Статья 1.6. Нужна ли нам Российская Тантрология? (ч.2).

продолжение

7.7. ТЕОРИЯ ЗАИМСТВОВАНИЯ: СВОДНАЯ ТАБЛИЦА.

На основе вышеприведенной информации составим сводную таблицу, в которой в  правом столбце разместим, скажем так, элементы «тантрического комплекса» Тантры, а в правом столбце, скажем так, «источники» влияния, заимствования, т.е. откуда могли быть изначально заимствованы основные идеи, понятия и другие элементы «тантрического комплекса» для дальнейшей переработки в лоне Традиции Тантры.

 Элементы «тантрического комплекса»  «Источники» влияния, заимствования
 1. Систематическая Тантра  — Индуизм
 2. Тантрическое учение  — смесь духовных практик Йоги, Веданты и Буддизма
— принципы Ведийской Йоги и положения Буддизма
 3. Теоретический фундамент  — Санкхья
 4. Тантрическая доктрина  — Санкхья-Йога
 5. Тантрические знания  — совокупность магических ритуалов и практик Индуизма и Буддизма
 6. Тантрическое мировоззрение  — Упанишады, «Бхагавад-Гита», индийские религиозно-философские школы
 7. Философские основы Тантры  — Санкхья-Йога
— Адвайта-Веданта, Шиваизм и Шактизм
 8. Тантрическая философия языка  — Ведический символический ряд
 9. Тантрическая философия  — Ведическое мировоззрение
— Санкхья, Веданта
 10. Тантрическая космогония  — классический дуализм Санкхьи
 11. Тантрическая концепция Творения  — теория эволюции, схема творения Санкхьи
 12. Понятия Брахмана и Атмана  — Упанишады
 13. Понятия Пуруши и Пракрити  — дуализм ранней Санкхьи
 14. Понятие Майи  — Адвайта-Веданта
 15. Понятие Майя-Шакти  — шиваитская Школа пашупатов
 16. Понятие Шива-Шакти  — теория Санкхьи о Пуруше и Пракрити
 17. Понятие Таттв  — система таттв Санкхьи
 18. Понятие Гун  — Санкхья
 19. Понятие Пран  — Упанишады, Аюрведа
 20. Понятие Ньясы  — Ведическая ньяса
 21. Тантрическая Концепция Звука  — Доктрина Мимансы о Шабда (Звуке)
 22. Тантрическая Мантра-Шастра  — Ведическая теория Вак
— Ведические мантры
— слоги в Брахманах
 23. Тантрическая Мудра-Шастра  — Школа йогачарьев (северный Буддизм)
 24. Тантрическая Асана-Шастра  — Хатха-Йога
 25. Система самосовершенствования  — доктрины Буддизма и Брахманизма
 26. Система тантрических дисциплин  — Санкхья и др. школы Брахманизма
 27. Система Тантрической Йоги  — Санкхья и др. школы Брахманизма
 28. Тантрическая Алхимия  — аборигенная культура
 29. «Технология» Тантры  — классическая Йога
 30. Символ ОМ  — символ ведических жертвенных церемонии
 31. Тантрический символизм  — Брахманическая Традиция религиозного символизма

Самое удивительное в том, что, несмотря на свою, вполне возможно, очень древнюю историю и такое «обилие» заимствования (см. таблицу), Традиция Тантры дошла до наших дней не только в виде тантрических текстов, тантрической литературы, тантрической духовной культуры, но и в виде Живой Традиции со своим тантрическим комплексом — и в этом ее главная ценность для современного человечества, а еще и показатель ее устойчивости ко всем обстоятельствам исторического развития.

Как указывается в учебном пособии по психотерапии (см. Д.Хейли. Эволюция психотерапии. Учебное пособие. Т.2. М. Класс.1998г.): «необходимо подчеркнуть опасность несистематизированного синтетического или теоретического эклектизма. Выбор теорий и техник на основании их субъективной привлекательности вызывает хаос и неразбериху». Или, как указывается в Энциклопедическом словаре Ф.А.Брокгауза и И.А.Ефрона (1890-1907гг.), «эклектизм старается путем критики выделить из различных систем состоятельные принципы и органически связать их в одно целое, а синкретизм соединяет разнородные начала, не давая им истинного объединения». Но как же тогда понимать утверждение, вынесенное на защиту в диссертации Ю.В.Архиповой (см. Архипова Ю.В. Синкретизм в системе культуры. Диссертация. СГУ. Саратов. 2005г. Сайт www. cheloveknauka.com.): ):

«Синкретизм — это явление культуры, для которого характерным является органичное соединение элементов и структур культурной реальности, основанное на принципе связи и имеющее единые первородные корни, но при этом каждое составляющее этого соединения имеет возможность дальнейшего обособления и самостоятельного существования».

