке, что «Вишвасара-Тантра» выражает в следующих словах: «То, что есть здесь, есть там; того, чего нет здесь, нет нигде». …Надо добавить, что ввиду существующего между всеми состояниями существования соответствия, каждое из них некоторым образом содержит в себе как бы отражение всех других, что позволяет «располагать», например, в области грубого проявления, будь то его рассмотрение в космическом масштабе или в масштабе человеческого тела, «регионы», соответствующие различным модальностям тонкого проявления, и даже со всей иерархией «миров», которые представляют собой столько же различных степеней вселенского существования». (Рене Генон. Избранные сочинения: Царство количества и знамения времени. Очерки об Индуизме. Эзотеризм Данте. / Пер. с франц. 2-е изд., испр. и дополн. М. НПЦТ Беловодье. 2003г. с. 325-326).
Ученье о единстве Брахмана-Атмана, Макрокосма (Вселенной) и Микрокосма (Человека), является краеугольным камнем познания Мироздания и Человека в Дзен(чань)-Буддизме. Известный современный эзотерик Евгений Колесов (Het Monster) пишет в данной связи: «Буддийское представление о подчиненности индивидуального «Я» Абсолюту, помноженное на уже разработанную китайцами концепцию космического равновесия, дало Дзен-Буддизм — сугубо эзотерическую и даже мистическую философию, в которой единство Макрокосма и Микрокосма понимается через единство познаваемого объекта и познающего субъекта: вся Вселенная помещается в индивидуальном сознании или, точнее, в подсознании, она просто умещается в нем и становится тождественна ему, а различия между ними несущественны.
Отождествление — действительно очень удобный способ познания мiра (эзотерическая философия), а также воздействия на него (магия), гениальный в простоте своего принципа, но невероятно трудный в своем практическом осуществлении, особенно для западного человека». (Е.Колесов. 13 врат эзотерики. История эзотерических учений от Адама до наших дней. Издательство РостГУ. Росткнига. 1999г., Золотое сечение. 2006г.).
Тезис о единстве Макрокосма и Микрокосма положен в основу знаменитой «Изумрудной Скрижали» Гермеса Трисмегиста: «То, что находится Внизу, соответствует тому, что пребывает Вверху; и то, что пребывает Вверху, соответствует тому, что находится Внизу, чтобы могло совершиться чудо Единого». Данная скрижаль была найдена Александром Македонским в гробнице Гермеса Трисмегиста (Триждывеличайшего) — древнегреческого Бога мудрости и покровителя магии. По другой версии «Изумрудная Скрижаль» была найдена Саррой, женой Авраама, а сам Гермес Трисмегист был внуком Адама. Эту же версию приводит и Е.П.Блаватская в своём «Теософском словаре»: «По выражению Элифаса Леви, «Изумрудная Скрижаль представляет собой всю магию на одной странице»; но Индия имеет одно-единственное слово, которое, будучи понятным, содержит «всю магию». Однако, это табличка, якобы найденная Сарой, женой Авраама (!), на мертвом теле Гермеса. Так утверждают масоны и христианские каббалисты. Но в Теософии мы называем это аллегорией. Разве это не может означать, что Сарасвати, жена Брамы, или богиня сокровенной мудрости и познания, видя все еще много древней мудрости, дремлющей в мертвом теле Человечества, возродила к жизни мудрость? Это привело к возрождению оккультных наук, столь долго забытых и пренебрегаемых, во всем мире». (Блаватская Е.П. Теософский словарь. М. Сфера. 1994г. с. 191).
Как известно, девиз «Познай Себя — познаешь Мир», был начерчен на фронтоне Дельфийского храма. Таким образом, суть эона Гора — возвращение на новом витке спирали развития к древним «языческим» духовным ценностям. Отметим, что если Западные теистические религии (Иудаизм, Христианство, Ислам) канут в Лету вместе с уходящим ныне в прошлое эоном Озириса (эрой Рыб), то Восточные «языческие» религии, не исчезнут бесследно с наступлением эона Гора (эры Водолея), а полностью очистившись от неизбежных наслоений уходящего эона, вольются в единый поток духовности нового эона. Так как Восточные «языческие» религии, в отличие от теистических религий Запада, сохранили, в большинстве своём, преемственность по отношению к изначальной «Религии Мудрости».
