Статья 2.10. Тантра как Древнее Индийское Учение. (ч.15).

«Мы стоим пред великой дилеммой: если мы будем по-прежнему культивировать современную методологию, мы рискуем до того свыкнуться с ней, что потеряем способность не то что делиться с другими людьми всеми недоказуемыми и исключительными переживаниями, но даже удерживать их сколько-нибудь прочно в своей памяти. Они станут так же забываться, как и сновидения, они даже будут казаться снами наяву. И таким образом, мы себя навсегда отрежем от огромной области действительности, смысл и значение которой во всяком случае еще далеко не разгаданы и не оценены. В древние времена умели и сновидения, и галлюцинации сумасшедшего приобщать к действительности; мы же идем к тому, чтобы урезать настоящую, несомненную действительность, переводя ее в область галлюцинаций и сновидений. <…>. Спрашивается, что для нас важнее: добыть истину или добыть себе собственными усилиями хотя бы и ложное, но свое суждение? Пример Сократа, который явился образцом для всех дальнейших поколений мыслящих людей, не оставляет никакого сомнения. Людям готовая истина не нужна, они отворачиваются от богов, чтобы предаться самостоятельному творчеству. В Библии рассказывается приблизительно такая же история. Чего, кажется, недоставало Адаму? Жил в раю, в непосредственной близости к Богу, от которого он мог узнать все, что ему нужно. Так нет же, это ему не годилось. Достаточно было змию сделать свое коварное предложение, как человек, забывши о гневе Божием и обо всех грозивших ему опасностях, сорвал яблоко с запретного дерева. И тогда истина, прежде, т.е. до сотворения мира и человека — единая, раскололась и разбилась на великое, может, бесконечно великое множество самых разнообразных, вечно рождающихся и вечно умирающих истин. Это было седьмым, не записанным в истории днем творения. Человек стал сотрудником Бога, стал сам творцом. Сократ отказывается от божественной истины и даже пренебрежительно отзывается о ней только потому, что она не доказана, т.е. не носит на себе следов человеческих рук» (см. Шестов Л.И. Философия и теория познания. Сайт www.magister.msk.ru.).
«С древнейших времен до наших дней проблема выбора пути считается важнейшей. В связи с этим может оказаться весьма плодотворной следующая гипотеза. Результаты развития живой (сложной, в т.ч., машино-человеческой) системы определяются не столько выбором пути (из некоторого набора путей, воспринимаемых интуитивно как наиболее подходящие), сколько достижением меры опыта (экзистенции). Характерно, что мера опытности, воплощающая предшествующий коллективный опыт, определяет набор подходящих альтернатив, выбор из них пути и, что наиболее существенно, качество (цель — ценность) прохождения выбранного пути» (см. М.Ктони. Эзотерика основ культуры. М. «Гуманитарий» АГИ. 1995г. 336 стр.).

* * *

(продолжение)

5. ЧТО ЕСТЬ ЗНАНИЕ И ЧТО ЕСТЬ ОПЫТ?

5.1. ВИДЫ И ФОРМЫ ЗНАНИЯ.

Ранее уже была представлена информация о таких понятиях как Знание и Опыт:
Статья 2.0. Что может стать предметом Российской Тантрологии?
4. Традиция как передача знания и опыта.
5. Тантра как тайная передача «особого знания» и «особого опыта».
Статья 2.4 Тантра как Древняя Магия. (ч.8).
10.2. Что такое магическое знание?
10.3. Что такое магический опыт?
Статья 2.5. Тантра как Древняя Наука. (ч.6, ч.7).
3. «Концепция» Знания.
3.1. Что такое Знание?
3.2. Концепции вокруг Знания.
3.3. Виды, типы, уровни и формы Знания.
3.4. Что такое древнее Знание?
3.5. Что такое личностное Знание?
Статья 2.6. Тантра как Древняя Религия. (ч.7, ч.8).
8.2. Что такое религиозное знание?
8.3. Что такое религиозный опыт?
Статья 2.7. Тантра как Древняя Философия. (ч.8).
7.2. Что такое философское знание?
Статья 2.8. Тантра как Духовная Традиция. (ч.6).
6. «Концепция» духовного опыта.
6.1. Что такое духовный опыт?
Статья 2.8. Тантра как Духовная Традиция. (ч.8).
8. «Концепция» духовного (по)знания.
8.1. Что такое духовное (по)знание?
Статья 2.9. Тантра как Мистическая Традиция. (ч.8, ч.9, ч.10).
7.2. Что такое мистическое познание?
7.3. Что такое мистическое знание?
7.4. Что такое мистический опыт?
Статья 2.14. Гупта-Видья как предмет Российской Тантрологии. (ч.4).
8.1. Что такое Знание?
8.2. Что такое научное Знание?
8.3. Что такое эзотерическое Знание?
8.4. Что такое тантрическое Знание?
Статья 3.10. Сотериология (Тантры) как раздел Российской Тантрологии.
3. Что такое сотериологическое знание?
4. Что такое сотериологический опыт?

