Статья 2.10. Тантра как Древнее Индийское Учение. (ч.2).

««Что есть Истина?». Именно этот вопрос задаёт Понтий Пилат [пятый прокуратор Иудеи] Иисусу в Евангелии от Иоанна (18.38), и мы можем повторить его сегодня, когда религии всё более и более привлекают наше внимание в мире, который, похоже, превращается в большую деревню, которой, однако, продолжают угрожать ксенофобия и национализм. Вместе с указанным вопросом, естественным образом возникает следующий: «Как осознать Истину?» (см. Кен Найт. Что есть Истина? Сайт www.baznica.info.).
«Продолжая диалог героев романа М.А.Булгакова, последуем за ними. Одна маленькая деталь: впервые слово «истина» возникает в словосочетании «храм истины», создание которого на руинах храма старой веры предвещает Иешуа. Следовательно, истина — это нечто сакральное, возвышенное, то, во имя чего создаются храмы. Вспоминается древнее изречение индийских раджей, взятое нашей великой соотечественницей Е.П.Блаватской в качестве девиза: «Нет религии выше истины».
Но если Истина столь высока, то можно ли ее передать? Словами — нет, что прекрасно выразил Ф.И.Тютчев: «Мысль изреченная есть ложь». Все, что изложено в доступной другим форме, становится ложным, поскольку спущено с Небес на Землю, переложено на другой язык — понятный, но… упрощенный. Это похоже на попытку объяснить высшую математику первокласснику. О том же — мысль Лао-Цзы: «Тот, кто знает, не говорит. Тот, кто говорит, не знает».
Но значит ли это, что Истину невозможно познать, что о ней нельзя говорить? Нет, ибо она может доходить до нас через все, что нас окружает, с чем мы соприкасаемся. <…>. Понимание Истины ограничено не только интеллектом познающего, но и тем, к чему устремлены его мысли. <…>. Истина не приходит в парадных одеждах, она скромна и выглядит обыденно — но зачастую просто потому, что мы не обращаем на нее внимания.
Истина оказывается связана со стержнем жизни человека, с главным в ней, а ее оборотная сторона — определение того, что мешает этому главному проявиться. Истина — это то, что дает возможность быть Человеком и одновременно указывает на препятствия к этому. Истина светит, словно звезда волхвов, появляясь на самых трудных, критических этапах жизненного пути человека, и ее вид может изменяться по мере того, как человек идет вперед. <…>. Истина не привязана к материальным вещам, она существует в области духовного» (см. Д.Захаров. Что такое Истина? (О романе «Мастер и Маргарита»). Сайт www.newacropol.ru.).

* * *

2. ЧТО ЕСТЬ ИСТИНА?

(продолжение)

2.2. ЧТО ЕСТЬ ИСТИНА.

«Дхарма защищает того, кто защищает Дхарму. Нет ничего превыше Дхармы. Несомненно, Дхарма является Истиной («Шукла-Яджурведа», «Брихадараньяка-Упанишада»).

(Садгуру Шивайя Субрамуниясвами. Танец с Шивой.
Современный катехизис Индуизма. СПб. 1993г. 800 стр.)

«Часть IV. Свидетели. Глава 12. Что есть истина? На протяжении многих веков последователи Христа особенно в периоды преследований, жертвовали своим положением в обществе, карьерой, богатством, свободой, а порой и жизнью ради Истины. Об Истине свидетельствовали апостолы и пророки, призывая людей жить в соответствии с ней и утверждая, что без нее нет настоящей жизни и в итоге тех, кто отвергнет ее, ждет вечная погибель. Истину искали и ищут люди всех времен и национальностей. Но что есть Истина? Ведь практически у каждого народа, в каждом обществе, в любой философии или религии существует свое понимание этого. Но что подразумевает под Истиной Христианство, Библия, которая является предметом изучения данной книги, наконец, как Господь объясняет ее нам? Сегодня существует огромное количество всевозможных деноминаций, которые нередко разделяются и внутри себя, и каждая из конфессий, будь то католики, православные или церкви протестантского направления претендуют на то, что настоящей полнотой Истины обладают только они. Аргументация каждой из них выглядит очень убедительно, хотя часто противоречит одна другой. Можно ли разобраться в таком многообразии, и как определить какому бы то ни было человеку, какая из конфессий «права», какая из них действительно обладает полной Истиной, не имеющей абсолютно никакого расхождения со Словом Божьим? И если это возможно, то как это сделать?
Это действительно возможно, и мы попытаемся сейчас сделать это, но при условии, что будем строго и неукоснительно следовать Библии, ее пониманию Истины, а не человеческим преданиям, постановлениям и мнениям. В свое время пятый прокуратор Иудеи Понтий Пилат спросил Христа: «…что есть истина?» (Ин. 18:38).
Итак, если нас, как в свое время Пилата, интересует этот вопрос, то я предлагаю открыть Библию и посмотреть, что Сам Господь говорит об этом. Исследуя проблему, что же является Истиной в Божьих устах, мы с вами сможем прочитать, что: «Господь Бог есть истина» (Иер. 10:10), «…истина в Иисусе…» (Еф. 4:21), «Дух есть истина» (1 Ин. 5:6), «…слово Твое есть истина» (Ин. 17:17), «Все заповеди Твои — истина» (Пс. 118:86), параллельный текст — синоним этому — «…закон Твой — истина» (Пс. 118:142).
Итак, согласно Писанию, в приведенных выше пяти понятиях и заключается Истина. Заметим, что если одно из этих пяти составляющих убрать, то Истина уже не будет полной, абсолютной, и те деноминации или конфессии, которые претендуют на обладание полнотой Истины и на право называться истинными, таковыми не являются, если проповедуют Истину не в полном объеме».

(Опарин А.А. Судьи, приговорившие себя. Археология
Нового Завета. Монография. Харьков. Факт. 2001г.)

«Ученик: скажите, разве нам, простым смертным, дано знать истину?
Эксперт: Конечно… Обычно дело представляется следующим образом — существует нечто огромное, называемое «истина» и нечто ограниченное, называемое «человеческий ум», и кажется очевидным, что это огромное никак не может уместиться в этом маленьком…
Ученик: А что же, не так по-вашему?
Эксперт: Может и так, только слишком уж много предрассудков в подобном наивно-механическом представлении, несмотря на его фантастическую популярность. Кто сказал, что истина — это нечто огромное? Кто сказал, что «человеческий ум» по природе своей ограничен? Кто сказал, наконец, что вообще надо помещать одно в другое? Прежде чем представлять дело таким странным образом, следовало бы ответить на все эти вопросы…
Ученик: Но почему же тогда до сих пор не найден ответ?
Эксперт: Если ты имеешь в виду так называемое «общепринятое мнение», то ведь его нет пока и по многим другим, гораздо менее сложным вопросам и предметам, что не мешает, очевидно, постепенному разрешению этих вопросов и исследованию предметов… Нам следует уточнить, что мы вообще разумеем, говоря об истине. Ведь мы, очевидно, не можем говорить о том, чего вообще не знаем. А если не можем даже говорить, то сомневаться тем более. Чтобы сомневаться, надо прежде знать, в чем именно сомневаешься. Это общее представление и будет нашим первым и самым предварительным ответом на вопрос.
Истина, в самом общем своем определении, согласно смыслу этого слова (вести ли его от русского «есть» или немецкого «ist») означает «то, что есть». Подставив это в наш вопрос получаем — что есть то, что есть? Такой вопрос или не имеет никакого смысла или же в нем спрашивается о том, что есть подлинно.
Сначала мы выявили несостоятельность тех, кто признает вопрос об истине «некорректным». Затем определили истину как то, что подлинно есть. Потом выяснили, что подлинно есть то, что есть для всех, везде и всегда. Затем увидели, что быть для всех везде и всегда не может что-то в отдельности, а лишь всё в целом. Таким образом, истина определяется как ничто в отдельности и всё в целом, или Единая Вселенная.
Достигнутая нами теперь формулировка представляет собой своего рода конец фундамента и начало постройки учения об истине. Теперь мы знаем, что всякое мировоззрение, претендующее на звание истинного должно быть учением о Единой Вселенной. Попыток создания такой теории было множество, начиная от древних греков и кончая новейшей Единой Теорией Всего».

