Статья 1.1. Что такое Российская Тантрология?

продолжение

3. ТАНТРА — ТОЧКА СОПРИКОСНОВЕНИЯ ВОСТОКА И ЗАПАДА.

«Древние пророки предсказывали, что в наш век нет иного пути духовного развития, кроме Тантры. Это совсем не значит, что мы должны выполнять древние, иногда шокирующие или сомнительные ритуалы Тантры. Это значит, что человеку необходимо познакомиться с идеями Тантры и принять их».

(Тетерников Л.И. Тантра и парадигма духовного развития. Сайт www.teternikov.ru.)

«Согласно древнеиндийским Писаниям, последний из 4-х периодов времени, известный как Кали-Юга, или «черный», «железный» век, начался приблизительно 5 тысячелетий назад. Особенно важным является то, что путь Тантр предписан как эффективный и даже наиболее действенный в наше время, в Кали-югу — «черный» век духовной деградации, раздоров и войн, тьмы, невежества и несчастий. Об этом многократно упоминается в самих Тантрах. В «Маханирвана-Тантре» Господь Шива говорит: «Истинно, истинно и еще раз истинно сказано Мною: в Шрути, Смрити, Пуранах и других писаниях, предписанных Мною раньше, сказано, что без пути Агам в Кали-югу не существует никакого пути; именно согласно правилам, указанным в Агамах следует почитать Божества в Кали-югу».
В прошлые времена, в прошлые юги — люди были способны следовать духовным принципам и предписаниям, изложенным в Ведах, вести чистый образ жизни, находясь в непосредственном контакте с природой и Всевышним. Однако в наше время, когда громадное большинство людей не имеет знания о Высшем, не имеет духовного воспитания, не следует истинным духовным предписаниям и, погрязнув в суете, работе и делах, забывают самих себя, свою истинную Сущность, — необходимы особые методы, чтобы «пробить» эту стену невежества и загрязнений. Методы, предписанные для благочестивых людей прошлых юг, в своем неизменном виде не срабатывают для людей, рожденных в наше время. В Тантрах — те же идеи древних Писаний изложены и преподаны в таком виде, что они могут быть реально выполнены на практике, и, таким образом, конечная цель всех Писаний оказывается не заоблачной и утопической, но реально достижимой. Кроме того, характерными чертами настоящего периода времени является «смешение всех каст», ослабление значения семейных, родовых и национальных основ, широкое перемещение людей по планете, обширная информация, всевозможные обмены между культурами и т.д. и т.п. Поэтому Тантра как практический путь реализации, свободный, в отличие от ведической и ряда других древних систем, от кастовых или каких-либо иных социальных рамок, как нельзя более подходит именно для нашего времени.
В самом начале ХХ в. Учителя предупреждали: «Равновесие и соответствие нарушены механическим миропониманием. Еще полвека назад Мы заботились о преумножении физического знания. Действительно, в этом направлении достигнуто многое, в то же время духовное сознание отстало от физического. Этика утерялась среди нагромождений формул. Машины отвлекли человека от искусства мышления. Сейчас довольно роботов! Для равновесия мира нужно сердце», — в этом указе находится спасение. Сегодня древняя Тантра возвещает об эволюции сознания. Осознание того факта, что сознание человека — не неизменная данность, что оно развивалось и может развиваться в дальнейшем, — осознание этого факта ведет к такому же перевороту в самопознании человечества, какой был вызван осознанием факта эволюции живых организмов, возвещенного Дарвиным, и осознанием факта эволюции человеческого общества, возвещенного Марксом».

(Димешвар Рам Авадхута. Тантра: Постижение высшей реальности. СПб. 1991г. 111 стр.)

«За последнее время современное общество постоянно уделяет особое внимание решению глобальных проблем. Актуальность исследования данной проблематики ведет человечество к поискам универсального метода выхода из кризиса и дальнейшего выживания в будущем. Основная часть проблем, таких как экологическая, демографическая, отрицательные последствия научно технического прогресса, вооруженных конфликтов и нравственный кризис современного общества, зачастую связана с мыследеятельностью самого человека. Катастрофическое состояние, возникшее в результате неправильной деятельности, заставляет использовать различные варианты в решении проблем, и, раскрывая духовный потенциал, позволяющий смотреть на мир через осознание деятельности. Такой взгляд можно найти во многих традиционных мировоззрениях Востока, духовно-практический механизм которых несколько отличается от обыденного понимания его как религиозной сферы.
Объяснение возникновения интересующих нас проблем можно найти в тибетском Буддизме в позициях двух основных колесниц Хинаяны и Махаяны, которые развивают метод и мудрость по отдельности, и являются предварительными стадиями. Наиболее важной и фундаментальной основой практики тибетского Буддизма, скрывающие в себе полноту сочетаний метода и мудрости, в основе которой лежит таковая реальность, считается путь Тантры Его иногда выделяют в отдельный путь, связывающийся непрерывной нитью с изначальным. <…>.
Обычно, сознательная функция, которая через действительность взаимодействует с внешним миром, постоянно вмешивается своим познанием в ее процессы. В Буддизме ее называют комплексной группой скандх, включающие в себя группу формы, соприкосновения, различения, импульсов и сознания. Они проявляются через пять органов чувств человека. Сознание соприкасается с действительностью и строит собственную картину видимости…
Относительное восприятие, с точки зрения объективного осознавания, указывает, что правильное видение вещей возможно лишь на основании мудрости, как обратной стороны неведения. Отсюда абсолютное их существование также можно определить, что каждый из пяти элементов — это есть пять мудростей. Поскольку в индивиде присутствует как дух, так и материя, то, в конечном счете, и сознание и явления взаимозависимо совершенствуются, устремляясь к идеальному существованию. С другой стороны, вследствие того, что деятельность и того и другого имеет своего рода движение, значит их сущность как единство само по себе и есть абсолютное, распадающиеся на пять мудростей. А когда исключаются двойственное восприятие, то невозможно ни описать, ни что-либо сказать о сущности Абсолюта и поэтому Тантра является печатью данных пяти мудростей, которые указывают на недвойственность относительного и абсолютного. Здесь недвойственность относится в Буддизме к дхармакайе (тело дхармы), пять мудростей как печать к самбогхакайе (тело блаженства), чистое проявление к нирманакайе (тело формы). Система, при которой осуществляется практический механизм очищения скандх в тибетском Буддизме, задействует четыре вида Тантр: Крия-Тантра (Тантра действия), Чарья-Тантра (Тантра исполнения), Йога-Тантра (Тантра Взаимодействия) и Анутара-Йога-Тантра (Тантра Внутреннего Слияния)…
В своей основе данная практика ставит целью подготовить индивида к закладке в свой фундамент трех основных отпечатков пути становления и обретения трех тел. Дальнейшее развитие подхода Тантры к переходу на завершающий этап становится конечной целью Буддизма, которая заключается не только в достижении абсолютной формы, но и в естественном слиянии в тождество условного и безусловного изначального состояния, в котором невозможно сделать какие-либо умозаключения, в котором нельзя сказать «ничто существует, ничто не существует»…
В философском подходе при рассмотрении трех составных частей практики Буддизма, основной начальный этап заключается в выработке нравственно-этического мировоззрения, способного заложить фундамент в осознании себя человеком, полностью зависящим от природы. Через размышление очистить сознание от неправильных взглядов, устранив неведение и обрести мудрость.
Таким образом, мы показали один из вариантов тантрийского разрешения проблем, на ярком примере которого возможно устранение негативных последствий, основанных на неведении. Преобразовав весь сознательно-волевой комплекс в мудрость — изменить неверные установки общества. Кроме того, основываясь на ней, донести истинность, призвать человечество к контролю над своими эмоциями. Призывы к людям, по возможности, могут быть представлены практическими разработками методов спасения, на котором построена данная работа».