В любом случае вырисовывается занимательная история. На протяжении длительного времени в несколько тысяч лет (с перерывами в несколько сот лет) Традиция Тантры заимствовала самые разные элементы, как говорится, «с мира по нитке», перерабатывала их, приспосабливала к себе, и вот получилось то, что сегодня можно обозначить как «тантрический комплекс». Т.е. мы можем говорить не просто об отвлеченном «своеобразном духовном комплексе» Традиции Тантры. Речь может идти о конкретном «тантрическом комплексе» Традиции Тантры. Где, когда и как он формировался, пока неизвестно, но, в принципе, возможно ли такое, чтобы на каком-то этапе истории Традицией Тантры была заимствована какая-нибудь оригинальная идея, которая после «перетолковывания», переработки прекрасно, идеально вписалась бы в этот тантрический комплекс.
Это похоже на современную ситуацию, когда «народные умельцы», набрав самых разных «запчастей» на развале, могут собрать «шикарный автомобиль», а то и «летательный аппарат», который может и полететь… Но в отношении религиозной или духовной и тем более эзотерической Традиции подобная ситуация маловероятна, поскольку такая Традиция, как правило, строит свое учение и практики на определенных законах и понятиях. Поэтому, скорее всего, речь может идти о присовокуплении Традицией Тантры определенных форм опыта и понятий к своему уже сформулированному, сформированному «тантрическому комплексу», в интересах развития и привлекательности самой Традиции. Как это обычно бывает, чтобы получить Рождественскую Елку, необходима в первую очередь, сама елка и конечно разнообразные украшения. Только так можно объяснить хорошо продуманную и хорошо структурированную, оригинальную и уникальную, неповторимую и привлекательную систему, которая подразумевается, ощущается, просматривается, обнаруживается в «тантрическом комплексе» Традиции Тантры и исконное наличие которой уже потихоньку подтверждается тантрологическими исследованиями.

Таким образом, наше внимание в полученной таблице должно идти не справа налево, от «источников» к элементам «комплекса», а в обратную сторону!!! Слева направо!!! Да, именно элементы «тантрического комплекса» (идеи, воззрения, понятия, концепции, доктрины, знания, опыт и пр.), проникли во всю древнеиндийскую культуру и нашли там благодатную почву, и, словно россыпи бриллиантов, распространились по всему миру, по многим направлениям, учениям и традициям. Таким образом, можно говорить о том, что Традиция Тантры явилась уникальным «неисчерпаемым» источником «идей и понятий» и для Ведизма и для Брахманизма и для Индуизма в целом.

Может ли подобное утверждение соответствовать действительности? Бесспорно, подтвердить или опровергнуть данное утверждение смогут лишь будущие исследования Российской Тантрологии, и, в первую очередь, скрупулезные исследования «тантрического комплекса» Традиции Тантры, поскольку подобную ситуацию исключать никак нельзя. Как нельзя исключать и то, что синкретический или эклектический характер Традиции Тантры может означать то, что именно Традиция Тантры сумела сохранить и донести до нас знания и опыт древнейших цивилизаций.

Можно ли назвать Традицию Тантры эклектической традицией? Или ее следует считать синкретической традицией? И в чем тогда будет разница? Конечно, ответы на эти вопросы должна дать Российская Тантрология. Но уже сейчас мы можем обратить внимание на следующие цитаты (две об эклектизме и две о синкретизме).

1. Вот что пишет Джей Хейли (см. Д.Хейли. Эволюция психотерапии. Учебное пособие. Т.2. М. Класс.1998г.), который имеет степень магистра Стэнфордского университета (1953г.), возглавляет Институт семейной терапии в Вашингтоне, один из ведущих представителей стратегического подхода в семейной терапии, автор семи книг, соавтор двух и редактор пяти, имеющий более 40 публикаций в научных журналах и других изданиях.

«Эклектизм. В ходе исследований (Garfield & Kurtz, 1974; Smith, 1982) выяснилось, что большинство клинических психотерапевтов — эклектики. Ограниченность ортодоксальных подходов очевидна. Тем не менее, необходимо подчеркнуть опасность несистематизированного синтетического или теоретического эклектизма. Выбор теорий и техник на основании их субъективной привлекательности для конкретного психотерапевта вызывает хаос и неразбериху. Теории и представления, лежащие в основе многочисленных психотерапевтических систем, часто отражают фундаментальные идеологические и эпистемологические различия между этими системами. При ближайшем рассмотрении обычно выясняется, что они несовместимы по своим существенным характеристикам.
Я давно убежден, что психотерапевт, который хочет, чтобы его работа с широким кругом проблем была эффективной, должен обладать гибкостью, быть разносторонне образованным и использовать технически эклектичный подход. Психотерапевт, не забывающий в своей деятельности об этике, может пользоваться разными техниками, которые кажутся ему полезными, независимо от их происхождения. Но одновременно с этим он должен с большой осторожностью подходить к использованию породивших эти техники теорий. Психотерапевтические процедуры могут быть эффективными по причинам, не имеющим ничего общего с их теоретической подоплекой. Полезные техники можно почерпнуть из любого источника. Таким образом, психотерапевт, придерживающийся технического эклектизма, использует большое количество разнообразных методов воздействия, при этом оставаясь приверженцем определенной теоретической структуры, правильность которой может быть подвергнута проверке или опровергнута. В один прекрасный день может возникнуть какая-то суперорганизующая теория или же суперструктура, в рамках которой все существующие сегодня различия сгладятся и все разногласия прекратятся». 

2. Вот что пишет Делия Стейнберг Гусман (см. Д.С.Гусман. Эклектизм. В поисках истины без фанатизма. Сайт www.manwb.ru.), профессор философии, президент Международной классической философской школы «Новый Акрополь», которая была создана (1957г.) для того, чтобы «возродить философию в новом качестве, т.е. чтобы вернуть в жизнь человека извечный поиск знания, вечный поиск смысла существования и сути всех вещей. Нужно вновь отдать должное место великим вопросам о главном, которые человек никогда не переставал задавать и на которые никогда не переставал искать ответы». Д.С.Гусман автор более тридцати книг и пособий и многочисленных публикаций по теоретической и практической философии, психологии, древним цивилизациям, астрологии, музыке, истории и культуре.