(В.Дворников. Что есть истина? // Журнал сообщества Откровение. Сайт www.veer.info.)

««Что есть истина?». В устах Понтия Пилата этот вопрос был риторическим — ответ ему не требовался. Поэтому Иисус промолчал. Однако, вопрос этот до сих пор для одних остается без ответа, для других, таких же агностиков, как и Понтий — ответа не имеет.
Давайте введем условные понятия «правда» и «истина», чтобы отделить одно от другого. «Правда» — это факт в чистом виде, идеологически не окрашенная, безразличная данность: например, «2х2=4». Некоторые готовы за эту правду драться даже до смерти, думая о себе, как о правдолюбцах. Какое заблуждение! Тут же разыщется другой правдолюбец, и они будут драться дубинами, на одной из которых написано «2х2=4», а на другой — например, «3х3=9». К ним подойдет третий, со своей правдой — и вот вам картина мира, где каждый готов побить другого за свой кусочек правды. Хорошо, если придет Истина, и примирит эти частные случаи правды в одной таблице умножения. Но так бывает нечасто, потому что в поисках правды люди не ищут Истины.
Мир наполнен дерущимися за правду, и у каждого правда своя. Беспринципные имеют целый набор правд, используя ту, которая в данный момент выгоднее; «одноразовые» люди держатся за свою ветхую правду, несмотря на то, что она противоречит фактам. Злые выискивают правду, которая порождает и питает ненависть. Во всех этих случаях правда является не целью, а средством. Её используют, чтобы достигнуть своих целей. Пока правда не является блудницей, служанкой чьей-то прихоти, пока она не окрашена, не имеет цели — она не стоит того, чтобы за нее бороться или даже отдавать жизнь. Это правда о том, что завтра встанет солнце, что белое — это белое, а черное — черное. Такая правда сама по себе и не хорошая, и не плохая. Она не являет ни справедливости, ни правосудия, ни правоты. Но как только люди придают правде окраску, она становится идеологией, опасным оружием, объектом духовного мира, способным вызвать последствия в мире физическом.
Правду, явленную в любви, назовем истиной. Вообще-то, Истина — это не что-то, а Кто-то: Иисус назвал Себя Истиной. Это надо не просто принимать, это надо глубоко понимать. Христос — Божья Истина, которая открывает, что Бог есть любовь. Иисус являет эту Истину самим Собою, Своей жизнью и смертью. Имеющий Иисуса — имеет Истину, т.е., он будет жить и поступать по истине, приобретая временные и вечные ее плоды.
Истина заключается в том, что Бог — это Бог правды, а не лжи, просто мы забыли истинный смысл слова «правда». «Правда» и «праведность» — однокоренные слова. Таким образом, правильное значение слова «правда» — это не «точное соответствие факту», а «явление праведности, справедливость». Праведное сердце, определив свои цели, как праведные, свое действие назовет правдой, а не ложью, и это и будет Божьей истиной, Духом Христа, явленным в действии любви!

(Ст.Вершинин. Что есть Истина? Сайт www.foru.ru.)

«С древнейших времен человек задумывается над тем, что же такое истина, да и есть ли она вообще? Зачем человеку дана жизнь и в чем ее смысл? Это вечные вопросы философии. Некоторые люди считают, что истина — в знании, другие — в вере. Есть те, кто утверждает, что истина — в чувствах людей. И каждый из них будет по-своему прав. Нет четкого определения, что такое истина. Каждый человек по-своему трансформирует это довольно абстрактное понятие.
Всегда, во все времена люди искали истину в сложных и возвышенных вещах. На этом фоне особенно поражает простота, с которой это понятие раскрывается у Булгакова. Беседа Иешуа с Понтием Пилатом дает очень простой ответ на такой сложный вопрос. На вопрос прокуратора «Что такое истина?» Иешуа говорит: «Истина прежде всего в том, что у тебя болит голова, и болит так сильно, что ты малодушно помышляешь о смерти. …Ты не можешь даже и думать о чем-нибудь и мечтаешь только о том, чтобы пришла твоя собака, единственное, по-видимому, существо, к которому ты привязан». Вот она, истина. Иешуа не ищет ее в высоких словах и чувствах, а видит ее в простых и, на первый взгляд, обыденных вещах. Для него просто необходимо жить истинной жизнью, это единственно возможное для него состояние.
Создавая этот образ, Булгаков показал, что и добро, и милосердие, и любовь к людям являются следствием истинной жизни, следствием честности с другими и с самим собой.
В сцене разговора Иешуа с Понтием Пилатом происходит столкновение двух истин: вневременной, вечной истины Иешуа и «ершалаимской» истины Пилата Прокуратор пытается подтолкнуть арестанта ко лжи, не понимая его убеждений: «Отвечай! Говорил?.. Или… не… говорил?». Лишь на мгновение он, казалось бы, постигает вечную истину Иешуа, но изгоняет ее, как видение. Пилят не принимает ее, а потому и не проявляет милосердия к своему пленнику.
В романе «Мастер и Маргарита» изображена истинная жизнь и жизнь ложная. Как в свое время Толстой, Булгаков противопоставляет друг другу эти две жизни. В эпилоге он показывает жизнь города, которая как бы замыкается в круг. Город утратил все духовное и талантливое, ушедшее из него вместе с Мастером. Утратил все прекрасное и вечно любящее, ушедшее вместе с Маргаритой. Он утратил все истинное, что было. Наконец, из него ушел далее Воланд со своей свитой, который, как это ни странно, также является героем истинной жизни, ведь именно он разоблачает ложь и притворство жителей Москвы. Что же в результате остается в городе? Люди, живущие обыденной, лишенной каких-либо чувств, неистинной жизнью. Людишки, обреченные на общение только с материальной стороной жизни…
Всю жизнь человек стремится к поставленной цели, ищет свою собственную истину, свой смысл жизни. И от того, как он проживает свою жизнь, зависит то, что он обретет после смерти. Это тоже истина, которую Булгаков раскрывает на примере всех героев «Мастера и Маргариты». Вспомним, что говорит на балу Воланд: «Вы всегда были горячим проповедником той теории, что по отрезании головы жизнь в человеке прекращается, он превращается в золу и уходит в небытие. …Ваша теория и солидна, и остроумна. Впрочем, ведь все теории стоят одна другой. Есть среди них и такая, согласно которой каждому будет дано по его вере. Да сбудется же это!».

(Что есть истина (по страницам романа М.А.Булгакова
«Мастер и Маргарита»). Сайт www.ukrlib.com.ua.)