Следует особо подчеркнуть, что на глубинном, эзотерическом уровне между различными религиями — нет противоречия. Основательница Теософии Е.П.Блаватская подчёркивала, что все религии имеют в своей основе единую «Религию Мудрости», которая базировалась на знании, а не на слепой вере: «Религия Мудрости — единая религия, лежащая в основе всех ныне существующих верований. Та «вера», которая, будучи предвечной и открытой непосредственно человеческому роду его прародителями и одушевляющими Эго (хотя церковь считает их «падшими ангелами»), не требовала ни «привлекательности», ни слепой веры, ибо она была Знанием. (См. Гупта Видья, Сокровенное Знание). Именно на этой Религии Мудрости и основана Теософия». (Блаватская Е.П. Теософский словарь. М. Сфера. 1994г. с. 374).
Говоря словами знаменитого основателя Традиционализма Рене Генона, все религии, в том числе и «языческие», восходят к Примордиальной (Изначальной) Традиции, лежащей в основе эзотерических учений и сакральных Традиций всех народов. Крупнейший мыслитель раннего Возрождения Николай Кузанский (1401-1464) и флорентийские неоплатоники представляли различные религии и их общий источник по аналогии с Солнцем и его лучами: религии — это лучи, исходящие из единого духовного источника.
Как отмечает известный «неоязыческий» автор В.А.Истархов: «Язычество — это всего лишь национальная разновидность общей для всех арийцев религии — Ведизма. Язычество — это вариант Ведизма, адаптированный под конкретный народ, под уровень его духовного и социального развития. То есть у всех языческих религий один и тот же корень — Ведизм». (Истархов В.А. Удар русских богов. СПб. ЛИО Редактор. 2001г.).
Руководительница одной из наиболее эффективных современных школ трансцендентальной медитации «Лицей Просветления» (г.Саратов) Т.А.Басова (Беиджарз) пишет в данной связи: «Многие из вас понимают, что с древних времен человечество обладало интереснейшими формами знаний, данными нам в качестве религиозных систем. Религиозные системы, появляясь в то или иное время, определяли качественный ход развития человечества на данном эволюционном этапе, и противоречий в религиозных системах, как правило, нет, а они как бы подтверждают, взаимодополняют и даже совершенствуют одна другую. Из дошедших до нас мировых религий древнейшими считаются Индуизм и Буддизм, которые в свою очередь родились из еще более древних знаний, отраженных в древнейших Ведах. (Басова Т.А., Басов В.В. Йога Просветления. Практика медитаций, основанная на синтезе науки, философии и эзотерической мысли. Саратов. 1996г. с. 51).
Владимир Истархов пишет о возрождении Ведизма, в связи с наступлением эона Гора (эры Водолея): «Мир развивается циклически под влиянием колебаний и малых по периоду и очень больших (низкочастотных). В новом цикле Эры Водолея придет новая религия, но она будет восстановлением и дальнейшим развитием в понимании именно нашего древнего русского Ведизма… Знать нашу историю, нашу национальную религию, наших национальных Богов и уважать их — это необходимое условие возрождения России. И главное. Древние языческие и ведические религии — это фундамент, это база для развития религий нового поколения. Часто говорят: «Зачем вы нас тянете назад? Давайте двигаться вперед». Они не понимают где это «вперед». Нельзя двигаться вперед, не опираясь на тысячелетний опыт и знания наших предков». (Истархов В.А. Удар русских богов. СПб. ЛИО Редактор. 2001г.).
Рудольф Штейнер — основатель антропософии, эзотерического учения, выделившегося из Теософии Елены Блаватской, подчёркивал, что каждая культурная эпоха имеет свой тип религиозности. В постатлантической истории человечества он выделяет семь культурных эпох, и, соответственно — семь типов религиозности. Согласно Р.Штейнеру, первым типом культуры была индийская культура и соответствующая ей религиозность, основанная на Ведах. Современная европейская культура — пятая, её сменит шестая культура, основой которой станет обновлённый Зороастризм, а затем — седьмая, основой которой станет древний Ведизм, истоки которого — в цивилизации Атлантиды. Таким образом, возродившийся, как Феникс из пепла Ведизм — изначальная Религия Мудрости, станет в конечном итоге обновленной религией человечества… Посмотрим на первую эпоху индийской культуры, и мы увидим, что позже она в новом облике вспыхнет в седьмой культуре. Древняя Индия выявится в ней в новой форме, таинственные силы воздействуют на это.
