Статья 1.6. Нужна ли нам Российская Тантрология? (ч.1).

«Знание о том, что уже есть, не приоткрывает дверь в то, что должно быть. Можно совершенно отчетливо и полностью осознавать существующее и в то же время не предвидеть будущее человеческих устремлений… Наше бытие и наши деяния приобретают смысл, только движимые подобными целями-устремлениями и соотносящимися с ними ценностями» (Альберт Энштейн. Наука и Религия (см. Albert Einstein. Science and Religion. 1941. p. 22). Сайт www.bookap.info.).
«На сегодняшний день процесс разложения Истины дошёл до своей критической точки, поэтому наша задача — вновь добраться до её истоков, до живого первоначального источника. Мы должны отыскать ту общую сердцевину, из которой проросли и выросли все религии мира и все культуры нашего мира, ту Религию, которая приведет нас к универсальному, всеобъемлющему и объединяющему видению Реальности и человечества, истинных законов Божьих и процессов Жизни в Природе» (см. Станислав Гроф, Эрвин Ласло, Питер Рассел. Революция сознания. Трансатлантический диалог. М. Институт Трансперсональной психологии. АСТ. 2004г.).
«Западная наука приближается к сдвигу парадигмы невиданных размеров, сдвигу, который изменит наши понятия о Реальности и человеческой природе, который перебросит мост через брешь между древней мудростью и современной наукой и примирит восточную духовность с западным догматизмом» (см. Станислав Гроф. За пределами мозга. Монографическое издание. АСТ. 2005г.).
В отличие от феномена современной цивилизации, который определяется как «недостаток символизма», Традиция Тантры представляет собой ту Культуру, в которой мы видим максимальное использование и символов и знаков, т.е. символизм и языковость в Культуре Тантры доведены до высшей степени, что ставит в недоумение и приводит в восхищение исследователей Тантры. Возможно, уровень символизма и знаковости в культуре демонстрирует не просто сам факт развития, но и уровень развития культуры, факт осознавания человеком, личностью, людьми, народом, культурой самих себя и Мира в целом.

* * *

1. НЕКОТОРЫЕ ИТОГИ.

1 сентября в России с 1984г. является государственным праздником и считается «Днем Знаний». 1 сентября — это начало нового учебного года для всех российских школьников, студентов, учителей и преподавателей.
В этот день, согласно святому Евангелие, Иисус обратился с проповедью к народу. Таким образом, 1-е сентября стало почитаться христианами как знаменательное событие. Христианская Церковь связывает этот день с победой императора Константина под знаменем Христианства над своим противником — Мавксентием, что положило начало официальному признанию Христианской Церкви и ее победному шествию по просторам Византийской империи. Волей императора Константина в 325г. н.э. был созван первый Вселенский Собор, где кроме прочих было и решение о начале нового года с 1 сентября.
На Руси этот день стали почитать только с 1492г. по указу Ивана III (Великого), который наказал перенести празднества и встречу Нового года с марта на первый день осени. Известно, что первые учебные заведения на Руси существовали при церквях. Так и получилось, что начало учебы было приурочено к началу церковного, а позже и мирского, нового года. И даже указ Петра I о переносе празднования и исчисления нового года на январь месяц не смог повлиять на сложившуюся традицию — так и осталось 1 сентября началом учебы и праздником всех учащихся.

Домен ТАНТРОЛОГИЯ.РФ был зарегистрирован 12 декабря 2012г. На этот же месяц приходится и открытие интернет-сайта о Российской Тантрологии. Таким образом, на дату 1 сентября 2013г., т.е. за 8 с половиной месяцев были подготовлены и размещены на сайте 64 публикации (45 «статей»), представляющие информацию, имеющую отношение к Тантре, Тантризму, прямое или косвенное отношение к Российской Тантрологии. Были обозначены (предложены) эмблема и девиз Российской Тантрологии, обозначены (предложены) предметное поле и предмет исследования Российской Тантрологии. Также были обозначены разделы и названия разделов Российской Тантрологии. Была систематизирована некоторая информация по некоторым «тантрическим» вопросам и аспектам. Были затронуты или упомянуты темы, достойные отдельных исследований, диссертаций и монографий. И все это, условно говоря, было лишь «прикосновением» к этой интересной теме, поскольку все это стало возможным лишь благодаря сети Интернет и тем «источникам», которые «размещены» в сети Интернет.
В 1998г. Католическая Церковь признала всемирную сеть Интернет сокровищницей человеческого знания. Международный день сети Интернет празднуется 4 апреля — в день преставления (смерти) испанского епископа Исидора Севильского, причисленного к лику святых, покровителя учеников и студентов. Полагается, что он был одним из самых образованных людей своего времени, он составил первую в истории энциклопедию — «Etymologiae» в 20 томах.
В России «прижилась» другая дата — 30 сентября, которая считается «Днем Интернета». 30 сентября 1998г. была проведена «перепись населения русскоязычного Интернета». По данным переписи в 1998г. доступ к Интернету имел миллион россиян. Впервые российский «День Интернета» отметили в московском «Президент-Отеле» с участием двухсот человек, в число которых входили представители крупных провайдеров, компьютерных фирм и информационных агентств.
Покровителями Интернета от лица Православной Церкви неофициально назначен квартет из четырех святых великомучениц, особо почитаемых в России (17/30 сентября) — Вера, Надежда, Любовь и их мать София. Вера, Надежда, Любовь — это имена трех христианских добродетелей, составляющих Счастье. Имя София означает Премудрость (от др.-греч. ????? — разумность, мудрость, наука).
Как сказано на главной странице этого сайта, задача и цель сайта — «вести летопись» Российской Тантрологии через систематизацию уже существующей информации о Тантре и Тантризме путем поиска, отбора, анализа и собирания… «пазлов», т.е. выстраивания из «пазлов» определенного изображения — «картины» возможного и реального развития Российской Тантрологии — российской науки о Тантре и Тантризме, где под «пазлами» подразумевается информация, такая же разная, как и настоящие пазлы — разная по уровню, объему, источнику и содержанию, но объединенная под общей темой — Тантра, Тантризм, Тантрическая Традиция и Российская Тантрология. Таким образом, составлено первое «предварительное изображение» той науки, которая могла бы стать Российской Тантрологией. Возникает закономерный вопрос: нужна ли России Российская Тантрология — наука, изучающая Тантру, Тантризм, Нео-Тантризм и Тантрическую Традицию? Попробуем разобраться в этом вопросе.

 

2. УТРАЧЕННАЯ ИСТИНА.