(Аюшеева Д.В. Философские решения глобальных проблем
в традиции тибетской Тантры. VI Буддологическая Конференция: Тезисы.
/ Сост. С.Э.Коротков, Е.А.Торчинов. СПб. 1999. С.5-9)

«Тысячелетиями человечество экспериментировало, пытаясь превратить сексуальную энергию в духовность. И, без сомнения, тысячам людей удалась такая трансформация. Похоже, рано или поздно весь мир признает Тантру в качестве науки, ибо повсеместно люди страдают от разнообразных извращений. Подавление сексуальности всеми официальными религиями привело к появлению и распространению порнографической литературы, подобной «Плейбою», — и люди читают ее больше, чем что бы то ни было другое.
Все мои усилия направлены на то, чтобы вы приняли секс как естественный феномен жизни. Нет подавления — и потребность в порнографии отпадет. Если подавление отсутствует, человек перестает мечтать о сексе. Только так энергия может быть трансформирована. Существует множество доступных методов, посредством которых энергия, дающая жизнь миру, может дать новую жизнь и вам.
Запад разработал несколько важнейших методик: гештальт и энкаунтер терапию, биоэнергетику и множество других. Восток также выработал множество методов: дзадзэн, випассану, суфийское вращение, Йогу, Тантру. Подход Запада и Востока настолько различен, что оба они являются лишь двумя половинками единого целого; следовательно, и в том, и в другом подходе чего-то не хватает.
Восточные методы способны создать медитативное пространство, однако вы настолько погружаетесь внутрь себя, что начинаете исчезать, уходить из жизни; все методы Востока ведут к эскапизму. Вам хочется затвориться в монастыре, отправиться в Гималаи, затеряться в одиночестве удаленной пещеры. Методы Востока учат человека тому, как пребывать в радости одиночества, но нечто существенное при этом теряется.
Жизнь — это также взаимоотношения, жизнь — это еще и единение, жизнь — это также и общность. Красота блаженства пребывания в одиночестве безусловна, однако это лишь половина истории; необходимо научиться пребывать в блаженстве, когда рядом есть другой. Если вы блаженны в присутствии другого, ваше блаженство достигает более высокого уровня. Пребывая в одиночестве, вы подобны музыканту, исполняющему соло на флейте; когда же вы блаженны в единении с другими, то уподобляетесь оркестру.
Запад создал методы, толкающие человека наружу. Здесь человек получает навыки объединения, радость общения и взаимодействия. Это методы любви, но и в них отсутствует нечто важное. Человек наслаждается общением, но как только он остается один… в основном же человек одинок.
В самой глубине своей души человек всегда одинок. Внешне он счастлив, однако глубоко внутри смутное, едва уловимое страдание продолжается. Попытки Запада потерпели крах, потому что здесь развитие получило только внешнее; Востоку повезло не больше, ибо все его методы интроверты. Человек же не принадлежит только внешнему или только внутреннему.
Впервые я пытаюсь создать синтез между внешним и внутренним подходом, сделать оба метода доступными, чтобы человек с легкостью переходил от внешнего к внутреннему и наоборот, чтобы не возникала даже потребность разделять человека на такие категории. Человек может стать гибким, текучим.
Приближаются дни Тантры. Рано или поздно Тантра, впервые за историю человечества, проникнет в широкие массы, ибо время пришло — впервые созрели все условия для естественного восприятия Тантры. Вполне вероятно, что взрыв придет с Запада, ведь Фрейд, Юнг и Райх подготовили для этого почву. Им ничего не было известно о Тантре, однако именно они создали условия для эволюции Тантры. Западная психология пришла к выводу, что основная проблема человечества каким-то образом связана с сексом, основное безумие человека имеет сексуальную направленность.
Коль сексуальность ставится во главу угла, Тантра должна стать частью достояния человечества. Ее должны изучать во всех школах, колледжах, университетах, в каждом храме, каждой церкви, — Тантра должна присутствовать повсеместно! Человека необходимо учить тому, как использовать сексуальную энергию для движения к сверхсознанию. В прошлом подобный подход был весьма затруднителен, поэтому Тантра оставалась тайной наукой, доступной немногим.
Все мои усилия направлены на снятие мистического флера, которым окутали Тантру оккультисты прошлого. Тантра — это чистая наука! Постепенно увеличивается вероятность того, что к концу столетия Тантра распространится по всему миру. Впервые человечество готово воспринять ее мудрость. До сих пор лишь немногие адепты были готовы к восприятию Тантры. И Тантра придет с Запада. Она не придет с Востока, ибо Восток все еще живет в прошлом — по крайней мере, в прошлом тысячелетии.
Как можно полнее используйте малейшую возможность, предоставляемую вам существованием. Я создаю новое видение жизни. Видение это столь ново, что для него не существует каких-либо определений. Людям трудно понять полное отсутствие определяющих категорий. Людям трудно понять. Меня могут понять только новые люди, увидевшие тотальность того, что человек есть объединение тела и души, что взросление возможно только посредством опыта». 

(Ошо. Тантра: энергия и экстаз. Гелиос. 2001г. 112 стр.)

«Путь Тантры наиболее эффективен и действенен в наш грубый, железный век, век Кали-юги, когда наше сознание приковано к телу, когда несправедливость и насилие существуют на каждом шагу. Это не моя мысль. Это сказано устами Бога Шивы, отца Йоги и Тантры в древних писаниях «Маханирвана-Тантры». Там есть такие слова: «Без пути Тантры в Кали-югу нет иного пути». Чтобы сделать шаг вперед, нужно осознавать, где ты нахо¬дишься в данный момент. В век грубости, насилия, привязаннос¬ти к физическому миру нужны шоковые и действенные методы преодоления физического притяжения. Нужны особо сильные методы, чтобы пробить стену невежества и вырваться к Духу. Вот как древние тексты Тантры описывали Кали-югу, наше время, железный век, век бездуховности, жестокости и насилия: «Люди будут поражены завистью. Они будут нетерпеливы, не будут осознавать, что творят, их желания будут неверные, их знания приведут в тупик. Главы государств в основном будут низкого происхождения, тираны и диктаторы. Воры станут королями и короли станут ворами. Криминальные структуры будут в городах и деревнях. Ритуал Тантры будет под большим секретом». Узнаете? Не наше ли это время? Куда как точнее предсказаний Нострадамуса!
Все техники, все ритуалы, все усилия тантриков направлены на то, чтобы осознать основную идею учения о божественной природе человека. Нужно не только принять это интеллектуально, но и прочувствовать это внутри самого себя. Это не так-то прос¬то. В крови, в генах, на уровне поля и энергии сидит идея о нашем личном несовершенстве. Если кто-нибудь в детстве называл нас дураком, то мы обижались. Это воспринималось как унижение. Нас называют рабами сейчас, уже во взрослом состоянии, и мы не обижаемся. Привыкли. Тантра призвана искоренить эту порочную привычку и сделать человека свободным и счастливым в этой конкретной жизни, в данное время, здесь и сейчас. Древние пророки предсказывали, что в наш век нет иного пути духовного развития, кроме Тантры. Это совсем не значит, что мы должны выполнять древние, иногда шокирующие или сомнительные ритуалы Тантры. Это значит, что человеку необходимо познакомиться с идеями Тантры и принять их. Это значит, что нужно расширить поле своего сознания и встать над догмами, всевозможными запретами и табу. Это значит, что нужно почувствовать в себе божественное начало. Человек, не осознающий себя как божественную сущность, не может искренне поклоняться Божеству.
Общество постмодернизма — это общество денег, «общество бижутерии», когда истинные ценности заменяются подделками (бижутерией), когда вместо искусства мы имеем шоу-бизнес, когда с экранов льются реки крови, когда множество товаров с красивыми этикетками не несут нам ничего хорошего. В обществе постмодернизма деньги вкладываются в то, что может принести «быстрые», не пахнущие деньги. Поэтому проще всего, потакая достаточно неразвитым интересам и вкусам толпы, делать подделки на еду, музыку, живопись и т.д. и при помощи рекламы «втюхивать» их народу! И пока человек является частью толпы («человеком толпы»), он будет верить, что стеклышко — это алмаз и идти на поводу у моды постмодернизма. Когда же человек становится «человеком знания», он становится свободным и сильным! И в основе этой Свободы и Силы — ваше ощущение Бога, ваша открытость и честность перед Ним, а также ваше движение к Знанию и Культуре!
Представляется, что если мы будем действовать уже сейчас, сознавая, что каждый мужчина и каждая женщина совершенны по своей природе, то все наши взаимоотношения и повседневная жизнь радикально изменятся. Здоровье тела и ума тоже зависят от того, каким человек себя видит. Если мы плохо о себе думаем, то вряд ли можно надеяться на возможность стать счастливыми. Тантра является мощным методом найти себя, реализовать все самое лучшее, что есть в нас. Если мы увидим себя чистыми и прекрасными, то мы, как бы открываемся тем внутренним благодатным силам, которые внутри нас и вокруг нас. В соответствии с Тантрической Традицией, человек, не осознающий себя как божественную сущность, не может истинно поклоняться божеству. Ключом Тантры является полное освобождение от чувства эго и растворение себя в Боге. Тантра является инструментом и техникой на пути духовного роста.
Приняв идеи Тантры и практикуя ее техники, мужчина и женщина выходят за рамки обычных ощущений и переживаний.
Сейчас, в наступающий век Водолея, на смену светско-религиозной морали приходит высшая, божественная мораль и нравственность. Качественно меняется ощущение и осознавание любви как состояния бытия, единения не только со своей половиной, но единения и любви ко всем людям. Тогда начинаешь понимать, чувствовать и осознавать, что добро все то, что помогает человеку почувствовать высшее, чистое, божественное начало внутри себя. Вместо формальных «моральных» и «этических» норм взаимоотношений приходят высшие принципы бытия, высшие принципы истинно человеческого, а значит, и духовного существования. Как раз потому, что Тантра находится вне временных моральных принципов и догм, она и живет так долго в разных местах земного шара и у разных народов.
Всякая любовь — божественный подарок. Во всех случаях нужно быть благодарным Богу за возможность быть человеком и прояв¬лять высшие, божественные качества своего существа».