«Давайте называть эклектизмом такой подход, который, не возражая против чего-либо априори, анализирует предметы, события и явления, осмысляет их, сравнивает и связывает, ищет в них лучшее, чтобы в результате выделить самое ценное, то, что достойно быть принятым. Это ясное и краткое определение, максимально близкое к истине, часто забывается, и слово «эклектизм» используют небрежно, понимая по-обывательски поверхностно. Так, обычно под «эклектической позицией» подразумевается позиция людей малодушных и нерешительных, духовных слепцов, которые не способны воспринять глубину и перспективу того, что видят. В их случае «эклектизм» — это диалектическое пустословие и разговоры вокруг да около, которые никогда не приводят (да никто и не пытается прийти) к плодотворному решению.
На нынешнем этапе истории, как никогда раньше, остро ощущается нехватка подлинного эклектизма, который не страдает избыточной силлогистикой и имеет прочную основу. Когда дело касается фундаментальных проблем и вопросов, искусственный и удобный «центризм», как правило, свидетельствует о трусости и невежестве.
Любой здравомыслящий человек прекрасно понимает, что никому не нужна машина, которая заводится от случая к случаю, или наполовину свежее яйцо, или часы, которые то спешат, то отстают. В отношении важных вещей жизненно необходимо определяться — жив или мертв, любовь или не любовь, день или ночь. Эклектизм не подразумевает неопределенности в ущерб реальности. Эклектизм, если он подлинный, — это путь к истине; будучи однажды открыта, она должна быть предъявлена, утверждена и провозглашена, несмотря ни на что и ни на кого.
Эклектизм — это не вечное картезианское сомнение, а напряженное платоновское утверждение; это не кафкианская тревога, а шопенгауэровская воля к жизни; это не безвольное и отстраненное созерцание, но осознающая себя в истории молодость, которая знает, зачем живет и ради чего умрет.
Давайте будем эклектиками, но в подлинном смысле этого слова, будем активно искать истину и, найдя, открывать и провозглашать ее, не пасуя ни перед интеллектуальной карликовостью, ни перед соображениями выгоды, ни перед модой». 

3. Вот что пишет Ю.В.Архипова (см. Архипова Ю.В. Синкретизм в системе культуры. Диссертация. СГУ. Саратов. 2005г. Сайт www. cheloveknauka.com.): 

«I. Актуальность темы исследования. Настоящее время выводит синкретизм на уровень одного из основных понятий философии культуры, что обусловлено возрастающей ролью интеграционных процессов и явлений в контексте глобализации всей культурной и социально-политической жизни общества, стремительно преображающей окружающий мир. Если раньше жизнь общества протекала в размеренном темпе и относительно автономными образованиями, то теперь с ускорением темпа жизни, наступлением века высоких технологий и коммуникаций границы обособленных явлений и процессов размываются, не только вступают в простое взаимодействие, но обретают живую взаимосвязь, единую природу. В связи с этим феномен синкретизма также меняется в условиях новой реальности. Синкретизм трансформируется от первичного синкретизма первобытной эпохи, когда он представлял собой особое мировоззрение, к синкретизму, который сегодня выступает в качестве одного из возможных способов анализа культурной реальности. Сказанное объясняет необходимость целостного изучения синкретизма во всем многообразии его форм, связей отношений.
Вследствие этого в философии и культурологии отмечается повышенный интерес к синкретизму как фактору культурного развития, преобразования. Многие исследователи отмечают повсеместный характер явлений синкретизма, которые оказывают существенное влияние на развитие и осмысление реальности как целостности со всем многообразием этой сложноструктурной и многоуровневой системы. В науке и культуре по-новому ставится вопрос о содержании понятия «синкретизм», об уникальности и относительной самостоятельности данного понятия, о возможности объединения, взаимосвязи разнопорядковых компонентов сферы культуры, движения к глобальной универсализации. В науке в целом синкретизм рассматривается и как тенденция к формированию новой единой картины мира, основанной на понимании взаимозависимости и взаимосвязанности всего существующего в процессе осознания глобализации культурных процессов в современном мире.
Положения, выносимые на защиту. 1. Синкретизм — это явление культуры, для которого характерным является органичное соединение элементов и структур культурной реальности, основанное на принципе связи и имеющее единые первородные корни, но при этом каждое составляющее этого соединения имеет возможность дальнейшего обособления и самостоятельного существования. Основными чертами синкретизма являются органичность и совпадение функций и значений предметов или явлений. Синкретизм характеризует процесс становления новых целостностей, качеств, выполняя, таким образом, онтогенетическую функцию.
2. Культурный синкретизм полиморфичен. Он находит свое выражение в различных формах становления и развертывания духовного, практического и социального бытия; выполняет культурогенную функцию. В связи с этим синкретизм в структуре культуры можно по-новому представить в виде особой взаимосвязи: от синкретизма как нерасчлененного неразвитого единства через его распад и эмансипацию от религии к синкретизму как развитому единству различных составляющих. Это дало возможность выявить три наиболее обобщенные структурные формы: генетический синкретизм, антагонистический синкретизм, синергетический синкретизм.
3. Под генетическим синкретизмом понимается такая форма образования, которой присуще нерасчлененное, неразвитое, комплексное состояние. Антагонистический синкретизм — это форма синкретизма, для которой характерно практическое разрушение генетического синкретизма и становление искусства, науки как самостоятельных областей культуры. Синергетический синкретизм делает акцент на анализе культурного целого как открытого, непрерывно взаимодействующего с элементами других социокультурных систем.
4. Синкретизм в современной культуре выступает в качестве интегративного многообразия, который с одной стороны, позволяет сохранить культурные различия, а с другой — обеспечивает функционирование общих институтов. Синкретизм выразился в единстве трех форм бытия — культуры, общества и человека, поэтому его можно рассматривать как одно из условий единого мировоззрения.
5. Выражением синкретизма в современной культуре является постмодернизм как яркая тенденция к единству видов и жанров. В науке синкретизм проявляется в виде нарастающей тенденции к единству науки и междисциплинарного объединения на основе синергетики.
Заключение. Сфера культурного бытия в настоящее время характеризуется взаимодействием паритетных компонентов и факторов, глобализацией процессов, происходящих в культуре и обществе и их влиянием на среду обитания человека, а так же усиливающимся диалогом культур, взаимопроникновением этих культур и становлением информационной сети, обеспечивающей более тесные коммуникативные связи. Эти и многие другие процессы свидетельствуют о том, что тенденции к синкретизму приобретают все большее значение, и тем самым понятие синкретизма, существующее в сфере конкретно-научного знания, приобретает универсальное значение, и чем дальше, тем больше используется при характеристике явлений и процессов в культурной реальности.
Сегодня синкретизм становится одним из компонентов целостного подхода к изучению культурного бытия, что обуславливает необходимость его философско-культурологического анализа в социально-культурном аспекте».