Сегодня в сети Интернет и различной литературе можно найти разные виды и формы Знания, например:
— явное знание
— тайное знание
— древнее знание
— научное знание
— обычное знание
— духовное знание
— истинное знание
— ненаучное знание
— донаучное знание
— сакральное знание
— магическое знание
— личностное знание
— понятийное знание
— религиозное знание
— лженаучное знание
— паранаучное знание
— антинаучное знание
— достоверное знание
— объективное знание
— мистическое знание
— дискурсивное знание
— квазинаучное знание
— философское знание
— рациональное знание
— интуитивное знание
— эмпирическое знание
— перцептивное знание
— субъективное знание
— универсальное знание
— гуманитарное знание
— естественно-научное
— псевдонаучное знание
— теологическое знание
— эзотерическое знание
— теоретическое знание
— иррациональное знание
— мифологическое знание
— метафизическое знание
— художественное знание
— сотериологическое знание
— неявное (латентное) знание
— и др.

«Виды знаний. Знание — результат познания действительности, содержание сознания, полученное человеком в ходе активного отражения, идеального воспроизведения объективных закономерных связей и отношений реального мира. Термин «знание» употребляется в разных смыслах:
— как способности, умения, навыки, которые базируются на осведомленности;
— как познавательно значимая информация;
— как особая познавательная единица, выражающая форму отношения человека к действительности и существующая наряду и во взаимосвязи со своей противоположностью — практическим отношением.
Каждой форме общественного сознания: науке, философии, мифологии, политике, религии и т.д. — соответствуют специфические виды знаний.
Виды знания:
— научное
— житейское
— личностное
— рациональное
— практическое
— иррациональное
— художественное
Когда разграничивают научное, основанное на рациональности, и ненаучное знания, то выделяют следующие формы знания:
— ненаучное
— донаучное
— лженаучное
— паранаучное
— антинаучное».

(Справочник по математике. Высшая математика. Сайт www.terver.ru.)

«Общее понятие знаний. «Все люди по природе жаждут знать». Так звучит знаменитое первое предложение Аристотелевой «Метафизики». Здесь можно подметить интересную особенность: знание, по крайней мере со времен Аристотеля, может пониматься как желание, образно говоря, как интеллектуальная жажда. Когда знание понимается как желание, оно, по определению, должно сопровождаться некой нуждой, отсутствием чего-либо. Жаждущие знания еще не владеют им, находясь пока что в его поисках. Аристотель восхваляет интеллектуальное любопытство; по его мнению, это свойство чрезвычайно важно — оно делает человека человеком.
Тем не менее, если мы выйдем за рамки гуманистической традиции, то вполне можем столкнуться с совершенно иными взглядами на знание. Одним из примеров этого служит философия Даосизма, согласно которой знать что-либо хорошо часто означает овладеть этим в совершенстве. Часто, говоря «знать», мы подразумеваем «знать, как…» (т.е. «уметь»), а не «знать, что…». Похоже, такая разновидность знания — скорее практическая, нежели интеллектуальная — чрезвычайно ценится Лао-цзы. Впрочем, это уже относится скорее к классификации знания. А прежде чем приступить к классификации знания, целесообразней было бы определиться с самим понятием знания.
В широком смысле, знание — субъективный образ реальности в форме понятий и представлений. Знание в узком смысле — обладание проверенной информацией (ответами на вопросы), позволяющей решать поставленную задачу. Знание — результат познания действительности, содержание сознания, полученное человеком в ходе активного отражения, идеального воспроизведения объективных закономерных связей и отношений реального мира.
Итак, многозначность термина «знание»:
— знание как способности, умения навыки, базирующиеся на осведомленности;
— знание как познавательно-значимая информация;
— знание как отношение человека к действительности.
Из всего вышеназванного можно сделать заключение, что знание — результат познавательной деятельности человека, некая совокупность сведений и познаний в какой-либо области. Знание помогает людям рационально организовывать свою деятельность и решать различные проблемы, возникающие в её процессе.
Виды и формы знаний. Познание не ограничено сферой науки, знание в той или иной своей форме существует и за пределами науки. Каждой форме общественного сознания: науке, философии, мифологии, политике, религии и т.д. — соответствуют специфические формы знания. Различают также формы знания, имеющие понятийную, символическую или художественно-образцовую основу.
Выделяют различные виды знания:
— религиозное
— научное знание
— вненаучное знание
— лженаучное знание
— паранаучное знание
— квазинаучное знание
— антинаучное знание
— интуитивное знание
— рациональное знание
— личностное (неявное)
— псевдонаучное знание
— теоретическое знание
— иррациональное знание
— обыденно-практическое знание».

(Виды знаний. Сайт www.studbooks.net.)