(Тетерников Л.И. Тантра. Исцеление души и тела. Питер. 2003г. 192 стр.)

«В Тантризме в согласии с циклической доктриной утверждается, что учения, ритуалы и дисциплины, которые были приемлемы в Сатья-югу («золотой век» Гесиода), перестают быть таковыми в контексте человечества, живущего в последующие эпохи и особенно в последнем «темном веке», в Кали-югу, в «железном веке» («век Волка» Эдде). Это человечество, согласно Тантре, может обрести знание, доктрины и ритуалы для эффективного достижения сверхчеловеческого уровня и победы над смертью, «мритум джавате» (именно это и является главной целью всей Индуистской Традиции), не в Ведах и не в других сугубо традиционных текстах, а лишь в Тантре или Агаме. Таким образом, утверждалось, что только тантрические техники, основанные на слиянии с Шакти (Шакти-Садхана), адекватны и действенны в современном мире. В «Маханирвана-Тантре» сказано: «В Кали-югу не существует никакого пути; именно согласно правилам, указанным в Агамах следует почитать Божества в Кали-югу».
Хотя Тантра иногда может показаться безнадежно сложной и непрактичной, практикующий неизменно преисполняется трепетом восхищения и изумляется тщательности и вниманию к деталям, которые проявляли древние мудрецы, проповедовавшие эту науку. Даже если ее и нельзя тут же поставить на серийную основу или использовать в каких-нибудь мирских целях, Тантра за одно лишь свое существование, несомненно, заслуживает высокой оценки. Величайшая польза от изучения Тантры состоит, вероятно, в признании великой ценности материнского подхода. Врач, который не способен относиться к своим пациентам по-матерински, является простым напичкивателем пилюлями. Мой учитель настаивал на том, что всем мужчинам необходимо учиться материнской любви. Тантра — это поклонение Матери, это самый совершенный метод воспитания материнских чувств. Нельзя отрицать, что то, как мир смотрит на вас, является отражением вашего взгляда на мир. Если мир для вас предстает как Мать, а все населяющие его существа — как члены вашей семьи, вы никогда не будете одиноки, не будете знать страха или отчаяния. Как часто замечал мой учитель Вималананда, говоря о Матери, «что еще нужно человеку, если Мать приняла его? Она сделает все, даже не ожидая просьб. Она — это то, к постижению чего необходимо прийти».
Со строго духовной точки зрения изучение истинной Тантры должно раскрыть перед людьми Запада верную перспективу, в свете которой они могли бы рассматривать свои духовные практики. Например, узнав о результатах, которые приносит полное пробуждение Кундалини, они будут относиться к Ней с большим уважением. Или рассмотрим миллионы людей, ежедневно повторяющих мантры. Большинство из них понятия не имеет о требованиях, предъявляемых к практикующим мантра-сиддхи, поэтому, хотя они и повторяют свои мантры с полной искренностью в течение многих лет, результаты они получают незначительные. Прогресс был бы более быстрым, если бы эти люди обратили хоть немного внимания на тантрические учения и изучили следующие моменты. Несмотря на то, что чистая Тантра находится вне досягаемости для большинства людей Запада, сам тантрический подход может многое предложить им. Если коснуться некоторых уже рассмотренных тем, то можно сказать, что западная психология многое могла бы взять из тантрических концепций индивидуальности и эго. Концепция индивидуальной конституции — разделение в Аюрведическом смысле на Вату, Питту и Капху, вместе с рассмотрением ментальной конституции: Саттвы (Дивья), Раджаса (Вира) и Тамаса (Пашу), — подразумевает, что людей можно разделить на определенные классы в соответствии с тем, какие методы наиболее приемлемы и действенны для них. Тантрические травяные и минеральные препараты являются частью Аюрведы и ценятся за свою эффективность. Если мантры и визуализация будут должным образом исследованы, вся физиология звука и цвета может быть революционным образом преобразована. Некоторые из этих тантрических методов уже используются на Западе, хотя, возможно, и неосознанно. Например, людям, больным раком, для достижения ремиссии предлагают выполнять определенные визуализации. Такие визуализации часто дают нужный эффект, но в силу того, что они по сути своей — насильственные, они не могут быть полезными для обеспечения здоровья (которое характеризуется неагрессивностью), в той же степени, в какой они могут подходить для лечения. Тантра может предложить новые и лучшие визуализации, которые увеличили бы выносливость, жизненную силу и счастье индивидуума, одновременно устранив и заболевание. Использование визуализации может быть распространено на лечение не только рака, но и других заболеваний иммунной системы, поскольку иммунные болезни возникают тогда, когда эго теряет способность различать, что является частью организма, а что чужеродно. Психологически этот процесс уже используется в нейролингвистическом программировании, с его помощью можно изменить какие-то нежелательные привычки или причуды характера без применения психоанализа, вызывания чувства вины и нанесения травмы.
Тем, кто уже относительно здоров, Тантра помогает создать более глубокие уровни гармонии и здоровья, долгую здоровую жизнь обеспечить возможно, а для этого необходим крепкий иммунитет. На Санскрите иммунитет обозначается словом вьядхикшаматва, то есть буквально — «прощение болезни». Своим неправильным образом жизни и неверным отношением к ней мы создаем такие условия в наших телах и умах, которые притягивают определенные сущности; последние принимают наше (молчаливое) приглашение и вселяются в нас. Обычно мы ненавидим свою болезнь, не осознавая, что мы сами впустили ее в себя. Когда человек достигает умения прощать себя, а также прощать болезнь, ее разрушительное действие, тогда воздвигается надежный заслон возвращению этой болезни». 

(Юлиус Эвола. Йога могущества. // Конец света. Эсхатология и традиция. М. 1998г. 1997г.)