«Веками слышится вопрос:
Скажите, что есть истина?
Я — Истина, — сказал Христос,
И это слово истинно!
Раз шел в претории допрос,
Народ кричал неистово.
Глас слышит Мой, — сказал Христос, —
Тот, кто есть сам от Истины.
Такой ответ как будто прост,
Пилат в нем видит искренность,
И все же задает вопрос:
А что такое истина?
Так, глядя Истине в глаза,
Мы гоним ее истово,
Забыв, что Сам Христос сказал:
Я — Путь и Жизнь и Истина!
Истина — верное отражение объективной действительности в сознании человека, воспроизведение её такой, какой она существует сама по себе, вне и независимо от человека и его сознания. Понимание истины как соответствия знания вещам восходит к мыслителям древности. Так, Аристотель писал: «…прав тот, кто считает разделенное (в действительности) — разделенным и соединенное — соединенным…». Эта традиция в понимании истины продолжена в философии нового времени (Ф.Бэкон, Б.Спиноза, К.Гельвеций, Д.Дидро, П.Гольбах, М.В.Ломоносов, А.И.Герцен, Н.Г.Чернышевский, Л.Фейербах и др.).
Истина совсем не есть соответствие в познании реальности, находящейся вне человека. Познание Истины не тождественно с объективностью. Познание истины не есть объективация, т.е. отчуждение и охлаждение. Истина первична, а не вторична, т.е. не есть соответствие чему-то другому. В последней глубине Истина есть Бог и Бог есть Истина. Истина не есть реальность и не есть соответствие реальности, а есть смысл реальности, есть верховное качество и ценность реальности. Истина динамична. (Н.А.Бердяев)
Истина — противоположность лжи (все, что верно, подлинно, точно, справедливо, что есть, все что есть, то истина, не одно ль и то же есть и естина, истина?). В наше время слову этому отвечает и правда, хотя вернее будет понимать под словом правда: правдивость, справедливость, правосудие, правота. Истина от земли, достояние разума человека, а правда с небес, дар благостыни. Истина относится к уму и разуму; а добро или благо к любви, нраву и воле. (Словари)
Истина — адекватность познания действительности. Истина — точка зрения абсолютного Бога, совокупность известных и неизвестных законов. Воплощение Истины — процесс создания индивидуального истинного тела, следуя законам Бога, и действия, в соответствии с этими законами. (разные мнения)
В выражении «абсолютная истина» термин «истина» означает Слово или Логос. Его значение отличается от термина «истина», употребляемого традиционной аксиологией в контексте ценностей истины, добра и красоты. Чтобы выразить истину в этом значении аксиология объединения использует термин «истинность».
Термины «истинность» или «верность» отличаются от термина «истина». Они означают способность воплощать в себе истину или быть истинными. Истинность — доказуема, а истина — зрима».

(Что есть для вас Истина? Сайт www.oktavaa.ucoz.ru.)

«1. Мы можем рассматривать Истину при посредстве символа силы. И, заметьте, Истина не только проявляет силу, но она есть сущность самой силы. Метафизически, созерцая Истину с такой точки зрения, можно утверждать, что Истина есть сила. И что все другое, кроме Истины, вовсе не сила и не может быть какою-либо силою. Истина есть Всемогущество и Все-Сила, заключающая в себе всю силу, какая есть, какая когда-либо была или какая когда-либо может быть. Она не только всемогуща, или всесильна, но она есть само Всемогущество, или сама Все-Сила. Нет никакого другого источника силы кроме Истины. И все проявления, или выражения силы должны быть приписаны прямо или косвенно Истине. Ибо нет нигде ничего иного, откуда она могла бы проистекать. Все прочее не истина.
2. Мы можем рассматривать Истину при посредстве символа бытия. Бытие есть термин, употребляемый для выражения идеи о реальном существовании. А Истина не только реально существует, но есть само Реальное Существование. Не может быть никакого Бытия или существования вне или отдельно от Истины. Ибо нет ничего другого, что могло бы быть или существовать. И всякое бытие, или существование, должно происходить от Истины, т.е. должно проявляться, выражаться и истекать из нее. Истина существует, или находится в бытии, повсюду. Она не только вездесуща, но сама Вездесущность. Бытие и существование присущи Истине и являются лишь простыми символами тожества с аспектами Истины. Слова эти вне и отдельно от Истины не имеют смысла; они не истина.
3. Мы можем рассматривать Истину при посредстве символа творческой деятельности. Истина не только обладает творческой энергией, но она сама по себе есть творческая энергия. Что-нибудь иное кроме Истины не может быть творческой энергией. Все, что есть, или когда-либо было, или когда-либо может быть сотворено, должно быть проявлено или выражено творческой энергией Истины. Истина есть причина, источник и основание для всего творения. Ничего нет вне или в стороне от Истины, которая может творить; а следовательно, ничего не может быть сотворено чем-либо находящимся вне или в стороне от Истины. Все иное заблуждение, не истина.
4. Мы можем рассматривать Истину при посредстве символа добра. Истина есть Добро. Наше интуитивное представление о Добре, которое выше нас, сообщает нам уверенность, что такое Добро существует; лучшая часть нашего существа всегда скорбит о нем, если ему дозволить следовать его высшим склонностям. Истина же, будучи лишь единым Бытием и Реальностью, должна быть этим Добром. Всякое иное предположение невозможно и несогласно с высшей интуицией человеческого разума. Реальность Добра и его тожество с Истиной познается человеком не только одним его разумом, но и высшей частью его существа и составляет божественное послание всему человеческому роду. Истина не только есть Добро в смысле обладания добром, но она есть само Добро; Истина есть сущность добра. И все добро должно вытекать из Истины, так как нет ничего другого, из чего оно могло бы вытекать. Вне и в стороне от Истины не может быть добра. Все иное — не истина.
5. Мы можем рассматривать Истину при посредстве символа любви. Мы знаем, что существует Все-Любовь; точно также мы знаем, что существует Все-Благость. Высшие области нашего бытия доставляют нам уверенность в этом. А так как Истина есть единственный возможный источник любви, то она должна быть Все-Любовью. Кроме Истины не что иное не может быть Все-Любовью. Истина есть более чем Все-Любовь: она есть сама Все-Любовь. Не может быть никакой действительной любви вне или в стороне от Истины. Всякая действительная любовь должна получать свое начало, выражаться, проявляться и истекать только благодаря Истине. Все иное не истина.
6. Мы можем рассматривать Истину при посредстве символа жизни. Мы знаем, что существует жизнь во вселенной, так как мы наблюдаем ее со всех сторон, и наш разум диктует нам, что она должна проистекать из одного общего источника».

(Рамачарака. Религия и тайные учения Востока. Рига. Издательство Н.Гудкова. 1937г.)