«Бог спит в минералах, просыпается в растениях, движется в животных, думает в человеке» — так звучит древнеиндийская мудрость, записанная на Санскрите. Когда-то А.Энштейн произнес: «Древние знали нечто, что мы, похоже, забыли». Ему также принадлежат слова: «Наука без религии слепа, религия без науки хромает». «Я утверждаю, что космическое религиозное чувство — сильнейший и благороднейший стимул к научному поиску».
Альберт Эйнштейн (1879-1955) — великий физик, открытия которого произвели сенсацию в мире науки, в общественной и духовной жизни человечества. Его имя стало символом гениальности. О причинах своих занятий физикой А.Эйнштейн писал: «Я хочу узнать, как Господь создал этот мир. Мне неинтересно отдельно то или иное явление, спектр того или иного элемента; я хочу знать его мысли. Все остальное — детали». (см. Ronald Clark. Einstein: The Life and Times. London. Hodder and Stoughton Ltd. 1973. р.33).
А.Эйнштейн верил и прилагал все усилия к тому, чтобы стало явным следующее: все во Вселенной взаимосвязано и едино. Он утверждал, что «Бог приоткрывает себя в гармонии всего сущего», и превратил в дело своей жизни открытие этой гармонии в мире. «Рациональный ученый», А.Эйнштейн, по глубинной сути своей был духовным человеком. Его концепция «Бога» более широка и всеобъемлюща, чем большинство официальных религий (см. Роберт Дилтс. Стратегии гениев. Том 2. Альберт Эйнштейн. / Пер. с англ. Н.Е.Ивановой. М. Независимая фирма «Класс». 1998г. 192 стр.). Вот что пишет Дмитрий Субботин в своей публикации «Альберт Энштейн о религии»: (см. Дмитрий Субботин. Альберт Энштейн о религии. 2010г. Сайт www.scepsis.net.):

«Для тех, кто любит рассуждать о равной познавательной ценности научного исследования и религиозной веры, Эйнштейн выступает как в высшей степени persona grata. Действительно, что в этом случае может быть лучше, чем самый знаменитый физик XX в, яростно защищавший принципы научности и в то же время не раз подчеркивавший, что в исканиях истины им руководило особое религиозное чувство?
Эйнштейн, много сделавший для развития квантовой теории и даже получивший Нобелевскую премию, по сути, за значительный вклад в эту теорию, весьма скептически относился к ней как к полноценной картине мира. Именно по поводу квантовой теории он высказал мысль, ставшую самым известным его афоризмом: «…Он (т.е. бог. — Д.С.) не играет в кости». Ученый никак не мог согласиться с идеей о том, что микромир, да и вся Вселенная, существует не согласно классическому детерминизму, а подчиняется какому-то особому роду причинности, когда множество альтернативных возможностей развития материи существуют одновременно и на равных основаниях; что физическая реальность, которую мы можем наблюдать, возникает именно в таком виде благодаря лишь вероятности, «броску костей». Он был глубоко убежден, что за квантовыми эффектами скрыто нечто вроде иного уровня привычного детерминизма, привычной механики материи, и всю жизнь посвятил построению единой теории поля, основанной на классических представлениях. Поэтому и заговорил о «боге, не играющем в кости», о «космическом религиозном чувстве» и даже просто о «религии». «Богом» для него стала целостная, не разъятая на альтернативные части природа, а «космическим религиозным чувством» и «религией» — интуитивная вера в такую природу.
«Самое прекрасное и глубокое переживание, выпадающее на долю человека, — это ощущение таинственности. Оно лежит в основе религии и всех наиболее глубоких тенденций в искусстве и науке. Тот, кто не испытал этого ощущения, кажется мне если не мертвецом, то во всяком случае слепым. Способность воспринимать то непостижимое для нашего разума, что скрыто под непосредственными переживаниями, чья красота и совершенство доходят до нас лишь в виде косвенного слабого отзвука, — это и есть религиозность. В этом смысле я религиозен. Я довольствуюсь тем, что с изумлением строю догадки об этих тайнах и смиренно пытаюсь мысленно создать далеко не полную картину совершенной структуры всего сущего»».

Обратим внимание на один интересный факт. 14 июля 1930г. на даче А.Эйнштейна в Капуте под Берлином состоялась беседа А.Энштейна с Рабиндранатом Тагором (1861-1941) — индийским писателем, поэтом, композитором, художником, общественным деятелем, лауреатом Нобелевской премии по литературе в 1913г. Предметом беседы стала «Природа Реальности» (см. А.Эйнштейн. Собрание научных трудов. Т. IV. М. Наука. 1967г. С. 126-129):

Эйнштейн. Вы верите в Бога, изолированного от мира?
Тагор. Не изолированного. Неисчерпаемая личность человека постигает Вселенную. Ничего непостижимого для человеческой личности быть не может. Это доказывает, что Истина Вселенной является человеческой Истиной. Высказанную идею я проследил в искусстве, литературе и религиозном сознании человека.
Эйнштейн. Существуют две различные концепции относительно природы Вселенной: 1) мир как единое целое, зависящее от человека; 2) мир как Реальность, не зависящая от человеческого разума.
Тагор. Когда наша Вселенная находится в гармонии с вечным человеком, мы постигаем ее как Истину и ощущаем ее как прекрасное.
Эйнштейн. Но это — чисто человеческая концепция Вселенной.
Тагор. Другой концепции не может быть. Этот мир — мир человека. Научные представления о нем — представления ученого. Поэтому мир отдельно от нас не существует. Наш мир относителен, его реальность зависит от нашего сознания. Существует некий стандарт разумного и прекрасного, придающий этому миру достоверность, — стандарт Вечного Человека, чьи ощущения совпадают с нашими ощущениями.
Эйнштейн. Ваш Вечный Человек — это воплощение сущности человека.
Тагор. Да, вечной сущности. Мы должны познавать ее посредством своих эмоций и деятельности. Мы познаем Высшего Человека, не обладающего свойственной нам ограниченностью. Наука занимается рассмотрением того, что не ограничено отдельной личностью, она является внеличным человеческим миром истин. Религия постигает эти истины и устанавливает их связь с нашими более глубокими потребностями; наше индивидуальное осознание Истины приобретает общую значимость. Религия наделяет истины ценностью, и мы постигаем Истину, ощущая свою гармонию с ней.
Эйнштейн. Я согласен с подобной концепцией прекрасного, но не могу согласиться с концепцией Истины.
Тагор. Почему? Ведь Истина познается человеком.
Эйнштейн. Я не могу доказать правильность моей концепции, но это — моя религия.
Тагор. Прекрасное заключено в идеале совершенной гармонии, которая воплощена в универсальном человеке; Истина есть совершенное постижение универсального разума. Мы, индивидуумы, приближаемся к Истине, совершая мелкие и крупные ошибки, накапливая опыт, просвещая свой разум, ибо каким же еще образом мы познаем Истину?
Эйнштейн. Я не могу доказать, что научную истину следует считать Истиной, справедливой независимо от человечества, но в этом я твердо убежден. Теорема Пифагора в геометрии устанавливает нечто приблизительно верное, независимо от существования человека. Во всяком случае, если есть Реальность, не зависящая от человека, то должна быть Истина, отвечающая этой Реальности, и отрицание первой влечет за собой отрицание последней.
Тагор. Истина, воплощенная в Универсальном Человеке, по существу должна быть человеческой, ибо в противном случае все, что мы, индивидуумы, могли бы познать, никогда нельзя было бы назвать Истиной, по крайней мере, научной истиной, к которой мы можем приближаться с помощью логических процессов, иначе говоря, посредством органа мышления, который является человеческим органом. Согласно индийской философии, существует Брахма, Абсолютная Истина, которую нельзя постичь разумом отдельного индивидуума или описать словами. Она познается лишь путем полного погружения индивидуума в бесконечность. Такая Истина не может принадлежать науке. Природа же той Истины, о которой мы говорим, носит внешний характер, т.е. она представляет собой то, что представляется истинным человеческому разуму, и поэтому эта Истина — человеческая. Ее можно назвать Майей, или Иллюзией.
Эйнштейн. В соответствии с Вашей концепцией, которая, может быть, является концепцией индийской философии, мы имеем дело с Иллюзией не отдельной личности, а всего человечества в целом.
Тагор. В науке мы подчиняемся дисциплине, отбрасываем все ограничения, налагаемые нашим личным разумом, и таким образом приходим к постижению Истины, воплощенной в разуме Универсального Человека.
Эйнштейн. Зависит ли Истина от нашего сознания? В этом состоит проблема.
Тагор. То, что мы называем Истиной, заключается в рациональной гармонии между субъективным и объективным аспектом Реальности, каждый из которых принадлежит Универсальному Человеку.
Эйнштейн. Нашу естественную точку зрения относительно существования Истины, не зависящей от человека, нельзя ни объяснить, ни доказать, но в нее верят все, даже первобытные люди. Мы приписываем Истине сверхчеловеческую объективность. Эта реальность, не зависящая от нашего существования, нашего опыта, нашего разума, необходима нам, хотя мы и не можем сказать, что она означает.
Тагор. В процессе постижения Истины происходит извечный конфликт между универсальным человеческим разумом и ограниченным разумом отдельного индивидуума. Непрекращающийся процесс постижения идет в нашей науке, философии, в нашей этике. Во всяком случае, если бы и была какая-нибудь Абсолютная Истина, не зависящая от человека, то для нас она была бы абсолютно не существующей. Нетрудно представить себе разум, для которого последовательность событий развивается не в пространстве, а только во времени, подобно последовательности нот в музыке. Для такого разума концепция Реальности будет сродни музыкальной реальности, для которой геометрия Пифагора лишена всякого смысла. Существует реальность бумаги, бесконечно далекая от реальности литературы. Для разума моли, поедающей бумагу, литература абсолютно не существует, но для разума человека литература как истина имеет большую ценность, чем сама бумага. Точно так же, если существует какая-нибудь Истина, не находящаяся в рациональном или чувственном отношении к человеческому разуму, она будет оставаться ничем до тех пор, пока мы будем существами с разумом человека.
Эйнштейн. В таком случае я более религиозен, чем вы.
Тагор. Моя религия заключается в познании Вечного Человека, Универсального Человеческого Духа, в моем собственном существе. Она была темой моих гиббертовских лекций, которые я назвал «Религия Человека».