«Понятие «восточные сотериологические учения» неопределенно и достаточно широко. Поэтому необходимо сразу, в самом начале, подчеркнуть, что речь пойдет не о традиционных древних восточных религиях (Индуизме, Брахманизме, Буддизме или Исламе) и их сотериологических учениях, но о сотериологических понятиях некоторых новых духовных движений, выросших на почве религиозных традиций Древнего Востока, в особенности после его встречи с современной западной культурой. Встреча Европейской Цивилизации и Востока вызывала в нем сильнейшие потрясения, нарушила его многовековой мир и покой; но и богатейший религиозный опыт Востока неожиданно послужил вызовом для Западной Цивилизации, такой, какой она сформировалась начиная с эпохи Ренессанса.
Каковы основные свойства современной западной культуры? Она возникла как протест против акосмизма Средневековья и юридизма в понимании спасения. Возвращаясь к эллинистическим критериям Истины, она все больше строилась на вере в человека и его разум, все больше доверяла рациональным знаниям и науке, все больше ориентировалась на время и материю (природу), теряя ощущение реальности присутствия Бога и духовного мира, способность чувствовать истинные отношения Бога, природы и человека. Западный средневековый религиозный утилитаризм в современной культуре перерос в утилитарное отношение к природе, протестантский же утилитаристский индивидуализм стал исходной точкой идеологических и общественных движений и религиозных течений, утративших чувство истинного единства и неподдельной общности.
Унаследовав древнеримскую идею универсализма в ее римо-христианской интерпретации с параллельным заимствованием принципов природного детерминизма, современная культура с самого начала стремилась к господству в мире путем насилия. Свойственная ей алчность и от нее рожденная Технократическая Цивилизация поставили человека перед серьезной опасностью — стать рабом собственного создания и рано или поздно оказаться в метафизическом одиночестве, отчужденным не только от своего Первоисточника, но и от других людей и от окружающего мира. Все это наполняет современного западного человека тревогой и жаждой спасения, избавления от неуравновешенности и беспокойства, толкает к поиску покоя и равновесия. Этот поиск заметен даже там, где, на первый взгляд, его не может быть, — в наркомании, сексе, возникновении сект. Через это и многое другое проявляется поиск тепла, единения, бегство от обезличивания и превращения человека в предмет среди таких же бездушных предметов. В этом поиске себя и внутреннего равновесия многие обращаются, и это не случайно, к восточным религиям и философии, удивленные и привлеченные их таинственностью и глубиной. Именно благодаря этим поискам и встрече с Древним Востоком, представители которого выступают на Западе в роли «просветителей» духовно обнищавшего человека Западной Цивилизации, произошло пересаживание восточных сотериологических учений на почву Европейско-Американской Цивилизации.
Одним из основных свойств восточных учений является дух синкретизма (смешение, неорганичное слияние разнородных элементов, например, различных культов и религиозных систем). Он был присущ Востоку и прежде и стал великим искушением для современного человека, вступившего в непосредственный контакт со всеми религиозными и философскими традициями прошлого и настоящего. Первое место среди носителей духа синкретизма занимает Теософия. Ее целью, с момента возникновения, было изучение законов природы, сравнительное изучение всех наук, философий и религий, ради приобретения «целостного» восприятия мира и создания универсального братства людей, на основах «широкого сознания и мудрости, и новой религии мира» (Анни Безант, Елена Блаватская и др.).
Вообще для всех движений, вдохновленных идеями Востока, характерен космологический аспект, жажда растворения в безличной космической энергии, достижения целостного переживания Реальности. Это не что иное, как реакция на рационализм западной науки и ее прагматичный материализм, лишающий природу души даже тогда, когда он обожествляет ее, воспринимая как единственную реальность. Далекий Восток несет ощущение таинственности, возвращая вселенной душу; во всех, кто оказался под влиянием восточных культов и учений, пробудился интерес к тайнам духовного мира и вера в то, что он влияет на человеческие судьбы. Отсюда почти всем движениям, вдохновленным Востоком, свойственно пробуждение интереса и увлечение спиритизмом. Вызывание духов стало сейчас любимым развлечением в Европе и Америке. В спиритизме произошел некий странный симбиоз античного и христианского гностицизма и восточного магизма, укорененного в политеизме Древнего Востока. То, что более всего свойственно спиритизму, это потеря способности различения духов, некий род магического насилия над духовным миром, вымогательство открытия сокровенных тайн и объяснения загадочных событий своей повседневной жизни, предсказаний будущего.
Лихорадочная активность западного человека, проистекающая от чрезмерной алчности к материальным благам и приобретению знаний, а также неестественный для человека темп жизни, навязанный ему Технократической Цивилизацией, стали причиной глубочайшего стресса, усталости и болезненности, физической и душевной. В силу того, что рационализированное западное Христианство, со своим морализмом и социальным утилитаризмом, не в состоянии предложить противовес экзистенциальному смятению и поиску мистического опыта, которые все более характерны для опустошенного, уставшего человека западного потребительского общества, он все более охотно и легко увлекается восточными методами освоения внутреннего душевного пространства и погружается в ту мнимобожественную и космическую реальность, которую они предлагают.
В наше время появился интерес и к исламской мистике, особенно к суфизму, в контексте теософии и других восточных учений. То, что этот интерес не только теоретического, но и практического характера, свидетельствует возникновение так называемого суфи-танца, танца «универсального мира». Приверженцы такого рода мистики утверждают, что родоначальником суфи-танца был известный с XIII в. Джалал аддин Руми; новая волна этого движения появилась уже в наше время, благодаря некоему Луису — «вестнику нового времени».
Для всех восточных движений, предлагающих материалистичному Западу свои пути спасения, характерна интеграция всех человеческих способностей, физических и духовных, но на более углубленном онтологическом уровне. Так, даже то, что для западного человека является просто физической гимнастикой, для восточного имеет глубокий антропологическо-космологический и сотериологический смысл.
Во всем необходимо следовать закону космоса, потому что всякая тварь несет в себе один дух, одну энергию, которая правит миром. Все природные и человеческие феномены имеют один и тот же источник, поэтому разум человека должен быть в согласии с разумом вселенной. Приверженцы восточных традиций считают, что жажда материальных благ Западной Цивилизации вытеснила духовные ценности и этим вызвала ощущения страха и смятения — разрыв теории и практики, науки и религии, человека и природы, человека, природы и вечной духовной энергии. Это отчуждение от души вселенной породило расщепленность человеческого существа и оставило в нем глубокую рану, которая может быть исцелена только возвратом духа внутреннего единства, взаимопроникновения всего существующего…
Отметим, что Восток за последние полтора столетия оказал огромное духовное влияние на западную культуру. Переводы и изучение священных текстов Ближнего и Дальнего Востока, перенимание культов, идей и различных видов искусств, связанных с духовными традициями Индуизма и Буддизма, — все это оказало и оказывает значительное влияние на западные, по традиции христианские, народы. Этому влиянию поддались не только отдельные великие ученые, писатели и философы, как, например, Шопенгауэр и Толстой, Юнг и Гессе; с помощью рассмотренных выше и многих других религиозных движений, особенно боевых искусств, имеющих религиозную подоплеку, оно охватило и охватывает очень широкие слои общества. Это заметно в распространении спиритизма и учений о реинкарнации и понятий, связанных с восточными верованиями и сотериологией…
Как же ответить на неизбежный вопрос о том, что же все-таки случилось с христоносной и духоносной Европой, страной чудес Божиих, отчего чада ее сегодня стали искать Духа, и утешения, и радости спасения во все еще исполненной неисцелимой печалью и магизмом пантеистической Индии? А случилось вот что: она отпала от Жизни, перестав исповедовать Христа как единственного Бога и Спасителя, — и вновь вселился в нее легион…». 

(Митрополит Амфилохий (Радович). Встреча современного Запада
с восточной сотериологией. 02.02.06г. Сайт www.pravoslavie.ru.)