«Голос отвечавшего, казалось, колол Пилату в висок, был невыразимо мучителен, и этот голос говорил:
— Я, игемон, говорил о том, что рухнет храм старой веры и создастся новый храм истины. Сказал так, чтобы было понятнее.
— Зачем же ты, бродяга, на базаре смущал народ, рассказывая про истину, о которой ты не имеешь представления? Что такое истина?».
Хотя на обладание истиной претендуют много людей вокруг, вопрос «что есть истина?» в какой-то момент жизни встает перед каждым из нас. А еще более насущным бывает вопрос, является ли для нас истиной то, что говорит или пишет кто-то другой. Может ли кто-нибудь передать истину?
Продолжая диалог героев романа М.А.Булгакова, последуем за ними. Одна маленькая деталь: впервые слово «истина» возникает в словосочетании «храм истины», создание которого на руинах храма старой веры предвещает Иешуа. Следовательно, истина — это нечто сакральное, возвышенное, то, во имя чего создаются храмы. Вспоминается древнее изречение индийских раджей, взятое нашей великой соотечественницей Е.П.Блаватской в качестве девиза: «Нет религии выше истины».
Но если Истина столь высока, то можно ли ее передать? Словами — нет, что прекрасно выразил Ф.И.Тютчев: «Мысль изреченная есть ложь». Все, что изложено в доступной другим форме, становится ложным, поскольку спущено с Небес на Землю, переложено на другой язык — понятный, но… упрощенный. Это похоже на попытку объяснить высшую математику первокласснику. О том же — мысль Лао-Цзы: «Тот, кто знает, не говорит. Тот, кто говорит, не знает».
Но значит ли это, что Истину невозможно познать, что о ней нельзя говорить? Нет, ибо она может доходить до нас через все, что нас окружает, с чем мы соприкасаемся. «Истина прежде всего в том, что у тебя болит голова, и болит так сильно, что ты малодушно помышляешь о смерти», — говорит Иешуа своему собеседнику, понимая, что тот сосредоточен на своей гемикрании и ни о чем другом думать не может. Понимание Истины ограничено не только интеллектом познающего, но и тем, к чему устремлены его мысли. Поэтому для того, чтобы донести до игемона более глубокие истины, необходимо было снять его головную боль и тем самым сделать неистинным то, что ранее заполняло его ум.
«Прогулка принесла бы тебе большую пользу, а я с удовольствием сопровождал бы тебя. Мне пришли в голову кое-какие новые мысли, которые могли бы, полагаю, показаться тебе интересными, и я охотно поделился бы ими с тобой, тем более что ты производишь впечатление очень умного человека», — советует подсудимый прокуратору. Прогулка эта станет на многие века единственным желанием Пилата, но он об этом еще не знает.
Истина не приходит в парадных одеждах, она скромна и выглядит обыденно — но зачастую просто потому, что мы не обращаем на нее внимания.
Ответил ли Иешуа на вопрос Пилата, «что есть истина?». Да, когда определил основную его проблему: «Беда в том, — продолжал никем не останавливаемый связанный, — что ты слишком замкнут и окончательно потерял веру в людей. Ведь нельзя же, согласись, поместить всю свою привязанность в собаку. Твоя жизнь скудна, игемон, — и тут говорящий позволил себе улыбнуться».
Истина оказывается связана со стержнем жизни человека, с главным в ней, а ее оборотная сторона — определение того, что мешает этому главному проявиться. Истина — это то, что дает возможность быть Человеком и одновременно указывает на препятствия к этому. Истина светит, словно звезда волхвов, появляясь на самых трудных, критических этапах жизненного пути человека, и ее вид может изменяться по мере того, как человек идет вперед.
Говорить истину легко и приятно. Вспомним, когда еще во время беседы на устах Иешуа появилась улыбка:
— Ну, хотя бы жизнью твоею, — ответил прокуратор, — ею клясться самое время, так как она висит на волоске, знай это!
— Не думаешь ли ты, что ты ее подвесил, игемон? — спросил арестант. — Если это так, ты очень ошибаешься.
Пилат вздрогнул и ответил сквозь зубы:
— Я могу перерезать этот волосок.
— И в этом ты ошибаешься, — светло улыбаясь и заслоняясь рукой от солнца, возразил арестант, — согласись, что перерезать волосок уж наверно может лишь тот, кто подвесил?».
Иешуа уже знает свою судьбу, он знает, в чьих она руках, и эта истина наполняет его спокойствием и радостью.
Истина не привязана к материальным вещам, она существует в области духовного. Н.А.Бердяев писал: «Истина не есть вхождение в нас объектов. Истина предполагает активность человеческого духа, познание Истины зависит от степени общности людей, от общения в Духе». Поэтому Истина всегда несет идею общности, братства всех людей. Благодаря ей Иешуа называет каждого «добрым человеком» и объясняет Пилату, что его жизнь скудна, так как в ней нет места для других людей.
Если мы хотим познать, что такое Истина, то должны возвыситься и с духовных высот увидеть свою жизнь, свой Путь. Об этом говорит нам М.А.Булгаков, и эту истину раскрывают в романе его герои».

(Д.Захаров. Что такое Истина? (О романе
«Мастер и Маргарита»). Сайт www.newacropol.ru.)

«Истина — Голос Природы и времени,
Истина — в нас затаенный наставник,
С неба ниспослана, мир весь объемлет,
Солнечный свет, всех ветров дуновение…
У. Томпсон Бэкон
«Что есть Истина?» — спросил Пилат у того, кто должен был знать ответ на этот вопрос (конечно, если учения христианской церкви хотя бы отчасти верны). Но Он ничего не сказал. И истина осталась нераскрытой для его будущих последователей так же, как и для римского наместника. Однако молчание Иисуса в этом и во многих других случаях не препятствует его нынешним приверженцам действовать так, как будто им известна окончательная и абсолютная Истина, — полностью игнорируя тот факт, что открытые им Слова Мудрости содержат в себе лишь часть истины, изложенной к тому же в притчах и весьма туманных, хотя и благозвучных изречениях. (Иисус сказал «двенадцати»: «Вам дано знать тайны Царствия Божия, а тем внешним все бывает в притчах» и т.д. (Mapк, IV, II)).
Подобная политика не могла не привести к голословным заявлениям и догматизму. И теперь мы наблюдаем догматизм в церкви, догматизм в науке, догматизм повсюду. Предполагаемые истины, едва угадываемые в мире абстракции, — как и те, что обнаруживаются в результате наблюдений и экспериментов в мире материи, — навязываются непосвященному большинству, слишком занятому своими повседневными проблемами, чтобы думать о чем-то другом, в форме божественного откровения и научного авторитета. Но со времен Сократа и Пилата и до нашего века всеобщего отрицания остается открытым все тот же сакраментальный вопрос: может ли абсолютная истина быть сосредоточенной в руках одного человека или одной группы людей? Наш разум отвечает: «Такого быть не может». В мире столь же конечном и обусловленном, как и сам человек, ни один субъект не может являться обладателем абсолютной истины. Но бывают еще относительные истины, коими нам можно и должно пользоваться в полной мере.
Даже самый великий из живущих ныне адептов может раскрыть нам Универсальную Истину только в том объеме, в котором наш разум способен ее воспринять, и не более того. Сколько людей, столько и мнений — гласит бессмертный трюизм. Солнце одно, но бесчисленны его лучи; и то, какое они оказывают воздействие — пагубное или благотворное, целиком зависит от природы и строения тех объектов, которые они освещают. Полярность — универсальное качество, но поляризатор заключен в нашем собственном сознании. И тот объем абсолютной истины, который мы в состоянии воспринять, определяется исключительно степенью приближенности к ней нашего сознания. Но сознание человека — это только подсолнух, выросший на поверхности земли. Нуждаясь в теплых солнечных лучах, это растение может только поворачиваться, следуя за перемещением солнца по небосводу, ибо корни прочно удерживают его на земле, не позволяя приблизиться к недосягаемому для него светилу и вынуждая полжизни проводить в темноте…
И все же каждый из нас способен в некотором роде достичь Солнца Истины и оказаться в сфере воздействия самых теплых и прямых его лучей даже на этой земле. Достичь этого состояния можно двумя способами. На физическом уровне мы можем пользоваться нашим ментальным полярископом и, анализируя свойства каждого луча, выбирать для себя наиболее чистые. А для того чтобы достичь Солнца Истины на духовном уровне, мы должны со всей серьезностью взяться за совершенствование своей высшей природы.
Истина — многогранный кристалл, и невозможно охватить взглядом сразу все его грани; и если нет на свете даже двух человек, которые рассматривали бы эти грани под одинаковым углом (даже если их желание найти истину одинаково искренне), то чем же им в таком случае можно помочь? Коль скоро физический человек — ограниченный в своих возможностях и окруженный со всех сторон иллюзией — не может разглядеть истину в свете своих земных восприятий, то мы говорим о необходимости развивать в себе внутреннее знание. С того времени, когда Дельфийский оракул возвестил вопрошающему: «Человек, познай себя», мир не знал более высокой и важной истины. Без внутреннего восприятия человек не в состоянии познать даже многие относительные истины, не говоря уже об абсолютной. Перед тем как постигать какую-то абсолютную истину, человек должен познать себя, т.е. приобрести внутренние чувства, которые никогда его не обманут. Абсолютная истина — символ Вечности.
«Истина — алмаз, сокрытый в глубине; а те вещи, что лежат на поверхности нашего мира, взвешиваются на неверных весах традиции», — сказал Байрон; и справедливость этого замечания хорошо известна тем, кто вынужден жить в удушающей атмосфере социальных условностей и кто, несмотря на свое искреннее стремление учиться, не решается признать столь желанные истины из-за страха перед жестоким Молохом, именуемым Обществом.
Однако ничто не мешает человеку сидеть у края этого колодца, имя которому — Знание, и всматриваться в его темные воды, надеясь, что ему удастся разглядеть в их глубине отражение прекрасного лица Истины. Но, как верно подметил Рихтер (Рихтер Иоганн Пауль Фридрих (1763-1825)), это занятие таит в себе определенную опасность. Если пристально всматриваться в изучаемый объект, доля истины может иногда отразиться в нем, как в зеркале, вознаграждая тем самым пытливого исследователя за его упорство. Но вот что добавляет к этому немецкий мыслитель: «Я слышал, что некоторым философам, которые искали Истину, чтобы воздать ей хвалу, являлось на поверхности вод не ее, а их собственное отражение; и вместо Истины они начинали восхвалять себя»».