Природа Реальности и природа Человека — это извечные вопросы науки, философии и религии, как на Западе, так и на Востоке. Где и в какой мере достигнута Истина, пока никто сказать не может. Но, обратим внимание на интересный факт: историческим фактом является то, что законы, провозглашенные Христом, Буддой, Кришной в «Бхагавад-Гите» и др., остаются действенными не одно тысячелетие, и по сей день почитаются миллионами людей. Наука же обнаружила трещины на своем фасаде после всего лишь столетия своего господства. Да, мир слишком совершенен, чтобы возникнуть из хаоса и представлять собой лишь «сочетание атомов».
Как известно, сегодня человечество стоит у рубежа таких открытий, которые могут дать людям новые невероятные знания и невероятные возможности. Эти знания и возможности способны устремить людей в прекрасное будущее, но, по мнению многих специалистов, эти знания и возможности способны и разрушить нашу цивилизацию до основания. Сегодня возникла острая необходимость расширения границы понятия «МИР», включив в него и такие категории как Тонкий Мир, Духовный мир, Высший Мир и др. — явления, которые на данном этапе развития научного мировоззрения пока не поддаются осмыслению. Как показывает история, с развитием науки и культуры Тайны Мироздания раскрываются одна за другой перед разумом человека, но с раскрытием каждой тайны количество вопросов не уменьшается, а наоборот, увеличивается. По сей день официальная наука пока не в силах объяснить многие и многие из описанных или происходящих сегодня явлений… Как говорят специалисты, возникла острая необходимость в новой научной парадигме.

 

3. НОВАЯ НАУЧНАЯ ПАРАДИГМА.