«Глава 3. Восток и Запад: Введение в проблему. Проблема соотношения восточного и западного: традиционные подходы. О двустороннем характере проблемы. Когда приступают к изучению истории культур, религиозных и философских учений, то первое и, можно сказать, основополагающее различие, о котором приходится говорить, — это различие, противоположность между Востоком и Западом — едва ли не самая древняя из великих противоположностей. Следовательно, это и самое старое побуждение к синтезу, поиску единства.
Ближайшее сравнение Запада и Востока намечает весьма расхожую, превращенную в культурный штамп (не лучшего качества) антитезу: «аксиологичности» восточной мысли здесь противостоит «сциентичность» западной; материализм и рационализм Запада сталкиваются с мистицизмом и духовностью Востока (говорят, что все великие религии вышли из Востока); Восток «созерцателен», а Запад «активен», демонстрируя волю к господству (или, иначе, «женственной душе» Востока противоположна «мужественная душа» 3апада; впрочем, в этом же усматривают и залог их необходимого «синтеза»); или суждение, согласно которому господствующий интерес Востока сосредоточен на религии, искусстве и философии, тогда как Запада — на политике (формальная организация общества), промышленности (продукция и запас) и технике (господство над природой). Этот ряд можно продолжать едва ли не до бесконечности; и все же попытаемся его резюмировать (хотя мы будем обращаться и к другим распространенным оппозициям).
Итак, Западу «свойственны» воля к власти, идея формального права, активность, рассудочность, критицизм, рационализм, индивидуализм, принцип разделения, механицизм… Короче говоря, — «инстинкт Смерти» и, следовательно, «тайный культ» Танатоса. Напротив, Восток якобы отличается жертвенностью, идеей любви, созерцательностью, чувствительностью, приоритетом интуиции, целостностью, органичностью, вдохновенностью… Иначе говоря, — мы должны признать здесь «культ Эроса», доминирующий принцип Жизни. Такова нехитрая схема, в которую и сегодня кое-кто рад был бы облечь сложнейшую культурную проблему.
Но то, что «сразу бросается в глаза», обычно поверхностно. По словам русского филолога-китаиста В.М.Алексеева: «Счастлив тот, кто два мира в себе держит крепко!». Но кто столь «счастлив» и может смело похвалиться этим? Ведь можно процитировать и другую мысль; например, принадлежащую Торо: «Борь¬ба между Востоком и Западом идет в каждой нации».
Тема (и проблема) «Восток — Запад» превратилась в своего рода «классическую» — но одновременно и такую, «которую… старательно затеняет наше самонадеянное время». Несомненно, она была в фокусе еще в древнегреческой культуре — и с тех пор пронизывает всю европейскую (да и мировую) историю.
Во всяком случае, уже одно то, что ставится вопрос, показывает нам — проблема остается; или — проблема способна видоизменяться. Кроме того, следует учитывать не просто исторический, но религиозно-исторический контекст ее осознания и постановки. Тема Востока и Запада проходит ведь и через само Христианство; проходит как болезненная рана, способная вновь и вновь открываться, превращаясь в непримиримый раскол, разделение.
Выходит, что есть все-таки нечто трудноформулируемое (не отсюда ли склонность к простым и «очевидным» противопоставлениям?), ускользающее — и, однако, ощутимое, заставляющее нас различать «западное» и «восточное». Не случайно ведь именно европейский Запад явился тем лоном, где зарождается современная наука и техника, столь разительно изменившая облик Земли, характер человеческой жизни, ее возможности и требования. Если в Древней Индии мы находим некую духовную «технику исцеления», где доминирует медитация и учительская инструкция; если в Древнем Китае мы ощущаем не только социально-этически ориентированный практицизм, но и некую ветвящуюся ме-тафору «полноты жизни», — то на Западе мы сталкиваемся с чем-то своеобразным, заставляющим говорить о таком культе Разума, который порождал и его же, Разума, систематическую критику и самокритику; мы сталкиваемся с рационалистической мыслью, нуждающейся в апологии и постепенно устанавливающей господство рационального дискурса, признающего определяющую ценность аргументации, доказательности и обоснования.
«Восток — и/или — Запад»; если и есть такая проблема, то уж, конечно, как проблема двусторонняя. Верно, что не только Запад изучает и старается понять Восток, но и наоборот; верно также и то, что не только Запад искажает Восток, но имеет место и обратное. Я полагаю, что эта традиционная мировоззренческая, психологическая и культурологическая проблема способна к неожиданным обновлениям; она способна превосходить те радикальные и подчас самодовольные ответы, которые преподносятся как ее если не «решения», то «предельные прояснения». Две постоянные крайности (возвышение Запада над Востоком или же наоборот) очерчивают те рубежи этой проблемы, на которых располагаются люди, готовые дать ее самое легкое «решение». Но есть в этом и нечто позитивное, ибо «решение» неизменно остается иллюзорным, а крайности между тем создают постоянное интеллектуальное и экзистенциальное напряжение. А это заставляет вновь и вновь размышлять, искать, проблематизировать…
Удивительно (и вместе внушает некую надежду в нашем разобщенном бытии), на мой взгляд, следующее: Запад есть и ощущает себя целым миром с присущим ему своеобразием; Восток также есть и ощущает себя целым миром с присущим ему своеобразием; но одновременно каждый из них переживает и, в конце концов, осознает и признает потребность, духовную потребность в другом. И это вовсе не свидетельство их культурной «несамодостаточности»: если бы последняя имела место, то достаточно легко было бы ввести своего рода «логику культурной дополнительности»…
Мы видим, как нелегко последовательно выдерживать логику «взаимодопол-нительности» культур. Впрочем, как и логику, которая держится на аксиоме параллелизма цивилизационных признаков Востока и Запада и которая в действительности лишь мешает продуктивному диалогу между ними. М.Т.Степанянц приводит пример разного понятия справедливости: в Древнем Китае — это не нормативный порядок во взаимоотношениях людей, как на Западе, а восстановление социально-природного баланса сил, освященного сакральной традицией…
Есть еще одна «стратегия» решения проблемы «Восток — Запад». Она нацеливает нас на некий «высший культурный синтез». Опасность состоит в том, что такой «культурный синтез» может потребовать и политических гарантий в виде политической же суперструктуры. Надо не забывать, что такой опыт уже имелся на закате античности; мы, конечно же, говорим о таком явлении, как эллинизм. Вообще «высший культурный синтез», призванный синкретически связать культурные миры Запада и Востока (либо же по-гегелевски «снять» их) — это всегда и претензия быть «выше» того и другого. Скрытая предпосылка, следовательно, заключается в убеждении, что Восток и Запад сами по себе «односторонни». Но как могут быть «односторонни» (понятие, за которым стоит некая ущербность) целые культурные миры? С позиции какого «культурного целого» (которое ведь, с этой точки зрения, еще предстоит создать!) усматривается «односторонность» как восточных, так и западных (особенно западных!) культур?
«Встреча Запада с Востоком во многом зависит от способности обеих сторон понять друг друга», — пишет Генрих Дюмулен в своей книге по истории дзэн-буддизма. С этим трудно не согласиться. В контексте столкновения Запада и Востока обязательство понимания становится принципиально двусторонним, причем в двух смыслах: стремиться понять другого, углубляя понимание самого себя; и стремиться понять другого, побуждая его к ответному пониманию.
Это может показаться парадоксом (хотя вовсе им не является), но именно культурная самодостаточность и духовная полнота есть то, что побуждает не к самоизоляции и высокомерному самолюбованию, а к настоятельной потребности приблизиться к иному, понять его, вступить с ним в общение. В этом смысле Запад и Восток способны понять друг друга не только не изменяя самим себе, но и не пребывая в состоянии самоупоения (как, впрочем, и самоуничижения)…
А может, по-своему, прав такой адепт «Восточной Традиции», как Бхагван Шри Раджниш (Ошо), который писал: «В истинно духовном человеке Восток и Запад встречаются и исчезают, он всемирен. Нет такой точки, где он существует. Его подход все¬мирен, его подход тотален. Он есть целое, именно поэтому я называю его святым. Ни Восток, ни Запад не являются целым». Нельзя унифицировать Запад. Нельзя унифицировать Восток. Нельзя унифицировать человека. Три позитивные невозможности».