(Блаватская Е.П. Что есть истина? (Впервые опубликовано
в журнале «Lucifer», vol. I, № 6, Feb. 1888.). Сайт www.theosophist.ru.)

«Что есть истина? Для понимания любой мировоззренческой системы, в том числе и теософской, необходимо понять ее внутреннюю логику. И, прежде всего, ответить на вопрос: что она принимает как истину? «Мы всегда будем придерживаться только фактов и будем стараться провозглашать истину, где бы и когда бы она ни была найдена, не скрывая ее ни под какими трусливыми масками» (Е.П.Блаватская). Как видим, Теософия, по уверениям ее основательницы, всегда придерживается фактов. Какое определение Теософия дает истине? «Истина — многогранный кристалл, и невозможно охватить взглядом сразу все его грани; и … нет на свете даже двух человек, которые рассматривали бы эти грани под одинаковым углом (даже если их желание найти истину одинаково искренне)…»; «Что же до абсолютной истины, то большинству из нас так же сложно разглядеть ее, как доехать до Луны на велосипеде. Во-первых, потому, что абсолютная истина так же неподвижна, как гора Магомета, которая отказалась сдвинуться с места даже ради пророка, так что ему самому пришлось идти к ней. И нам приходится следовать его примеру, когда мы хотим стать хоть немного мудрее. Во-вторых, по той причине, что царство абсолютной истины не принадлежит к нашему миру, тогда как мы слишком крепко привязаны к нему. И, в-третьих, …человек… на самом деле …всего лишь злосчастное скопление аномалий и парадоксов, пустая балаболка, раздувшаяся от сознания собственной важности, с противоречивыми и легко меняющимися идеями». Интересно, свое мнение о человеке как о всего лишь злосчастном скоплении аномалий и парадоксов, пустой балаболка, раздувшейся от сознания собственной важности Е.П.Блаватская относила ко всем, включая себя, или ко всем, себя исключая? Впрочем, вопрос этот останется без ответа, так как задать его Е.П.Блаватской невозможно. Утверждения о том, что «царство абсолютной истины не принадлежит к нашему миру», Е.П.Блаватская, судя по всему, относила к Божеству, в своем, теософском, понимании, но тогда ее утверждение никакого отношения к Теософии не имеет, так как Теософия проповедует пантеистический монизм: «Мы не Адвайтисты, но наше учение, почитая Единую Жизнь, тождественно с учением Адвайты в отношении к Парабрахману. И ни один адвайтист, обладающий истинно философским умом, никогда не назовет себя агностиком, ибо он знает, что он есть Парабрахман и тождественен во всех отношениях с Мировой Жизнью и Душой — Макрокосм есть Микрокосм, и он знает, что нет Бога вне его, нет творца, нет и существа». Если «нет Бога вне его, то, как может идти речь о том, что «царство абсолютной истины не принадлежит к нашему миру»? Наоборот, вся логика теософского учения говорит, что царство абсолютной истины принадлежит нашему миру. Впрочем, лишь в случае, если следовать логике преподносимых Теософией идей, если же любое слово Е.П.Блаватской воспринимать как непогрешимое откровение, тогда останется только умолкнуть и внимать: «Теософия есть божественное знание, а знание есть истина, и потому каждый достоверный факт, каждое искреннее слово по необходимости должны быть неотъемлемыми составляющими теософического учения». Интересное утверждение: любое знание можно назвать истинным или все же нет? «Достоверный факт» и «искреннее слово» — что это такое? Теософия, как мы помним, опирается в своем познании мира на мистические переживания. Можно ли утверждать, что любые мистические переживания являются истинными уже в силу самой своей природы? Быть может, они истинны, если не противоречат теософскому учению? Считает ли возможным Теософия в принципе познание абсолютной истины? «Как мы уже говорили, хотя «обобщающая абстрактная истина была бы величайшим из всех благословений» для многих из нас, как и для Руссо, пока что нам приходится довольствоваться относительными истинами»; «Оставаясь на земле — в стороне от высокодуховного состояния разума, в котором Человек соединяется со Вселенским Разумом, — он вынужден довольствоваться исключительно относительной истиной, или истинами, воспринимая их из какой-либо философской или религиозной системы… Однако ничто не мешает человеку сидеть у края этого колодца, имя которому — Знание, и всматриваться в его темные воды, надеясь, что ему удастся разглядеть в их глубине отражение прекрасного лица Истины».
Согласно логике теософского учения, абсолютная истина непознаваема. Познание в Индуизме означает растворение познающего в познаваемом. Теософия пересказывает философию Адвайта-Веданты, а согласно ей, познающая личность растворяется в Божестве в самадхи, перестает существовать как отдельная личность, как индивидуальность. Поэтому, согласно Теософии, можно говорить только об относительности познания истины, иначе пришлось бы признать, что индивидуальность способна сохраниться после постижения абсолютной истины, но согласно учению Адвайта-Веданты, это в принципе невозможно. Полная реализация смысла жизни человека в Адвайта-Веданте это растворение в Божестве. Отсюда следует, что постижение полноты Истины невозможно без уничтожения индивидуальности. Подобное отношение к истине делает относительными знания любых, даже «самых высоких посвященных». Если «махатмы» не перестали существовать как индивидуальности, значит, они не познали абсолютную истину. А если бы познали, то не могли бы просто существовать, а значит, и писать свои письма и создавать теософское общество! «И тот объем абсолютной истины, который мы в состоянии воспринять, определяется исключительно степенью приближенности к ней нашего сознания».
Хотелось бы узнать, что такое «приблизительная истина»? А насколько теософы «беспристрастны» в изложении «истин и фактов», нам еще неоднократно предоставится возможность убедиться. Впрочем, один образец их «беспристрастности» можно продемонстрировать прямо сейчас: ««Что есть Истина?» — спросил Пилат у того, кто должен был знать ответ на этот вопрос (конечно, если учения христианской церкви хотя бы отчасти верны). Но Он ничего не сказал. И истина осталась нераскрытой для его будущих последователей так же, как и для римского наместника …».
«Но Он ничего не сказал», — Е.П.Блаватская лукавит: Иисус Христос ничего не ответил Пилату, потому что вопрос последнего носил риторический характер, что же касается «его будущих последователей», то здесь ситуация выглядит прямо противоположно утверждениям Е.П.Блаватской: «Иисус сказал ему: Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня». (Ин.14:6)».