4. Вот что пишет Э.С.Абдулаева (см. Абдулаева Э.С. Синкретизм духовной культуры: взаимосвязь общего и основного. Диссертация. АГУ. Майкоп. 2007г. Сайт www. cheloveknauka.com.): 

«Общая характеристика работы. Актуальность темы диссертационного исследования. Изучение духовной культуры всегда является актуальной исследовательской задачей. Духовная культура нуждается в заботе и поддержке общества, ее сохранение и развитие требует от людей, общества значительных усилий. Она — результат творческой деятельности человека, общества, проявление силы человеческой мысли.
Одной из актуальных культурологических проблем является проблема соотношения разных культур, разных духовных миров. В различных регионах Земли сосуществуют и взаимодействуют многообразные культурные ареалы, феномены, являющиеся результатом длительного развития практики человека, его духовно-ценностной шкалы. Изучая разнообразие культур, проникая в сущность культуры, исследователь рассматривает различные аспекты культуры вообще и духовной культуры в частности. И за конкретным многообразием культурных феноменов обнаруживает ее синкретический характер, нечто общее, интегральное.
Актуальность исследования проблемы синкретичности духовной культуры обусловлена рядом причин, определяющей из которых является непрерывный процесс аккультурации. Существование человека невозможно без взаимоотношений с другими людьми, аналогично этническая общность также не может существовать в абсолютной изоляции от других народов. Каждый этнос в той или иной степени открыт для контактов и восприятия специфических культурных достижений других этносов и готов поделиться с собственными культурными достижениями и ценностями. Между тем взаимопроникновение, диффузия элементов разных культур приводит к духовному обогащению жизни этносов, формированию поведенческих и мировоззренческих установок, образа жизни. Изучение синкретичности духовной культуры, выявление в ее структуре общих и особенных тенденций, раскрытие специфического своеобразия духовной культуры отдельного этноса — задача, требующая значительных теоретических усилий, нового видения межэтнических контактов в современных условиях социокультурных трансформаций.
Подчеркивая достигнутые результаты в исследовании синкретизма, следует отметить несхожесть и многообразие в определении этого феномена. Наиболее полным, на наш взгляд, является определение, данное в кратком философском словаре под редакцией А.П.Алексеева и Г.Г.Васильева: «Синкретизм — философская и культурологическая категория, характеризующая особый тип соединения разнородных факторов в целостность, когда множество элементов не теряет своего своеобразия в единстве, а единство не позволяет элементам перейти в состояние хаоса». Представляется, что такое определение позволяет глубже проникнуть в сущность процесса синкретизации мировоззрения.
Вопросы, связанные с изучением синкретического состояния духовной культуры, относятся к одним из актуальных вопросов философии и культурологии.
Объектом диссертационного исследования является духовная культура вообще, представляющая собой сложный и противоречивый, социокультурный феномен, проявляющийся посредством мировоззрения, системы знаний, убеждений, традиций, норм, эстетических вкусов. Выявление синкретического характера духовной культуры невозможно без исследования ее структуры, а также без установления взаимосвязи компонентов, ее составляющих.
Предметом исследования выступает синкретичность духовной культуры, представляющей собой диалектическую взаимосвязь общих и особенных культурных компонентов, образовавшихся в ходе процесса аккультурации, соединения множества разнородных факторов в определенную совокупность, целостность.
Цель и задачи исследования. Основная цель диссертационной работы заключается в выявлении общих и специфических особенностей духовной культуры, представляющей сложный и противоречивый феномен синкретичности.
Научная новизна диссертации состоит в следующем:
1. Установлены особенности зарождения, становления и развития понятий «культура», «духовная культура», «этнокультурные компоненты духовной культуры», что позволяет зафиксировать процессы обновления общества на мировоззренческом, нравственном уровне.
2. Определены особенности структуры духовной культуры через такие базисные компоненты мировоззренческой основы современного человека и общества, как мистика, мифология и религия.
3. Раскрыты этнокультурные составляющие духовной культуры, которые являются почвой для национальных предрассудков и предубеждений, в определенной степени консервирующих духовное развитие того или иного этноса.
4. Эксплицирована следственная связь между процессом аккультурации и синкретизмом духовной культуры.
5. Раскрыты синкретические особенности духовной культуры чеченцев, подчеркивающие взаимовлияние разных этнических культур.
Положения, выносимые на защиту. По результатам проведенного исследования на защиту выносятся следующие теоретические положения:
1. Особенности зарождения, становления и развития понятий «культура», «духовная культура», «этнокультурные компоненты духовной культуры» связаны с развитием философских подходов при анализе культурных процессов, становлением культурологии как научной дисциплины. Философский и культурологический анализ этих понятий, попытка установления их динамики, внутреннего содержания и внешних социокультурных предпосылок позволяет зафиксировать процессы обновления общества на мировоззренческом, нравственном уровне.
2. При определении особенностей структуры духовной культуры значительное внимание уделено характеристике таких ее базовых компонентов, как мистика, мифология и религия. Их специфичность, взаимообусловленность во многом определяют образ жизни различных культур и цивилизаций, позволяют раскрыть мировоззренческие основы современного человека и общества. В процессе аккультурации, то есть межкультурных и межконфессиональных контактов, осуществляется восприятие элементов культур, превращение их в культурные компоненты, закрепляющиеся в локальной культуре.
3. Синкретичность духовной культуры устанавливается в ходе усиления воздействия на локальную культуру этноса внешней культуры, носителем которой является другой этнос.
4. Процессы аккультурации привели к сложившемуся духовному универсуму, синкретичному по своей сути. Подтверждение синкретизма — измененные состояния сознания, встречающиеся в рамках религиозных ритуалов во всех типах культур. Измененные состояния сознания в религии — относительно устойчивые образования в психике индивида, возникающие под влиянием психокультовых практик тех или иных религий и отличающиеся от обычных моментов потока сознания. Измененные состояния сознания позволяют формировать целостность культуры вообще и духовной культуры в частности…».