(Семенов Н.С. Философские традиции Востока: Учебное пособие. Мн. ЕГУ. 2004г. 304 стр.)

«В последние годы мы становимся свидетелями все нарастающей кризисной ситуации, охватывающей практически все сферы личной и социальной жизни человека. Причем наивно было бы связывать ее только с экономическими или социальными причинами, те же симптомы мы наблюдаем и в сравнительно благополучных странах Западной Европы и в Северной Америке. Сейчас можно достаточно уверенно сказать, что причины надвигающегося кризиса глубоко экзистенциальны и лежат в самой природе Человека Разумного, в принципах его отношений с окружающим миром. Более того, надвигающийся кризис является необходимым и важнейшим этапом в дальнейшей эволюции человечества. Попытки его избежать или оттянуть вряд ли приведут к чему-либо хорошему. Представьте себе акушера, который всеми силами пытается оттянуть момент родов, а после их начала старается запихнуть ребенка обратно.
Единственным выходом из сложившейся ситуации является осознанное прохождение через кризис и выход на новый более высокий уровень восприятия реальности. Кстати, подобный же подход используется и в современной терапии личностных кризисов, вобравшей в себя многие идеи древней Алхимической Традиции. Центральная идея духовной алхимии — идея трансмутации, преображения негативного начала, деструктивной энергии характерна и для древних философских систем Индии, Китая и Тибета. Они позволили Карлу Юнгу создать принципиально новое направление в психотерапии, в корне отличающееся от традиционного подхода, когда негативное стремились подавить, заблокировать, «убрать с глаз долой».
Если говорить о возможности успешной трансмутации нынешнего кризисного состояния нашей цивилизации, то одним из необходимых условий является расширение наших представлений о реальности, переосмысление и трансформация естественно-научной парадигмы. Остановимся на трех взаимосвязанных аспектах этой проблемы.
Во-первых, анализ влияния информационного хаоса на биосферу Земли, и тесно связанная с этим проблема экологии информационной среды, как одно из центральных условий преодоления кризиса.
Во-вторых, — более широкий взгляд на биосферу нашей планеты, базирующийся на ее описании как живого организма, имеющего сложнейшие информационные механизмы саморегуляции, изучение взаимодействия этих информационных уровней планеты с сознанием человека.
В-третьих, задача гармонизации психики современного человека, пробуждения ее глубинных резервов, необходимых для преодоления кризисных ситуаций.
Рассмотрим проблемы экологии информационной среды. В современной цивилизации фактор информации играет все большую роль. Она заключается в поддержании равновесия и развитии сложных систем, начиная от живого организма и кончая эволюцией планетарных, галактических процессов. Все это дает основание говорить о необходимости учета информационной среды, образованной миллиардами информационных связей как человеческого сообщества, так и естественных экологических систем. Важно подчеркнуть, что эти связи образуют новую системную целостность, не сводимую к сумме отдельных элементов. Об этом говорилось еще в глубокой древности в Индийской и Тибетской Тантрической Традиции.
Важнейшим компонентом информационной среды является человеческая психика, дух, сознание. Современные научные исследования, связанные с изучением процессов саморегуляции в сложных нелинейных системах, качественно изменили наши представления о природе физической реальности окружающего нас мира. Оказалось, что как в развитии, нормальном функционировании отдельного живого организма, так и биосферы в целом определяющую роль играют слабые информационные связи, взаимодействия. Именно они, а не перемещения огромных энергий и масс определяют, в конечном счете, адаптивные возможности биосферы планеты.
Более того, существование подобных информационных связей делает правомерным использование компьютерных аналогий при описании процессов самоорганизации в биосфере. Иными словами можно говорить о существовании иерархически организованной системы регуляторных механизмов как на уровне отдельных экосистем, так и планеты в целом. Естественно такие регуляторные механизмы не локализованы в каких-то точках планеты, как привычные нам компьютеры, а представляют собой распределенную систему, неотделимую от биосферы в целом. По всей видимости, отголосками подобных представлений являются разнообразные мифы о духах природы, тонкоматериальных мирах шаманов.
Таким образом, с позиций современной науки, сохранение и нормальное функционирование нашей планеты в первую очередь определяется иерархией сложнейших информационных связей. В этом отношении биосфера земли что-то вроде гигантского суперкомпьютера, от успешного функционирования которого и зависит сбалансированность и самовосстановление экологических систем в разных уголках нашей планеты. И наоборот сбои в его работе, нарастание хаоса приводят к деструктивным процессам в биосфере, резкому увеличению энтропии.
Можно выделить следующие негативные последствия разрушения и хаотизации информационной среды:
1. В области экологии: 1.1. Разрушение естественных механизмов саморегуляции экосистем (как в отдельных регионах, так и в масштабах всей планеты). 1.2. Отчуждение человеческой цивилизации от естественной среды обитания, формирование агрессивного, потребительского отношения к породе.
2. Социально-психологические: 2.1. Манипулирование человеческим сознанием через средства массовой информации активизация животных инстинктов, вырождение языковой среды, ценностей, мотиваций). 2.2. Возникновение новых технологий манипулирования массовым сознанием (кодирование, зомбировка, психотропное оружие). Сращение древних магических техник с современными информационными технологиями (сеансы массового телевизионного гипноза, кодированные аудио и видео кассеты и т.д). 2.3. Возникновение манипулятивных религий и сатанинских сект («Белое Братство» и т.д.).
3. Геополитические: 3.1. Повышение вероятности возникновения тоталитарных агрессивных политических режимов. 3.2. Возможность возникновения одной или нескольких тоталитарных сверх- империй, контролирующих всю планету, и, как следствие, превращение людей в «биороботов», необратимый коллапс земной цивилизации. (Сценарий Оруэлла в сочетании с новыми технологиями манипуляции сознанием человека).
Представим новый взгляд на причины и пути преодоления кризисной ситуации: Изучение возможных информационных каналов, позволяющих влиять на механизмы самоорганизации биосферы, способствовать снижению ее хаотизации. В этом отношении большой интерес представляют определенные географические зоны Земли, известные с глубокой древности как священные места или места силы. Места в которых возникали древние цивилизации и религии, мистические культы и традиции. Как показывают современные исследования, они обычно располагаются в особых областях отмеченных геологическими аномалиями, необычными геофизическими полями.
Большинство человеческих культур, начиная от шаманистических традиций до великих цивилизаций древности связывало подобные места с возможностью общения с высшими планами нашей вселенной, достижения с их помощью гармонии человека и природы. Согласно подобным представлениям различные культовые сооружения построенные в этих местах играли огромную роль в благополучии соответствующего сообщества, позволяли гармонизировать отношения человека и природы. Это каменные круги, ступы, пагоды, мантровые колеса, часовни и т.д.
Такие места силы рассматривались в древности как своеобразные акупунктурные точки Земли, регулирующие процессы планетарного гомеостаза. С современной точки зрения это не лишено смысла. Как показали исследования неравновесных отрытых систем (а именно к ним относится биосфера Земли) в них имеются определенные области чрезвычайно чувствительные к внешним воздействиям и способные очень сильно влиять на работу системы в целом. По-видимому, именно подобные точки и были открыты в глубокой древности как места силы. Нет нужды говорить сколь огромное значение для нашей цивилизации может иметь осмысленное использование подобных информационных каналов для восстановления нормального функционирования биосферы планеты, борьбы с катастрофически нарастающим хаосом.
Современная наука пока скептически относится к древним технологиям гармонизации информационной среды. Хотя во многих древних сообществах были известны даже специальные устройства, которые, по представлениям древних, очищали и гармонизировали информационную среду нашей планеты. Одним из них являются «мантровые колеса», широко распространенные в цивилизации Тибета с глубокой древности. Они представляют собой полый цилиндр, вращающийся на оси. Размеры такого цилиндра могут варьировать от нескольких сантиметров до нескольких метров. Небольшие мантровые колеса тибетцы носят в руке, вращая легкими покачиванием кисти. Колеса побольше расположены в огромном количестве возле храмов и других священных сооружений. Кроме того, они могут располагаться в различных участках местности, иногда очень удаленных от жилища человека, вращаясь энергией ветра или воды в горном ручье. Такие колеса соединяются с небольшой турбиной и вращаются днем и ночью. Следует отметить, что все мантровые колеса вращаются по часовой стрелке, если смотреть сверху.
По представлениям тибетцев мантровые колеса при вращении генерируют энергию гармонизирующую и очищающую окружающее пространство. Именно поэтому их можно встретить где угодно. Естественно материалистическая наука все истории о благотворном действии мантровых колес считала глупым предрассудком. Однако открытия современной физики позволяют взглянуть на них с совершенно иной точки зрения. Исследования так называемые торсионных полей, возникающих при вращении массивных цилиндров, конусов и других объектов показали, что они обладают выраженным биологическим и физико-химическим действием. Более того, сейчас показано, что это совершенно новый вид физических полей, связанных со спиновой поляризацией физического вакуума.
Однако в этих устройствах, открытых в глубокой древности еще есть ряд ноу-хау, отсутствующих в современных спин-торсионных генераторах. В первую очередь это мантры, служащие своеобразным модулятором спин-торсионного поля. Собственно тип такой мантры и определяет характер действия подобного генератора. Иными словами тут основной эффект связан не с энергией излучения, а с его информационной компонентой, промодулированной семантической структурой мантры. В этом отношении изучение древних архетипических знаков и мантрических формул заслуживает самого пристального внимания современной науки.
Сегодня многие начинают говорить о возможности синтеза древних и современных технологий. Естественно в наши дни нет смысла копировать один к одному древние устройства и сооружения предназначенные для очищения и гармонизации биосферы нашей планеты. Более целесообразно дальнейшее развитие идей древности, но на основе современных научных достижений и новейших технологий.
Одним из примеров такого синтеза является созданная в России методика гармонизации психики человека и его места пребывания (дома, офиса и т.д.), обладающая выраженным антихаотическим действием. Она базируется на использовании древних архетипических символов и мандал из Индийской и Тибетской Традиции в сочетании с фрактальными орнаментами, полученными на компьютере.
Древние эзотерические учения, в частности Тантрическая Традиция, говорили о существовании универсальных геометрических и ритмических инвариантов, являющихся своеобразными кодами процессов и объектов нашей Вселенной — архетипических образов. Более того, именно они служили основой мощнейших магических техник, использующих визуальные геометрические образы (янтры, мандалы, танки) и акустические ритмы (мантры). Современные физические исследования неравновесных развивающихся систем подтвердили существование таких инвариантных структур, возникающих в объектах самой различной физической природы от гидродинамической турбулентности до высоко-температурной плазмы. Еще большее разнообразие подобных архетипических инвариантов было найдено в живых системах, начиная от клеточного уровня и кончая психикой.
Сравнительно недавно был создан мощный математический аппарат, позволяющий описывать топологию архетипических образов. Это теория фрактальных множеств. Сейчас на этой основе разработаны пакеты компьютерных программ, дающие реальную возможность изучения и практического использования архетипической символики. Естественно, что эта работа требует глубочайшего изучения громадных эмпирических знаний об архетипической символике, накопленных в древних эзотерических учениях».