То есть, опираясь на диалектическую логику Гегеля, можно сказать, что эти семь культур образуют полный виток спирали развития, после прохождения которого осуществляется «диалектическое снятие» — переход на следующий виток, с усвоением всего положительного из пройденного ранее. Исходная точка следующего витка спирали развития является как бы возвращением к исходной точке её предыдущего витка, но на новом, более высоком уровне. Таким образом, возродившийся, как Феникс из пепла Ведизм – изначальная Религия Мудрости, являвшаяся исходной точкой предыдущего витка спирали развития, станет, на новом её витке — исходной точкой этого нового витка, то есть — новой религией человечества.
Владимир Истархов пишет в данной связи о России: «Нострадамус предрекал, что после 2000г. в России будет создана новая Великая Религия. Но не забудем, что новое — это хорошо забытое старое. Русское язычество — это база для религии XXI в. (Истархов В.А. Удар русских богов. СПб. ЛИО Редактор. 2001г.).

В 2010г. 2-4 декабря в г.Днепропетровск (Украина) состоялась IV международная научная конференция «Мистико-эзотерические движения в теории и практике. «Тайное и явное»: многообразие репрезентаций эзотеризма и мистицизма», на которой с докладом «Контуры эзотериологии: эскиз научной дсциплины об эзотеризме» выступил С.В.Пахомов (см. Пахомов С.В. Контуры эзотериологии: эскиз научной дисциплины об эзотеризме. // Мистико-эзотерические движения в теории и практике. «Тайное и явное»: многообразие репрезентаций эзотеризма и мистицизма. Сборник материалов IV международной научной конференции (2-4 декабря 2010г. Днепропетровск). / Под ред. С.В.Пахомова. СПб. РХГА. 2011г.):

«Введение. Происходящий в последние десятилетия бум академических исследований мистико-эзотерических традиций выдвинул, среди прочего, также и задачу оформления этих исследований в автономное русло. В настоящий момент изучением эзотеризма, или эзотерики, занимаются самые разные гуманитарные науки, такие как религиоведение, антропология, культурология, психология, социология, история науки, история философии, искусствоведение и т.д. Особенно заметно присутствие упомянутой проблематики в различных разделах религиоведения, и поэтому отнюдь не случайно появление в конце XX в. в российском государственном стандарте высшего образования по религиоведению такой дисциплины, как «История эзотерических учений» — при этом, как неявно подразумевается, западных эзотерических учений. Факт появления данной дисциплины, с одной стороны, служит свидетельством официального подтверждения образовательной элитой России важности изучения эзотеризма, а, с другой стороны, говорит о том, что именно религиоведение должно считаться главной платформой и изучения эзотеризма, и преподавания полученных на основе такого изучения знаний. Определенный резон в этом, безусловно, есть, однако следует заметить, что из-за монополизации религиоведением исследований эзотеризма могут быть упущены из виду следующие обстоятельства.
Во-первых, в различных эзотерических традициях имеется немало «зон», никак не связанных с религиозностью и имеющих отношение, например, к науке, искусству, литературе, да и просто к практическим технологиям — как бы широко при этом ни понимать термин «религия»; во-вторых, не меньшее право изучать эзотеризм имеют и другие гуманитарные дисциплины, упомянутые выше. Впрочем, и они не в состоянии полностью и целиком обладать исследовательской базой эзотеризма. Эзотеризм как объект изучения порой оказывается слишком «крепким орешком» для специалистов-гуманитариев, потому что те явно или неявно пытаются подверстать его под критерии наук, в рамках которых они действуют. Подчеркнем, что речь не идет о каких-то частных аспектах, школах или традициях эзотеризма: в этом случае их изучение вполне может укладываться в рамки определенных наук; мы имеем в виду эзотеризм как некую целостность, как комплекс: на данном этапе наших познаний об этом предмете ни одна из сложившихся к настоящему времени наук не в состоянии освоить его во всей полноте.