«Наступление XXI в. является историческим событием в развитии человечества, знаменующим собой переломный этап в смене научной парадигмы в естествознании. Основой этого являются фундаментальные открытия, сделанные в разных областях науки и, в том числе, в парапсихологии, геомагнитобиологии, гомеопатии, биофизике и других дисциплинах.
Особенностью современного научного прогресса является то, что он развивается на интегративной основе: происходит синтез знаний (теорий, принципов, методов, передовых достижений) различных научных областей и дисциплин, их взаимопроникновение и создание на этой основе комплексных, мультидисциплинарных, мета-наук, аккумулирующих в себе мировые научные достижения в биофизике, биологии, медицине и экологии. Таковыми, например, являются — синергетика, семантика, психофизика, биосимметрика, гомеостатика, эволюционика и другие. Каждая из них вносит свой вклад в грядущую смену парадигмы в естествознании.
В современном научном познании мира и закономерностей, лежащих в его основе, происходит смена научной парадигмы, включающей в себя следующие основные положения когнитивной физики — физики познания мира:
1. Единство мировых законов для физических, биологических и социальных микро-, макро- и мегасистем (единый план развития).
2. Всеобщий характер связи между элементами этих систем (обязательная связь).
3. Глобальная роль сознания в мироздании (ментальный план Вселенной).
4. Универсальный характер трансформации различных видов и форм энергий, вещества, полей и информации (взаимопревращаемость частиц, полей, энергии, информации).
5. Наличие в природе сверхслабого ментального информационно-полевого вида взаимодействия.
На основании результатов, полученных в ходе парапсихологических исследований в разных областях науки, следует предположить, что помимо известных четырёх физических сил и взаимодействий следует постулировать ещё один вид — сверхслабого ментального взаимодействия (СМВ), имеющего резонансную информационно-полевую природу и тесно связанного с элементами сознания в живом веществе и космосе, в какой бы форме они не проявлялись и вне зависимости от их уровня и масштабов.
Основные особенности нового вида взаимодействия состоят в следующем: 1) дистантный и резонансно-полевой характер взаимодействия; 2) связь сознания живой материи с неживой; 3) мысль как основа взаимодействия на всех структурных уровнях материи; 4) взаимодействие сознания с физическим вакуумом и гравитационным полем; 5) способность мысли к универсальной трансформации в любые физические частицы, поля и излучения. Но «сказанному можно дать и иное раскрытие. Через человека в мир входит сознание».
Как видно из приведённого выше, в квантовую физику вводится новое понятие — психофизического информационного фактора-оператора, управляемого сознанием, теоретическое изучение которого проводится. У человека СМВ связано с функционально-психическим состоянием (изменённое состояние сознания) или наследственным психическим статусом человека (врождённый дар). Основой СМВ является способность человеческого мозга взаимодействовать с фундаментальными физическими характеристиками и параметрами окружающего нас мира с помощью биогравитации и биовакуума.
Следует подчеркнуть, что вводится не только новый термин за счёт приставки «био», но в ходе проведённых пси-исследований показано его принципиальное отличие от существующих физических понятий за счёт внесения в него информационной роли сознания и образования на этой основе нового вида взаимодействия, без которого невозможно создание Общей теории поля и Великого объединения взаимодействий.
На это уже давно справедливо было указано В.В.Налимовым: «Настало время говорить о вездесущности сознания. Иными словами, нужно готовиться к тому, чтобы подойти к построению сверхъединой теории поля, описывающей как физические, так и семантические проявления мира» (см. Налимов В.В. Разбрасываю мысли. В пути и на перепутье. М. Прогресс-Традиция. 2000г. с. 272).
На основании вышесказанного можно заключить, что в будущей парадигме современного естествознания необходимо учесть фундаментальные открытия в геомагнитобиологии и селенобиологии, показывающие важную роль сверхслабого электромагнитного и гравитационного взаимодействия в любых процессах на планете Земля.
Возникает вопрос о том, в какой мере рассмотренные выше гипотезы соответствуют требованиям, предъявляемым существующей научной парадигмой, чтобы считать их важными. Критерии этой оценки могут быть следующими:
1. Наличие фактов, данных научных наблюдений и опытов — 100%.
2. Специфические категории и понятия разной степени общности, отражающие существенные стороны предмета отдельных наук — 100%.
3. Принципы, постулаты — 100%.
4. Частные методы исследования — 100%.
5. Гипотезы — 100%.
6. Теории процессов, общетеоретические выводы из экспериментальных данных и открытых законов — 50:50 %.
7. Научные законы, соответствующие законам объективного мира — НЕТ (?!)
Таким образом, в парапсихологии, геомагнитобиологии, селенобиологии выполняются шесть из семи требований, предъявляемым к наукам для того, чтобы они были учтены в существующей научной парадигме.
Как было видно из вышеприведённых критериев научного соответствия, в психофизике такой всеобъемлющей теории пока нет, но смена научной парадигмы в естествознании XXI в. произойдёт, когда она будет создана, и основания для этого уже имеются. Достаточно привести экспериментальные и теоретические работы, в которых рассматривается возможный физический механизм влияния сознания человека на различные системы.
О смене научной парадигмы. Прежде всего, сделаем несколько общих замечаний о смене парадигмы в науке. Считается, что в естествознании, определяющем всё наше мировоззрение, она происходит в результате перманентных больших и малых революций в науке.
Но как показывает изучение проблемы, это не совсем так. Необходимо отметить, что при смене научной парадигмы нет резких перемен в устоявшихся научных взглядах, теориях, законах, а происходит медленное накопление достоверных знаний, сходных по своей новизне в самых разных областях науки, указывающих на необходимость пересмотра ряда фундаментальных научных положений. В свою очередь это приводит к тому, что «по мере роста значения идей необходимость их взаимоотношения с другими областями знания становится всё более очевидной.
Новые знания, подобно вирусу, проникающему в клетку-хозяина, изменяют и разрушают сложившуюся систему взглядов в разных областях науки и становятся символом новой научной эпохи. Таким образом, смена парадигмы происходит эволюционно и заканчивается коренным преобразованием научного взгляда на устройство мира в целом. Но, как точно подмечено в одной из работ, «обычно проходит довольно много времени, прежде чем новые крупные и, как правило, парадоксальные открытия станут такими же привычными, как и прежние». 

(Дубров А.П., д.биол.наук, проф. О смене парадигмы
естествознания в XXI в. К 30-летию создания гипотез
о биогравитации и глобальной синхронизирующей роли
геомагнитного поля. Ежегодник «Дельфис-2003». С. 24-30)