(Е.Файдыш. Экология информационной среды — путь
к цивилизации будущего. Сайт www.geomancy.shalagram.ru.)

«Когда мы говорим о встрече, о взаимопроникновении Востока и Запада, нам нужно принимать в рассмотрение всю древнюю историю, нужно вспомнить, что началось это взаимодействие, которое и по сей день не теряет своей актуальности и значимости, в самые отдаленные времена, в самые ранние периоды существования человечества.
Действительно, мы не можем хоть сколько-нибудь точно установить ни век, ни даже тысячелетие, когда было положено начало общению Востока и Запада. Заслуживающие уважения теории настойчиво утверждают, что так называемый Запад, например, тот регион, который мы сегодня называем современной Европой, когда-то был населен вторгшимися сюда народами, которых потом назвали индоевропейцами, то есть теми, кто пришел из далекой Индии, а возможно, из Японии или Китая.
Существуют также теории о заселении американского континента (теории — поскольку у них нет никаких доказательств), согласно которым доинкские культуры, в частности, в Перу, а также культуры, которые существовали по всей Мексике и Центральной Америке, уже встречались с Востоком.
Как вы знаете, есть теория о переселении народов через Берингов пролив; существуют древнейшие эзотерические традиции и предания, которые рассказывают нам о затонувшем в Тихом океане континенте. Согласно этим традициям, некогда люди, а с ними и элементы культуры, перебрались с помощью осколков этого континента — современных островов Полинезии, Меланезии, Микронезии — из Азии в Америку. Как бы то ни было, то, что мы сегодня понимаем под западным миром, уже с давних пор пропитано влияниями Востока.
Мы можем найти отпечаток Востока в самых высокоразвитых культурах, в их искусстве и философии. Например, в доэллинскую эпоху на Крите, на Кикладских островах, влияние Востока очень заметно, так называемые ориентальные элементы проникли очень глубоко. В самой Греции Дионисийские мистерии также испытали значительное восточное влияние. Вспомним, что одна из ипостасей Диониса, Вакх, изображается в колеснице, но его колесницу тянут полосатые тигры, тигры из Бенгалии, и это обнаруживает его индийское происхождение.
Если под Востоком понимать Египет и Малую Азию, то их влияние, без сомнения, еще сильнее. Обращаясь к самой распространенной на Западе религии, Христианству, мы не можем не увидеть ее восточные корни. Иудейский Ветхий Завет вобрал в себя множество вавилонских и ассирийских элементов. В свою очередь, и в Новом Завете мы находим, например, Апокалипсис Святого Иоанна — одно из учений Сефер Йециры (Книги Творения — основополагающего текста в учении Каббалы), Книги Чисел, Книги Трансмутаций. Таким образом, мы видим, что Восток всегда глубоко влиял на Запад. Мышление Востока, искусство Востока всегда присутствовали на Западе.
Да и на саму философию Запада Восток в античную эпоху также оказал большое влияние. Если мы обратимся к досократикам, то обнаружим, что под этим влиянием находился ряд философов, называемых Анакс, которые привнесли в представления о мире восточные элементы — например, чисто индийскую концепцию о том, что мир был рожден из огня. В Индии древнейшие традиции говорят об огненном происхождении Вселенной. Сейчас мы знаем четыре Веды, но изначально их было только три, и Агни-Веда, первая Веда, также называемая Риг-Ведой, посвящена богу Агни, богу Огня. В Греции у Демокрита мы встречаем теорию Пустоты, теорию Великой Изначальной Пустоты, в которой сливаются и снова образуются все миры. Эта теория также родилась на Востоке. Индийские философы понимали, что источник всех Вселенных должен находиться в неком пространстве первичной материи, Пракрити, в неком пассивном пространстве, которое называется на Санскрите «Лайя». В этом Лайя-центре, в этом месте, или измерении образуются миры, образуются Вселенные.
В европейской топонимике мы встречаем — и я сам могу это подтвердить — реки и места, которые имеют чисто санскритские, индийские названия. Например, река, которая рождается в знаменитой испанской пещере в Ковадонге, в пещере, считавшейся священной еще со времен друидов, называется Дева. Река Дева — это огромный поток воды, который рождается в верхней части грота — впечатляющее зрелище! — и с 30-метровой высоты низвергается в озеро перед ним. Очевидно, что люди с древних времен почитали эту реку как святыню, а пещеру, где она рождается, — как особо мистическое место. Название реки — Дева — убеждает нас в связи с Востоком. Как мы знаем, deva на Санскрите означает «светящийся», от корня dev; дэвами в Индии называют тех, кого на Западе назвали бы ангелами.
Сегодня кажется, что существует своего рода гидростатическое равновесие между Востоком и Западом. Восток всегда немного нуждается в технике и силе Запада, а Запад всегда не меньше, если не больше, нуждается в доле мистики и религиозного чувства Востока, хотя и не принимает их в готовой форме, не принимает как некое мистическое и религиозное влияние.
Запад имеет тенденцию терять свою мистическую составляющую, свою собственную иконографию и поэтому должен прибегать к помощи извне, то есть к Востоку, чтобы снова возвращать их. Давайте посмотрим, в чем это проявляется. Те, кто сидят здесь, конечно, знакомы с элементами индийской религии, индийской мистики. Если я спрошу вас, что такое Йога или что такое Кундалини, многие из вас могли бы ответить мне. Но если я их спрошу, что такое Огненный Крест кельтов, возможно, немногие сумеют ответить, так же как не смогут рассказать мне о боге по имени Летучая Мышь у индейцев мочика, несмотря на то, что мы находимся в Перу. Восток в духовном, психологическом и религиозном плане влияет на нас гораздо больше, чем наши собственные корни (в том смысле, что мы находимся в Перу) или наша культура (в том смысле, что мы принадлежим к европейской культуре).
Уже на протяжении столетия Восток дает Западу то, чего тому не хватает. Ни для кого из нас уже не новость, что Запад находится в кризисе, что вся наша Западная Цивилизация находится в кризисе, в поиске, и сам этот поиск означает, что Запад находится в кризисе. Если я знаю, где микрофон, я говорю именно в эту сторону, но если я не знаю, где он, я просто начинаю говорить куда-то и, очевидно, нахожусь в поиске. Да, поиск может быть очень привлекательным. Я ищу, но не нахожу!