 

8. «ОТКРЫТИЕ» ТАНТРЫ.

«Исследования в области индуистской Тантры, или Тантризма, начались сто лет назад; тем не менее, здесь до сих пор остается довольно много неясного. Все еще нельзя с точностью сказать, где, когда, при каких обстоятельствах, в какой среде или у какого народа впервые появилась Тантра как своеобразный духовный комплекс; затруднительно даже определить ее сущность. Тантра представляет собой довольно сложное для понимания явление индийского духа»

(Пахомов С.В. Представление о тождестве в индуистской
тантрической философии. Ж. «Религиоведение». 2004г. №1. С.134-149)

В данном отношении представляет большой интерес очерк, написанный Д.Г.Уайтом (см. Дэвид Гордон Уайт. Практическая Тантра: картирование Традиции. / Пер. с англ. С.А.Жаринова. Сайт www.sophiaperennis.org. Очерк написан Д.Г.Уайтом как Введение к изданию «Tantra in Practice» (Princeton University Press. 2000), редактором которого он являлся):

«Возможно ли картировать Тантру? Все публикации, собранные вместе в этом томе, обсуждают Тантру, набор религиозных практик, которая уже давно никак не поддается попыткам научного определения. Есть многие, кто утверждает, что Тантра или «Тантризм» — это западная категория, налагаемая на азиатские традиции во многом таким же образом, как и термин «Индуизм», который несколько столетий назад был применен для обозначения широкого ряда общепринятых религиозных верований и практик, распространенных на индийском субконтиненте. Подобно сказанному Гертрудой Стайн о городе Окленд, некоторые заявляют о Тантре, что здесь нет никакого «здесь». Конечно, то же самое можно заявить о большинстве терминов, с которыми мы живем: категории «религия», «демократия» и «искусство», например, оказываются весьма неопределенными, когда подвергаются свету критического исследования. Другие будут утверждать, что индийская притча о слепых людях и слоне применима к Тантре. В зависимости от того, к какой части слона (какую особую тантрическую традицию) данный слепой человек (ученый) прикасается (изучает), его оценка животного (Тантры) будет значительно отличаться от мнения его слепого коллеги. Ученому, изучающему острый твердый бивень чистого буддийского эзотеризма в современной Японии, будет весьма трудно признать, что глубоко изборожденная кожа средневековой индийской практики капаликов (носящие череп) является частью одного и того же тантрического организма.
Затем имеются западные дилетанты, самопровозглашенные тантрические предприниматели, которые запрягли звезду Нового Века в свою повозку-слона, чтобы торговать сомнительным продуктом, называемым тантрическим сексом, к которому они (и их клиентура) сводят все, что? когда-либо было в Тантре. Несомненен тот факт, что самые ранние дошедшие до Запада сообщения о Тантре являлись колониальными очерками из Индии, написанными миссионерами или управляющими, которые представляли ее практики как крайне отвратительные образчики южно-азиатского суеверия. Их описания часто содержали шокирующие образы массовых оргий, в которых нарушались все табу и извращались все нормы человеческой морали. За последние два столетия имели место три вида реакций на эти искаженные образы. Первый вид — это реакция самой Индии: колониальные и постколониальные индийцы просто отвергают, что подобное когда-либо существовало; либо, если и существовало, то это не имело ничего общего с Индуизмом (другой термин, который не поддается категоризации). Второй вид — реакция тантрических ученых-практиков, как восточных, так и западных, которые в попытке реабилитировать этот образ Тантры, ставят акцент на утонченной философской спекуляции («правая рука»), выросшей из предшествующих тантрических практик («левая рука»), — некоторые из которых имели сексуальную или трансгрессивную природу, — при этом полностью отвергая фундаментальную важность трансгрессивности или сексуальности для традиции как таковой. Третий, уже упомянутый, вид — это реакция коммерческих поставщиков тантрического секса, у которых нет никаких угрызений совести по поводу приспособления ложной полемики XIX в. сбыта своего фальшивого товара.
Все три интерпретативные стратегии могут быть рассмотрены как наследие первоначального «текста» колониальных искаженных представлений о Тантре в Индии. Все три стремятся изобразить Тантру как вневременную, неизменную сущность или нарост, который не подвергался изменениям ни до, ни после своего «всплытия» в XIX в., и который оставался неизменным, когда распространился из Индии во все части Азии. Как показывает ряд публикаций этого издания, ни сенсационные колониальные представления, ни неудовлетворительные однозначные реакции на них — либо «за», либо «против» — противятся эмпирическим данным. Картина, которая вырисовывается, показывает достаточно сложный набор ритуальных, теоретических и нарративных стратегий, являющихся специфическими в своих разнообразных религиозных, культурных, социополитических, географических и исторических контекстах. Тем не менее, за всем этим существует группа общих знаменателей, которая позволяет нам квалифицировать их как многочисленные вариации единой Традиции, «здесь» Тантры.