«5.3. Виды знаний. Современная философия более не повторяет ошибки философии классической, которая все возможные виды знания отождествляла только с научным, либо «подтягивая» их к модели научного знания, либо вовсе отбрасывая как недостоверные. Помимо научного, современная теория познания выделяет обыденное, мифологическое, религиозное, художественное, философское, квазинаучное знание, рассматривая их как равноценные для культуры и одинаково необходимые для понимания сущности познавательной деятельности.
Обыденное или житейское знание основано на повседневном опыте, хорошо согласовано со здравым смыслом и во многом с ним совпадает. Обыденное знание сводится к констатации и описанию фактов. По мере расширения универсума фактов, о которых знает человек, т.е. по мере развития науки, философии, искусства и т.п., сфера обыденного знания также расширяется и изменяется. Житейское знание выступает основой всех других видов знания, поэтому его значимость не следует преуменьшать.
Художественное знание формируется в сфере искусства и, в отличие от научного или философского знания, не стремится быть доказательным и обоснованным. Форма существования этого вида знания — художественный образ. Главная особенность художественных образов — самоочевидность и убедительность вне и независимо от любого доказательства. В искусстве в отличие от науки и философии допускается и даже приветствуется вымысел. Поэтому тот образ мира, который предлагается искусством, всегда более или менее условен. Но вымысел существует именно для того, чтобы яснее и выразительнее выявить какое-то знание о реальности. Искусство интересует по большей части не природная, а культурная и человеческая реальность, которая в науке находит весьма ограниченное отражение. Если задача науки — это вывести общие и необходимые закономерности, то задача искусства — сохранить и предъявить единичное и особенное и через них сказать что-то об общем. Искусство, опираясь на собственные средства, стремится осмыслить уникальное как своего рода квинтэссенцию реальности. Безусловно, познание — не главная функция искусства, поэтому художественное знание существует как своего рода побочный продукт. Тем не менее, совершенно отрицать гносеологическую ценность искусства было бы неверно.
Мифологическое знание представляет собой синкретическое единство рационального и эмоционального отражения действительности. В мифологическом знании собственно знание и переживание существуют в нерасчленимом единстве. В мифологическом знании наблюдения об окружающем мире не осмысливаются рационально. Мифологическое знание — это не столько объективное отражение действительности, сколько отражение переживаний людей по поводу действительности. В первобытных обществах мифологическое знание играло очень существенную роль, обеспечивая стабильность первобытного социума и трансляцию значимой информации от одних поколений к другим. С помощью мифологического знания первобытный человек структурировал реальность, т.е., в конечном итоге, познавал ее. Эта первоначальная мифологическая структуризация мира послужила основой возникновения в дальнейшем рациональных форм знания.
Сущностная характеристика религиозного знания — связь с верой в сверхъестественное и эмоционально-образным отражением действительности. В религиозном знании акцент делается на веру, а не на доказательство и аргументацию. Результаты религиозного размышления формулируются в конкретных, наглядно-чувственных образах. Религия предлагает человеку верить, переживать и сопереживать, а не размышлять и делать выводы. Религия предлагает человеку абсолютные идеалы, нормы и ценности, во всяком случае, она называет их таковыми. Но несмотря на апелляцию к эмоционально-чувственной стороне человеческой природы, любая развитая религиозная система несет на себе отпечаток выраженной системности, т.е., так же, как и философия, носит характер умопостигаемой мировоззренческой доктрины. Религия, будучи одним из вариантов ответа на мировоззренческие вопросы, представляет собственную версию картины мира.
Главной особенностью философского знания является его рационально-теоретическая форма. Взгляд философии на человека и мир — это взгляд объективности и достоверности, точка зрения разума. Философия с самого начала возникает как поиск мудрости, означающей гармонию знаний о мире и жизненного опыта. Вместо образа и символа, характерных для мифа, философия предлагает рациональные понятия и категории. В ранней философии причудливым образом переплетаются начала нового теоретического, объективного знания и мифологические представления. Особенно это заметно в натурфилософских концепциях древних греков. Но даже в классической греческой философии, например, в системе Платона, еще сохраняются фрагменты мифологического.
Помимо уже перечисленных, существует еще один особый вид знания, которое объединяет в себе черты художественного, мифологического, религиозного и научного — квазинаучное. При этом квазинаучное знание — самостоятельное культурное явление, несводимое ни к науке, ни к философии, ни к религии, ни к искусству. Квазинаучное знание представлено в мистике и магии, алхимии, астрологии, паранауках, эзотерических учениях и т.п. Квазинаучное знание выполняет в культуре специфические компенсаторные функции, позволяя человеку обрести психологический комфорт в быстро меняющейся, трудно предсказуемой реальности.
Все перечисленные виды знания отличаются друг от друга по форме и содержанию, т.е. существуют относительно независимо друг от друга. Теория познания выявляет специфические особенности каждого из них, соотносит с другими культурными формами и определяет их место в культурном универсуме».

(Философия. Электронный учебник для студентов
педагогических и технических вузов. Сайт www.ido.rudn.ru.)

 

5.2. ЧТО ТАКОЕ ТЕОРИЯ ПОЗНАНИЯ?

«Гносеология — см. теория познания»

(Философская Энциклопедия. В 5 т. / Под ред. Ф.В.Константинова. М. СЭ. 1960-1970гг.)
(Философский энциклопедический словарь. / Гл. ред. Л.Ф.Ильичёв,
П.Н.Федосеев, C.М.Ковалёв, В.Г.Панов. М. СЭ. 1983г.)
(Новая философская энциклопедия. В 4 т. / Под ред. В.С.Стёпина. М. Мысль. 2001г.)

«Гносеология (греч. gnosis — знание, logos — учение) — философская дисциплина, занимающаяся исследованиями, критикой и теориями познания, — теория познания. В отличие от эпистемологии, гносеология рассматривает процесс познания с точки зрения отношений субъекта познания (исследователя) к объекту познания (исследуемому объекту) или в категориальной оппозиции «субъект — объект». Основная гносеологическая схема анализа познания включает субъекта, наделенного сознанием и волей, и противостоящий ему объект природы, независимый от сознания и воли субъекта и связанный с ним только познавательным (или праксео-познавательным) отношением. Основной круг гносеологической проблематики очерчивается посредством таких проблем как интерпретация субъекта и объекта познания, структура познавательного процесса, проблема истины и ее критерия, проблема форм и методов познания и др. <…>. Современные исследования познания, фиксируя ограничения субъект-объектных схем, вводят в качестве исходных, иные структурные расчленения и абстракции: предметная деятельность («практика»), культурная норма («парадигма»), язык и др. Традиционная гносеологическая проблематика включается при этом в более широкий социокультурный контекст, и, соответственно, более широкую систему понятий. Центральную позицию в рамках гносеологии занимает методология науки и эпистемология (см. также наука, научная картина мира)».