Здесь, на Западе, мы привыкли превозносить сам процесс своего поиска; мы даже приходим в восторг от собственного замешательства, заявляя, что мы вечно в поиске, что мы бесконечно меняемся, постоянно развиваемся. Но что это доказывает? Доказывает, что мы непостоянны, нестабильны, что у нас нет ничего стоящего. Когда вы, например, ведете автомобиль, вы же не бросаете руль и не выходите из машины, чтобы сесть в другую и опять выйти из нее, и так далее… Нет, потому что тот, кто имеет автомобиль, использует его по назначению и умеет им управлять.
В настоящий момент Западу, несмотря на все его материальное и экономическое развитие, явно не хватает опоры, не хватает духовных основ. Как и во всех частях мира, на Западе есть люди-идеалисты, есть общества духовного развития, есть отдельные группы людей, для которых важна духовная сторона жизни, но в целом людям недостает веры, веры в Бога, веры в то, что всё в этом мире имеет свою цель, свое предназначение, веры в божественную справедливость. Человек стремится восполнить все то, чего ему не хватает, и те, кто в состоянии это сделать, попытаются установить связь с тем местом, где нет этого кризиса, этого поиска, — с Востоком. Восток даже и сегодня еще очень богат, богат в духовном смысле.
Тот, кто был в Индии, прекрасно знает, что за пределами больших городов, которые во всем мире похожи, Индия особенная страна, она совсем другая. У людей там есть вера, люди знают (или думают, что знают), откуда они приходят, и знают (или считают, что знают), куда они идут. У них есть внутренняя уверенность. Жители Индии в массе своей очень бедны в материальном смысле, там перед храмами — толпы нищих, однако все индийцы в глубине души обладают тем знанием, любому проявлению которого западные люди наконец-то стали завидовать: у этих людей есть внутреннее знание, внутренняя уверенность.
С нашим западным мышлением сегодня очень трудно принять другой подход. Следовательно, если присутствие Востока на Западе в наши дни очень велико, и сильнее всего среди молодежи, мы должны проявлять мудрость и выбирать те подходы, которые сможем приспособить к нашим потребностям; мы, западные народы, в том числе и здесь, в Перу, не можем позволить себе роскошь сделать образом жизни созерцание. Если вся наша молодежь займется созерцанием и, сидя в позе лотоса, будет наблюдать, как мимо протекает жизнь, очевидно, эта страна будет разорена. Для восточного человека это не имело бы значения, но для нас это важно. Несмотря на то, что в философских и религиозных восточных течениях есть много полезного, нам необходим какой-то принцип отбора, который не позволит нам потерять главные ценности, сохраняющие упорядоченность нашего западного мира.
Я хочу, наконец, напомнить, что послание Востока, религиозность Востока по своей сути не отличается от всего того, что было и остается религиозностью Запада. Очень сильно различаются лишь внешние проявления.
Если оставить в стороне любые расхождения по форме, целесообразно, глубоко изучать религии, глубоко изучать все эти формы для реального толкования и использования послания Востока для Запада. Потому что есть то, друзья, что мы не можем отрицать: сегодня мы, люди Запада, нуждаемся в этом восточном духовном влиянии, особенно отчаянно нуждается в этом молодежь. Нам не хватает чего-то, что удовлетворяло бы нашу потребность в мистике. Нам не хватает того, что оправдывало бы наше существование, давало бы ему смысл, нам не хватает развития этой стороны нашей жизни.
Очевидно, что доставшиеся нам по наследству формы, формы, скажем так, несколько упрощенные, уже не подходят для молодых людей, которые, обучаясь в университетах, развили свой ум и усвоили множество фактов. Им уже нельзя сказать: если будешь хорошим, то попадешь на облако к ангелам, а если плохим, то попадешь в ад, где будешь жариться на сковороде. Очевидно, что им необходимо нечто более сложное, более глубокое, то, что может дать Восток со своей древней теологией.
На Востоке, а именно в Индии, например, существуют очень подробные и глубокие интеллектуальные разработки, объясняющие тонкое строение человека, объясняющие, откуда мы приходим и куда идем, какова наша невидимая жизнь, какова наша видимая жизнь. Каждому из нас необходимо знать, что происходит с нами; нужно, чтобы нам кто-то об этом рассказал, хоть как-то объяснил. И Восток восполняет эту необходимость, эту потребность в мистическом.
Восток объясняет также детали того, что мы на Западе знаем очень туманно, — Парапсихологии. Для людей Запада Парапсихология — область знания довольно новая, ее изучение началось недавно и основывается на исключительных случаях и лабораторных экспериментах. Напротив, на Востоке то, что мы называем Парапсихологией, находится внутри универсальной гармонии и видится как нечто естественное, как то, что в потенциале есть у каждого, а не как нечто исключительное или свойственное какому-то больному или полусумасшедшему человеку.
На Востоке в древних книгах многие современные знания были предвосхищены тысячелетия назад. Новые открытия, связанные с магнитными линиями, которые окружают Землю, — открытия, сделанные благодаря космическим кораблям, — в восточных книгах уже исследовались. В этих книгах уже говорилось об окружающих экватор магнитных поясах, о так называемых чакрах, о земных чакрах. О том, что Земля, будучи живым существом, имеет, как и человек, свои чакры, свои энергетические центры. Там объяснялись северное сияние и другие явления, которые до недавнего времени наша наука лишь наблюдала. Представление об атоме Греция, возможно, получила из Индии; в Индии школы материалистического типа его знали и изучали уже давно, представления об атоме бытуют в Индии не одно тысячелетие. Так что и сегодня еще мы можем продолжать черпать из этого восточного источника, он по-прежнему существует.
Но основное, снова напомню об этом, — это суметь выбрать то, что полезно для нас здесь и сейчас, то, что практично. Суметь выбрать такие элементы, которые превратят нас не в простых созерцателей жизни, а в тех, кто созерцает в истинном смысле слова. Потому что «созерцать» (contemplar) означает «находиться в храме» (templo), находиться в храме Вселенной, понимать, чт?о есть причина всех вещей, вести поиск внутри себя, чтобы осознать, откуда мы пришли и куда идем, стараться каждую минуту быть лучше и добрее. Гораздо ценнее, друзья мои, совершить одно щедрое повседневное действие, чем наизусть знать Веды». 

(Хорхе Анхель Ливрага. Встреча Востока и Запада. Философская школа
«Новый Акрополь». Ж. «Человек без границ». Сайт www.livraga.ru.)

 * * *