«Аннотация. Книга является первым в России историческим очерком трансперсонального проекта в мировой культуре. Авторы книги, доктор психологических наук, профессор В.Козлов и кандидат философских наук В.Майков, проанализировали эволюцию трансперсональной идеи в контексте истории психологии, антропологии и религии. Книга печатается по решению редакционно-издательского Совета Международной Академии Психологических Наук и Ученого Совета факультета психологии Ярославского государственного университета им. П.Г.Демидова.
4. Кризис наук о человеке: поиск новой научной парадигмы. Трансперсональная психология изучает сознание в широком спектре его проявлений, таких, как необычные состояния сознания, духовный кризис, развитие интуиции, творчества, высшие состояния сознания, личностные ресурсы, парапсихологические феномены и т.д. Она опирается на целостное видение человека в перспективе его духовного роста, классическую и неклассическую философскую антропологию, мировые духовные традиции, разнообразные способы самопознания и психотерапии, такие, как медитация, холотропное дыхание, телесно-ориентированная психотерапия, терапия искусством, работа со сновидениями, активное воображение, самогипноз.
Для понимания и выражения того антропологического видения, которое представлено в трансперсональной психологии, необходима новая научная парадигма (Майков. 1997). И многое в этом направлении уже сделано. Достаточно отметить новую картографию человеческой психики С.Грофа, его новаторские представления о духовном кризисе, в которых он показал, что множество классифицируемых традиционной психиатрией заболеваний, зачастую являются не болезнями, а кризисами роста. Традиционная психиатрия, нечувствительная к этому процессу, в своих классификациях замораживает его отдельные фазы как различные виды патологии, рассматривая их как ненормальности, а не как стадии эволюционного процесса стремительного преображения психики. Те, кто зачисляется психиатрией в невротики и психотики, это нередко люди, которые спонтанно встретились с мощным духовным опытом и не сумели справиться с ним.
Как уже отмечалось, становление трансперсональной психологии было связано с масштабной практикой преодоления оков и табу прежней патриархальной цивилизации: движением битников и хиппи, психоделической революцией, контркультурой, становлением глобальной цивилизации. После начала информационно-коммуникативной революции техносфера и инфраструктура мира в большей, чем прежде, степени воплотили такие базисные характеристики сознания, как всесвязность и открытость, которые оказались в резком конфликте с манипулятивным характером прешествующих социальных институтов и потребовали их трансформации. Одним из таких социальных институтов, обеспечивающим объективное познание мира, является институт науки. Поэтому круг новых тем, введенных трансперсональной психологией, остро поставил вопрос о новых путях познания и новой научной парадигме.
В поиске путей, как сделать предметом научного познания самые тонкие моменты духовной жизни и предельный опыт, стало необходимым решать вопросы синтеза духовных традиций Востока и Запада, европейской религиозной, философской, духовной и научной традиции.
Современная философия науки прояснила природу, функцию и должное использование теорий в исследовании различных аспектов Вселенной. Оно показала те ошибки, которые допустили преобладание материалистического монизма в западной науке, а также косвенным образом в мировоззрении индустриального общества. Оглядываясь назад, нетрудно увидеть, как это произошло. Ньютоновское представление физического мира как механической системы, в которой все полностью предопределено, в своем практическом применении было настолько успешным, что послужило моделью для всех других научных дисциплин. «Думать по-научному» стало означать «думать в терминах механистической науки».
История современной науки показывает, что представление материального мира, основанное на ньютоновской механике, стало полностью преобладающим в биологии, медицине, психологии, психиатрии и других дисциплинах. Эта стратегия отражала основное метафизическое положение о философском материализме и являлась его логическим следствием. Если Вселенная по сути своей материальна и физика является научной дисциплиной, изучающей материю, то абсолютными специалистами в вопросе природы всех вещей считаются физики, а открытиям в других областях непозволительно вступать в противоречие с основополагающими теории этой дисциплины. Неукоснительное применение этого типа логики повлекло за собой систематическое отвержение открытий во многих областях, не согласующихся с материалистическим мировоззрением.
Эта стратегия являлась серьезным нарушением основных принципов современной философии науки. Строго говоря, научные теории используют только те наблюдения, на основе которых они развились. Они не могут быть автоматически экстраполированы к другим дисциплинам. Теоретические основы, которые формулируют данные, принадлежащие конкретной области, не могут быть использованы для определения того, что возможно и что невозможно в какой-либо другой сфере, а также диктовать то, что можно, а что нельзя наблюдать в соответствующей научной дисциплине. Теории человеческой психики должны основываться не на теориях материального мира, разработанных физиками, но на наблюдениях психологических процессов. Однако именно таким образом традиционные ученые использовали в прошлом концептуальную основу физики XVIII в. (Гроф. 1994).
Вопрос о кризисе гуманитарных наук, об их неспособности корректно описывать феномены религии, культуры, психики, сознания обсуждался в XX в. неоднократно. Всякий раз этот кризис был связан с тем, что классический научный подход «срезал» специфику гуманитарных явлений, уподобляя их явлениям природы, а предполагаемые новые подходы, стремящиеся сохранить эту специфику, оказывались недостаточно научными, в смысле их соответствия критериям классической науки — объективности, рациональности, повторяемости, предсказуемости и т.д.
Многочисленность проектов новых гуманитарных подходов, а также «новой науки», способной адекватно познавать и природу, и человека, завидное постоянство поисков в этом направлении и отсутствия решающей новой научной парадигмы — все это в совокупности наводит на мысль, что ситуация кризиса связана с наиболее фундаментальными предпосылками и ограничениями классического научного познания мира.
Ситуация радикального зазора между двумя мирами создана тем, что можно назвать картезианским бумерангом (от латинизированного имени Декарта — Cartesius). Она прослеживается с XVII в., когда Декарт узаконил разрыв между «вещью протяженной» (миром природы) и «вещью мыслящей» (миром разума) и установил, что языки описания этих вещей, или субстанции, не пересекаются. Именно Декарт сконструировал классические понятия субъекта и метода научного познания и наложил запрет на все естественные связи между субъектом и объектом и языками их описания. По Декарту, эти языки принципиально взаимонепереводимы и не допускают взаимооднозначного соответствия. Как следствие в рамках классической науки научные знания о мире природы возможны ценой научного незнания о мире психической жизни. Разделение «протяженного» и «мыслящего» проводит к тому, что целостные феномены человеческой жизни теперь описываются как два ряда параллельных явлений без возможности и формального права говорить об их связи: с одной стороны, физико-химические процессы на языке классической науки, с другой — процессы внутренних переживаний на языке символов и метафор. Разумеется, глубиной основной этой ситуации является более давний, идущий от Христианства, дуализм тела (плоти) и сознания (духа), который, в свою очередь, имеет еще более глубокие корни. Однако особый, принципиально вненаучный статус психотехника как практическое знание получает начиная с Декарта. Классический рационализм отсекает то, чем мы можем владеть практически, от того, что мы можем знать научно. Это и есть возвратившийся удар картезианского бумеранга, или плата за научное знание мира природы.
Метод дает человеку органы познания, не данные ему от природы, и — как это ярко выразил М.К.Мамардашвили, — переводящие его в космическое, божественное измерение. Но этим методом уже невозможно познавать жизнь и сознание, не уподобив их прежде механическому объекту перед взглядом божественного ока. В этом смысле классическая наука способна познавать только мертвое, и научная картезианская психология по необходимости имеет дело лишь с тенью человека, пытаясь разгадать жизнь души по механическому подергиванию гальванизируемого трупа. Здесь коренится тот грандиозный искус иллюзорного знания, которому подвергалась и подвергается бихевиористская, когнитивная и прочие позитивистские психологии, когда знания о тени переносятся на живого человека. Так возникают мифы: человек — это машина, это — социальное животное, это — компьютер, это — социобиосущество и т.д.
Сокращение разрыва между мировоззрением точных наук и трансперсональной психологией, несомненно, представляет собой вдохновляющее явление. Однако психологи, психиатры и исследователи сознания совершили бы серьезную ошибку, если взамен старых теорий они позволили бы новым теориям физики контролировать и ограничивать свое концептуальное мышление. Как считает Гроф, каждый последователь должен основывать свои теоретические построения на наблюдениях из собственной области исследований. Критерием достоверности научных открытий и понятий в определенной области является не столько их совместимость с теориями из другой области, сколько точность научного метода, при помощи которого они были получены.
Неудачные попытки провести различие между духовностью и религией, по всей видимости, являются самым главным источником неправильного понимания связи между наукой и религией. Духовность основывается на непосредственных переживаниях необычных измерений реальности и не обязательно требует того, чтобы контакт с божественным осуществлялся в особом месте или через официально назначенного человека. Он подразумевает совершенно особые отношения между индивидом и космосом и по сути своей является личным делом человека. Мистики основывают свои убеждения на эмпирических свидетельствах. Они не нуждаются в церквах и храмах: среда, в которой они переживают священные измерения реальности, включая свое божество, — это их тело и природа, а вместо официального священника им требуется поддерживающая группа соискателей или же руководство учителя, который обладает большим опытом во внутреннем путешествии, чем они сами.
Самым главным препятствием в изучении трансперсональных переживаний является тот факт, что традиционные психология и психиатрия находятся во власти материалистической философии, и им недостает истинного понимания религии и духовности. В подчеркнутом отвержении религии они не проводят различий между примитивными верованиями народов или буквальными фундаменталистскими толкованиями священных писаний и тщательно разработанными мистическими традициями или духовными философскими учениями Востока. Западная материалистическая наука огульно отрицала любые духовные понятия и виды деятельности, включая даже те, которые не протяжении многих веков основывались на систематическом интроспективном исследовании психики. Во многих из великих мистических традиций разработаны особые методы вызова духовных переживаний, и достигнуто соответствие наблюдений теоретическим выводам не хуже, чем в современной науке.
Более чем сорок лет, посвященных Грофом исследованиям сознания, убедили его в том, что единственный способ, при помощи которого приверженцы материалистической науки могут поддерживать свое настоящее мировоззрение, — это систематическая цензура и неправильное толкование всего, что касается холотропных состояний. Несомненно, в прошлом им хорошо удавалось использовать эту стратегию, независимо от того, что являлось источником неординарных данных — историческое изучение, сравнительная религия, антропология или различные области современного исследования сознания. То же самое, разумеется, справедливо для парапсихологии, психоделической терапии и методов эмпирической психотерапии. Дополнительными примерами этого являются танатология и лабораторные методы изменения сознания.
Гроф убежден, что применение этой стратегии не может продолжаться бесконечно долго. Становится все более очевидно, что новые научные данные не дают адекватной поддержки основным предположениям, представляющим собой краеугольные камни материалистического монизма. Вдобавок к этому объем данных, полученных в результате исследований сознания, которые, по идее, должны подавляться и игнорироваться, быстро растет. Недостаточно показать то, что требования трансперсональной психологии несовместимы с мировоззрением материалистической науки. Чтобы преодолеть эти концептуальные разногласия, потребовалось бы продемонстрировать, что наблюдения, полученные из трансперсональной психологии и исследований сознания, включая те, что описаны в книге, могут быть адекватно объяснены в контексте материалистической парадигмы (Гроф. 1997).
Современные исследования сознания поставляют многочисленные свидетельства, поддерживающие мировоззрение великих мистических традиций. В то же время революционное развитие других научных дисциплин серьезным образом подрывает и дискредитирует механистическое видение мира, сужает разрыв между наукой и мистицизмом, казавшийся в прошлом абсолютным и непреодолимым.
Интересно, что многие великие ученые, произведшие революцию в современной физике, — Альберт Эйнштейн, Нильс Бор, Эрвин Шредингер, Вернер Гейзенберг, Роберт Оппенгеймер и Давид Бом — находили свое научное мышление вполне совместимым с духовностью, с мистическим мировоззрением. В последние годы все большая взаимосвязь науки и мистицизма обсуждалась во многих книгах и статьях (Капра. 1996).
Очевидно, мы приближаемся к времени смены преобладающей научной парадигмы. Сейчас уже имеется богатая мозаика новых теоретических понятий с некоторыми общими характеристиками, а также факт радикального отхода от механистических моделей. Синтез и интеграция замечательных новых достижений науки будет сложной комплексной задачей, и пока приходится сомневаться, возможно ли все это вообще. В любом случае всеобъемлющая парадигма будущего, способная воспринять и синтезировать все разнообразие данных квантово-релятивистской физики, теории систем, исследований сознания, нейрофизиологии, а также древней и восточной духовной философии, шаманизма, первобытных ритуалов и целительской практики, должна включать взаимодополняющие дихотомии на трех различных уровнях: космоса, индивида и человеческого мозга [58, 208, 313, 329].
58. Гроф C. Психология будущего. М.: АСТ и др., 2001г. 476 с.
208. Минделл А. Сила безмолвия: как симптомы обогащают жизнь. М. АСТ и др. 2003г. 348 с.
313. Уилбер К. Око духа. М.: АСТ и др., 2002г. 476 с.
329. Феррер Х. Новый взгляд на трансперсональную теорию. М.: АСТ и др., 2004г.».