(Новейший философский словарь. / А.А.Грицанов. Мн. Книжный Дом. 1999г.)

«Философская дисциплина, исследующая проблемы познания, называется гносеологией. (Хотя в англоязычных странах больше используется другой термин — эпистемология, от греч. episteme — знание). Главные гносеологические проблемы можно кратко обозначить следующими вопросами:
— Что есть знание?
— Как оно возможно?
— Какими путями достижимо?
— Что такое истина?
— Каковы критерии истины?
Наш здравый смысл, как правило, пребывает в непоколебимой уверенности в принципиальной познаваемости окружающего мира. Но как выяснилось в критическом философском анализе, логически вывести непознаваемость мира гораздо легче, чем доказать обратное. Такое положение, однако, не сделало всех философов агностиками, но, напротив, заставило усилить поиск абсолютных и достоверных оснований знания, критериев отличения истин от заблуждений, причин появления многочисленных иллюзий и т.д. Один из результатов этого поиска можно сформулировать так: безошибочное познание невозможно в принципе; единственное, что можно сделать, — свести возможность ошибок к минимуму. А для этого надо сделать все познавательные процедуры как можно более ясными и строгими. Именно этим и занимается в общетеоретическом плане философская гносеология».

(Познание: возможности и границы. Сайт www.prog10.narod.ru.)

«Глава 6. Познание. Научное познание. §1. Основные проблемы гносеологии. Гносеология (теория познания, эпистемология) — это раздел философии (и отрасль философского знания), в котором изучаются: проблемы природы познания и его возможности; отношение знания к реальности; исследуются всеобщие предпосылки познания; выявляются условия его достоверности и истинности.
Изучение феномена познания предполагает раскрытие природы и особенностей исследуемого процесса. Психические познавательные процессы, используемые как модель познавательных процессов в психологии, далеко не исчерпывают процесс познания; проблема рождения и функционирования знания затрагивает немало других наук, прямо или косвенно занимающихся исследованием процесса познания, его сущности, содержания, форм и особенностей протекания. Обусловленное практикой требование исследования процесса познания сопутствовало всей истории развития человека и общества. Начатый на заре формирования науки анализ анатомии познавательного аппарата или последующие попытки систематизации и осмысления приобретенных знаний были нацелены на раскрытие сущности и механизма познавательного акта.
Принципы классической теории познания:
— принцип познаваемости мира;
— принцип определяющей роли практики;
— принцип отражения, который включает в себя следующие идеи: всеобщности отражения; отражаемое первично, отражающее вторично; отражение — это диалектический процесс; познание — высшая форма отражения; образы отражения субъективны по форме, объективны по содержанию; исходный и конечный пункт познания — практика.
Практика обладает структурой, строением. Составляющими структурами являются: 1) субъект практики (один человек или группа людей, цели которых определяют смысл совершаемого); 2) сама цель как субъективный образ желаемого будущего; 3) целенаправленная деятельность; 4) средства практики; 5) объект практического действия; 6) результат практики.
Цель познания — знания. Они нужны для: ориентации человека в окружающем мире; объяснения и предвидения событий; планирования и реализации деятельности. Знание — средство преобразования действительности и это система. Знание возникает в процессе познания, а он состоит из форм, этапов, уровней. В теории познания выделяют, как правило, чувственное и рациональное познание, эмпирическое и теоретическое, обыденное и научное познание.
Современная трактовка истины, — по которой она определяется как соответствие знаний действительности, — включает в себя следующие моменты.
Во-первых, понятие «действительность» трактуется, прежде всего, как объективная реальность, существующая до и независимо от нашего сознания, как состоящая не только из явлений, но и из сущностей, скрывающихся за ними, в них проявляющихся.
Во-вторых, в «действительность» входит также и субъективная действительность; познается, отражается в истине также и духовная реальность.
В-третьих, познание, его результат — истина, а также сам объект понимаются как неразрывно связанные с предметно-чувственной деятельностью человека, с практикой; объект задается через практику; истина, т.е. достоверное знание ее сущности и ее проявлений, воспроизводима на практике.
В-четвертых, признается, что истина не только статичное, но также и динамичное образование, истина есть процесс».

(Г.Андрейченко, В.Грачева. Философия. Учебник. www.gumer.info.)