На следующих страницах я попытаюсь отобрать характеристики и отличительные черты той вещи, которая именуется «Тантрой», с различных точек зрения. Первая из них — тематическая, или феноменологическая. Это, главным образом, компаративный подход, когда общие элементы различных типов тантрической теории и практики сопоставляются и синтезируются. Эта в некотором роде внешняя оценка Тантры является этической: сформированная с различных точек зрения, она, как правило, изображает Тантру таким образом, что она не обязательно становится узнаваемой для самих тантрических практиков. Внутренний, тантрический, или эмический, взгляд при необходимости также должен быть включен в наше описание. Эти две позиции, совмещенные друг с другом, должны предоставить нам тантрическую «идеологию» — т.е. набор понятийных «линз», сквозь которые практикующие Тантру видели смысл своей практики внутри более широкого мировоззрения (своей онтологии) и понимания власти в мире (своей религиозной политике), а также человеческого спасения внутри и за пределами этого мира (своей сотериологии). Практические системы, которые непригодны или несовместимы с жизненным опытом — с одной стороны, и с предполагаемой онтологией, политикой и сотериологией — с другой, не сохранятся с течением времени.
Следовательно, если все-таки существует нечто, называемое Тантрой, которая сохранилась от своих истоков середины I тыс. н.э. до настоящего времени — а я утверждаю, что существует — его архитектоника должна быть видима сквозь его эмические категории. Наш подход тогда будет заключаться в индуктивном сопряжении наиболее ярких черт тантрической практики со специфическими и главными тантрическими принципами… <…>.
В заключение несколько слов о масштабах данной затеи. Поскольку это компаративистское предприятие (в котором сравниваются различные формы Тантры, различных исторических периодов, религиозных традиций и социополитических контекстов), возникает вопрос о границах исследования: где можно провести черту между «Тантрой» и «не-Тантрой»? Другими словами, если мы пытаемся отделить Тантру от иных форм религиозных практик Азии, то каковы наши критерии для определения специфики Тантры? Что заставило Тантру выделиться из мейнстрима (или, в некоторых случаях, стать мейнстримом) как набору практик для жизни, а порой и для борьбы, для убийства, или для смерти? На протяжении пятнадцати столетий своей истории Тантра редко оставляла людей безразличными, и это определенно соответствовало тому, что она виделась как нечто отличное.
Наша дефиниция, следовательно, не должна оставить без внимания отличие Тантры, однако здесь мы также должны быть осторожными. Мы можем использовать такие термины, как «хардкор»-Тантра и «софткор»-Тантра. Первая, состоящая исключительно из тех элементов тантрической доктрины и практики, которые не найти больше нигде в рассматриваемых азиатских религиозных традициях, могла бы предоставить нам вполне определенное, но очень ограниченное описание Тантры — и она, более того, исключила бы многие доктрины и практики, которые сами практикующие считали тантрическими. Более инклюзивная, «софткор», дефиниция, как правило, терпит крушение, т.к. ее границы охватывают доктрины и практики, встречающиеся почти во всех формах различных азиатских традиций, от Вед и ранних учений Будды и Махавиры до конвенциональных форм Индуизма, Джайнизма, Буддизма, Даосизма и Синто, а также во многих неэлитных формах азиатской религиозной практики. Например, самый распространенный индуистский девоциональный ритуал — предварительные очищения, использование мантр для почитания божества, формы поклонения, и т.д. — восходит к текстам индуистской «софткор»-Тантры, к Шайва-Агамам. С другой стороны, тантрическое заявление, что человеческое существо (в отличие от животного и божества) — творение, наиболее пригодное для спасения или освобождения посредством тантрической практики, мало отличается от антропоцентрических доктрин более широкого индуистского, буддийского и джайнского мейнстрима. Опасным здесь является то, что все становится Тантрой, и наша категория теряет свою специфику.
Однако, в то же самое время, если мы отвергли бы то, что этот «софткор» является подлинно тантрическим, мы бы бросили вызов эмическому пониманию домохозяев и ритуальных специалистов сегодняшнего тантрического мейнстрима, включая индуистских практиков Шри-Видьи в Индии и Непале, практиков буддийской Гелугпы в Тибете и тибетской диаспоре, а также практиков чистого буддийского эзотеризма (Миккё, от китайского mijiao, «эзотерическое учение») в Японии. Если эти практикующие считают свои повседневные религиозные обряды, так же как обряды жизненного цикла и посмертные ритуалы, тантрическими, то кто мы такие, чтобы сказать им, что они ошибаются?».