(Майков В.В., Козлов В.В. Трансперсональный проект:
психология, антропология, духовные традиции.
Том I. Мировой трансперсональный проект. М. 2007г.)

«1. Понятие «парадигма» (греч, paradeigma — пример, образец) — вошло в широкий научный оборот после работ современного американского историка науки Томаса Куна. Оно буквально означает совокупность теоретических, методологических и иных установок, принятых научным сообществом на каждом этапе развития науки, которыми руководствуются при решении научных проблем в качестве образца, модели или стандарта. Некоторые из парадигм имеют философскую природу, они всеохватны, другие парадигмы руководят научным мышлением в довольно специфических, ограниченных областях исследований.
Парадигма столь же существенна для науки, как наблюдение или эксперимент; приверженность к специфическим парадигмам есть абсолютно необходимая предпосылка любого серьёзного научного исследования. Реальность чрезвычайно сложна и обращаться к ней в её тотальности вообще невозможно. Наука не в состоянии наблюдать и учитывать все разнообразие конкретного явления, не может провести все возможные эксперименты. Ученый должен свести проблему до рабочего объема, и его выбор определяется ведущей парадигмой данного времени. Таким образом, ему не избежать привнесения определенной системы убеждений в область изучения.
Научные наблюдения сами по себе не диктуют единственных и однозначных решений, ни одна из парадигм не объясняет всех имеющихся фактов, и для теоретического объяснения одних и тех же фактов можно использовать многие парадигмы.
Согласно Куну, парадигмы играют решающую, сложную и неоднозначную роль в истории науки. Из-за вышеупомянутых причин они, безусловно, существенны и необходимы для научного прогресса. Однако на определенных стадиях развития, они действуют как концептуальная «смирительная рубашка», покушаясь на возможности новых открытий и на исследования новых областей реальности…
«Нормальная наука» есть, по сути, решение задач; её результаты в основном предопределены самой парадигмой, она производит мало нового. Нормальные исследования кумулятивны, так как ученые отбирают только те проблемы, которые могут быть решены при помощи уже существующих концептуальных и инструментальных средств. Кумулятивное приобретение фундаментально новых знаний при этих обстоятельствах, не только неправдоподобно или редкостно, но и в принципе невероятно. Новые теории не возникают без разрушения старых убеждений о природе. Действительно новая, радикальная теория никогда не будет всего лишь дополнением или приращением к существующим знаниям. Она меняет основные правила, требует решительного пересмотра и переформулирования фундаментальных допущений прежней теории, проводят переоценку существующих фактов и наблюдений — только в событиях подобного рода можно признать настоящую научную революцию. Она может произойти в каких-то ограниченных областях человеческого знания или может радикально повлиять на целый ряд дисциплин. Сдвиги от аристотелевской к ньютоновской физике или от ньютоновской к эйнштейновской, от геоцентрической системы Птолемея к астрономии Коперника и Галилея, или теории флогистона к химии Лавуазье — замечательные примеры такого рода. В каждом из этих случаев потребовался отказ от широко принятой и достойной научной теории в пользу другой, в принципе с ней несовместимой. Каждый из этих сдвигов вылился в решительное переопределение проблем доступных и значимых для научного исследования.
2. С начала XX в., физика, стоящая краеугольным камнем механистической науки, претерпела глубокие и радикальные изменения, преодолев механистическую точку зрения на мир и все базисные допущения ньютоно-картезианской парадигмы. С возникновением теории относительности Эйнштейна и квантовой механики, традиционные понятия материи, времени и пространства были превзойдены. Физическая вселенная стала восприниматься как единая сеть парадоксальных, статистически детерминированных событий, в которых сознание и творческий разум начали играть принципиальную роль. [Сapra. 1994].
Между тем, мировоззрение, уже давно устаревшее для современной физики, продолжает считаться научным во многих других областях — в ущерб будущему прогрессу. Наблюдения и факты, противоречащие механистической модели Вселенной чаще всего отбрасываются или замалчиваются. За последние десятилетия антиэволюционная и антипродуктивная природа старой парадигмы становилась особенно очевидной, особенно в научных дисциплинах изучающих человека. В психологии, психиатрии, антропологии и социологии концептуальная схизма достигла такой степени, что эти дисциплины оказались перед лицом глубокого кризиса. Возникла насущная необходимость в сдвиге парадигмы, который позволил бы вместить и воспринять постоянно увеличивающийся наплыв тех революционных фактов из самых разных областей, которые никак не соответствуют старым моделям. Многие исследователи полагают, что с новой парадигмой можно будет заполнить брешь, отделяющую наши так называемые «традиционные» подходы (в частности в психологии и социологии) от глубокой мудрости древних и восточных систем мышления. [ Grof. 1988].
Один из самых оригинальных теоретиков нашего времени Грегори Бейтсон бросил вызов традиционному мышлению убедительно продемонстрировав, что все границы в мире иллюзорны, а ум и природа образуют неразрывное единство. Другим фундаментальным вызовом конвенциональному мышлению, являются работы британского биолога Рупперта Шелдрейка. Он отметил, что традиционная наука, в своей односторонней погоне за «энергетической причинностью» полностью пренебрегает проблемой возникновения форм в живой природе. Его концепция морфического резонанса предполагает, что возникновение форм в природе управляется полями, которые не могут быть обнаружены и измерены современной наукой.
Новые открытия в психологии, еще более поразительны и радикальны, чем в естественных науках. Открытия Юнга, связанные с коллективным бессознательным, архетипами и синхронностью, и здесь подорвали позиции механистической науки, так же как и расширили границы прозаического здравого смысла. Эти открытия показали, что психика — универсальный принцип, который обеспечивает обмен информации во всём существующем и неотделим от материального мира согласованной реальности. Резервы холотропной модальности сознания и трансперсональные переживания, открытые и описанные Станиславом Грофом и другими современными исследователями, обладают такими свойствами, которые ставят под сомнение многие традиционные убеждения, касающиеся взаимоотношений между сознанием и материей.
3. Новый образ человеческого существа парадоксален по своей природе и включает в себя два взаимодополняющих аспекта. В повседневных, ситуациях, в которых проявляются обыденные состояния сознания, возможно и вполне приемлемо говорить о людях, как о биологических машинах. Однако в неординарных состояниях сознания, они проявляют свойства бесконечных полей сознания, выходящих за пределы пространства, времени и линейной причинности. Это тот образ, который на протяжении тысячелетий описывался в мистических традициях.
Описание человеческих существ включает в себя парадокс, который на первый взгляд, может показаться странным и непривычным для науки и который требует ясного и логически связанного ответа. Однако важно напомнить, что однажды уже был подобный многозначительный прецедент. В 30 — е годы, ученые столкнулись с подобным парадоксом в субатомной физике. Это так называемый корпускулярно волновой дуализм — парадокс волны-частицы, связанный с тем известным фактом, что свет и субатомные частицы, могут проявлять себя в одних ситуациях, как частицы, а в других — как волны! Этот парадокс был отражен в принципе дополнительности сформулированном Нильсом Бором, утверждавшим, что оба этих аспекта, кажущихся несовместимыми, на самом деле — два проявления одного и того же феномена. Сейчас мы встречаемся с таким же парадоксом в науках, которые изучают человека…