«Теория познания (гносеология, эпистемология) — раздел философии, в котором анализируется природа и возможности знания, его границы и условия достоверности. Ни одна философская система, поскольку она претендует на нахождение предельных оснований знания и деятельности, не может обойтись без исследования этих вопросов. Однако проблематика теории познания может содержаться в философской концепции и в имплицитном виде, например, через формулирование онтологии, которая неявно определяет возможности и характер знания. <…>.
Понимание характера проблем теории познания, их судьбы и возможного будущего предполагает анализ двух ее типов: классического и неклассического. В классической теории познания можно выделить следующие особенности:
1. Критицизм. В сущности, вся философия возникает как недоверие к традиции, к тому, что навязывается индивиду внешним (природным и социальным) окружением. Философия — это способ самоопределения свободной личности, которая полагается только на себя, на собственные силы чувства и разума в нахождении предельных оснований своей жизнедеятельности. Поэтому философия выступает также и как критика культуры. Теория познания — это критика того, что считается знанием в обыденном здравом смысле, в науке данного времени, в других философских системах. Поэтому исходной для теории познания является проблема иллюзии и реальности, мнения и знания. Эта тематика была хорошо сформулирована уже Платоном в диалоге «Теэтет». Что считать знанием? Ясно, что это не может быть общепринятое мнение, ибо оно может быть общим заблуждением; это не может быть и просто мнение, которому соответствует реальное положение дел (т.е. истинное высказывание), ибо соответствие между содержанием высказывания и реальностью может быть чисто случайным. Платон приходит к выводу о том, что знание предполагает не только соответствие содержания высказывания и реальности, но и обоснованность первого. <…>.
2. Фундаментализм и нормативизм. Сам идеал знания, на основе которого решается задача критики, должен быть обоснован. Иными словами, следует найти такой фундамент всех наших знаний, относительно которого не возникает никаких сомнений. Все то, что претендует на знание, но в действительности не покоится на этом фундаменте, должно быть отвергнуто. Поэтому поиск основания знаний не тождественен простому выяснению причинных зависимостей между разными психическими образованиями (например, между ощущением, восприятием и мышлением), а направлен на выявление таких знаний, соответствие которым может служить нормой. Следует различать между тем, что фактически имеет место в познающем сознании (а все, что в нем есть, например, иллюзия восприятия или заблуждение мышления, чем-то причинно обусловлено), и тем, что должно быть для того, чтобы считаться знанием (т.е. то, что соответствует норме). При этом в истории философии нередко нормативное смешивалось с фактически сущим и выдавалось за последнее. <…>.
3. Субъектоцентризм. В качестве несомненного и неоспоримого базиса, на котором можно строить систему знания, выступает сам факт существования субъекта. С точки зрения Декарта, это вообще единственный самодостоверный факт. Во всем остальном, в т.ч. и в существовании внешнего моему сознанию мира и других людей, можно усомниться (т.о., критицизм, характерный для всей классической теоретико-познавательной традиции, многократно усиливается принятием этого тезиса). Знание о том, что существует в сознании, — неоспоримо и непосредственно; знание о внешних моему сознанию вещах — опосредованно. Для эмпириков таким неоспоримым статусом обладают данные в моем сознании ощущения. Для рационалистов — это априорные формы сознания субъекта. Так возникают специфические проблемы классической теории познания: как возможно знание внешнего мира и сознания других людей? Их решение оказалось весьма трудным не только для философии, но и для эмпирических наук о человеке, принявших субъектоцентрическую установку классической теории познания (в частности, для психологии). Для целого ряда философов и ученых, разделявших принципиальную установку классической теории познания относительно непосредственной данности состояний сознания и в то же время не сомневавшихся в такой же очевидности факта существования внешних предметов (теоретико-познавательный материализм, реализм), оказалось трудным согласовать эти положения. <…>.
4. Наукоцентризм. Теория познания приобрела классический вид именно в связи с возникновением науки Нового времени и во многом выступала как средство легитимации этой науки. Поэтому большинство теоретико-познавательных систем исходили из того, что именно научное знание, как оно было представлено в математическом естествознании этого времени, является высшим типом знания, а то, что говорит наука о мире, то и существует на самом деле. Многие проблемы, обсуждавшиеся в теории познания, могут быть поняты только в свете этой установки. <…>.
В последние десятилетия XX в. постепенно складывается неклассическая теория познания, которая отличается от классической по всем основным параметрам. Изменение теоретико-познавательной проблематики и методов работы в этой области связано с новым пониманием познания и знания, а также отношения теории познания и других наук о человеке и культуре. Новое понимание в свою очередь обусловлено сдвигами в современной культуре в целом. <…>.
Существуют и другие способы понимания задач теории познания в свете краха фундаментализма. Целый ряд исследователей подчеркивают коллективный характер получения знания (как обыденного, так и научного) и необходимость в этой связи изучения связей между субъектами познавательной деятельности. Эти связи, во-первых, предполагают коммуникацию, во-вторых, социально и культурно опосредованы, в-третьих, исторически изменяются. Нормы познавательной деятельности меняются и развиваются в этом социально-культурном процессе. В этой связи формулируется программа социальной эпистемологии (которая ныне реализуется исследователями во многих странах), предполагающей взаимодействие философского анализа с изучением истории познания и его социально-культурного исследования. Задача специалиста в области теории познания выглядит в этом контексте не как предписывание познавательных норм, полученных на основании некоторых априорных соображений, а как выявление тех и зних, которые реально используются в процессе коллективной познавательной деятельности. Эти нормы меняются, они являются разными в разных сферах познания (например, в обыденном и научном познании, в разных науках), они не всегда в полной мере осознаются теми, кто их использует, между разными нормами могут существовать противоречия. <…>. (В.А.Лекторский)».

(Новая философская энциклопедия. В 4 т. М. Мысль. / Под ред. В.С.Стёпина. 2001г.)