(Питанов В.Ю. Теософия: факты против мифов. М. 2002г.)

««…И познаете истину, и истина сделает вас свободными» (Библия. Иоан.8:32). Это одни из самых трогательных слов величайшего Учителя и Господа Иисуса Христа. Он как гениальный Проповедник истины прекрасно знал, что только она сильна дать беспокойному человеку не только ощущение настоящей свободы, но и по-настоящему освободить его. Он прекрасно знал, что есть истина.
Ответ на вопрос «что есть истина?» всегда был не из легких. Этому вопросу посвящены тысячи книг и статей. На него стремились дать исчерпывающий ответ и, в первую очередь, для самих себя много великих философов, историков и аналитиков. Ведь ответ на вопрос «что есть истина?» напрямую связан с осознанием цели, а также смысла собственной жизни. Но, похоже, не всегда все ищут правильного ответа на этот вопрос. Так как под воздействием внутреннего страха может теплиться ложное предчувствие того, что подлинная истина не оправдает личных надежд и ожиданий. В своем Послании к юному ученику и служителю Тимофею Павел апостол Иисуса Христа пророчески писал: «Ибо будет время, когда здравого учения принимать не будут, но по своим прихотям будут избирать себе учителей, которые льстили бы слуху; и от истины отвратят слух и обратятся к басням» (Библия. 2Тим.4:3-5). По мнению большинства исследователей Библии, эти слова, которые изобличают неискренний подход в познании истины, характеризуют людей именно нашего непростого времени. Поэтому не удивительно, когда кажется, что вольных представлений об истине сегодня ровно столько, сколько живых людей.
Вопрос: «Что есть истина?» однажды прямо был задан Понтием Пилатом Иисусу Христу, Которого привели к нему на суд духовные вожди иудейского народа: «И начали обвинять Его, говоря: мы нашли, что Он развращает народ наш и запрещает давать подать кесарю, называя Себя Христом Царем. Пилат спросил Его: Ты Царь Иудейский? Он сказал ему в ответ: ты говоришь. Пилат сказал первосвященникам и народу: я не нахожу никакой вины в Этом Человеке» (Библия. Лук.22:1-4). Очевидно, что Пилат не находит вины в Иисусе. Более того, он пытается найти всевозможные аргументы, чтобы освободить Его. Прокуратору сразу стало ясно, что в действиях и намерениях Иисуса не было ничего такого, что могло бы угрожать имперской политике Рима. Не составило труда разглядеть в подсудимом духовного Царя-Лидера, влиянию Которого сильно завидовали Его идеологические оппоненты. Акценты Иисуса в ответах на вопросы Пилата всегда расставлялись на духовной стороне вопроса: «Я на то родился и на то пришел в мир, чтобы свидетельствовать об истине: всякий, кто от истины, слушает гласа Моего. Пилат сказал Ему: что есть истина?» (Библия. Иоан.18:37,38).
Каков же был ответ? К сожалению, Пилат не дождался ответа на свой вопрос, в это мгновение его отвлекла кричащая на улице, подстрекаемая чернь, жаждущая расправы над Спасителем. Пилат не стал продолжать развитие жизненно важной темы. Тем не менее, словами: «Царство Мое не от мира сего» (Библия. Иоан.18:36) Иисус лишний раз дал понять, что истина, которой Он учил людей, не имеет ничего общего с человеческой философией. Ее природа из другого мира. Она не может быть продуктом человеческих ограниченных познаний, основанных на личном опыте.
Словарь Ожегова дает определение: «Истина — адекватное отображение в сознании воспринимающего того, что существует объективно». А Энциклопедический словарь разделяет истину на относительную и абсолютную. «Относительная истина — отражает предмет не полностью, а в исторически обусловленных пределах. Абсолютная истина полностью исчерпывающая предмет познания, окончательное знание».
Если использовать определение словаря, то очевидно, что Иисус говорил Пилату об абсолютной истине, которая не зависит от человека. Люди же часто пытаются подменить абсолютную истину относительной, которая содержит лишь какую-то часть абсолютной истины и не исчерпывает предмет познания полностью. Они пытаются ее определить благодаря своим ограниченным знаниям и практическому опыту. Могут ли накопленные веками человеческие знания и их многовековой опыт быть критерием абсолютной истины?
В III в. до н.э. греческий математик Евклид предложил строгое построение геометрии как системы теорем, последовательно выводимых из основных понятий и истин, принимаемых без доказательств (аксиом). Одна из таких истин-аксиом утверждала, что параллельные прямые не пересекаются, и это было известно из тысячелетнего практического опыта человечества. Но русский математик Николай Лобачевский однажды подумал: «А что, если параллельные прямые где-то пересекаются?» Результат: в 1826г. он построил геометрию, которая отличается от геометрии Евклида аксиомой о параллельных. Ныне эта новая геометрическая концепция «геометрия искривленных пространств» успешно применяется для различных космических расчетов. Как оказалось, столь точная геометрия Евклида является всего лишь относительной истиной, а не абсолютной. Впрочем как и геометрия Лобачевского.
Как видно из примера, которых можно приводить еще много, критерием абсолютной истины не могут быть накопленные веками человеческие знания и их многовековой опыт. Для нас, ограниченных людей ее может определить только Тот, кто не просто стоит над всеми законами и процессами всей системы мироздания, но и управляет ими и к тому же является их Создателем. Это Всевышний Бог Творец, Который открывается нам в Священном Писании в трех Личностях Божества Отец, Сын (Иисус Христос) и Святой Дух, и говорит о Себе Самом как об истине. Всего Библия определяет пять незыблемых составляющих или граней истины. Первые три относятся к Божеству:
1. «Господь Бог есть истина» (Библия. Иерем.10:10);
2. «Я есмь путь, истина и жизнь», — говорит Сын Божий (Библия. Иоан.14:6);
3. «Дух есть истина», — говорит Библия о Духе Святом (Библия. 1Иоан.5:6).
4. Четвертая составляющая истины — это откровение Божье людям, выраженное в Его слове: «Освяти их истиною Твоею; слово Твое есть истина» (Библия. Иоан.17:17).
5. И, наконец, пятая составляющая истины — это средство, которое напрямую связано с управлением и порядком и предохраняет многочисленные творения на всех уровнях от дисгармонии, деградации и гибели. «Закон Твой — истина» (Библия. Псал.118:142).
Эти грани истины настолько просты, что даже ребенок может по ним безошибочно ориентироваться среди правды и лжи. Жаль только то, что высокопоставленный Пилат так и не узнал, что перед ним на суде человеческом, где должна была восторжествовать истина, стоял осужденный — Сам Сын Божий — путь, истина и жизнь».

(В.Вятоха. Что есть Истина? // Журнал «Акцент»
(духовно-просветительское издание). Сайт www.aktsent.info.)