Все эти факторы определенно свидетельствуют в пользу того, что нам необходимы фундаментальные изменения: нашего отношения к нам самим и друг другу, к окружающей среде; изменение требований, которые мы предъявляем к планете, изменения в нашем сознании, восприятии мира и мышлении. Но, пожалуй, сегодня только ленивый не говорит об изменениях — стремятся изменить и социальные институты и идеологические ориентации, и основополагающие стандарты поведения и миропонимания. Но общество стоит перед необходимостью действительно радикального преобразования. Где же тот вектор или та основа, на которой могут произойти действительно радикальные изменения? Почему все революции, в конечном счете, потерпели поражение? И как увязать поразительные очертания новой картины мира, предлагаемые современной наукой в русле гуманнистической трансперсональной теоретико-познавательной парадигмы с прозой социального хаоса и непримиримостью классовых противоречий?
По-видимому, ни одно внешнее вторжение не имеет шанса создать лучший мир, если оно не связанно с преображением человеческого сознания. Современный глобальный кризис, в значительной степени, является духовным кризисом, возможность преодоления которого связанна с трансформационными резервами сознания и раскрытием новых онтологических горизонтов. Фундаментом для выхода из планетарного духовного кризиса, представляется смещение аксиологических приоритетов, как в научно-философской, так и массовом сознании, социополитических и культурных процессах. Называем ли мы этот кризис «энергетическим», «экологическим», «урбанистическим» или «системным», мы должны признать, что корень его, лежит в одном — базовом кризисе неадекватного, узкого восприятия реальности. Человечество спит, вовлеченное в беспомощную деятельность, обрекая себя тем самым на постепенное самоистребление. Для нас очень серьезно стоит вопрос пересмотра базовых концепций стратегического управления обществом. Во всем мире передовые и проницательные умы всерьез задумываются над содержанием механики перехода от экономической к духовной цивилизации.
Духовное развитие — это врожденная способность каждого человеческого существа к эволюции. Это движение по направлению к целостности, к раскрытию полного потенциала индивида. Оно является таким же естественным для всех, как рождение, психический рост и смерть, это интегральная часть нашего существования. Духовное самораскрытие — эволюционный процесс, ведущий к более зрелому и более полноценному образу жизни. Мистические учения всех эпох вращались вокруг идеи о том, что погоня исключительно за материальными целями и ценностями не означает полного выражения потенциала человеческих существ. Согласно этой точке зрения, человечество является частью творческой космической энергии и разума, и в этом смысле едино и соразмерно с ними. Раскрытие божественной природы человека может привести к образу жизни, как индивидуальному, так и коллективному, который будет несравненно превосходить то, что обычно считается нормой. На протяжении столетий целые культуры считали внутреннюю трансформацию необходимым и желательным аспектом жизни. Во многих обществах были разработаны сложные ритуалы и медитативные практики, игравшие роль катализаторов духовного пути и способствовавшие духовному развитию. Человечество накопило большой запас поистине драгоценных открытий, прозрений и чувств, связанных с процессом духовного пробуждения и запечатленных в живописи, поэзии, литературе, музыке и тех описаниях, которые были сделаны различными мистиками и пророками. Некоторые из наиболее прекрасных и драгоценных шедевров искусства и архитектуры утверждают именно области мистического опыта…
8. Мы стоим на пороге XXI в. — нового тысячелетия. Каким быть ему, зависит и от нас. Наши прошлые слова и поступки, стали нашим сегодняшним миром и в каждое мгновение жизни, мы засеваем семена грядущего. Сегодня наше общество, находится в ситуации «аксиологического коллапса» — то есть тотального разрушения объединяющих ценностей и смыслов. По-видимому, ситуация эта закономерна, — просто мы стоим перед фактом заката некоторого типа цивилизации. Точно так же как, увядание прошлогодних листьев, обеспечивает гумусом очередное возрождение весной, так и некоторые институты, должны увянуть и отмереть, что бы их составляющие в виде капиталов, земли и человеческих ресурсов (талантов), можно было бы использовать для создания новых организаций. И тогда над руинами ветхих, прогнивших идеологий, воссияют новые, великие Идеалы. Одним из таких Идеалов, может служить мудрость. Мудрость, понимаемая как постижение Тайны Жизни. Наиболее емким и лаконичным, среди многих прочих, определений Жизни, представляется определение данное Мерабом Мамардашвилли. Он считал, что жизнь, есть усилие во времени. Собственно говоря, усилие на достижение Идеала, осознанного или не осознанного. Идеал жизни мистиков, состоит в достижении просветления, после чего, человек избавляется от паралича, выходит из замкнутого круга, в котором он оказался вследствие приверженности дуалистической идее о самоконтроле и самосознании. В ходе этого переживания, человек преодолевает свое чувство отдельности и неискренности — причем речь идет не только об исчезновении размежевания между высшим контролирующим «я» и низшим контролируемым «я», но и о прекращении отделения себя от Вселенной, других людей и вещей. Так же, мистики считают, что просветление, это высшая, вечная и безграничная радость и свобода — нечто бесконечно более совершенное, чем что либо из того, что известно нам из нашей жизни. Если бы мы, сумели создать условия, для отыскания сокровенного, «затерянного континента» безграничной радости в океане сознания, то результат был бы удивительным. Все наши нынешние «глобальные проблемы» оказались бы просто бестолковой и неуместной суетой и растворились бы как дым. Это связанно хотя бы с тем, известным фактом, что структура и содержание окружающего нас мира, есть в значительной степени, отображение состояния нашего сознания. Подобно этому, все философские системы, политические идеологии, и научные концепции, есть так же отражение нашего пребывания на специфических территориях внутреннего космоса…
Из всего сказанного можно сделать еще один вывод. Ни индивид, ни общество, не могут поднять себя над землей за шнурки от собственных ботинок, хотя люди постоянно говорят, что пришла пора сделать это. До тех пор пока прилагаем физические или моральные усилия, чтобы улучшить мир или себя, мы просто попусту растрачиваем энергию, которая при других условиях, могла бы быть расходована на осуществления того, что может быть сделано. Мы просто должны пойти на риск и начать доверять себе и другим. Но это только начало пути. Мы должны осуществить прорыв к творчеству, к внутренним скрытым резервам человека. Мистики считают, что человечество находится еще в младенческой стадии своего развития, эволюция не заканчивается на человеке в его обыденном выражении. Вектором эволюции человека, по-видимому, является трансперсональное измерение сознания, для которого нет никаких границ, и об этом убедительно свидетельствуют революционные открытия современной психологии.
В.В.Налимов писал: «Нам нужны новые смыслы, или точнее, нужно радикальное переосмысление прежних смыслов. Трагичность состоит в том, что процесс переосмысления должен идти в очень широком, невиданном доселе ракурсе. Готовы ли мы к этому? Надо признать, что Мироздание погружено в Тайну. Нельзя её разгадать. Не надо и пытаться её разгадывать. Надо просто её признать. Её образ — видимый всегда лишь смутно — должен непрестанно расширяться и углубляться. Надо начать приближаться к ней, понимая, что она всегда ускользает, и тем дальше, чем больше мы будем приближаться. Надо суметь использовать взаимосвязано все приобретенное человечеством на пути его становления — рациональное и иррациональное, эстетическое и мистическое…»». 