«Лекция 4. Теория познания. Сущность и смысл познания. Человечество всегда стремилось к приобретению новых знаний. Овладение тайнами бытия есть выражение высших устремлений творческой активности разума, составляющего гордость человечества. За тысячелетия своего развития оно прошло длительный и тернистый путь познания от примитивного и ограниченного ко все более глубокому и всестороннему проникновению в сущность окружающего мира. На этом пути было открыто неисчислимое множество фактов, свойств и законов природы, общественной жизни и самого человека, одна другую сменяли научные картины мира. Развитие научного знания происходило одновременно с развитием производства, с расцветом искусств, художественного творчества. Знание образует сложнейшую систему, которая выступает в виде социальной памяти, богатства ее передаются от поколения к поколению, от народа к народу с помощью механизма социальной наследственности, культуры.
Теория познания есть общая теория, уясняющая саму природу познавательной деятельности человека, в какой бы области науки, искусства или житейской практики она ни осуществлялась. Теория познания развивалась вместе с философией на протяжении всей ее всемирной истории.
Теория познания иначе называется гносеологией, или эпистемологией. Эти термины имеют греческие корни: gnosis — познавание, узнавание; познание, знание и episteme — знание, умение; наука. В русском языке термин «знание», равно как и «познание, несет два основных значения: во-первых, знание как данность, добытый факт; во-вторых, процесс узнавания, добычи знания в первом смысле. Гносеология не может не касаться указанных сторон. Все же в узком смысле задачей гносеологии является скорее исследование природы «готового» знания, чем методов его получения. Таким образом, гносеология — это знание о знании. В последние десятилетия ученых все больше интересует процесс получения знания, его приращения, развития, а это предполагает изучение и использование достижений истории наук, данных когнитивной психологии, учет личностного фактора в познавательной деятельности.
Существенно то, что, хотя гносеология не может игнорировать разнообразные данные, получаемые в смежных науках, она не может и не должна зависеть в своих посылках от них. Правильное разграничение предметов направлено именно на это. В идеале теория познания должна обосновывать всякое знание, в том числе естественно-научное и философское. Она должна объяснять саму возможность такого знания, его сущность, содержание понятия истины, ее критерии. Поэтому ясно, что если теория знания включает в себя в качестве предпосылок выводы каких-то других теорий, то она рискует попасть в логический круг. Человек, приступающий к построению гносеологии, находится в тяжелейшем положении — он должен сам «поднять себя за волосы», создать теорию фактически на голом месте, чтобы удовлетворить идеалу беспредпосылочности.
Как выражается Н.О.Лосский, мы вслед за И.Кантом, основателем критического метода, должны прибегнуть к крайне своеобразному подходу. Мы должны строить философскую теорию знания, «не опираясь ни на какие другие теории, т.е. не пользуясь утверждениями других наук…». При этом можно, конечно, «воспользоваться трудами других наук и их анализом мирового целого, но только как материалом, а вовсе не как основою для теории знания».
Идеал чистой, беспредпосылочной теории познания труден и почти недостижим. Кроме того, на практике теорию познания в точном смысле, например, в том, который предлагает установить Н.О.Лосский, трудно полностью отделить от смежных отраслей философии. Особенно существен факт, что значительная часть современной гносеологии прямо ориентирована на научное (прежде всего естественно-научное) познание и в своих методах, и материале по существу сливается с методологией науки. Надо ли отделять методологию от теории познания? Если исходить из определения теории познания, данного выше, то да. Методология изучает не знание и истину как таковые, а приемы их получения — в специфической обстановке научного исследования. Тем не менее оказывается, что не умозрительное, а предметное изучение того, каким образом наука накапливает свое знание, позволяет понять очень многое о самой природе получаемого знания, его структуре, функционировании, статусе его частей. Философы, которые занимаются такого рода исследованиями, как правило, владеют богатым фактическим материалом по истории науки, и их выводами не следует пренебрегать. Без всестороннего и глубокого обобщения достижений конкретных наук* [Не только наук, но и искусства, религиозного опыта и др. Теория познания, имея более чем двухтысячелетнюю историю, по большей части или преимущественно опиралась на опыт естественно-научного познания и обобщала его. Ныне, как никогда прежде, возникла необходимость обобщить опыт также и гуманитарного, и художественного знания. Последнее обычно именуется творческим, как бы исключающим то, что прежде чем творить, нужно очень хорошо знать жизнь] и того, как были достигнуты эти результаты в муках творчества, во взлетах и падениях, в озарениях и заблуждениях, т.е. без осмысления методологии науки, теория познания может выродиться в схоластику, в систему искусственных конструкций. Последнее особенно опасно, ибо современная философия имеет склонность быть прикладной, и методология науки дает пример подобных приложений, будучи не только описательным, но и нормативным учением. Она помогает ученым и стимулирует прогресс научного знания, выявляя и делая общим достижением эвристику. При соединении с методологией науки задача гносеологии — осмыслить, что действительно есть знание и каким образом оно достигается. <…>.
На современном уровне теория познания являет собой результат обобщения всей истории развития познания мира. Она исследует природу человеческого познания, формы и закономерности перехода от поверхностного представления о вещах (мнения) к постижению их сущности (истинного знания), а в связи с этим рассматривает вопрос о путях достижения истины, о ее критериях. Но человек не мог бы познать истинное как истинное, если бы не делал ошибок, поэтому теория познания исследует также и то, как человек впадает в заблуждения и каким образом преодолевает их. Наконец, самым животрепещущим вопросом для всей гносеологии был и остается вопрос о том, какой практический, жизненный смысл имеет достоверное знание о мире, о самом человеке и человеческом обществе. Все эти многочисленные вопросы, а также и те, которые рождаются в области других наук и в общественной практике, способствуют оформлению обширной проблематики теории познания, которая в своей совокупности и может представить ответ на вопрос, что есть знание. Знать означает в самом широком смысле владеть и уметь. Знание есть связующая нить между природой, человеческим духом и практической деятельностью».