В-третьих, в данном конкретном случае полезно прислушаться к мнению самих же «объектов» изучения, которые часто либо вообще отказываются считать себя религиями, либо включают религию в состав более широкого комплекса самоопределений. В-четвертых, уже в течение многих десятков лет — задолго до вышеупомянутого «бума» — ведутся исследования отдельных областей эзотеризма (масонства, каббалы, теософии и т.д.), причем далеко не все эти исследования выдержаны в религиоведческой парадигме. Наконец, в-пятых, разные отрасли исследований эзотеризма значительно пересекаются друг с другом. Те, кто изучает герметизм, неизбежно должны исследовать и гностицизм; каббаловеды обращаются к неоплатонизму, неопифагорейству, магии; исследования алхимии затрагивают изучение астрологии и т. д. Поэтому подобные частные исследования уместно рассматривать как отдельные «профилизации» в рамках некоей общей дисциплины.
Дефиниции. Все вышесказанное позволяет говорить о необходимости и значимости существования особой научной гуманитарной дисциплины, изучающей эзотеризм — дисциплины, которая не сводилась бы ни к каким известным ныне сферам гуманитарного знания, хотя и, безусловно, учитывала бы их достижения. Саму эту дисциплину вряд ли можно назвать удачнее, чем Эзотериология. Впрочем, мы не претендуем на основание совершенно новой области знания — хотя бы по той причине, что она уже и так существует, тем более если учесть западные аналоги; наша задача состоит лишь в том, чтобы придать этой области определенную форму, систематизировать ее, выразить то, чем имплицитно пользуются в течение многих десятилетий разные ученые, исследующие эзотеризм. При этом в силу глобальности задачи мы ограничились только постановкой некоторых вопросов, очерчивая «контуры» Эзотериологии и оставляя на будущее более детальное изложение параметров этой все еще весьма молодой дисциплины.
Объектом эзотериологии является сфера, существующая независимо от исследующего ее сознания, а именно сфера эзотеризма; предметом же данной науки (или, лучше сказать, предметным полем) при самом общем приближении оказывается спектр доступных для изучения разноплановых феноменов, относящихся к этому объекту. Более точное понимание предмета Эзотериологии связано с дефиницией эзотеризма как такового, что, в свою очередь, предполагает определенный исследовательский подход…». Определений эзотеризма (эзотерики) существует множество; свой подход мы условно назовем системно-когнитивным, а определение предлагаем следующее. Эзотериология — это наука, исследующая эзотеризм, т.е. комплекс различных учений, которые претендуют на обладание неким тайным знанием и сопровождаются практиками психотелесной трансформации. В данном определении внимание в первую очередь акцентируется на понятии «тайного». Уже в этимологии словоформы «эзо» мы видим коннотации чего-то тайного, внутреннего, сокровенного, не разглашаемого посторонним, «непосвященным» людям. Эзотеризм не существует без тайны, в той или иной форме — тайны, которая может, по всей видимости, пониматься либо как нечто намеренно утаиваемое, спрятанное, могущее при определенных обстоятельствах перейти в разряд «явного» — либо как нечто такое, что таинственно по самой своей природе и всегда останется таковым, при всяких «открытиях» этой тайны. Нам представляется, что любое определение эзотеризма должно отталкиваться от данного понятия. Тот факт, что уже на данном этапе развития науки существует множество определений того, что можно считать эзотеризмом, разумеется, не говорит о несостоятельности данной научной дисциплины. Эзотериология, подобно другим гуманитарным дисциплинам, встроена в контекст многозначности, предполагаемой по отношению к основному предмету изучения. Подобная ситуация типична для любой гуманитарной науки. Так, религиоведы не имеют единого мнения относительно того, что понимать под «религией», культурологи дискутируют относительно «культуры», философы предлагают множество трактовок «философии», и т.д. Факт отсутствия однозначного определения эзотеризма говорит скорее в пользу этой дисциплины, потому что подразумевается достаточно широкий спектр возможных интерпретаций, а, следовательно, возможность разноплановых подходов и способов развития науки».