Что есть Тантра? Что есть Традиция Тантры? Что есть современная Тантра? Что есть Тантризм? Что есть современный Тантризм? Что есть Тантрическая Традиция? Следует ли рассматривать Традицию Тантру как «магическую» традицию, поскольку Традицию Тантры можно рассматривать с точки зрения Магии? Следует ли рассматривать Традицию Тантры как «научную» традицию, поскольку Традицию Тантры можно рассматривать с точки зрения Науки? Следует ли рассматривать Традицию Тантры как «религиозную» традицию, поскольку Традицию Тантры можно рассматривать с точки зрения Религии? Следует ли рассматривать Традицию Тантры как «философскую» традицию, поскольку Традицию Тантры можно рассматривать с точки зрения Философии? Следует ли рассматривать Традицию Тантры как «духовную» традицию, поскольку Традицию Тантры можно рассматривать с точки зрения Духовности? Следует ли рассматривать Традицию Тантры как «эзотерическую» традицию, поскольку Традицию Тантры можно рассматривать с точки зрения Эзотерики? Следует ли рассматривать Традицию Тантры как «мистическую» традицию, поскольку Традицию Тантры можно рассматривать с точки зрения Мистического Опыта? (см. статьи:
— Статья 2.4. Тантра как Древняя Магия.
— Статья 2.5. Тантра как Древняя Наука.
— Статья 2.6. Тантра как Древняя Религия.
— Статья 2.7. Тантра как Древняя Философия.
— Статья 2.8. Тантра как Духовная Традиция.
— Статья 2.9. Тантра как Мистическая Традиция.
— Статья 2.10. Тантра как Древнее Индийское Учение.
— Статья 2.14. Гупта-Видья как предмет Российской Тантрологии. п.1.2. Тантра как Эзотерическая Традиция).
— и др.

Достаточно ли этих направлений исследований, чтобы вывести однозначное определение Традиции Тантры? Конечно, нет. Традиция Тантры настолько глубока, универсальна, самобытна и самодостаточна, что, даже улавливая шестым чувством ощущение Истины, невозможно выразить сущность Традиции Тантры конкретными словами. Традиция Тантры совершенно непостижима и в то же время совершенно конкретна! И в этом ее Красота. Наряду с телоутверждающей концепцией Традиция Тантры отстаивает также и мироутверждающую концепцию: Тантрическая философия обосновывает реальность внешнего мира вместо его иллюзорности (согласно Веданте) и его бренности (согласно Христианству). И тот факт, что сегодня мы имеем возможность прикоснуться к этой древней и в то же время живой (!) Традиции, указывает на жизненность тантрических концепций и доктрин.

Действительно, мы узнали достаточно много уникальных вещей о Традиции Тантры. Очень многое стало для нас настоящим откровением. Можно ли считать это откровение «открытием» Тантры? Во всяком случае, мы продолжим наше путешествие-исследование, чтобы сделать действительно настоящее открытие Тантры. Обстоятельства исторического развития и нынешнее состояние мира, научные и околонаучные споры, коммерциализация духовности и лавинообразный поток «хаотической» информации уничтожают дух и смысл Традиции Тантры. До нас и так дошли всего лишь фрагменты древних знаний, есть все шансы растерять и то, что осталось. Многое утеряно безвозвратно, но и то, что удалось собрать, сохранить, открыть заново, — не может не вызывать восхищения.

Вот что пишет Хариш Джохари (см. Джохари Хариш. Инструменты для Тантры. Чакры: Энергетические центры трансформации. К. Гелиос, София. 2001г.):