(Краткий курс лекций по дисциплине «Философия
для технических вузов». Сайт www.studme.org.)

«7.5.3. О древних знаниях. 1. Истоки непривычного знания. Еще совсем недавно синтез научных, религиозных и эзотерических знаний казался многим эклектикой, не имеющей ничего общего ни с наукой, ни с религией, ни с эзотерикой. А между тем, такой синтез сегодня просто необходим, ибо он может удовлетворить интерес интеллектуального читателя к трем источникам и трем составным частям Единого Знания, вернуть читателя к истокам современного научно-философского и эзотерического мышления, а эти истоки прослеживаются, начиная с античности на Западе и древнеиндийской гностической традиции на Востоке.
Необходимо учесть, что сегодня процессы смены представлений о познании и знании происходят более быстрыми темпами. Более того, познание перестает отождествляться только с наукой, а знание — только с таким, которое получено научным путем, да еще, как правило в естественных науках. Постепенно восстанавливается понимание того, что существуют разные формы познания: научное, философское, религиозное, эзотерическое художественное, и другие. Сегодня можно говорить и о том, что в разные периоды эволюции познания существовали и разные представления об идеале познания: античный теологический, естественнонаучный, гуманитарный и т.д.
Всякий раз, когда мы говорим о Знании, то мы всегда в явной или неявной форме говорим об истоках и границах познания. И в разные эпохи представления о Знании и Познании существенно отличались. Постепенно складывается убеждение, что классификация Знания на знания научные, религиозные, эзотерические, оккультные, ненаучные практически отражает только одно из пониманий, характерное для определенной философской и научной традиции. Сегодня эта традиция подвергается серьезной критике, ибо немало рационально настроенных ученых и философов пошли в религию и эзотеризм, занялись поисками смысла жизни и путей дальнейшего развития цивилизации. Сегодня эти процессы набирают силу, перекраивая наши привычные представления о Знании и о Познании. И эти представления начинают непосредственно влиять на процессы мышления человека, на его сознание.
Ныне специалисты почти в каждой области знания (теоретики и практики) настаивают на своем видении действительности. И процессы дифференциации подобного видения множатся, порождая хаос мышления. В наше время это проявляется, например, в том, что уже далеко не всегда удается различить нормального человека и душевнобольного, нащупать критерии, отличающие верующего от эзотерика, эзотерика от сумасшедшего, а их всех, например, от обычного человека со странностями, или от художника-абстракциониста, который живет в символических реальностях и достаточно серьезно их воспринимает.
Сегодня нас призывают спасаться в лоне разных конфессий, разных мироощущений. Подобные призывы настойчиво поступают и свыше (контактная информация). Чему верить? Как отличить науку от лженауки? Как отличать духовные знания от лжедуховных? Почему нужно верить Православной Церкви и не верить восточным учениям, верить Протестантизму и не верить какому-нибудь другому религиозному учению? В этом и состоит суть хаоса мышления. Каждый говорит о спасении и подлинной реальности, но со своей уникальной точки зрения. Одни верят в Бога, другие — в нирвану, третьи — в планеты, определяющие судьбы людей. Одни ориентируются на церковь, другие — на эзотерические общества, или общение с тайными силами.
В настоящее время почти все согласны, что мы стоим на пороге новой цивилизации. Куда же идет человечество? Для понимания происходящих процессов необходимо переосмыслить истоки Знания и Познания. Только тогда мы сможем выработать новое понимание человека и смысла его жизнедеятельности. А это значит, что мы должны вернуться к трем источникам и трем составным частям Знания и Познания.
Обратимся, прежде всего, к особенностям эзотерического мышления, в частности к вопросу о том, что такое эзотеризм. Эзотерическая и религиозная мысль всегда шли рядом, но никогда не были союзниками. Если религиозные учения говорят прежде всего о соборном спасении и Боге, то эзотерические — об индивидуальном пути спасения и других, потусторонних реальностях. Истоки эзотерической мысли теряются в учениях Заратустры, Христа, Будды, Мухаммеда, в таинствах древних египтян, в гностических учениях первых столетий нашей эры, в знаниях древних цивилизаций, дошедших до нас из разных источников. Это значит, что эзотеризм — это не только чисто оккультные знания, это еще и знания наших предков, которые существовали еще задолго до официального рождения научных знаний и потому они — вненаучные.
Расцвет эзотерической культуры пришелся на начало нашего века (Е.П.Блаватская, Г.И.Гурджиев, Дж.Кришнамурти, Н.К.Рерих). Но об эзотеризме как особом типе культуры, субъективности и индивидуальности можно говорить и более широко. Тогда эзотерик — это любая творческая личность, прокладывающая путь в культуре, это те, кого мы называем гениями, учителями человечества, кому мы стараемся подражать, кого любим, кем восхищаемся. Творцы эзотерических учений исходят из идеи двух реальностей — обычной, оцениваемой как майя, иллюзия сознания, и истинной, эзотерической (каждый гений эзотеризма утверждает свою реальность). Назначение человека, убеждены творцы эзотеризма — пройти путь, в конце которого находится истинный эзотерический мир, условием этого является кардинальное изменение своего существа, работа над его трансформацией.