«Поскольку ответ на этот сакраментальный вопрос возник у меня совершенно спонтанно, не вижу оснований для того, чтобы прикрывать его младенческую наготу приличествующими цитатами и ссылками. Если он «выживет», то есть найдет отклик у читателей, то соответствующее одеяние (аппарат привязки его к исторически сложившимся философским концепциям) будет возникать и модифицироваться по мере его существования. Если нет — то и усилия, потраченные сегодня на поиски предтеч, будут пустой тратой времени. А того, что можно назвать «камертонно-созвучным», и в античной, и в христианской, и в современной философских парадигмах будет не мало. Так что у иного читателя возникнет соблазн обвинить меня в плагиате или невежестве. Как поступит такой читатель — не знаю. Но надеюсь, что в рамках действующей Конституции…
Итак, сначала соорудим аристотелево-хайдеггеровский оксюморон: Бытие-Небытие. И я утверждаю, что Истина — это просто «иное имя» этого философского понятия. А Сущее — это все, что существует как в физическом, так и в ментальном разрезах Бытия-Небытия. Правда, это «всё» — далеко не «ВСЁ». Вероятно, и в каких-то других, пока нами не осознаваемых сечениях «что-то есть». И с этим, как мне кажется, могут согласиться здравомыслящие представители всех философских школ и течений. Такое понимание исключает даже постановку вопроса о том, есть ли «реальное содержание» у этих плоскостей сечения Бытия-Небытия. Попытки того или иного конкретного ответа на этот вопрос сразу же разделят нас на «материалистов», «идеалистов», «эзотериков» и «ещё каких-нибудь «истов», «ков», и т.п.».
Все остальные утверждения относительно конкретных атрибутов Бытия-Небытия являются его Моделями. Всякая модель, поскольку она возникла, отвечает каким-то конкретным проявлениям Бытии-Небытия (даже и модель солипсизма, согласно которой сечение Бытия-Небытия плоскостью материализма пусто), но принципиально не охватывает весь спектр этих проявлений, поскольку тождественность ВСЕХ свойств модели и моделируемого может быть достигнута только при тождестве модели и моделируемого. Лучшей моделью электрона является только сам электрон. Если моделируемых объектов много (тех же электронов), вполне возможно один из них использовать в качестве «идеальной (истинной)» модели остальных. Но Бытие-Небытие единственно, а потому принципиально невозможно построить его «истинную модель». (Есть мнение, что даже электроны все — разные). На этом краеугольном камне уже не одно тысячелетие стоит величественное здание агностицизма. Однако искатели Истины (включая, кстати, и большинство «проживающих» в этом здании философов), признавая логическое совершенство агностицизма, вовсе не отказываются от продолжения своих поисков. Они убеждены, что и «не абсолютно идеальные» модели являются вполне полезными и вскрывают для понимания реальные «конструктивные элементы» Бытия-Небытия, подтверждая тем самым прогрессивность развития науки — на каждом следующем «истинно научном» этапе Познания «реальных элементов Истины» больше, чем на предыдущем.
Однако практика моделирования показывает, что один и тот же объект может быть смоделирован совершенно различными и понятийными, и математическими и физическими структурами. При этом каждая модель может кардинально отличаться одна от другой, но давать достаточно согласованные результаты предсказания определенного класса ситуаций и состояний моделируемого объекта. Здесь ключевым для понимания словом является «достаточно».
Я не разделяю надежд на то, что в науке реально существует «прогресс» — все большее приближение к «абсолютной истине». Нет, я не считаю, что прогресс вообще отсутствует. Безусловно, концепция и математический аппарат Шредингера гораздо лучше описывает реальность, чем предшествовавшая и лежащая в ее основании концепция Де-Бройля, но это — внутренний прогресс господствующей парадигмы, а не объективное приближение к Истине. И признанный ныне необходимым «принцип наследования» — предельный переход от новой теории к старой — является, на мой взгляд, отражением понятного человеческого желания «не потерять лицо» в рамках новых представлений для ведущих специалистов «старой школы». И хорошо, когда удается соблюсти этот принцип. Всякий новатор должен, по мере сил, стремиться к этому. Но с прагматической точки зрения было бы вполне достаточным соответствия в определенных областях результатов старой и новой теорий. Исторический опыт показывает, что в некоторых случаях «принцип наследования» соблюсти удавалось (эйнштейновская теория гравитации при не слишком больших гравитационных потенциалах переходит в ньютоновскую), а в некоторых — нет (коперниканство никак с аристотелизмом не связано). Поэтому не нужно драматизировать ситуацию, если новая модель существенно расходится со старой. И ссылаться на то, что это новое «подрывает основы», а потому даже не подлежит рассмотрению в рамках «истинно научных представлений о мире» (как это происходит сегодня, скажем, по отношению к теории Фоменко) просто непродуктивно. (Я не являюсь адептом взглядов А.Т.Фоменко, вижу в них много неприемлемого для себя, но признаю, что в области гуманитарной истории это — одна из самых «прогрессивных» из широко известных исторических концепций).
Научная истина — это только конвенциальное соглашение, гармонизирующее интеллектуальные усилия в области гносеологии, имеющее рекомендательный характер и всегда оспориваемое как «гениями», так и «профанами» (т.е. «левыми» и «правыми» экстремистами гауссианы распределения талантов по исследователям). Говорят, что из 3 параметров можно сконструировать уравнения с любой степенью точности описывающие эксперимент. Думается, что и одного вполне хватит, если умело манипулировать функциями. И работает все это потому, что в разработку господствующей парадигмы вложено много интеллектуальных усилий действительно талантливых людей. Но если бы эти усилия были направлены в какую-то другую систему аксиом, то и она могла бы столь же хорошо «соответствовать действительности».
Обращаю внимание на этическую сторону вопроса. Зеркальная симметрия «гауссианы талантов» требует большой осторожности в отнесении каждого конкретного «бунтаря» к ее левому или правому крылу. Во всяком случае, здесь явно требуются не только «объективные физические», но и «субъективные нравственные» критерии. Это необходимо помнить всем, от кого зависит «официальная оценка» тех или иных гипотез и их авторов. В качестве иллюстрации напомню пример с М.В.Ломоносовым. В XIX в. о нем ещё можно было прочесть: «Среди русских химиков, которые стали известными химиками, мы упомянем Михаила Ломоносова, которого не надо смешивать с поэтом того же имени». И если бы не труды Б.Н.Меншуткина в начале XX в., так и остался бы Ломоносов где-то между придворными пиротехниками и одописцами. Короче, среди забавных «профанов» XVII в. <…>.
Будет очень неправильно, если кто-то истолкует мою позицию как позицию «абсолютного релятивиста», согласно которому «все в мире относительно» — истина и ложь, добро и зло… Нет, я так не считаю. Моя точка зрения ближе к тому, что все в мире конкретно — «здесь и сейчас для меня» истинно или ложно, а вот как это будет оценено «там» или «тогда», доживем — увидим. Да и сама категория истинности далеко не универсальна. Как ее применить к простейшей житейской ситуации — истинно ли то, что морковка, тушеная с яблоками и сахаром, божественно вкусна, или, что это — почти рвотное? Истина локальна и бесконечноаспектна. А потому допускает бесконечное число способов своего описания.
Так что, мне кажется, специально искать Истину не нужно — она вокруг и внутри каждого из нас. А вот поиск проявлений Истины требует не возведения «оборонительных валов» против лженауки», а просто честной работы на поле Познания. (Автор — руководитель лаборатории-кафедры Гносеологической экологии темпорологии и эвереттики Института исследований природы времени)».

(Лебедев Ю.А. Что есть Истина? Сайт www.chronos.msu.ru.)