(Научные парадигмы. Базисные категории трансперсональной
психологии
их содержательная связь с онтологическими
мотивами «Вечной философии». Сайт www.allreferat.wow.ua.)

* * *

Как пишет А.В.Светлов (см. Светлов А.В. Контуры науки будущего. (Посвящается Елене Ивановне Рерих, с признательностью в сердце). Некоторые научные итоги ХХ в. Сайт www.grani.agni-age.net.):

«В самом конце ХIХ в. один известный учёный заявил с большой трибуны, что все значительные открытия в области физики уже сделаны. Обрисовав историю развития этой науки, он сказал, что «физика поствикторианской эпохи будет сводиться к прибавлению десятичных знаков в значении основных физических констант». (Долгин Ю.И. Научные предвидения Е.П.Блаватской. Вестник Теософии. 1992г. № 1). Но вопреки этому пессимистичному прогнозу ХХ в. был ознаменован целой серией научных открытий, которые произвели настоящую революцию в истории развития человечества планеты Земля».

Как известно, эти научные открытия в значительной мере изменили мировоззрение и весь уклад жизни современного человечества. Сегодня наши представления о мире стали для нас привычными, но, возможно, ни один ученый-специалист сегодня на сможет ответить — правильны ли они? К таковым относится и теория относительности А.Эйнштейна.
Вот что пишет Киви Берд (см. Киви Берд. Книга о странном. М.Бестселлер. 2011г.):

«Глава 6. Реальность как эволюция сознания. 6.4. Освоение реальности. А.Эйнштейн, уважительно относившийся к философским аспектам научной деятельности, однажды написал, что с точки зрения философа ученый-физик — это «беспринципный оппортунист», поскольку физик готов стать «реалистом, когда пытается описать мир в независимости от актов восприятия; идеалистом, когда взирает на концепции и теории (не выводимые логически из опыта) как на изобретательность человеческого духа; и позитивистом, когда считает свои теории обоснованными лишь в пределах логической согласованности с ощущениями своих органов чувств».
Сегодня, пожалуй, никто не возьмется дать строгое определение «реализму». На протяжении XX в. научные теории все больше концентрировались на прагматическом предсказании и управлении, а не на достоверном описании или объяснении природы. Горький опыт научил физиков, что доминирующие теории могут изменяться самым непредсказуемым образом, а прошлые фундаментальные достижения науки нередко приходится отвергать как ложные. А значит, в любой момент надо быть готовым, что и на смену сегодняшней науке придет радикально новая, более плодотворная концепция.
Например, для физиков реальность не могла оставаться прежней после «второй научной революции» (примерно 1925г.), когда микромир перешел под власть квантовой механики. Согласно квантово-механической теории, служащей ныне фундаментом для множества современных технологий, энергия имеет дискретную природу, частицы могут быть волнами, объект может одновременно находиться в нескольких местах, пока кто-то не попытается измерить его параметры. Эти факты известны давно, тем не менее, наука так и не смогла дать им удовлетворительных объяснений, доступных пониманию на уровне «бытового реализма». Другим поводом для серьезных беспокойств остается, по-прежнему, неразрешенная несовместность двух важнейших физических теорий — квантовой теории, описывающей микромир, и общей теории относительности, описывающей макромир в терминах гравитации.
Наконец, нельзя исключать, что новейшая, наиболее плодотворная концепция реальности не станет отменять предшествующие, противоречащие друг другу теории, а органично из них прорастет, объединив лучшее, освободившись от ложного и попутно объяснив многое из того, что прежде было совершенно непостижимо, а потому просто игнорировалось».

Как пишет А.В.Светлов (см. Светлов А.В. Контуры науки будущего. (Посвящается Елене Ивановне Рерих, с признательностью в сердце). Некоторые научные итоги ХХ в. Сайт www.grani.agni-age.net.):

«В 1925-1927гг. А.Эйнштейн разработал новую концепцию единой теории поля. На основе выводов, вытекавших из теории, им были получены параметры резонансных электромагнитных полей, способных влиять на материальные объекты, вызывая их телепортацию и дематериализацию. В октябре 1943г. на морской верфи в Филадельфии военные без согласия А.Эйнштейна провели таинственный эксперимент с облучением военного эсминца DE-173 «Элдридж». В результате все члены команды эсминца тяжело пострадали, часть из них погибла, другие лишились рассудка. Эйнштейн сам не присутствовал на опыте, но когда узнал о его катастрофических последствиях, немедленно сжёг все свои расчёты и даже рукопись работы по единой теории поля, которая к тому времени не была опубликована».

* * *