Но эзотерическая реальность — это не обязательно сверхъестественный или мистический мир. Эзотерической является любая реальность, вводящая в идеальный мир, предполагающая индивидуальный путь, индивидуальное творчество, особые установки и устремления индивида. Приходя в эзотерический мир, личность одновременно творит его, создавая и уясняя эзотерическое учение. При всей своей неоднозначности эзотеризм в истории европейской цивилизации чаще всего выступал как явление плодотворное в культурном отношении. Сама европейская культурная традиция — античная философия и наука — сложилась в лоне эзотеризма. Эзотерическими были и школа Пифагора, и школа элеатов. Первая в качестве подлинной, истинной реальности утверждала мир чисел, вторая — мир сущего.
Эзотерической была и программа построения античной философии и науки Платоном. Для последнего познание и размышление — путь, ведущий душу от мрака и безумия к свету и разуму, который он понимал как благо и божество.
Первое осознание эзотерического мироощущения, очевидно, относится ко времени создания так называемого Герметического корпуса (примерно II-III вв.). Именно в этот период были сформулированы такие принципы, как, например, «соответствие микро- и макрокосмоса» или «дуализм и единство активного и пассивного начал».
Второе осознание эзотерического мироощущения падает на эпоху Возрождения и связано с именами Марсилио Фичино и Пико делла Мирандолы. Последний известен, в частности, концепцией «естественного мага», в которой эзотерические идеи причудливо переплетались с идеями нарождающейся новой науки и инженерии. <…>.
Сегодня наступает новый третий этап переосмысления эзотерических знаний. Сегодня приходит осознание того, что эзотеризм, существуя за пределами научных знаний, является одним из равноправных источников Знания и Познания. Увлечение древними легендами и эзотерическими знаниями вскрывает все новые и новые пласты древних знаний, свидетельствующих о том, что некогда существовали древние цивилизации, имевшие более глубокие, чем считает официальная наука, системы знаний.
Но как же к этим фактам относятся академические ученые? А очень просто. В соответствии с дуадной диалектической парадигмой «истина одна, а все остальное ложь» игнорируется все, что не укладывается в рамки дуадной схемы эволюции. Порой даже идут на прямые фальсификации. Поэтому дуадное мышление всегда предвзятое, некритическое. Проповедуя критичность, как один из принципов развития науки, на практике реализуется противное — приняв какую-либо «кажущуюся истину» за «абсолютную истину», иные истины для них уже ложны, и даже факты уже не являются доказательством. И так будет всегда, пока наука от дуадного мышления не перейдет к многомерному — «Истина одна, но она многомерна». Такое мышление предполагает не на словах, а на деле признать относительность Истины, признать многомерность смыслов. Поэтому наука должна снять с древних знаний «пыль забвения», используя новое мышление. <…>.
Но существует еще один аспект древних знаний, который необходимо учитывать. Это умышленное искажение фактов. Не зря существуют мнения, что история является самой лживой из наук (да простят меня историки). Даже история современного мира (новой эры) свидетельствует о том, что одни и те же исторические факты в разное время интерпретировались прямо противоположным образом. Это приводило просто к переписыванию истории общества той или иной эпохи заново. И не столь уж важно, по какой причине это происходило. Или по причине идеологических соображений, или по причине личных амбиций того или иного «вождя».
Смею утверждать, что и сегодня в «кладовой» истории лежит множество фактов, которые наука не может объяснить, и потому, дабы не вводить людей в заблуждение, о них ничего неизвестно широкой общественности. Это как бы «артефакты» истории.
В нашем подсознании сложилось представление о том, что все, что несут в себе древние легенды, мифы, сказания и т.д. является вымыслом. И отчасти это правда. Вымысел занесли в них люди, по мере передачи знаний от поколения к поколению. Поэтому история древнейших цивилизаций, дошедшая до нас в форме легенд и других форм, не может не быть искажена идеологией той или иной древней эпохи, той или иной древней и древнейшей цивилизации, расы. Поэтому древние знания, дошедшие до нас в форме легенд, мифов, наскальных изображений, информации Посвященных, «это правда, но это не вся правда». Помимо информации нам могут давать и умышленно дезинформацию. Необходимо учитывать при этом и кривое зеркало нашего подсознания, умышленно выдающего правду мифов за вымысел.
2. Об идеологических аспектах древних знаний. Анализ древних знаний показывает, что древние знания могут нести в себе и идеологический аспект, идеологию древних цивилизаций. <…>.
Возможно, что эти знания и были когда-то библией какой-то древней цивилизации, достигшей очень высокого уровня развития, но культивирующей дуадное мышление, и, возможно, самоуничтоженной в процессе эволюции по зодиакальному кругу. А, может быть, эти древние знания являются отзвуком идеологической войны между некими Космическими Силами за сохранение тайной власти на планете?
Такое истолкование древних знаний имеет под собой серьезные обоснования. В легендах и сказаниях обязательно должны находить отражение идеологические аспекты мышления древних цивилизаций. Древние легенды могут нести в себе и тайны самоуничтожения цивилизаций по вине неких Космических Сил».

(Путешествие в страну древних знаний. Сайт www.milogy.net.)

* * *