* * *

Таким образом, Гупта-Видья (букв. тайное, скрытое, сокровенное Знание, доступное через осознание), как (возможно) дошедшая до нас Изначальная Традиция, непременно должна стать предметом Российской Тантрологии, поскольку (возможно) именно она лежит у истоков и в основе Традиции Тантры, и поскольку, согласно И.В.Нежинскому (см. Нежинский И.В. Традиция, культура, эзотеризм. Традиция в пространстве культуры.), «именно в Изначальной Традиции лежит исток культуры, а еще точнее — исток всех истоков, и именно она определяет тот «вертикальный канал», по которому происходят сакральные трансляции и по которому духовные энергии достигают всех, самых казалось бы «низменных», регионов человеческого существования», потому что согласно О.Б.Беляковой (см. Белякова О.Б. Эзотерическая культура как аксиоматическая категория культурологи. Диссертация. Тамбов. 2003г. 175 стр.), «Категория «культура» включает в себя два корня: КУЛТ (культ) — преклонение, почитание; УР — свет. Таким образом, культура есть почитание света. Сказанное предоставляет возможность трактовать понятие «эзотерическая культура» следующим тождеством: «esoteros» + культ + ур = почитание скрытого света. Именно категория «свет» проецируется на категорию «знание», обладание которым принадлежит особым по нравственным качествам и способностям людям, достойным обучения методикам получения Божественного Посвящения при достижении Божественного Уровня. При адаптированном изменении данное выражение читается как восхождение к Тайнознанию, преклонение перед скрытой Истиной, сохранение Божественного Знания (Света)…».
Считается, что Истинная Традиция — это всегда тайная традиция, которая существует в виде скрытого духовного потока в общем потоке культуры, скрытого за многоликостью различных текстов, трактатов, наставлений, разговоров, мифов, обрядов, движений, явлений, феноменов и пр. В связи с тем, что Истинная Традиция всегда передавалась тайно (неприлюдно, в акте духовного общения), она часто называлась еще и «тайной передачей» (лат. «traditia» означает «передача»). «Тайная традиция» — это «тайная передача», т.е. «нечто, передаваемое в тайне», и это «нечто» может иметь самое разное наполнение. Здесь мы сталкиваемся с особым характером понятия «тайны». «Тайная передача» — это не то, о чем нельзя говорить прилюдно, а то, о чем вообще невозможно что-либо сказать. Понятие «тайны» здесь равноценно понятию «сокрытости» чего-либо, но, как правило, Особого Знания, которое ни от кого специально не прячется, но постичь которое дано лишь посвященному, просветленному человеку.
Понятие тайной традиции тесно связано с понятием сакрального, священного в жизни, что говорит о том, что тайная традиция несет в себе понимание той мистической Сути Бытия, которая недоступна пониманию обычного человека. Поэтому посвящение в Тайную Традицию следует понимать в самом прямом смысле: посвященный человек — это не просто интуитивно-догадывающийся о тайной стороне вещей участник традиции, это хранитель «Особого Знания», «Секретного Учения» и продолжатель «Особой Традиции», сохраняющей «Особую Тайну», где «тайна» — это не слово и не прием, а «переживание Истины» — сакральный, священный принцип, способ приобщения к потоку Истинной Традиции, и «тайность» Традиции гарантирует то, что духовные усилия при правильном соблюдении всех «требований», установленных самой Традицией, увенчаются успехом.
Поэтому изучение именно Гупта-Видьи и в первую очередь Традиции Тантры, как самого яркого аспекта Гупта-Видьи, может способствовать расцвету Нового Мировоззрения, о котором говорили и Нострадамус, и Э.Кейси и Ванга, Новой Философии и Новой Культуры, в которых будут присутствовать и тайна, и символы, и мифы, и «живое слово» и «Живое Знание», потому что, согласно В.А.Толстикову (см. Толстиков В.А. Взаимоотношение иррационального и рационального в мистическом опыте. Белгород. 2007г.), «новая философия должна соединить восточное понимание и западное знание. Она должна осуществить синтез философии, науки и религии и обеспечить смысл жизни человека».

 * * *

N 36. 01.11.13г.