«Глава 1. Что такое Тантра? Тантра представляет собой целостный подход к изучению Универсума с позиции Индивидуума; это исследование Макрокосма посредством изучения Микрокосма. Чтобы обеспечить практические средства осознания высочайших идеалов философии в повседневной жизни, Тантра пользуется всеми науками: астрономией, астрологией, нумерологией, физиогномикой, парапсихологией, математикой, геометрией и так далее. Вместо того чтобы разделять различные сферы человеческого знания и распределять их по категориям, Тантра, напротив, соединяет их воедино, словно нанизывая бусины на одну нить. Возникающие при этом прекрасные четки становятся уникальным инструментом совершенствования физической, умственной и духовной жизни человека.
Иными словами, Тантра исследует само дерево жизни, не ограничивая себя изучением какой-либо одной из его ветвей. Это дерево, этот Макрокосм являет собой беспредельную совокупность разнообразных составляющих, соединенных в единое целое всеобщим законом (дхармой), присущим самой их природе. Тантра стремится постичь этот закон, благодаря которому мир разнообразных явлений упорядочивается и превращается в мир относительного существования (Майи); кроме того, целью Тантры является использование этого закона для поощрения эволюции сознания личности. Как сказано в «Кашика-вритти», Тантра есть то знание, которое расширяет границы разума, тела и сознания.
Таким образом, цель Тантры заключается в расширении осознания во всех состояниях сознания — в бодрствовании, сновидении и сне без сновидений. Человеку необходим определенный метод изменения себя. Тантра предлагает методологию и инструменты для подобной работы над собой. Она учит человека выявлять различные факторы, оказывающие влияние на его мысли и чувства, и преодолевать преграды, мешающие его развитию. Это преграды, вызванные неведением, нетерпимостью, эгоизмом и привязанностью к своей животной природе. Очищая свои мысли и чувства посредством тантрических практик, человек учится создавать внутри себя покой, гармонию и упорядоченность. Итак, Тантра способствует развитию тех качеств целеустремленности и уравновешенности, которые помогают сознанию освободиться от своей ограниченности.
Из аннотации к книге. Хариш Джохари — удивительно разносторонняя личность: профессиональный художник, скульптор и композитор, практикующий йог, глубокий знаток Аюрведы, индийской Астрологии и Нумерологии, магии камней, мантр и янтр, ритуала и медитации и других древних тантрических наук. Его книги не предназначены для тех, кто только начинает интересоваться йогой и индийской культурой. Они насыщены специальной информацией, которую невозможно найти ни в каких других источниках на западных языках. Джахари раскрывает принцип действия и важнейшие детали механизма Тантры, относясь, таким образом, к тем духовным учителям, которые считают, что на переломе эпох все секреты мистических традиций должны быть обнародованы для «имеющих уши, чтобы слышать».

Вот что пишет С.В.Пахомов (см. Пахомов С.В. Специфика тантрической литературы. (2006г.). // Индийские исследования в странах СНГ: Материалы научной конференции. М. ИВРАН. 2007г. С. 113-122, где автор говорит о понимании тантры. т.е. тантрического текста, но то же самое можно сказать и о Тантре как традиции в целом):

«Специфика Тантры может быть рассмотрена как изнутри, т.е. с точки зрения самих носителей Традиции, так и извне. Если мы хотим понять эту специфику в максимально целостном виде, следует учитывать обе эти точки зрения. Мы хотели бы подчеркнуть важность этого методологического приема. Несомненно, приоритетной выглядит позиция адептов. Однако в том случае, когда понимание Тантры попадает в исключительную зависимость от мнений ее создателей и их последователей, мы не сможем избавиться от оценочной окраски, не сумеем понять объективный характер Тантры…<…>. Иными словами, в этом случае толкователю следует принимать посвящение в Тантрическую Традицию и тем самым утрачивать исходную почву беспристрастности…<…>. Таким образом, удерживание в сознании обеих отмеченных систем координат позволяет добиться более сбалансированного восприятия предмета…
Под внешней позицией в данном случае будет пониматься не пристрастное и подчас враждебное отношение к Тантризму иных, нетантрических, учений Индии, и не обывательски-плоское восприятие Тантры, характерное для массовой публики, а максимально отстраненное, объективно-нейтральное рассмотрение Тантры, выраженное в академических трудах. Таким образом, нижеизложенное будет своего рода тантрологической саморефлексией…
Нейтральный ученый, исследующий смысловую наполненность Тантры извне, способен углубить свое понимание предмета через общение с носителями Традиции или даже через принятие каких-либо форм посвящения. Таким образом, «внутренняя» (тантрическая) Традиция и «внешняя» (тантрологическая) Традиция способны обогащать друг друга в развитии смыслового горизонта Тантры».

И вот что пишет Миранда Шо (см. Миранда Шо. Страстное просветление. Женщины в тантрическом Буддизме. Добрая книга. 2001г.):

«В контексте буддийской Тантры еще одно требование для получения эзотерических наставлений — получить посвящение. Посвящение имеет три уровня: ритуальное посвящение (абхишека), передача путем чтения текста (агама) и тайное устное наставление (упадеша). Ритуальное посвящение — это погружение телом и душой в процесс, в символическом виде сосредоточивающий в себе ту истину, которую станет переживать посвящаемая на своем будущем духовном пути. Передача путем ритуального чтения дает разрешение изучать, и ее дают, чтобы подготовить ум к обретению знания этой Традиции. Я получила ритуальные посвящения по нескольким ключевым учениям и передачу путем чтения — по другим, что дало мне формальное право получить тайные устные наставления. С моей стороны, посвящение укрепило мое уважение к Традиции, решимость обрести адекватное понимание и по достоинству оценить глубину учений Тантры как древней и утонченной религиозной Традиции, которой на протяжении многих веков следовали и которую высоко ценили множество искренних и замечательных людей»

Таким образом, выяснить где, когда, при каких обстоятельствах, в какой среде или у какого народа впервые появилась Тантра как своеобразный духовный комплекс, определить характер и сущность Тантры, чтобы «обрести адекватное понимание и по достоинству оценить глубину учений Тантры как древней и утонченной религиозной Традиции», чтобы не просто открыть Тантру как феномен, как уникальное явление в истории человечества, но и открыть Тантру для всех, кто стремится к Истине, Духовности, Мудрости, Гармонии, Совершенству, Любви, Счастью, Блаженству… — таковы могут быть цели и задачи Российской Тантрологии.

* * *

N 36. 03.09.13г.

продолжение см. в Статье 1.6. Нужна ли нам Российская Тантрология? (ч.3).