«Божественное. Божественное есть Высшая Истина, поскольку это есть Высшее Бытие, из которого все происходит и в котором все пребывает. Божественное — это то, из чего все рождается и в чем все существует; цель человеческой души заключается в возвращении к Божественной Истине, скрытой покровами неведения. В Высшей Истине Божественное есть абсолютный и бесконечный Покой, Сознание, Бытие, Сила и Ананда (Блаженство). Божественное как трансцендентное Бытие и Дух, всеблагой и всесветлый, божественное Знание и Сила; нам предстоит подняться к его высшему божественному бытию и Свету и привнести его реальность на землю, в наше сознание и жизнь. Божественное в то же время безлично, так как предстает перед нами в виде бесконечного Бытия, Сознания и Ананды, и безлично еще и потому, что Оно является источником, основой и строительным материалом для всего сущего и для всех энергий. Оно есть материал, из которого сделано все наше существо, наш разум, жизнь и тело, наш дух и материя. Наша мысль, сосредоточенная на Нем на интеллектуальном уровне, должна не только понять, что Оно существует, не только представить себе Его как абстракцию и логически обусловленную необходимость — мы должны развить в себе способность ментального видения Его повсюду в этом мире как Обитателя всех проявленных форм, осознать Его присутствие в самих себе, научиться выявлять и следить за проявлениями Его сил. Оно есть единое Бытие, изначальное и универсальное Блаженство, лежащее в основе всего сущего и превосходящее его. Божественное есть одно бесконечное Сознание, порождающее все остальные проявления сознания; Оно есть единое безграничное Бытие, поддерживающее все действия и любой опыт. Наше сердце целиком и полностью может вверить себя Его воле, как воле всевышнего Возлюбленного, насладиться Его Любовью и погрузиться в живой океан Его Блаженства. Ибо Оно есть потаенная Радость, поддерживающая нашу душу во всяком ее опыте и даже наше вечно заблуждающееся эго — во всех его испытаниях и борьбе до тех пор, пока не придет конец печали и страданиям. Божественное есть Любовь и Блаженство бесконечного Возлюбленного, привлекающего и ведущего каждого своим собственным путем к Его счастливому Единству. В своем безличном проявлении эта созидательная Сила есть самоозаренная Энергия, несущая в себе результат всякого действия и начинания и доводящая его до своего завершения. В персонифицированном проявлении Оно есть всемогущий Учитель и Властелин Йоги, которому ничто не может воспрепятствовать в достижении его цели.
Истина. Йога исходит из убеждения, что конечная Истина — это духовная и субъективная Реальность, и именно в свете такого представления мы должны рассматривать объективные явления. Высшие истины не являются результатом ограниченных логических рассуждений или подтверждением религиозных догматов, но представляют собой плод внутреннего опыта души. Интеллектуальная истина есть лишь одна из дверей, ведущих во внешние пределы храма Истины. Космическая Истина есть истина, лежащая в основе вещей в том виде, в котором они существуют во Вселенной. Божественная Истина не зависит от Вселенной, превосходит ее и является ее первопричиной.
Истина есть преддверие Ананды. Истина — это дорога, ведущая к цели — Блаженству Божественного Бытия. Истина лежит в основе высшего достижения — Блаженства.
В конечном счете Истина и Красота выступают вместе и составляют единое целое, но на промежуточных этапах между ними есть различие.
В природе вещей должна заключаться способность или принцип, позволяющий воочию видеть Истину, извечная познавательная возможность, соответствующая изначальному факту Истины. Веда утверждает, что такой принцип скрыт в природе вещей и представляет собой Сознание-Истину, способное к непосредственному прозрению и непроизвольному обладанию Истиной. Термин «Сознание-Истина» (Рита-Чит) я заимствовал из Ригведы, что значит сознание изначальной истины бытия (сатьям), истины активного бытия (ритам) и всеобъемлющее самосознание (брихат), на уровне которого только и возможно Сознание-Истина. Под Сознанием-Истиной подразумевается сознание Знания, непосредственно, всецело и непроизвольно осознающее проявленную Истину и не имеющее нужды искать Истину на уровне Разума.
Существо Сверхразума заключается в Сознании-Истине, обладающем знанием Истины по своей природе правды и света; у него нет необходимости стремиться к знанию, ибо оно обладает им. Сознание-Истина присутствует повсюду во вселенной в виде самопознающего принципа, с помощью которого Единое проявляется в гармонии своего бесконечного Многообразия. Сознание-Истина есть сила самоопределения, присущая Бесконечному.
Реализация. Конкретная реализация представляет собой в духовном плане более реальное, живое и непосредственное осознание той или иной вещи или явления, чем это происходит при физическом восприятии. «Реализация» в полном смысле слова — это обретение такого состояния, при котором Дух, или высшее «Я», трансцендентное и универсальное Божественное становится реальным для нас как в окружающей природе, так и внутри нас самих. В результате «реализации» становится невозможным воспринимать проявленный мир как-то иначе, чем в свете единого Духа; наше бытие как в физическом, так и в психологическом отношении ощущается лишь как поток становления высшего «Я».
Реализация и опыт — это две категории явлений, о которых мы говорим в Йоге. Реализация есть восприятие нашим сознанием и утверждение в нем таких изначальных истин, как Божественное, Высшая или Божественная Природа, вселенское сознание и игра универсальных сил, истинное «я» и истинная природа человека и окружающих его вещей, присущая внутреннему существу человека и внешней природе сила, которая становится со временем частью нашей внутренней жизни (как, например, в случае реализации Божественного Присутствия), Нисхождение в человеческое сознание и утверждение в нем высшего Покоя, Света, Силя, Ананды, а также их проявления на уровне нашего сознания, реализация Божественной, или духовной Любви, раскрытие своего психического существа наряду с истинными ментальным, витальным и физическим существами, реализация Верховного Разума и супраментального сознания, ясное понимание соотношений всех этих реалий и их преобразующее влияние на нашу низшую природу. Этот перечень можно было бы продолжать до бесконечности. Восприятие всего вышеперечисленного нередко называют опытами, когда видение или ощущение этих реалий ограничивается отдельными или редкими вспышками. Если же такой опыт приобретает устойчивый характер и повторяется достаточно часто, превращаясь в постоянное и обычное состояние человека, то можно говорить о полной реализации.
Слово «опыт» применимо, практически, ко всему, с чем только можно столкнуться в Йоге. Когда опыт приобретает устойчивый и постоянный характер, то он становится частью сиддхи. Например: преходящее состояние покоя есть опыт; покой, как обычное и нормальное состояние, есть сиддхи. Реализация — это совсем другое; это превращение в живую реальность того, к чему направлены ваши внутренние устремления. Возьмем, например, идею присутствия Божественного во всем и вся. Эта идея может существовать как ваша внутренняя убежденность, подкрепленная лишь верой, а может превратиться в конкретную реализацию, когда вы действительно почувствуете или воочию увидите Божественное в окружающем вас мире.
Реальность. Существует Реальность, которая есть Истина всего Бытия, превосходящая все возможные формы своего проявления. Эта Реальность заключена в каждом проявленном существе и наделяет каждую воплощенную форму своей силой бытия. Бесконечное Бытие, бесконечное Сознание, бесконечная Сила и Воля, бесконечное Блаженство бытия — это и есть Реальность, скрытая за внешними проявлениями Вселенной. Вездесущая Реальность есть Истина всей жизни и всего бытия, абсолютного и относительного, телесного и бестелесного, одушевленного и неодушевленного, разумного и неразумного. И во всех бесконечно разных и противостоящих формах самовыражения, начиная с противоречий нашей повседневной жизни и кончая непримиримыми противоположностями на далеких рубежах Неизреченного, Реальность бывает только одна и не является результатом нескольких составляющих. Все многообразие берет свое начало в этой Реальности, к ней все сводится, ею исчерпывается и в нее возвращается. И любые отрицания ведут лишь к более полному утверждению все той же Реальности. Все противоположности отрицают друг друга лишь для того, чтобы подчеркнуть своими противоречиями глубину общего Единства и признать в противостоящих полюсах одну единственную Истину.
Необходимо различать изначальную Реальность, производную от нее феноменальную Реальность и ограниченный, зачастую ошибочный опыт или представление о той и другой форме Реальности, порождаемые нашим чувственным опытом и разумом».

(Пандит М.П. Глоссарий терминов, встречающихся
в работах Шри Ауробиндо. Сайт www.integral-yoga.narod.ru.)